«Большой террор» от патриарха
РПЦ начала активнее наказывать священников за антивоенную позицию — их запрещают в служении из-за проповедей, не совпадающих с курсом властей. Одной из жертв суровых порядков недавно стал протоиерей Испано-Португальской епархии Андрей Кордочкин. Настоятель храма святой равноапостольной Марии Магдалины в Мадриде был отстранён от служения на три месяца из-за прошлогоднего доноса собственной паствы.
💬 «Настоятель демонстративно не молится за Россию, её воинов, а также за убиенных на земле российской. Молитва читается только о погибших на земле украинской. В своих постах он также распространяет информацию, в которой вина за преступления в Виннице, Буче, Харькове возлагается на российскую армию»
Сам священник, судя по всему, отнёсся к такому решению стоически: он опубликовал в соцсетях отрывок из романа Николая Лескова «Соборяне» и сравнил себя с героем книги.
💬 «Наталья Николаевна подскочила к мужу и, схватив его руку, прошептала: — Одну только жизнь свою пощади! Туберозов отвечал ей: — Не хлопочи: жизнь уже кончена; теперь начинается “житие”»
Настоятель мадридского храма давно известен своей антивоенной позицией. В январе московский суд даже оштрафовал «Новую газету» по статье о дискредитации армии за интервью со священником, в котором тот в том числе раскритиковал главу РПЦ.
💬 «То, о чём говорит Святейший Патриарх Кирилл — что человеку, который идет участвовать в боевых действиях и погибает, верный присяге, прощаются все грехи, — это концепция, которая на самом деле ни на чём не основана. Здесь же никакого богословского мышления нет, просто есть попытка сакрализовать насилие»
На днях также стало известно, что патриарх Кирилл запретил в служении московского священника Иоанна Коваля. И здесь причиной стал донос прихожан — они пожаловались, что иерей заменил слово «победа» на «мир» в молитве. По мнению некоторых специалистов, эти события связаны между собой.
💬 «Хотелось бы ошибаться, но это похоже на начало “большого террора”. Разница в том, что расправы над священнослужителями начинают не спецслужбы, не внешние силы, а сам патриарх и преданные ему церковные чиновники»
Вскоре после начала войны призыв прекратить кровопролитие подписали 293 представителя российского духовенства, в том числе и А. Кордочкин.