«Ходим по Парижу»: Алексей Москалёв рассказал «Эху» о первых днях жизни во Франции
Поздно вечером 11 марта Алексей и Маша Москалёвы — отец и дочь из города Ефремова Тульской области, преследование которых началось после доноса учителей на антивоенный рисунок девочки, — прилетели в Париж: Франция предоставила им гуманитарную защиту. Алексей Москалёв рассказал «Эху», что они больше года ждали гуманитарную визу Германии, но так и не смогли её получить, а на одобрение от французских властей ушло лишь полтора месяца.
Алексей освободился из колонии, где он отбыл год и десять месяцев по статье о «дискредитации армии» после того, как попытался защитить Машу, 15 октября 2024 года. Уже 24 октября отец и дочь приехали в Армению — сотрудники ФСБ угрожали Алексею, что не оставят его в покое. Месяц спустя они отправили всё необходимое для обращения за немецкой гуманитарной визой в правозащитную организацию InTransit, которая далее занималась подачей документов от их имени.
💬 «Ответа из Германии мы ждали больше года, но не получили ни положительного, ни отрицательного решения. Дело не лично в нас, а в том, что программа гуманитарных виз была заморожена в мае 2025 года и, насколько я знаю, после этого визу не дали ни одному гражданину России и Беларуси», — вспоминает Москалёв.
Он уточил, сначала их дело рассмотрел и одобрил МИД Германии, который затем переслал документы в МВД, но именно в тот момент программу и приостановили.
💬 «В конце декабря мы с Машей посоветовались и решили, что не стоит больше ждать и тянуть время. Заявление мы подали 25 января, а уже 25 февраля нас вызвали во французское посольство в Ереване, мы донесли документы, о которых они нас попросили, и 10 марта нам выдали визы. На следующий день мы вылетели в Париж», — говорит Москалёв.
По его словам, на собеседовании в посольстве «возникла небольшая заминка из-за Маши», поскольку она несовершеннолетняя.
💬 «Они стали выяснять, не требуется ли разрешение от её мамы, тут же, при нас консультировались с начальством, кому-то звонили, с кем-то советовались, долго обсуждали, но в конце концов всё же решили дать визы», — объяснил он. Машу Москалёву сразу после ареста Алексея отправили в приют, но вскоре на фоне общественного резонанса чиновники поселили её у матери, где она и жила до освобождения отца.
В Париже, рассказывает Москалёв, они с дочерью сначала поселились в отеле, а затем переехали в квартиру, которую для них сняли на первое время.
💬 «Пока мы находились в Ереване, нам тоже снимали квартиру и помогали материально и юридически. Хочу выразить благодарность фонду Леонида Невзлина, адвокату Дмитрию Захватову, который не оставлял нас на минуту. А в последние дни уже здесь во Франции нам помогают “Мемориал”, активисты и волонтёры, которым я тоже очень признателен: огромное им всем спасибо», — заявил Москалёв.
Он уточнил, что обустраиваться на новом месте они с дочерью «пока толком не начали».
💬 «Действуем как туристы — ходим по Парижу, осматриваем достопримечательности. В планах — поездка в Страсбург. Возможно, подавать документы на оформление уже во Франции и решать вопрос с жильем мы будем там. Дело в том, что мы хотели бы поселиться поближе к Германии, где у нас есть друзья», — говорит Алексей Москалёв.
Французского языка они с Машей не знают, «пока выучили только отдельные слова», но собираются его учить. По его словам, у них есть и другие дальнейшие планы, но говорить о них он пока не хотел бы, «чтобы не сглазить».
💬 «Моё мнение такое: не говори “гоп”, пока не перепрыгнешь. Сначала надо обжиться, присмотреться, дооформить документы, решить вопрос с жильём, а потом пытаться реализовать свои планы. Как говорят, “хочешь рассмешить Бога — расскажи ему о своих планах”», — объяснил он.