Чайный Гриб – как национальное достояние и символ России
На советской кухне, где-то под раковиной, из спитой заварки и сахара самозарождалась новая жизнь. Из уксуснокислых бактерий и дрожжевых грибов материализовался Чайный гриб – напиток, вобравший всю горечь эпохи дефицита и сладость человеческой щедрости. В укрытой марлей трехлитровой банке проступил студенистый лик Бога, который явился взамен изгнанного за порог храма. Самая почитаемая икона эпохи застоя оказалась в банке с настоем и была написана дрожжами и уксуснокислыми бактериями.
В начале было слово соседки. Негромкое, как шелест занавески на кухне, но исполненное священного трепета: «Возьмите отросток. Пусть приживется». Тело Чайного Гриба, слоистое, как плащаница, делили меж подругами, соседями и родственниками. Передача Чайного гриба из рук в руки была таинством причастия. Советская Евхаристия, где вместо священника – женщина в выцветшем халате, а вместо алтарной чаши – трехлитровая банка. Его растили тайно, передавая из рук в руки, как катакомбные христиане – просфоры.
Чайный Гриб требовал любви и веры. Без них он умирал – без всякой надежды воскреснуть. Помня предостережение Христа («Берегитесь закваски фарисейской и саддукейской!». Мф. 16,16), каждая советская хозяйка знала, что отросток можно брать только из добрых рук. Иначе не случится чудо умножения хлебов.
Чайный Гриб требовал любви и крепкой, как заварка, веры. Без них он умирал – без всякой надежды на воскрешение.
Россия – это Чайный Гриб. Она плодится в темноте, питается иллюзиями и требует, чтобы её регулярно подкармливали сладкими мифами. Она может лежать на дне банке и выглядеть мертвой, но достаточно бросить щепотку сахара, как пузырьки ресентимента побегут вверх, и Русский Бог оживет.
Есть цивилизации знания, а есть цивилизации веры. Знание – равно покой, поэтому эти цивилизации преимущественно оседлые. Вера – это путь, это мессианство. Новые русские номады, эмигранты, превратили Чайный Гриб в символ культурной экспансии русского мира и символ Родины, которая расползается, но не растворяется.
Чайный гриб – идеальный колонизатор, зримое выражение наших имперских амбиций и мечты о вечной экспансии. Эта желеобразная склизкая субстанция, напоминающая медузу, которая пока что не признана нежелательной, расползается по миру и аннексируют подоконники от Нью-Йорка до Тель-Авива и от Лиссабона до Риги. Никаких грозных речей, никаких танков – лишь бульканье углекислого газа и тихая ползучая экспансия. Его стратегия проста: завоевать подоконники, а там – посмотрим. В этом он удивительно похож на саму Россию, которая не знает границ и нигде не заканчивается.
Грибу не нужны визы, ему не страшны никакие санкций. Он может плодиться и размножаться в любых условиях – даже в неволе. Грибу, как лагерному зеку, достаточно прикормки из чая и сахара.
Моя Россия сидит в тюрьме. А еще – томится в трехлитровой банке.
Чайный Гриб, ко всему прочему, еще и выражает национальный архетип. Это Иван на печи в мире микробиологии. Кинул в банку сахар, залил чаем – и сиди, жди чуда. Это вечный двигатель, который работает вопреки законам физики: чем больше от него отрываешь, тем быстрее он восстанавливается. Выбросите Чайный Гриб в помойное ведро – на утро этот гигантский слизняк выползет, заполнит собою всю кухню и потребует новую банку.
Удивительно, как Япония, сама того не желая, создала русскую культурную матрицу. Чайный гриб, тамагочи и биткоин – три кита, на которых покоится русская мечта: ничего не делать, а оно как-то само. В девяностые японская игрушка стала тренажером национального фатализма: не забудешь покормить – проживет еще денек, а забудешь – помрет. В нулевые Сатоши Накамото, этот Иванушка-дурачок цифровой эпохи, подарил мечту о халяве: запускаешь ферму в гараже, заодно греешься от видеокарт, как от печки, которая и парит, и жарит, и сказки рассказывает, – и ждешь, пока биткоин и Чайный Гриб вырастут.
Чайный Гриб, так похожий на ядерный столб над Хиросимой, на символическом уровне выражает эсхатологическое настроения русского человека. Вырастить у себя на подоконнике оружие массового поражения – боже, какой восторг! “Зачем нам такой мир, если в нем не будет России и чайного гриба?” – сказал однажды Владимир Путин.
Пока где-то в мире стоит на подоконнике хоть одна банка с этой медузой – Россия жива. Пойду брошу щепотку сахара. Гриб дуреет с этой прикормки.