Украина хочет мира, но не любой ценой — Владимир Зеленский в новогоднем обращении

Дорогие украинцы, дорогие украинки, за несколько минут настанет Новый год. Я бы отдал всё, всё на свете, чтобы в этом обращении иметь возможность сказать, что и мир настанет за несколько минут. К сожалению, я пока не могу этого сделать. Но с чистой совестью я — мы все — можем сказать, что Украина точно делает для мира всё. И продолжает делать.

Я вернулся в Киев вчера. В шесть утра наша команда провела в дороге почти пятьдесят часов. Мирное соглашение готово на 90%. Остаётся 10, и это значительно больше, чем просто цифры. Это 10%, в которых, на самом деле, всё. Это про 10%, которые определяют долю мира, долю Украины и Европы.

То, как живут люди.
10% — для сохранения миллионов жизней.
10% — решительность, которая нужна, чтобы мир работал на все сто.
10% — такой необходимой сплочённости и мудрости: украинской, американской, европейской, всего мира.
10% — для мира.

Я хочу, чтобы все мы с вами были сейчас на одном шаге. Чтобы вы понимали реальность, были вооружены — и не только на поле боя, — были вооружены правдой. О том, кто и что на самом деле хочет.

Что хочет Украина?
Мира? Да.
Но любой ценой? Нет.

Мы хотим конца войны, но не конца Украины. Мы сильно устали? Да. Но значит ли это, что мы готовы сдаться? Сильно ошибается тот, кто так думает. И он, очевидно, за все эти годы так и не понял, кто такие украинцы. Народ, который держится 1407 дней полномасштабной войны. Просто осознайте эти цифры. Это больше, чем нацистская оккупация многих наших городов во Вторую мировую.

1407 дней несломленной Украины. Которая фактически каждую ночь — в укрытии, каждый день — в борьбе. Нередко без света, нередко без сна. И много дней — на позициях. Но всегда без паники, без хаоса, без разобщённости. В единстве, чтобы быть в мире.

Хотим ли мы, чтобы война закончилась? Безусловно.
Почему этого ещё не случилось?

Ответ — по соседству с нашим государством.

Может ли Россия закончить войну? Да.
Хочет ли она этого? Нет.
Может ли мир привести её к этому? Да. И только так это сработает.

Почему мир не делает этого в полной мере? Давайте разберёмся по порядку, по-честному, так, как оно и есть. Наш народ знает это лучше всего. Россия не заканчивает свои войны сама. Не было в истории войны, которую бы она завершила по собственной воле. Лишь давление со стороны других, лишь принуждение, которое они сами называют «жестом доброй воли».

Так было во все годы, когда Россия с кем-то воевала — то есть во все годы её существования. Это могут подтвердить все, на кого в разные времена Москва шла войной: Польша, Турция, Финляндия, Сирия, Грузия, Абхазия, Осетия, Чечня. И этот список можно продолжать бесконечно. Потому что почти вся территория России собрана из войн. Вот с кем мы имеем дело. Мы. Это Украина. Это Европа. Америка. Весь мир.

«Выйдите из Донбасса — и всё закончится».
Так в переводе с российского это звучит как обман. В переводе на украинский, на английский, немецкий, французский — да, собственно, на любой язык мира.

Неужели им до сих пор кто-то верит?
К сожалению, да. Потому что до сих пор от этой правды часто уклоняются, называют это дипломатией, хотя это просто шутка в костюмах.

И поэтому — давление на Украину. Да.
И поэтому мы боремся. Да.

И доказываем, казалось бы, давно очевидную истину: после оккупации Крыма, захвата части Донецкой и Луганской областей, полномасштабного вторжения 24 февраля, после Бучи, Мариуполя, Оленовки и всего, что делает Кремль всё это время, — верить им на слово значит выносить приговор. Приговор общей, международной безопасности. И каждому лидеру, который обязан защищать свой народ.

Были ли услышаны наши аргументы? Очень надеемся.
Согласились ли с нами? Не полностью. Пока что.

И именно поэтому мы говорим о 90%, а не о 100% готовности мирного соглашения. Соглашение должно содержать гарантии безопасности. Оно должно быть ратифицировано Конгрессом Соединённых Штатов, европейскими парламентами, всеми партнёрами. Будапештский меморандум Украину не защитил. Минская, ювелирно выписанная ловушка Украине не нужна. Подписи под слабыми договорами лишь подпитывают войну. Моя подпись будет стоять под сильным соглашением.

И именно об этом сейчас каждая встреча, каждый звонок, каждое решение. Чтобы обеспечить настоящий, сильный мир. Не на день, не на неделю, не на два месяца — мир на годы. И только тогда это действительно будет успех Украины, Америки, Европы — на самом деле каждого народа, который хочет жить, а не воевать.

Я говорил об этом президенту Трампу. Говорил во время первой встречи, когда всё могло закончиться штормом для всех нас, и во время недавней встречи, которая даёт надежду всем нам, что мир близок, как никогда возможен, и мы способны обеспечить его вместе. Скажу честно: добиться такого изменения отношения к Украине и Соединённым Штатам было совсем непросто. От первого Овального кабинета и всех острых углов в нём — до разговора в Мар-а-Лаго, который подтвердил: без Украины ничего не выйдет.

Украина отстояла своё право на голос. И все видят: Украина себя уважает — а значит, уважают нас, уважают Украину. Самое очевидное доказательство этому — семь встреч, которые у меня были в этом году с президентом США. В каких бы точках мира мы ни встречались — Вашингтон, Нью-Йорк, Гаага, Ватикан — президент США всегда говорит о нашем народе, о том, как украинцы сражаются. И для всего мира напоминание об украинцах стало обязательным. И это счастье. Счастье — это чувствовать гордость быть президентом такого народа и такой страны.

Украина, которая поражает любые военные объекты врага и НПЗ, возвращает войну в Россию, обучает военных НАТО современным дронам. Украина, которая имеет дальновидность, аргументы, мудрость и хитрость. Которая готова к компромиссу — но не к стыду.

Я благодарен каждому лидеру, кто поддерживает Украину. Кто понимает: сегодня есть только два варианта. Либо мир остановит войну России, либо Россия втянет мир в свою войну. Это шок — что после стольких войн, после четырёх лет этой войны, войны в Украине, в Европе, нам всё ещё приходится это объяснять.

Америка способна остановить агрессора? Да. Быстро и решительно.
Хотим ли мы этого? Конечно.
Когда это нужно? Ещё вчера.

Санкции есть — мы благодарны. Они бьют по России, но сработает только жёсткая хватка. Российская нефть уже дешевеет, но танкеры должны полностью остановиться. Заводы должны встать. И тогда станет ясно: у мира нет альтернативы.

Понимает ли это Европа? Да. Вся Европа? Пока нет.

Я не хочу, чтобы это понимание пришло ко всем в Европе в четыре утра — так, как это было в Украине. Я не хочу, чтобы его принесли танки с буквой «Z» на улицах европейских городов. Когда Путин говорит: «Мы не собираемся на вас нападать», — это первый звонок, куда поедут его танки и полетят его дроны.

Украина сегодня — единственный щит между комфортной европейской жизнью и «русским миром». Если, не дай бог, Украина падёт, следующим вопросом станет: зачем поддерживать Польшу? Кто будет защищать страны Балтии? Что делать без Украины в НАТО?

Украина нужна Европе, Европа нужна Украине. И мы чувствуем это, как никогда. Мы постоянно на связи с партнёрами. Европейцы не спят, переживают, действуют. Мы говорим с Эммануэлем Макроном, с канцлером Германии, с Киром Стармером — без пауз, без остановок, чтобы сохранить коалицию, не потерять Америку и усилить давление на Россию.

И абсолютно права Джорджа Мелони, когда говорит: документы и договоры должны быть правильными. Мир должен быть таким, чтобы украинцы его приняли. Потому что если он будет несправедливым, Москва снова нападёт. Мир должен быть достойным — и с этим согласны все, кто действительно много делает для Украины.

Нидерланды, Швеция, Норвегия, Польша, Дания, Испания, Ватикан, Фанар, Чехия, Румыния, Греция, президент Эрдоган, все страны Европейского союза. Сегодня утром мне звонил президент Финляндии — и мы говорим каждый день. И он всегда в конце говорит мне: «Друг, не забывай тренироваться. Ты должен быть сильным». Украинцы должны быть сильными.

Это партнёрство — это тепло. И это означает, что Украина уже часть европейской семьи.

Единство даёт надежду. Мы получили поддержку на 100 миллиардов долларов. Это не просто помощь. Это стойкость армии, спокойствие людей, зарплаты, пенсии, жизнь. И справедливость — потому что в итоге за это платит Россия.

Эта поддержка чувствуется далеко за пределами Европы — в Японии, Австралии, Канаде. Я благодарен каждому, кто на светлой стороне истории, на стороне Украины.

Дорогие народы, наступает Новый год. Миллионы ждут его. Он у нас будет — несмотря ни на что. Мы украинцы. Мы что-нибудь придумаем. У нас будет тепло, будет вкусно, будет бокал шампанского — и будет тост.

Тост — за всех, кто нам помогает.
За окончание этой войны.
За мир.

Мы держимся. И пока есть украинцы — России придётся закончить войну. Потому что всё, что нам нужно, — продержаться на один день дольше. Быть на один шаг впереди. На одно решение смелее. Пусть даже на 10% — но сильнее.

И тогда мы выберем мир. Сто процентов.

Я желаю этого всем нам. Впереди 2026 год. Настоящая зима. Снег на Новый год. И это напоминание: если мы очень-очень чего-то хотим, это обязательно сбудется. Но мир не упадёт с неба — за него нужно бороться.

И мы будем.

Чтобы было тихо в небе и спокойно на земле. Чтобы было тепло и светло в домах. Чтобы вернулись все — с фронта, из плена, из оккупации. Чтобы была Украина.

С Новым годом, дорогие народы.
Слава Украине!