Борис Джонсон поделился откровением
Давно забытая рубрика – чтение выходного дня. Первый раз в жизни поверил Марии Захаровой. Наверное, со мной что-то не так. Борис Джонсон поделился откровением, что Лавров ЗАСТАВИЛ его выпить безумное количество водки у теплого камина. Слава Богу, что хоть холодной водки у теплого камина, а не наоборот. По-разному у этих русских бывает. Попробовал представить, что меня кто-то пытается заставить выпить больше водки, чем мне бы самому хотелось, – не получилось.
Вообще за всю мою жизнь водку меня заставили выпить один раз. По стечению обстоятельств, 28 апреля 1986 года я в качестве аспиранта юрфака Киевского университета должен был вести свой первый самостоятельный семинар у студентов. Пришел я заранее (что со мной бывает редко), и в дверях кафедры меня остановил строгий начальственный голос профессора Тихоновой (заодно моей научной руководительницы) – прекрасной женщины с сильно развитым материнским инстинктом, опекавшей всех своих аспирантов, включая меня: «Вы пили сегодня водку?». Я остолбенел, возразил и стал пристально себя осматривать в поисках компрометирующих артефактов. Под столом завкафедры между тем раздалось звяканье, из хозяйственной сумки была извлечена бутылка водки, и мне был налит стакан. На мой изумленный взгляд она ответила короткой фразой: «Чернобыль взорвался». Так я впервые ознакомился с этим напитком. И, кстати, он вообще не произвел на меня никакого действия. Гораздо большее потрясение я испытал в аудитории, где сидело не больше трех человек, так как все автобусы были сняты с маршрутов для эвакуации Припяти. Так я прочно усвоил, что адреналин способен убить любые градусы. С тех пор никому не удавалось заставить меня что-то выпить, если я сам этого не хотел.
Но вряд ли Лавров пугал Джонсона радиацией. Что мог показать дурной пример – верю охотно. Что пример этот мог показаться заразительным – верю еще более охотно. Что вливал водку в горло, пока Захарова держала Джонсона за руки, – как Станиславский, «не верю».
Проблема не в том, что Джонсон рассказал эту байку, – мы все их любим рассказывать. Проблема в том, что и ко всему остальному, что рассказывает Джонсон, начинаешь относиться так же, как к этой байке. Уж лучше «сонный Байден» с его пусть и скучными, но вполне реалистичными зарисовками с натуры.

