Мой папа — политзаключённый
Вооружённые люди, ворвавшиеся в дом ранним утром, суды, свидания и долгие годы разлуки по жестокому приговору — всё это становится тяжёлым испытанием не только для взрослых. Жёны политических заключённых Крыма рассказали изданию «Ґрати», что дети острее чувствуют несправедливость, поэтому им трудно смириться с происходящим.
💬 «Пока шёл обыск, я заметила в них желание физически сопротивляться, которое я до последнего подавляла. Когда машина поехала, Али стал кидать [камни], попал по крыше и дверям. С одной стороны, я гордилась сыном, но когда [микроавтобус] неожиданно притормозил, внутри меня всё перевернулось. Неизвестно, на что способны эти люди»
М. Джаппарова, жена
Матери объясняют детям, что их папы пока не могут вернуться к ним, хотя очень их любят. Долгое время единственной возможностью увидеть отца остаются судебные заседания.
💬 «Чаще были сыновья, но иногда я брала дочку. Она долго выбирала платье, в котором отец её увидит. Представляла, как помашет рукой, что скажет — нужно было уложиться буквально в секунды, иначе приставы выгонят. На приговор детей не пустили, хотя они долго к нему готовились и представляли, что скажут Эльдару и как его поддержат»
Э. Усеинова, жена
Если взрослые часто не связывают с решением суда надежду на освобождение, то детям иногда кажется, что правосудие прислушается к доводам о невиновности их отцов.
💬 «Сын по-детски надеялся, что сейчас скажут: всё, мы отпускаем его. Всерьёз думал, если отца отпустят — куда в машине посадить? Когда всё закончилось, переспросил: “Папу на 12 лет посадили? За что? Он никого не убил, ничего не сделал. Почему его не освободили?”»
З. Хайрединова, жена
Со временем дети приспосабливаются к недетским обстоятельствам, однако на свиданиях с отцами всё же задают им вопросы о происходящем.
💬 «Я им объяснила, что нужно соблюдать несколько правил. Им сложно было понять, но они это принимали. Единственное у Ивана спросили: “Папа, а когда ты домой приедешь?” А он говорит: “Пока меня плохие дяди держат, но приеду обязательно. Пока они не отпускают”. Дети и до этого почему-то говорили: “папу не отпускают к нам”»
Г. Кадырова, жена
По данным издания, сейчас в Крыму насчитывается 210 несовершеннолетних детей политических заключенных.