На свободу через «Шторм»
С начала этого года заключённые из российских колоний, желающие отправиться на войну, попадают не в ЧВК «Вагнер», а в отряд Минобороны «Шторм Z». Судя по рассказам новоиспечённых бойцов и их близких, командиры относятся к подразделению как к расходному материалу. Это проявляется даже в процессе вербовки: как пишет «Вёрстка», здесь занижены и без того невысокие критерии отбора.
💬 «Приехало Минобороны, я показал свои пальцы [двух на правой руке не хватает], они сказали, что мы не будем штурмовиками, сказали, что будем стоять в окопах, обороняться, взяли без вопросов, но отправили на передок»
Ни боевой опыт, ни ранения не вызывают уважение к бывшим зэкам со стороны командиров. В госпиталях они также сталкиваются с наплевательским отношением и зачастую отправляются обратно на фронт с незалеченными ранами.
💬 «К нам не подходят, грубят, один из врачей сказал, что вам, кто из «Шторма», ничего не положено — ни хорошего отношения, ни страховых выплат, ни прохождения врачебной комиссии. Сказал, что это указы от Минобороны. С нами тут общаются, как с кончеными какими-то»
Одни бойцы «Шторма» говорят, что пошли служить из-за перспективы помилования и «очистки» биографии, других привлекли деньги. Но с финансами возникают проблемы. Минобороны, в отличие от ЧВК, обещает переводить зарплату на карту. Однако она есть не у всех.
💬 «Он до сих пор не получил ни жетона, ни документов, ни зарплатной карты. При подписании контракта им обещали всё привезти позже, но уже прошло больше трёх месяцев, и нет ничего»
Родным бывает сложно узнать о судьбе близких, которые заключили контракты с Минобороны. «Не числится» — частый ответ на запрос семьи о том, где находится пропавший боец.
💬 «Мы хотим знать, где он. Не посчитайте за алчность, но, если были бы выплаты, мы хотя бы знали, что он живой, что он хоть где-то есть. Мы звонили начальнику колонии, тот сказал, что не знает, где он. Хотя начальник колонии обязан знать, куда он отправил своих заключённых»
По оценкам фонда «Русь сидящая», Минобороны успело завербовать в свои ряды порядка 15 тысяч заключённых.