На воинскую часть в Уссурийске, где возбуждено дело о пытках, массово жаловались военные и их родственники

После публикаций о поборах, избиениях, пытках и изнасилованиях военнослужащих в дислоцированном в Уссурийске 114-м гвардейском мотострелковом полку (в/ч 24776) военные следователи возбудили уголовное дело по статье о неуставных отношениях, сообщает телеграм-канал «Осторожно, новости» со ссылкой на юриста и правозащитника Максима Чихунова.

О систематических злоупотреблениях в в/ч 24776 известно давно. Так, только в числе обращений в интернет-приёмную уполномоченного по правам человека за период с конца апреля до начала сентября прошлого года, доступ к которым получило «Эхо», есть 33 жалобы, связанных с этим полком. Многие заявители писали и в другие инстанции — от президента до военной прокуратуры и следственного комитета.

20 из них — это просьбы помочь в розыске родственников, пропавших без вести на войне в Украине. В семи таких случаях заявители отмечают, что командование бездействует, не принимает мер к розыску пропавших, не даёт полной информации о случившемся или вовсе не реагирует на запросы. Мать одного из них рассказала, что контрактника отправили в штурм после подготовки, которая длилась всего девять дней — с боевого задания он не вернулся.

Ещё шесть жалоб касаются отказов в направлении на военно-врачебную комиссию, отсутствия должной медицинской помощи и отправки на боевые задания военных, не завершивших лечение после ранений. В одном заявлении жена военного связывает отказ в лечении с вымогательством со стороны командиров.

«Мой муж имеет хроническое заболевание, которое обострилось. Врач его осмотрел и сказал, что нужна операция. Но так как командиры вымогали деньги 1,4 млн руб. (разбирательство с ними идёт, возбуждено дело за вымогательство), в связи с этим отказали в операции. Также свидетели погибли, и я очень боюсь, что мужа направят на прежнее место для прохождения дальнейшей службы», — пишет она.

В пяти обращениях идёт речь об отказе в увольнении из армии или переводе из зоны боевых действий, когда для этого имеются правовые основания. Например, несмотря на указания Минобороны, запрещающие направлять для выполнения боевых задач тех, чьи близкие родственники погибли на «СВО», мобилизованного сына заявительницы не только не переводят в тыл, но и оказывают на него давление, вынуждая заключить контракт. 

Жена ещё одного военного рассказала, что он заключил контракт, будучи введён в заблуждение рекламой, которую увидел в социальной сети «ВКонтакте»: из сообщения следовало, что проходить службу предполагалось в Приморском крае. Вместо этого его зачислили в в/ч 24776 и отправили в зону боевых действий. Мужчина страдает вирусным гепатитом С — с таким диагнозом, утверждает заявительница, с ним в принципе не должны были заключать контракт. После ранения его самочувствие ухудшилось, однако командование игнорирует его попытки уволиться.

Другой контрактник, также с гепатитом С, пишет, что вместо увольнения его обязывают многократно сдавать повторные анализы. 

Одна жалоба касается отказа в отпуске, которого военный добивается более года, и игнорировании подаваемых им рапортов.

Наконец, в одном обращении речь идёт о принуждении солдата срочной службы к заключению контракта. 

«На него оказывалось психологическое и моральное воздействие, насильственное удержание в кабинете несколько часов с привлечением сотрудников из военной полиции», — пишет заявительница. 

Молодого человека обманули, утверждая, что в случае отказа его отправят в прифронтовые Курскую или Брянскую области, «где они периодически будут ходить “за ленточку”, откуда он может не вернуться, а если подпишет, то его могут направить на учёбу и, если не понравится учиться, всегда есть возможность отчислиться и разорвать контракт». 

Независимые СМИ ранее неоднократно писали и о других, в том числе ещё более грубых нарушениях прав военнослужащих в 114-м полку. Например, в 2025 году Уссурийский гарнизонный военный суд прекратил уголовное дело против офицера, который застрелил срочника, по мнению близких убитого, из-за его отказа подписать контракт для участия в войне с Украиной. 

Весной 2024 года издание Astra и сайт «Сибирь.Реалии» сообщали, что матери и жёны солдат-отказников в/ч 24776 записали видеообращение к Владимиру Путину и Сергею Шойгу с рассказом о злоупотреблениях в части, после чего их мужчинам, несмотря на ранения и тяжёлые болезни, стали угрожать отправкой в зону боевых действий. Материалы о насилии, отказах в увольнении, вымогательствах в подразделении публиковали «Говорит НеМосква», «Осторожно, новости», Astra.

Однако злоупотребления в 114-м мотострелковом полку начались задолго до войны в Украине. Ещё в 2009–2010 годах фонд «Право матери» заявлял о том, что там у солдат отнимают деньги и имущество, содержат их в непригодных бытовых условиях, избивают. Сообщалось и о гибели срочников.

По мнению руководителя юридического отдела «Движения сознательных отказчиков» Артёма Клыги, «понимание, что можно, а чего нельзя», зависит от представлений командиров о том, за что вышестоящие инстанции их накажут, а за что нет. Клыга считает, что проблема не в том, что какие-то подразделения особенно «плохие».

«Иерархия в армии, закрытое сообщество в армии часто ведут к неуставным отношениям и насилию. Его применяют системно, понимая, что за это ничего не будет, и не представляя, что какие-то из этих случаев могут стать достоянием общественности. С развитием цифровых технологий и по воле случае о чём-то мы узнаем сейчас чаще. А о чем-то, может, никогда не узнаем», — говорит Клыга.

Он напомнил об избиении срочника Андрея Сычёва в 2006 году, в результате которого тот лишился ног. Широкий общественный резонанс, полагает собеседник «Эха», повлиял на реформы в армии, проведённые два года спустя.

«Не ушло бы это тогда в интернет — так бы всё и осталось. Может быть, мы не получили бы даже реформу о сокращении времени срочной службы с двух лет до года», — отметил Клыга.

Подробнее о том, что «Эху» удалось узнать из более чем 12 тысяч обращений в интернет-приёмную омбудсмена, читайте здесь