The New York Times: «Нас обстреливают свои»: как российская пропаганда отравила Восточную Украину
Война длится уже больше года, но некоторые жители Восточной Украины до сих пор ставят местные власти в тупик, поддерживая Россию, несмотря на постоянные российские обстрелы.
Американская газета The New York Times публикует репортаж британской журналистки и писательницы, лауреата Пулитцеровской премии Карлотты Галл. Она побывала в городе Константиновка Донецкой области, находящемся под контролем Украины.
Отсюда всего 15 км до Бахмута, где Вооружённые силы Украины ведут ожесточенные бои с превосходящими российскими силами. Часто Россия обстреливает и близлежащие города — Славянск, Краматорск, Константиновку.
Но многие местные жители по-прежнему поддерживают Россию, хотя буквально на их головы регулярно падают российские ракеты. Галл поговорила с местной жительницей Натальей, которая считает, что за обстрелами стоит не российская армия, а ВСУ. «Они убивают нас, — говорит женщина. — Наши же ребята нас обстреливают».
Такие, как Наталья, повторяют мантры кремлевской пропаганды, обвиняя в развязывании войны Запад. По их мнению, ВСУ нарочно обстреливают мирные города, чтобы заставить местных жителей уехать. «Они нарочно так делают, — уверена женщина. — Они говорят, что люди должны эвакуироваться. Им нужна эта земля».
Украинские военные называют таких людей «ждунами». Они отказываются от эвакуации и сидят дома, ожидая российской оккупации, несмотря на то, что могут погибнуть под обстрелом. В Украине таких все меньше, но их количество по-прежнему исчисляется тысячами.
До войны восточная часть Донбасса была самым пророссийским регионом Украины. Он географически близок России, многие семьи живут по обе стороны границы. Здесь чаще говорили по-русски, чем по-украински.
Феномен «ждунов» объясняет 35-летний начальник местной полиции Дмитрий Кирдяпкин. Он сам уроженец Донбасса, до Константиновки работал в Мариуполе и Дружковке. По его словам, взгляды таких людей, как Наталья, — это во многом результат российской пропаганды, которая навязывается местным жителям уже больше 10 лет. Именно она настроила их против Киева и подтолкнула в объятия пророссийских сепаратистов в 2014 году. «Это самое жестокое оружие, которое РФ применяет против нашего народа», — говорит Кирдяпкин.
Он вспоминает, что в 2014 году в одном из городов Донбасса, где шли боевые действия, работал только один телеканал. Он был пророссийским и показывал страшные картины разрушений на фоне украинского флага. «Мы проиграли информационную войну в 2014 году», — считает полицейский.
Он напомнил ставшую хрестоматийной историю о распятом мальчике в Славянске. «Я не понимаю, почему и тогда, и сейчас многие люди верят в эти сказки», — говорит Кирдяпкин.
Как пишет Галл, Владимира Зеленского часто хвалят за выдающиеся коммуникативные навыки и успешное объединение страны перед лицом агрессии, но в некоторых районах Восточной Украины большинство украинских чиновников полагает, что Россия по-прежнему побеждает в пропагандистской войне.
Российские телеканалы, радиостанции и соцсети запрещены по всей Украине. Но любой на востоке страны, у кого есть спутниковая антенна, может к ним подключиться, даже если находится в 50 км от линии фронта.
По словам Кирдяпкина, украинская полиция установила, что Россия намеренно использует соцсети для манипулирования местными жителями. Например, пророссийский телеграм-канал «Константиновка обстановка» с более чем 5000 подписчиков регулярно публикует коктейль из выгодных России картинок и видео, предупреждений о ракетных ударах, православных молитв и угроз местным чиновникам.
Часто перед российским ракетным ударом канал сообщает, что ВСУ готовятся обстрелять город из минометов. Затем публикуется фото образовавшейся воронки от российской ракеты. Авторы пишут, что это последствия минометного обстрела, и многие читатели не понимают разницы. Этот tg-канал уже отреагировал и на статью Карлотты Галл в New York Times:
«О нас пишут в Нью-Йорк таймз! NYT назвала слова украинцев про обстрелы ВСУ своих городов российской пропагандой. Не уважаемые пиндосы приедете и поживите тут с пару месяцев и вы сами поймете кто откуда стреляет и это не только в нашем городе это во всех городах Донбасса идёт обстрел ВСУ», — написали там сегодня.
Кирдяпкин говорит, что отслеживает этот канал и пытается выявить его осведомителей из числа местных жителей. Прошлым летом в Дружковке ему уже удалось арестовать пятерых человек, которые передавали информацию российской разведке. Это были инженер с завода, молодая девушка, 30-летний мужчина, 50-летняя бывшая таксистка, а также официально состоящий на психиатрическом учете.
Их всех судили. На суде многие заявили, что работали за деньги. Например, за данные о перемещении украинских войск Россия предлагала 5000 долларов. Но экс-таксистка заявила, что попала под влияние пропаганды. Российский разведчик завербовал ее еще в 2014 году, а год назад позвонил и склонил к сотрудничеству.
«Я думала, что так в моей стране что-то может измениться к лучшему и наступит мир, — сказала она. — Я не хотела, чтобы мои дети жили на войне». Кирдяпкин называет эти слова неискренними и отмечает, что после ее ареста российские удары стали наноситься реже.
Чтобы повлиять на умы, власти разместили на билбордах в городах Восточной Украины плакаты о героях ВСУ. Но о реальных настроениях людей лучше говорят самодельные граффити на стенах домов. В Константиновке они в основном проукраинские: «Слава Украине!», «Русский военный корабль, иди нахуй!», «Россияне — предатели!».
Кирдяпкин говорит, что настроения людей действительно меняются. С каждым российским обстрелом, а они длятся уже больше года, местные жители понимают, что на самом деле несут с собой российские войска. Даже те, кто раньше симпатизировал России, постепенно меняют свое мнение. «Они понимают, что вокруг них погибло много людей, а в их городе все разрушено, — говорит он. — Они убедились во всем собственными глазами…»
«Если раньше люди были за Россию, то теперь они изменились, — говорит 67-летняя Ольга, одна из немногих оставшихся жительниц многоэтажки в центре Константиновки. — Теперь они за Украину и за хоть какое-то спокойствие».