Deutsche Welle: Любит Нетребко, дружит с Гергиевым. Что творит Юстус Франц?
Читать интервью на сайте Deutsche Welle
Автор: Марина Борисова
Известнейший немецкий дирижер и пианист Юстус Франц давал концерты в аннексированном Крыму и входил в жюри конкурса имени Чайковского в 2023 году. Как такое возможно во время войны в Украине? Интервью DW с музыкантом.
Юстус Франц (Justus Frantz) – не только всемирно известный дирижер и пианист. Именно он в 1986 году создал Фестиваль федеральной земли Шлезвиг-Гольштейн (Stiftung Schleswig-Holstein Musik Festival), сделав его одним из крупнейших форумов классической музыки. Из-за выступлений в России и тесных связей с этой страной Франца из программы фестиваля убрали (все детали – по ссылке в статье DW). DW поговорила с ним после того, как история с отстранением стала достоянием широкой общественности.
DW: Господин Франц, кто получит звание человека года – Путин или Барби? В среду, 6 декабря, журнал Time огласит “победителя”.
Юстус Франц: Признаюсь, я с полным списком кандидатов не знаком. Кто там еще?
– Певица Тейлор Свифт, участники забастовки голливудских сценаристов и актеров, Карл III…
– Знаете, с королем Карлом, тогда он еще был принцем, я часто встречался. Поэтому я с удовольствием надену и эту корону ему на голову.
– С британским королем вы знакомы, а что вас связывает с российским президентом?
– Я познакомился с ним, когда он был заместителем мэра Санкт-Петербурга Собчака. Вместе со своей женой он часто приходил в оперу, где я дирижировал в тот момент. Для России это была настоящая сенсация – “Волшебная флейта” на немецком. Мне кажется, он был на нескольких показах. Там мы и познакомились.
– Ни после аннексии Крыма, ни после начала полномасштабного вторжения в Украину вы не оборвали своих связей с Россией. Вы даете концерты в аннексированном Крыму, в 2023 году вошли в жюри конкурса имени П. И. Чайковского. Как такое возможно? Даже тени сомнения нет? Вы уверены в том, что поступаете правильно?
– Для меня совершенно очевидно, что Крым играет очень большую роль в истории культуры России. Если я правильно ориентируюсь в истории, то до Хрущева Крым принадлежал России. Потом Хрущев, не спрашивая об этом никого, совершил типичную советскую несправедливость – и отдал Крым Украине. До этого Крым входил в Османскую империю, но он никогда не был украинским. Поэтому я не могу подвывать со всеми вместе, что это что-то неслыханное. Я уже говорил о том, что считаю это установлением исторической справедливости.
– А что вы скажете сегодня о войне в Украине, вы ведь ее так и не осудили?
– Вы знаете, мы, немцы, знаем толк в захватнических войнах. Разумеется, я – против любой войны! Я – абсолютный пацифист. Но я знаю также, что у каждой войны, как и у каждой болезни, есть своя предыстория. А предысторию войны в Украине мне объяснил у меня в доме Генри Киссинджер. Дословно: расширение НАТО могло бы привести к Третьей мировой. Но я – музыкант, почему вы не спросите меня про Бетховена или Чайковского?
– Вот следующий вопрос – как раз из вашей сферы. Вы сейчас наводите культурные мосты с Россией. Они разве не сожжены уже полностью?
– Сейчас все сожжено. Невозможно через границу в Хельсинки попасть (закрытие российско-финской границы. – Ред.). Но культура, и особенно музыка, никогда не может быть оружием. Это всегда мост! Ужасный министр пропаганды Геббельс (Joseph Goebbels) пытался использовать культуру как пропагандистское оружие. Я сопротивляюсь! Для меня культура – неприкосновенна. Она должна быть всегда. Мы должны делать все возможное, чтобы поддерживать связи. Культура – это лучшее средство.
– Можно ли быть уверенным в том, что Россия не использует культуру как оружие, выстраивая культурные мосты параллельно с войной в Украине?
– Мне такое никогда не приходило в голову. Вы, наверное, знаете, что на меня накинулись с упреками, потому что я был в жюри конкурса имени П. И. Чайковского. Но там было так много западных членов жюри (по информации на сайте конкурса, в жюри XVII Международного конкурса им. П.И. Чайковского были музыканты и деятели культуры из 18 стран мира, из Германии, помимо Юстуса Франца, были Вильфрид Штреле, Энгельберт Шмидт, Михаэль Массонг. – Ред.). И мы занимались исключительно судьбой молодых и очень талантливых музыкантов. Я горжусь этим! У меня в свое время была возможность поработать с Бернстайном и с Гербертом фон Караяном (Herbert von Karajan), поэтому сегодня я действительно хочу помогать тем, кто этого заслуживает.
– Вы были знакомы с Караяном. От вас наверняка не ускользнула новость о том, что театр в Ахене убрал бюст знаменитого дирижера из-за его связей с нацистами.
– Да, конечно, и на очереди – следующий: Фуртвенглер (Wilhelm Furtwängler). А моим родственником был граф фон Мольтке (Helmuth von Moltke), он был генерал-фельдмаршал. И сейчас улицы, названные его именем, должны быть переименованы, потому что он якобы был колонизатором. Только у Германии на тот момент не было ни одной колонии. Моя семья была в Сопротивлении. Мой отец пошел на смерть ради своих гуманистических убеждений. Он был расстрелян, когда я еще не успел родиться. Это то, что оставило след. Иногда обстоятельства обязывают идти на какие-то компромиссы. Мы не знаем доподлинно, в какой ситуации и что именно Караян сделал.
– Сейчас стало известно об отстранении вас от вашего же “детища”. Вы не боитесь, что за ваши выступления в России вам придется когда-то заплатить еще более высокую цену?
– Я вам так скажу. Я очень активно помогал Украине, основал фонд помощи Die Freundschaftsbrücke. Жертвам катастрофы в Чернобыле мы оказали большую помощь. Я лично приезжал с концертами в Украину. Еще два года назад я приглашал главного дирижера национального оркестра из Киева. Я стараюсь не быть односторонним, а всегда строить мосты как можно шире.
– Киссинджер при жизни был вашим гостем, недавно Сара Вагенкнехт (Sahra Wagenknecht) была в вашем доме. А Анну Нетребко вы могли бы пригласить?
– Если моя гостиная не слишком маленькая для ее голоса! Я бы, конечно, был рад услышать ее пение у себя дома. Она пела в Мариинском театре на одном из своих первых выступлений в опере “Фигаро” партию Сюзанны, у нее – незабываемый голос (музыкант Юстус Франц был одним из первых иностранцев, начавших ставить оперы в Мариинском театре в начале 1990-х годов. Его “Свадьба Фигаро” стала ярким событием 1994 года. – Ред.).
– Раз уж вы заговорили про Мариинский. Вы поздравили своего друга Валерия Гергиева? 1 декабря 2023 года он был назначен директором Большого театра.
– Конечно, я его поздравил. Это невероятная задача! Как он собирается с ней справляться, для меня – загадка. Но он так устроен, что может дирижировать двумя операми за один вечер, причем разными. Я могу только сказать, что он – один из самых блестящих дирижеров, которых я знаю. Мы дружим уже на протяжении 20 лет, и уж точно не позволим политике нас поссорить.
– А свой 80-летний юбилей в 2024 году вы действительно планируете праздновать в России?
– Ну, если немцы меня больше не жалуют, то есть соблазн отметить юбилей в одном из самых красивых городов мира – в Санкт-Петербурге.
– Раз вам так нравится Россия, может, вы планируете получить российское гражданство?
– Нет, я – немец. А вот о виде на жительство в России я думаю.
– Как вы отреагировали на отстранение от фестиваля, который вы же сами и основали?
– Шлезвиг-Гольштейн – красивая земля, но есть еще много других, не менее красивых. Красивую музыку можно играть везде. Но этот фестиваль был связан с идеей о мире, и мы были уверены, что можем с помощью культуры объединить людей, преодолеть разногласия.
– Вы думаете, вам удастся заново выстроить сожженные мосты?
– Вы сейчас, конечно, в первую очередь думаете о России. А я стараюсь объединить мир. В “Филармонии наций” (уникальный международный оркестр “Филармония наций” был основан Францем в 1995 году. – Ред) играли представители разных национальностей, в том числе – из бывшей Югославии. В то время, как их родители стреляли в друг друга, молодое поколение музицировало вместе. У президента Германии Романа Херцога (Roman Herzog) во время этого выступления по щекам текли слезы…
– И вы могли бы объединить российских и украинских музыкантов?
– Такой концерт у меня уже был.