Handelsblatt: Как ведётся тайная война Путина против Германии
Кибератаки, беспилотники над военными объектами, нападения на электросети: иностранные державы ведут скрытую войну против Федеративной Республики. Путешествие по уязвимой стране.
Авторы: Жозефине Фокуль, Ян Хильдебранд, Зильке Керстинг, Дитмар Нойерер, Ясмин Осман, Свен Пранге, Бритта Рыбицки и Клаус Штратман
- Германия стала ареной тайной войны — без танков и боевых самолётов, но едва ли менее угрожающей. Цель иностранных государств – критическая инфраструктура..
- За этим, помимо России, стоят также Китай, Иран или Турция. Сотрудники спецслужб ожидают, что в будущем ситуация, вероятно, будет и дальше обостряться.
- Немецкая экономика не подготовлена к этой угрозе. Новый фонд федерального правительства должен помочь.
Берлин, Франкфурт, Дюссельдорф. Например, в воскресенье в четыре часа утра произошла атака на энергетический концерн Entega. Хакеры, предположительно из России, парализовали платёжные операции компании, систему запирания дверей в центральном офисе и каналы связи с клиентами. В итоге сотрудникам пришлось взламывать двери и окна, чтобы получить доступ к своим офисам.
Когда они наконец собрались, как того требуют предписания, сообщить об этом случае в министерство внутренних дел федеральной земли Гессен, там, как сообщают инсайдеры, никого не было. Выходные.
В другом случае загорелся контейнер DHL – внезапно вспыхнул в аэропорту Лейпцига. Власти Литвы раскрыли сеть преступников, которая, как утверждается, по поручению российских спецслужб тайно размещала посылки на борту самолётов и грузовиков и, очевидно, также в контейнере DHL.
Прошлым летом снова и снова над немецкими аэропортами и электростанциями появлялись беспилотники. Они создавали там хаос, пока в конце концов не исчезали или их не перехватывали силы безопасности. И в этом случае доказать, кто их отправил, сложно, однако немецкие круги безопасности исходят из того, что за этим стоит Россия.
Этот список можно было бы продолжать сколько угодно. Например, уже стали регулярными кибератаки на больницы или органы власти, нападения на инфраструктуру и проникновения на энергетические объекты. Германия уже давно стала ареной войны нового типа. Войны, в которой не движутся танки и не летают боевые самолёты, которая не была официально объявлена и прямыми потерями в которой до сих пор не стали человеческие жизни. Но которая едва ли менее опасна, уже потому, что её организаторы – могущественные государства: по данным представителей немецких спецслужб, с которыми удалось поговорить Handelsblatt, это Россия, а также Китай, Иран или Турция.
«Особенно с 2022 года возросли интенсивность, агрессивность и масштаб кибератак из России на Германию», — сказал Handelsblatt бывший заместитель главы Федеральной разведывательной службы Арндт Фрайтаг фон Лорингховен. А глава Ведомства по охране конституции Тюрингии Штефан Крамер в беседе с Handelsblatt предупреждает о значительно обострившейся ситуации с безопасностью в Германии. «Гибридная угроза в Германии сейчас столь велика, как никогда с окончания холодной войны». Государственные и близкие к государству субъекты стремятся постепенно ослабить способность [немецкого] государства действовать — и демократию как таковую.
В частности, Россия, по сведениям сотрудников спецслужб, вероятно, усилит свою гибридную войну против сторонников Украины. Только во вторник на этой неделе международные органы безопасности предупредили о продолжающейся кибероперации ФСБ против компаний и государственных учреждений.
Днём ранее правительства Германии и Франции вызвали российских послов в Берлине и Париже. Они обвиняют Россию в кампании кибервзломов против европейских государств и их критической инфраструктуры.
Снова усилились кибератаки
Опасность таких нападений в эти дни растёт ещё и потому, что российскому правителю Владимиру Путину срочно нужно отвлечь внимание от неудач в Украине. Украина наносит россиянам чувствительные удары, успешно атакует военные заводы и нефтеперерабатывающие предприятия, уничтожает мосты и самолёты. Российское руководство не может заставить исчезнуть изображения горящих нефтяных резервуаров и сильно повреждённых высотных зданий в Москве.
То, что остаётся россиянам, как предупреждают спецслужбы, — это сеять на Западе страх, ужас и неуверенность. Эта стратегия восходит к начальнику российского Генерального штаба Валерию Герасимову, который ещё в 2013 году разработал концепцию асимметричной войны. Сегодня все нити сходятся непосредственно в Кремле, где бывший премьер-министр Сергей Кириенко является человеком Путина для грязной, но невидимой работы за рубежом.
«Россия удивительным образом оказалась в обороне», — говорит бывший сотрудник БНД Фрайтаг фон Лорингховен. «Вместе с тем период, в течение которого они ещё могут рассчитывать на поддержку Дональда Трампа, в том числе с оглядкой на промежуточные выборы в США, уменьшается — и то и другое ведёт к тому, что сейчас мы должны ожидать дальнейшего обострения». Прогноз всё ещё действующих сотрудников немецких спецслужб также однозначен: в будущем борьба будет вестись ещё более жёсткими средствами.
Новый закон ужесточает стандарты безопасности
Нельзя сказать, что Германия в последние месяцы и годы лишь наблюдала за этим. Так, федеральное правительство отреагировало новой концепцией защиты критической инфраструктуры. Центральное место в ней занимает принятый Бундестагом «рамочный закон о критической инфраструктуре». Он впервые указывает, как операторы жизненно важных объектов должны подготовиться к кризисам. Речь идёт, среди прочего, о сферах энергоснабжения, транспорта, телекоммуникаций, здравоохранения, водоснабжения, продовольствия и государственного управления.
«Наша цель ясна: способность к обороне и устойчивость нашей критической инфраструктуры следует усилить», — говорит федеральный министр внутренних дел Александр Добриндт (ХСС).
Параллельно правительство расширяет сотрудничество органов безопасности. С помощью нового Объединённого центра по противодействию гибридным угрозам, сокращённо GAZ Hybrid, полиция, разведка и органы безопасности должны быстрее обмениваться информацией, раньше выявлять гибридные атаки и координировать меры противодействия. Федеральное правительство также намерено реформировать разведывательные службы.
Кроме того, всего несколько месяцев назад под эгидой Федеральной полиции в Берлине начал работу Объединённый центр противодействия беспилотникам (GDAZ). Угроза со стороны беспилотников очевидна. Только за прошлый год Федеральное ведомство уголовной полиции (BKA) зарегистрировало более 1000 подозрительных полётов беспилотников. Глава BKA Хольгер Мюнх говорил о «ярко выраженной опасной ситуации».
То, что делает профилактику и противодействие более сложными, чем ещё два десятилетия назад, — это стремительный прогресс в области сетевых взаимосвязей и цифровизации. Хотя они повышают эффективность высокоразвитых индустриальных государств, служат драйверами роста и двигателями прогресса, они также делают страну легко уязвимой и служат воротами для физических и цифровых атак.
Свен Херпиг из берлинского аналитического центра Interface предупреждает: «Всё, что мы как общество переводим в цифровой формат, уязвимо для атак. Цифровизация и сетевые связи меняют и, возможно, повышают риски угроз». Его совет: «Мы должны снова и снова задаваться вопросом, находятся ли ожидаемые от цифровизации процессов преимущества в эффективности в приемлемом соотношении с потерей безопасности».
7 июля руководители крупнейших европейских банков получили письмо от Клаудии Бух. В трёхстраничном письме главная чиновница по надзору из Европейского центрального банка (ЕЦБ) настоятельно предупреждает о растущей опасности для финансовой отрасли. «Новые модели искусственного интеллекта могут выявлять уязвимости программного обеспечения и использовать их с ещё невиданной скоростью», — пишет Бух. Речь идёт о «долгосрочном изменении ситуации с угрозами, а не о временном явлении». Бух требует от банков всеобъемлющих планов действий по отражению кибератак.
Уже много лет этот риск занимает надзорные органы и отрасль. В Федеральном министерстве финансов существует отдел, который занимается «кибербезопасностью в финансовом секторе».
733 серьёзных инцидента зафиксировали в прошлом году только компании финансовой отрасли
В головном объединении отрасли, Немецком кредитном хозяйстве (DK), наблюдают «рост политически и государственно мотивированной активности, в частности посредством DDoS-атак». DDoS — это атаки с целью перегрузки; например, такие сервисы, как онлайн-банкинг, пытаются вывести из строя чрезвычайно большим количеством запросов.
Число успешных кибератак на банки в последнее время значительно выросло: если в 2022 году более 100 крупнейших банков Европы сообщили о 77 успешных атаках, то в 2024 году, по данным ЕЦБ, их было уже 153. При этом центральный банк учитывал только успешные атаки, которые сами банки классифицировали как серьёзные.
Немецкий орган финансового надзора Bafin также снова и снова призывает финансовую отрасль инвестировать в информационную безопасность. Только в прошлом году банки, страховые компании и поставщики услуг с ценными бумагами сообщили о 733 «серьёзных инцидентах» в сфере информационно-коммуникационных технологий; прежде всего от них пострадали банки.
«Кибератаки стали повседневностью», — говорит Handelsblatt Йенс Обермёллер, возглавляющий в Bafin отдел киберугроз и технологий в финансовом секторе. До сих пор крупного ущерба в финансовом секторе удавалось избежать. И всё же: «Мы спрашиваем себя не о том, будет ли нам нанесён крупный ущерб, а скорее о том, когда это случится».
При этом слабые места в киберзащите часто оказываются не у банков, а у поставщиков услуг, работающих на банки. Так происходит в 40% случаев. Согласно несколько устаревшему исследованию ЕЦБ, в 2024 году атаки на субподрядчиков были самым распространённым способом получить доступ к банковским данным.
Именно в цифровой сфере банки сотрудничают с внешними поставщиками, которые регулируются менее строго, чем сами банки. «Более активное использование облачных сервисов приводит к зависимости от немногих крупных поставщиков, что повышает риск сбоев и инцидентов в безопасности, что может иметь далеко идущие последствия для многих учреждений», — говорит эксперт Bafin Обермёллер.
Ещё серьёзнее угроза прямого доступа хакеров к внутренним системам банков. Бывший банковский надзорный чиновник Bafin Раймунд Рёзелер однажды описал самый ужасный сценарий так: хакеры опустошают все счета крупного немецкого банка. Вероятность того, что это произойдёт, хотя и «ужасно мала», сказал он тогда, «но если это произойдёт, ущерб будет чрезвычайно велик».
Государство и управление защитить трудно
В конце 2021 года сотрудники Федерального ведомства картографии и геодезии (BKG) во Франкфурте-на-Майне заметили необычную активность в своих IТ-системах. Почти три года спустя федеральное правительство сообщило: государственные китайские киберсубъекты внедрились в сеть ведомства с целью шпионажа. […] Этот случай особенно чувствителен, поскольку федеральное ведомство выполняет важные функции для объектов критической инфраструктуры. К ним относятся, например, энергоснабжающие компании, водоканалы, транспортные предприятия и компании из сферы безопасности.
Этот случай также взрывоопасен в геополитическом контексте. Китай следует наступательной киберстратегии, которая посредством масштабной передачи знаний должна внести важный вклад в достижение промышленных и геополитических целей страны.
Атака на федеральное ведомство картографии отражает тенденцию, за которой органы безопасности наблюдают уже много лет. Иностранные государства всё чаще пытаются выкачивать информацию из органов управления и шпионить за процессами принятия решений. Другие случаи также показывают масштаб проблемы: в 2023 году российские субъекты проникли в электронные почтовые ящики центрального аппарата СДПГ. В 2024 году ХДС также сообщила о кибератаке, предположительно имевшей государственное происхождение.
Правительственные учреждения – главная цель российских кибератак
Федеративная структура Германии затрудняет защиту от кибератак. Федерация, земли и муниципалитеты эксплуатируют тысячи IТ-систем, часто с различными стандартами безопасности. Многие ведомства к тому же работают с устаревшей техникой. Особенно небольшим муниципалитетам часто не хватает специалистов, чтобы эффективно защищать свои IТ-системы.
Федеральное ведомство по безопасности в сфере информационных технологий (BSI) оказывает государственному управлению поддержку в вопросах IТ-безопасности. Однако значительные уязвимости сохраняются — и это в то время, когда атаки на государственные учреждения уже давно стали нормой.
Коммуникация: небольшие усилия, большой ущерб
Когда 24 февраля 2022 года российские войска напали на Украину, война началась не только с ракет и танков. В день вторжения российская кибероперация нарушила работу сети коммуникационных спутников KA-SAT американского оператора Viasat над Юго-Восточной Европой. Предполагалось создать помехи для украинской военной связи, чтобы облегчить продвижение российских вооружённых сил.
В Европе, в том числе в Германии, кибератака также привела к сбоям систем дистанционного обслуживания тысяч ветряных установок. Фонд «Наука и политика» описал атаку как пример того, «насколько в принципе уязвима космическая инфраструктура перед кибероперациями». Высший орган Германии по кибербезопасности BSI классифицировал инцидент как «единую точку отказа», в которой при сравнительно небольших усилиях можно нанести огромный ущерб.
Эти страны чаще всего становятся целью российских кибератак
Действительно, информационно-телекоммуникационные технологии считаются особенно привлекательной целью для атак. Сети мобильной связи, центры обработки данных, оптоволоконные кабели, спутниковые соединения и облачные сервисы образуют цифровую нервную систему страны. Если они подвергаются атаке, то в кратчайшие сроки под давлением могут оказаться также энергоснабжающие компании, больницы, транспортные предприятия, банки и органы власти, поскольку они зависят от функционирующих сетей передачи данных.
Если бы, например, крупнейший в мире интернет-узел DE-CIX во Франкфурте вышел из строя, это имело бы последствия и для всей Европы: соединения стали бы медленнее, финансовые транзакции задерживались бы, облачные сервисы перестали бы работать.
Президент Федерального ведомства по охране конституции Синан Зелен недавно заявил на конференции по кибербезопасности в Потсдаме: «Кибератаки уже сейчас являются сейсмографом геополитической напряжённости. У нас этот сейсмограф показывает мощный всплеск».
Особенно подверженными угрозам могут оказаться центры обработки данных и подводные кабели, по которым проходит значительная часть международного трафика данных. В числе крупнейших проблем при этом – зависимость от немногих международных поставщиков технологий. Американские концерны эксплуатируют значительную часть облачной инфраструктуры, многие компоненты телекоммуникационных сетей производятся в Китае.
Государство и компании инвестируют миллиарды в защиту критической инфраструктуры. Тем не менее эксперты считают несомненным, что полностью предотвратить кибератаки невозможно. В том числе поэтому федеральное правительство намерено разрешить «активную киберзащиту».
До сих пор [у государства] отсутствовала возможность предпринимать достаточно для защиты инфраструктуры, говорит вице-президент BKA Марина Линк. Приходится ждать, «пока ребёнок не упадёт в колодец». Это должно измениться с принятием закона о кибер-обороне, который сейчас находится на стадии парламентского рассмотрения.
Энергетика: навстречу риску с открытыми глазами
Внутренняя «Концепция газового резерва на случай кризиса» Федерального министерства экономики ориентируется на сценарий, который в газовой отрасли предпочли бы не представлять себе слишком красочно: что произойдёт, если крупнейший в Германии приёмный терминал природного газа в восточнофризском Дорнуме выйдет из строя? Туда приходят «Europipe 1» и «Europipe 2» — два газопровода из Норвегии, которые покрывают значительную часть потребности Германии в природном газе.
Министерство экономики рассчитывает объём планируемого государственного газового резерва исходя из предположения, что приёмный терминал в Дорнуме не будет работать в течение 30 дней. Однако вопрос о том, как это могло бы произойти, документ не затрагивает. Может быть атакован и сам объект, и оба трубопровода.
Энергетическая инфраструктура уязвима. Она рассредоточена по всей стране, часто находится на виду и поэтому её трудно защищать. Значительные части электросети, например, – это открытые линии, на них легко напасть. Тот, кто не ограничится поджогом опоры линии электропередачи, может атакой на подстанцию, диспетчерский пункт оператора электросети, один из терминалов СПГ на побережьях Северного и Балтийского морей, электростанцию или точку выхода на берег норвежского газа при сравнительно небольших усилиях нанести максимальный ущерб.
И, словно всего этого уже недостаточно, в интернете доступны также подробные сведения о местоположении критически важных энергетических объектов — это предусматривают действующие до сих пор процедуры согласования таких объектов. Поэтому глава Федерального объединения предприятий энергетики и водного хозяйства (BDEW) Керстин Андреэ говорит: «Прозрачность в демократии по праву считается чрезвычайно высокой ценностью. Но мы должны осознавать, что общедоступная информация об инфраструктуре может использоваться для атак». Необходимо быстро ввести разумные ограничения.
В отрасли не отрицают, что в последние годы предпринимались попытки вывести из строя трансформаторы на подстанциях посредством технических манипуляций. Давно ходит слух о том, что в диспетчерском пункте крупного немецкого оператора электросети работал сторонник иракской террористической организации ИГ, что обнаружилось скорее случайно. Кроме того, из энергетической отрасли поступают сообщения об участившихся случаях, когда неизвестные лица преодолевают ограждения подстанций или других технических объектов, чтобы вести их разведку.
В отрасли уже давно размышляют о том, что, вероятно, произошло бы, если бы злоумышленники в рамках скоординированной акции обрушили электроснабжение сразу в нескольких немецких городах. Оценка большинства экспертов: последствия были бы непредсказуемыми, а быстро устранить ущерб почти невозможно. Не хватило бы запасных частей и вспомогательных средств, таких как аварийные генераторы, и отсутствовали бы логистические мощности, чтобы одновременно распределить эти товары по стране.
Вода: по несколько атак в день
Последнее резервное копирование данных было выполнено в пятницу вечером. В ночь на субботу хакеры проникли в IТ-системы небольшого поставщика воды и зашифровали их. «В понедельник утром уже ничего не работало — ни один компьютер, ни один телефон, никакая электронная почта». Так эксперт по кибербезопасности Рональд Дерлер описывает этот инцидент. «Ущерб исчислялся шестизначной суммой, восстановление заняло два месяца».
Дерлер – управляющий директор Центра компетенций цифрового водного хозяйства (KDW) в Эссене. Изначально KDW задумывался как платформа для обмена информацией в отрасли водоснабжения о тенденциях цифровизации. Когда с началом российской агрессивной войны против Украины общая ситуация с угрозами изменилась, KDW стал учреждением по кибербезопасности в водном хозяйстве.
«Осознание того, что можно стать целью возможной кибератаки, усилилось, но ещё может повыситься», — говорит Дерлер. «К счастью, в Германии пока не произошло катастроф, однако в США, Великобритании и Скандинавии были некоторые сценарии, которые заставили пересмотреть подходы».
Так, по сообщениям, весной 2025 года хакеры на несколько часов получили доступ к системе управления плотиной в Норвегии и открыли шлюзы, в результате чего утекло больше воды, чем обычно. Кто стоял за атакой, до сих пор не установлено, однако норвежская служба внутренней разведки PST предполагает, что это Россия. «Это была демонстрация силы в рамках гибридной войны», — говорит Дерлер: «Посмотрите, мы могли бы причинить большой ущерб».
В Германии, по словам Дерлера, происходит «несколько попыток атак на водное хозяйство в день». Он называет ещё одну опасную тенденцию: около двух лет назад среднее Breakout Time, то есть временное окно между проникновением злоумышленника в сеть и его опасным распространением внутри неё, составляло примерно один час. «Теперь хакеры также используют для своих атак системы искусственного интеллекта и благодаря этому Breakout Time может составлять менее минуты».
Транспорт: почти невозможно защитить
Два зажигательных устройства, собранные из жидкости для розжига гриля и таймеров, загораются утром 10 июля. Одно находится в большом кабельном колодце на мосту через Вуппер, другое — в соседнем, более узком колодце. Огонь распространяется по откосу и сигнальным кабелям между Леверкузен-Митте и Лангенфельдом. Когда техники обнаруживают пламя у железнодорожного моста через Вуппер, они вызывают пожарную службу. Но ущерб уже нанесён, и одно из самых загруженных соединений между Кёльном и Дюссельдорфом приходится полностью закрыть примерно на полтора дня.
Транспортная инфраструктура снова и снова становится целью диверсий, прежде всего железнодорожная инфраструктура. Федеральное ведомство уголовной полиции (BKA) квалифицировало в прошлом году 93 преступления как диверсии на железнодорожном, воздушном или водном транспорте. В 2023 году их было 78, в 2024 году число снизилось до 58. До сих пор в качестве виновных выявляли чаще террористические группы внутри страны, чем иностранных исполнителей, однако эти случаи показывают, насколько уязвимой транспортная инфраструктура была бы и для иностранного противника.
93 преступления полиция квалифицировала в 2025 году как диверсии на железнодорожном, воздушном или водном транспорте
Мануэль Атуг, эксперт по критической инфраструктуре из AG Kritis, говорит, что полностью защитить всю железнодорожную сеть Германии протяжённостью почти 40 000 километров и тысячи километров кабелей попросту невозможно. Однако более серьёзную проблему он видит в другом: «Самая большая брешь в защите находится на руководящих этажах», — сказал Атуг Handelsblatt. «Руководство компаний не рассматривает устойчивость как свою основную задачу и относит это к IТ». Оправдание звучит так: слишком дорого.
Насколько важны кризисное управление и устранение неисправностей, в последнее время доказала Украина, объясняет Атуг. «Посреди войны поезда там ходят вовремя, потому что к этому готовились годами». Были подготовлены специалисты по устранению неисправностей, созданы склады материалов. «Этого не хватает во многих местах в Германии».
Число инцидентов увеличивается и на море. Военные корабли в последнее время неоднократно становились целью предполагаемых диверсий: с перерезанными кабельными жгутами, загрязнённой питьевой водой или посторонними предметами в двигателях. Органы безопасности за немногим более чем год насчитали около десяти таких случаев на флоте в Северной Германии.
При кибератаке на обслуживающую аэропорты компанию Collins Aerospace в сентябре 2025 года оказалось достаточно одного скомпрометированного IT-поставщика, чтобы парализовать воздушное сообщение сразу в четырёх крупных европейских аэропортах. Пассажиров в аэропорту BER в течение нескольких дней оформляли по бумажным спискам. В последнее время аэропорты в Германии снова и снова прекращали работу из-за беспилотников, как, например, аэропорт Мюнхена в мае. По данным Немецкой службы управления воздушным движением, в 2025 году по всей стране было зарегистрировано 225 помех, вызванных беспилотниками.
Основная проблема, по словам Атуга, остаётся прежней: чтобы поддерживать рабочие процессы, необходимы избыточные мощности и резервы, которые имеют значение не в обычной повседневной работе, а в проблемных ситуациях. «В конечном счёте это не искусственный интеллект или другое программное обеспечение, а люди с опытом и ноу-хау, которые поддерживают работу критической инфраструктуры».
Здравоохранение: как на ладони
Это было в середине апреля, когда злоумышленники получили доступ к IТ-системам поставщика услуг по расчётам для больниц Unimed. Компания осуществляет расчёты за частные и дополнительные услуги для многочисленных больниц и университетских клиник в Германии. По данным компании, хакеры похитили данные из раздела c перепиской по претензиям против счетов, в том числе основные данные, такие как имена, адреса и даты рождения. В немногих случаях это были также данные счетов, сведения о лечащих врачах и информация, из которой можно было сделать выводы о диагнозах или лечении.
Этот инцидент показывает, что кибератаки уже давно нацелены на систему здравоохранения как на уязвимую точку — причём уже не только на сами больницы, но и на обслуживающие их компании.
Федеральное ведомство по безопасности в сфере информационных технологий (BSI) уже много лет указывает на то, что больницы относятся к критической инфраструктуре и поэтому должны быть защищены. Глава Ведомства по охране конституции Тюрингии Крамер также говорит, что кибератаки на больницы – особенно чувствительны. «Мы исходим из того, что медицинские учреждения и особенно больницы могут подвергаться разведке или атакам как со стороны преступных групп, так и со стороны поддерживаемых государством субъектов, так называемых прокси». BSI констатирует: такие атаки уже происходили, однако установить ответственных трудно.
«Кибератаки стали постоянной угрозой для немецкой экономики», — говорит Handelsblatt руководитель отдела безопасности Bitkom Феликс Куленкамп. Только в 2025 году кибератаки причинили ущерб на сумму 202 миллиарда евро — впервые более 200 миллиардов евро. Эта тенденция не обходит стороной ни одну отрасль, в том числе и здравоохранение. «Две трети компаний критической инфраструктуры в исследовании Bitkom о защите экономики за 2025 год указали, что число кибератак на их компании увеличилось. 81 процент исходил из того, что число кибератак будет расти и дальше».
Вывод: решиться на более наступательные действия?
Когда президент Украины Владимир Зеленский несколько недель назад присвоил одному из спецподразделений своей армии почётное наименование «Героев УПА», он хотел отметить особенно храбрых бойцов. Однако вместо этого он вызвал государственный кризис с соседней Польшей. УПА — это Украинская повстанческая армия, которая для многих в Украине служит символом сопротивления Москве и советскому господству в прежние времена. В Польше же эта аббревиатура связывается с массовыми убийствами во время Второй мировой войны.
То, что память об этом снова ожила в соседней стране, западные эксперты по безопасности считают чем угодно, но не случайностью: Россия намеренно разожгла эту память, а вместе с ней и гнев Польши, чтобы рассорить двух союзников. И отчасти это удалось: правый президент Польши Кароль Навроцкий лишил Зеленского ордена Белого орла — высшей польской награды.
Так далеко теперь простирается рука Москвы во внутренние дела европейских государств в том числе потому, что почти во всех европейских странах усилились пособники Москвы. В Германии, по оценке немецких органов безопасности, это, например, «Альтернатива для Германии».
При этом Россия всё чаще использует искусственный интеллект. Его применение в гибридной войне растёт экспоненциально: «Российские организации, такие как группа „Правда“, наводняют базу данных ИИ-чат-ботов, чтобы там больше не оставалось нейтральной информации», — говорит бывший сотрудник спецслужб Фрайтаг фон Лорингховен. Так мировоззрение Москвы медленно просачивается в головы западных пользователей чат-ботов.
Для Фрайтага фон Лорингховена ясно: «То, что мы делаем, не действует и не сдерживает». Он предлагает триаду наступательных ответных мер: во-первых, Европа должна так же активизировать свою информационную работу в российской общественности, как Россия ведёт пропаганду на Западе. Кроме того, необходим союз немецкого государства и немецких компаний для защиты критической инфраструктуры — ведь 80% её в конечном счёте находится в частных руках.
Но прежде всего: «Мы должны расширить концепцию сдерживания — от военных до гибридных действий. Ведь сдерживание означает, что нужно показывать зубы, что нам причиняют боль, когда на нас так нападают. Не только реагировать и создавать устойчивость, но и использовать наступательные элементы».
Потому что одно также кажется очевидным: если Германия сейчас не будет сопротивляться тайной войне Путина, то уже вскоре страна столкнётся с ещё более могущественным противником: «Сотрудничество Китая и России было недооценено», — говорит Фрайтаг фон Лорингховен. «Сегодня для них важнее всего общие интересы». И никто не должен сомневаться в том, что оба государства готовы добиваться их осуществления всеми средствами.