Марал Салмаси: Это не журналистика. Это фильтрация реальности через заранее заданный нарратив
Марал Салмаси, основательница Института ZERA — аналитического центра, противостоящего антисемитизму и экстремизму
Хотя на пресс-конференции принца Резы Пехлеви во время его поездки по Европе присутствовало более 150 журналистов, ни один из них не задал вопроса о казнях, массовых расправах или о нынешней реальности внутри Ирана.
Так что нет — это не какая-то расплывчатая «предвзятость». Это определённая оптика.
И давайте называть её своим именем: третьемиризм.
Посмотрите на этот контраст. С 1970-х годов ничего не изменилось.
Тогда Хомейни встречали в Париже как героя, а западные интеллектуалы вроде Мишеля Фуко романтизировали его исламистскую революцию, представляя её как «политическую духовность».
Сегодня же пресс-конференция принца Резы Пехлеви — человека, говорящего о смене режима, репрессиях и будущем Ирана, — встречается подозрительностью, мелочными придирками и идеологической проверкой на благонадёжность.
Вместо вопросов:
«Что сейчас происходит внутри Ирана?»
«Сколько людей казнят?»
«Чего хочет иранский народ?»
звучит другое:
«Вы чьё-то доверенное лицо?»
«Что ретвитнула ваша жена?»
«Давайте снова обсудим вашего отца».
Это не журналистика. Это фильтрация реальности через заранее заданный нарратив.
Принц Реза Пехлеви представляет собой нечто глубоко неудобное для такой оптики: светскую ближневосточную страну, ориентированную на Запад и Израиль — не навязанную извне, а выбранную самим населением, отвергающим исламский режим в пользу либеральной демократии и плюрализма.
А это не вписывается в сценарий.
Поэтому вместо того, чтобы вступать в содержательный разговор, они пытаются дискредитировать сам предмет обсуждения ещё до того, как разговор вообще начался.