Азбучная истина
Фёдор Тютчев в течение двадцати лет наблюдал за событиями в России из Германии. Максим Горький прожил в эмиграции (Италия и Германия) 18 лет. Владимир Ленин в общей сложности 16 лет провёл в Европе и вернулся в Россию только в апреле 1917-го. Это — первые пришедшие мне в голову имена знаменитых россиян, которые уезжали, возвращались и, вернувшись, ещё кое-что успели. Чьё расставание с родиной продолжалось заметно дольше, чем эмиграция тех, кто по разным причинам уехал из путинской России в новом тысячелетии. А сколько было менее знаменитых персонажей?
Как думаете, переставали они чувствовать свой народ, понимать свою страну? Сколько оставшихся в России соотечественников «лишили» бы их права размышлять о России, россиянах и их проблемах, окажись в их распоряжении фейсбук? Кстати, наличие интернета, соцсетей и мессенджеров, на ваш взгляд, усложняет или упрощает связь со страной и её обитателями, открывает или закрывает «окно в Россию» для эмигрантов, дауншифтеров, путешественников?
Ещё можно ретроспективно поинтересоваться, насколько адекватно воспринимали происходящее в Германии «отъехавшие» Ремарк с Эйнштейном и намного ли хуже они представляли, что для Германии хорошо, а что плохо по сравнению с теми их коллегами, кто остался. Или, если не «заходит» пример Ремарка/Эйнштейна, можно вспомнить историю Рухоллы Хомейни, который провел в изгнании 15 лет, а, вернувшись, превратил Иран в то, что он из себя представляет последние 40 лет. Не потерял ли будущий аятолла связь с родиной, понимал ли чаяния своего народа, готовя исламскую революцию, общаясь с такими же эмигрантами и раздавая интервью репортёрам в Турции-Ираке-Франции?
Я специально привожу такие разные примеры, чтобы донести азбучную, казалось, истину: для того, чтобы переживать за судьбы родины и её народ, размышлять о его проблемах и предлагать пути их решения, необязательно жить в стране безвылазно. Тем более в XXI веке (жить в где-либо безвылазно, к слову, вредно во все времена).
Отдельно подчеркну: этот пост — ни в коем случае не упрёк в адрес остающихся в России. Это ответ тем, кто демонстративно скептически относится или в принципе не верит в способность уехавших из России адекватно оценивать происходящее там. Человек, который был активен в России, а потом переехал в Лондон, Варшаву, Улан-Батор, Антананариву и прочие нью-йорки, может от чего-то отвыкнуть, но вряд ли перестанет понимать главное. А если вернётся — быстро вникнет в детали.