The Atlantic: В России новый ГУЛАГ. Москва возродила трудовые лагеря советских времен
Оригинал на сайте The Atlantic
Есть доказательства существования по крайней мере 40 лагерей для военнопленных в России и Беларуси, а также 63 официальных и неофициальных тюрем в оккупированных частях Украины, где содержатся около 10 000 украинцев.
Автор — Энн Эпплбаум, англо-американская журналистка и писательница, штатный корреспондент американского журнала The Atlantic, автор книги Gulag: A History (2004, Пулитцеровская премия), профессор Лондонской школы экономики
В 1978 году Богдан Климчак перешел пешком границу СССР и запросил политическое убежище в Иране. Климчак был украинцем, родился под Львовом. В 1949 году его семью депортировали в Хабаровск, на Дальний Восток России, а брата арестовали как «украинского националиста». В 1957 году сам Климчак был арестован за «антисоветскую агитацию». Даже после освобождения он оставался под постоянным надзором. После побега через границу иранцы отправили его обратно, и Климчак оказался в лагере под названием «Пермь-36». Это была одна из последних больших политических тюрем в СССР. Он оставался там до 1990 года, став одним из последних советских политзаключенных.
За три десятилетия после освобождения Климчака произошло многое. «Пермь-36» стала процветающим музеем и местом памяти, куда ежегодно приезжали десятки тысяч посетителей, в том числе группы школьников. В 2014 году его вновь закрыли. В России бывшие заключенные и историки издавали мемуары и рассказы о ГУЛАГе, проводили конференции, организовывали выставки, снимали документальные фильмы. Затем, за последние несколько лет, их организации были запрещены, а их лидеры — высланы из страны или отодвинуты на периферию.
Сегодня новая версия той самой системы ГУЛАГа воссоздается специально для украинцев. Журналисты, следователи по военным преступлениям и специализированные группы, такие как The Reckoning Project, документируют аресты, убийства, тюрьмы и камеры пыток на территории Украины, находящейся под российской оккупацией. Постепенно становится ясно, что это не просто спонтанные реакции на украинское сопротивление. Это часть долгосрочного плана по строительству разветвленной системы лагерей и карательных колоний — нового ГУЛАГа. Агентство Associated Press (AP) сообщило вчера, что у него есть доказательства существования по крайней мере 40 лагерей для военнопленных в России и Беларуси, а также 63 официальных и неофициальных тюрем в оккупированных частях Украины, где содержатся около 10 000 украинцев. Лишь малая часть из них — это военнопленные. Российская группа по мониторингу тюрем Gulagu.net располагает доказательствами того, что украинские солдаты содержатся в российских тюрьмах без надлежащих документов и статуса военнопленных. Но большинство украинских заключенных — это мирные жители, арестованные или похищенные на оккупированных территориях.
Как и в ГУЛАГе времен расцвета, одна из целей этих лагерей — рабский труд. Некоторых украинцев поневоле заставляют возводить окопы и укрепления для российских солдат, копать братские могилы. ГУЛАГ был создан и для того, чтобы внушить страх широким слоям населения. Новая система лагерей тоже работает именно так. Мирных жителей сажают в тюрьмы и пытают за самые мелкие правонарушения. В качестве примера AP приводит привязывание к велосипеду ленты в цветах украинского флага. А иногда сажают и без всякой причины. The Reckoning Project собрал множество свидетельств того, как российские военные впадали в паранойю и допрашивали обычных людей, многие из которых были волонтерами общественных организаций, об их связях с украинскими спецслужбами, ЦРУ и даже с фондом Джорджа Сороса «Открытое общество». AP описывает историю мирного жителя из Запорожской области Украины, которого схватили, а потом вытащили из камеры, стали возить по городу и приказали указывать на людей с проукраинскими симпатиями. В 1937–1938 гг., в эпоху Большого террора, советская тайная полиция была точно так же параноидальна и точно так же напугана, причем не только по отношению к простым людям, но и по отношению друг к другу. Недавние междоусобные распри [в России] дают основание предполагать, что российские вооруженные силы могут достичь этой стадии и в оккупированных частях Украины.
Как и советский ГУЛАГ, новая российская система лагерей не является временной. Если украинцы не смогут вернуть свою территорию, она будет лишь расширяться. AP получило российский документ от января этого года, в котором описываются планы строительства 25 новых колоний и шести СИЗО на оккупированной территории Украины до 2026 года. Подобно советскому ГУЛАГу, эта система хаотична и беззаконна. Людей приговаривают без суда. Их документы теряют. Иногда их держат без причины и отпускают без причины. Их родственники не получают никакой информации о них, не могут их найти или связаться с ними. А иногда они могут оказаться на передовой. Именно такая судьба у российских заключенных, многим из которых сейчас приказывают подписать документы на мобилизацию, а в случае отказа избивают и пытают. Как и в старые времена, кажется, что начальникам российских тюрем выданы квоты на число заключенных, которых нужно отправить на фронт для исполнения некоего генерального плана.
Такие исторические отголоски не могут быть случайностью. Когда-то в КГБ новобранцам преподавали историю их ведомства. Российские спецслужбы делают явно то же самое: проводят репрессивную политику, которая «работала» в советское время, удерживая за решеткой таких людей, как Богдан Климчак и его брат. Но это объясняет и реакцию Украины. Любому, кто задается вопросом, почему украинцы продолжают сражаться, почему продолжают просить больше оружия, почему раздражаются медлительностью трансатлантической дипломатии, почему кажутся озлобленными или «неразумными», нужно помнить: ГУЛАГ должен был остаться в прошлом. Теперь он остается в настоящем. Если украинцы не хотят, чтобы это стало частью их будущего, им придется физически стереть эти лагеря — и людей, которые ими управляют, — с украинской земли. Пока они не добьются этого, никакой помощи не будет достаточно.