The New York Times: США депортировали его в Россию — прямо в тюрьму. А потом он сбежал
Перед Артёмом Вовченко стоял выбор: либо долгий срок в тюрьме, либо принудительная отправка на войну, которую он не поддерживает. Он решил, что стоит рискнуть.
Авторы: Пол Сонне и Милана Мазаева
К тому моменту, когда прошлым летом самолет с депортированным из США Артёмом Вовченко приземлился в Москве, он полностью лишился боевого духа.
Он дезертировал из российской армии и бежал из страны, выступая против войны в Украине. Затем провел 13 месяцев в трех американских центрах содержания мигрантов, прежде чем ему отказали в предоставлении убежища в США. После этого администрация Трампа депортировала его в наручниках в Россию, где ему грозило до десяти лет лишения свободы.
После приземления сотрудники службы безопасности в московском аэропорту обнаружили, что 27-летний Вовченко находится в розыске у военной прокуратуры. К тому времени отчаяние из-за того, как с ним обошлись и Россия, и Соединенные Штаты, сменилось горькой покорностью.
«Да пошли вы все к черту. Делайте что хотите. Я знаю, что прав», — вспоминает Вовченко свои мысли в тот момент. «Я уже смирился. По сути, я был готов умереть».
Впервые о судьбе Артёма Вовченко The New York Times рассказал в прошлом году, после того как он оказался среди людей, попавших под кампанию массовых депортаций администрации Трампа. Дальше ему пришлось столкнуться с российской системой, перегруженной военнослужащими, бежавшими с фронта в Украине или получившими ранения, — системой, в которой, несмотря на жесткий военный авторитаризм Владимира Путина, сохранялось немало лазеек.
По мере того как дни на военной базе, где Вовченко ожидал суда, складывались в недели, к нему постепенно возвращалась воля бороться за свое будущее. По его словам, он терпеливо ждал подходящего момента, каждый вечер молился и черпал внутреннюю силу в многолетних занятиях боевыми искусствами. Постепенно он начал разрабатывать план побега.
«Я просто возложил всю надежду на Господа, — рассказал Вовченко. — Я рассуждал так: если Бог поможет мне пройти этот путь, значит, так и должно быть. Если же не даст пройти — что ж, значит, такова моя судьба».
«Категорически против»
Сын охранника и парикмахерши, Артём Вовченко вырос в небогатой семье в небольшом провинциальном городе на юге России.
По словам Вовченко, после окончания колледжа его призвали на срочную службу, а затем вопреки его воле заставили подписать контракт и прослужить еще год.
Когда в 2022 году Владимир Путин начал полномасштабное вторжение в Украину, Вовченко был потрясен, поскольку всегда считал украинцев братским народом.
«Я не мог с этим смириться. Думал: “Какого черта? На каком основании?”» — вспоминает он.
Убедившись, что его подразделение вскоре отправят в Украину, Вовченко бежал: сначала уехал в Индонезию, где работал тренером по джиу-джитсу, а затем отправился в Мексику, откуда в 2024 году пересек границу США, чтобы попросить убежище.
Его поместили в центр содержания мигрантов в штате Миссисипи. Там, по его словам, он работал на кухне, готовя кашу, за один доллар в день. Однажды, когда он передвигал 150-фунтовую (около 68 килограммов) емкость с едой, он поскользнулся и повредил спину.
«Даже в армии, где со мной, безусловно, плохо обращались, я никогда не сталкивался с таким отношением, какое было там», — сказал Вовченко.
Представитель Министерства внутренней безопасности США заявил: «Любые утверждения о ненадлежащих условиях содержания в учреждениях Службы иммиграционного и таможенного контроля США (ICE) не соответствуют действительности».
«Чудовищный стресс»
После проигрыша дела в США прошлым летом Вовченко загнали, словно скотину, в военный самолет.
Он считал, что его последним шансом сохранить свободу было убедить египетские власти во время пересадки в Каире разрешить ему отправиться не в Россию, а в Индонезию, где у него по-прежнему была действующая виза.
То, что начиналось как серия вежливых просьб, быстро пошло не по плану.
В туалете аэропорта он ухватился за трубу и заявил, что никуда не поедет. По его словам, сопровождавшие его египетские охранники набросились на него и принялись избивать. Затем он почувствовал резкую боль в спине, а один из охранников, по его словам, начал душить его.
Наконец, по его словам, появился вооруженный мужчина и пригрозил застрелить его.
После этой угрозы Вовченко обмяк. Охранники подняли его, связали руки и ноги «как колбасу» и внесли в самолет, следовавший в Москву.
Власти Египта не ответили на запросы журналистов прокомментировать обращение с Вовченко.
«Словно инопланетянин»
Вернувшись в Россию, Вовченко неожиданно оказался в ситуации, когда хаос в военной системе, испытывавшей огромное напряжение из-за войны в Украине, сыграл ему на руку.
Два дня его продержали на гауптвахте, после чего отправили на базу под Москвой. Обычно эта база используется как учебный центр для военнослужащих войск связи, однако, по словам Вовченко, теперь там также действует место содержания под стражей для военных.
Камеры были переполнены ранеными военнослужащими, многие из которых страдали психическими расстройствами или тяжелыми проблемами со здоровьем, рассказал он.
По его словам, атмосфера там была лучше, чем в американском центре содержания мигрантов: некоторые российские военные относились к нему по-человечески, хотя при этом и называли содержащихся там солдат «предателями».
Охрана там была не такой строгой, как в обычной российской тюрьме. По словам Вовченко, у него не изъяли ни телефон, ни паспорт, а при досмотре искали только оружие. Военные почти не сталкивались с людьми, которые несколько лет прожили за границей, поэтому стали называть его «американцем», несмотря на его возражения, рассказал он.
«Честно говоря, для них я был словно инопланетянин», — сказал Вовченко.
Из-за большого числа раненых военнослужащих у медиков не было возможности заняться его лечением, рассказал он. Тогда он собрал деньги и стал одним из нескольких десятков задержанных солдат, которых охрана регулярно сопровождала в частные медицинские клиники.
Врачи объяснили Вовченко, что у него обнаружены три межпозвоночные грыжи, причем одна из них выступала на 11 миллиметров.
За месяцы таких поездок, пока сопровождавший его охранник ждал окончания приема, чтобы отвезти его обратно на базу, Вовченко начал изучать возможности для побега.
«Это похоже на подготовку к соревнованиям, — сказал он. — Нельзя все время думать только о самих соревнованиях. Нужно просто сосредоточиться на конкретных задачах, на ключевых деталях, а потом выйти и сделать то, что должен».
«Совершенно потерянный»
Однажды, придя на очередную процедуру, он, по его словам, дождался момента, когда скрылся из поля зрения сопровождавшего его охранника, вышел из клиники и поймал такси.
Он был готов. Он заранее знал, каким маршрутом будет уходить и как избежать слежки. По его расчетам, у него было около трех часов, чтобы покинуть Московскую область, прежде чем начавшиеся поиски осложнят ему побег.
Перед перспективой долгого тюремного срока или принудительной отправки на передовую этот риск казался ему оправданным.
«Я просто не мог заставить себя сдаться, позволить, чтобы вся моя жизнь вот так утекла сквозь пальцы», — сказал Вовченко.
По словам Вовченко, пока он находился под стражей на военной базе в ожидании суда, его имя было исключено из списка разыскиваемых. Он отметил, что это является стандартной процедурой в российской судебной системе.
До границы с Беларусью он добирался с несколькими пересадками. Беларусь допускает свободное перемещение через общую границу с Россией. О возможности покинуть Россию этим путем Вовченко узнал из интернета — ранее о таком маршруте публично рассказывали другие россияне, выступающие против войны, в том числе Мария Алехина, участница панк-группы Pussy Riot.
Подпольная организация Rapid Unit, которая помогает тайно вывозить в безопасные места российских политзаключенных, подтвердила личность Вовченко и оказала ему помощь. Об этом на условиях анонимности рассказал представитель организации.
Организация координировала выезд Вовченко, оказывая ему помощь главным образом уже на территории Беларуси. Совместно с партнерскими группами она занималась билетами, логистикой, поиском временного жилья, а также корректировала план по мере изменения обстоятельств. Как рассказал представитель Rapid Unit, маршрут пришлось несколько раз менять, однако в итоге Вовченко удалось покинуть Беларусь и добраться до безопасного места.
The New York Times согласился не раскрывать нынешнее местонахождение Вовченко из соображений безопасности.
Оказавшись на свободе, Вовченко пытается заново наладить свою жизнь. Его по-прежнему мучают проблемы со спиной, а деньги уже закончились.
«Сейчас я чувствую себя совершенно потерянным», — сказал он.
Президент американской организации Russian America for Democracy in Russia, помогающей российским просителям убежища, Дмитрий Валуев организовал сбор средств в поддержку Вовченко. Пока удалось собрать лишь две тысячи долларов из необходимых двенадцати тысяч, которые должны помочь ему начать жизнь заново.
Со своей стороны Вовченко заявил, что сожалеет о том, что ошибочно считал Соединенные Штаты страной, где его примут, и что не до конца понимал, как устроена американская иммиграционная система. Сейчас он пытается избавиться от паранойи, накопившейся за время жизни в бегах, и справиться с кошмарами, в которых за ним снова приходят, чтобы увезти.
Недавно ему все же удалось принять участие в турнире по джиу-джитсу — после нескольких недель, в течение которых он самостоятельно пытался восстановить спину. В нынешних мрачных обстоятельствах это стало для него небольшой личной победой.
«У меня есть свои цели, свои мечты, — сказал Вовченко. — Я просто хочу жить своей жизнью».