Для него наука не значила больше, чем последствия её применения
День рождения Альберта Эйнштейна, гения, для которого наука не значила больше, чем последствия её применения.
Лично мне Эйнштейн всегда был страшно симпатичен тем, что во вненаучных этических проблемах и спорах не боялся брать непопулярную и даже, на первый взгляд, слабую сторону.
Начало прошлого века: в октябре 1914-го немецкие интеллектуалы подписали «Манифест девяноста трёх» – призыв к молодежи поддержать Германию в справедливой войне. В ответ на это профессор Берлинского университета, завлабораторией клиники «Шарите», кардиолог императорской семьи Георг Фридрих Николаи составляет встречный антивоенный манифест – «Воззвание к европейцам». Вот цитата:
«Неужели Европа должна постепенно истощиться и погибнуть в братоубийственной войне? Ведь нынешняя бушующая борьба вряд ли оставит победителя; скорее всего, она оставит лишь побеждённых».
Текст Николаи разослал учёным, политикам, деятелям искусств – но подписали «Воззвание» только три человека.
Из известных – сам Николаи и… Альберт Эйнштейн!
Кстати, Эйнштейн Николаи всегда как мог поддерживал: после издания книги «Биология войны» его должны были судить военным судом. Бежать в Данию помог именно Эйнштейн.
После проигрыша Германии, кстати, Николаи вернулся на родину, но преподавание в университете длилось недолго: активисты из числа студентов обвиняли его в предательстве. Ученый эмигрировал: 10 лет жил и работал в Аргентине и еще 32 года – в Чили, где и умер.
Россия в 1914-м тоже переживала патриотический угар, своим протестом на его фоне выделялись «толстовцы» – последователи философии Льва Толстого. Важнейший человек – Валентин Булгаков, успел поработать секретарём Толстого и составил с единомышленниками пацифистское воззвание «Опомнитесь, люди-братья!»: этот документ, собравший 27 подписей, считается первым в России организованным протестом против Первой мировой войны:
«Наши враги – не немцы, а для немцев враги – не русские и не французы. Общий враг всех нас, к какой бы национальности мы ни принадлежали, – это зверь в нас самих».
Большинство подписантов было арестовано, но в 1916 году суд их оправдал. В 1923 году пацифиста Булгакова большевики выслали из страны на «философском пароходе», он осел в Праге, где организовал Русский Культурно-исторический музей. В 1941-м немцы отправили его в лагерь для интернированных. Он там выжил и в 1948-м вернулся… в СССР, где до самой смерти (в 1966 году) работал в Музее Льва Толстого в Ясной Поляне.
Но это ещё не всё! В течение многих лет Валентин Булгаков переписывался… с Альбертом Эйнштейном. Разумеется, о вопросах пацифизма. Ну и шире. О Добре и Зле.
Вот важная цитата (из письма Эйнштейна):
«Понятие «насилия» является столь нечетким и общим, что, в конечном счете, под него подпадает все — потому что мы причиняем вред всему живому, так сказать, всем тем, что мы делаем. Абстрактно говоря, Добро (в этическом понимании этого слова), вообще, думается, вряд ли поддается понятийному определению. То, что делается с чувством любви к творенью Божьему, — это для меня «хорошо». Радоваться радостям ближнего и страдать его страданиями — вот лучшие ценности, которыми всегда можно руководствоваться. Я неизменно замечаю, что сначала чувствую, что есть «хорошо», и лишь потом, задним числом, пытаюсь это обосновать. Обоснование, как правило, мало на что годится. Нечто схожее имеет место в искусстве, а жить по законам добра — не является ли это тоже искусством?»