Die WELT: Выход из тупика или смертельный удар? Насколько рискованной была бы мобилизация для Путина

Die WELT, 12.08.2026
Автор: Павел Локшин, независимый корреспондент по России

России становится все труднее набирать новых солдат для войны против Украины. Теперь появляется все больше признаков того, что Путин готовит новую мобилизацию. Однако политическая цена такого шага была бы огромной.

Если верить Дмитрию Медведеву, противник распространяет «чушь» и занимается «провокациями». Речь идет о слухах о приближающейся новой волне принудительной мобилизации в России. Заместитель председателя Совета безопасности России и бывший президент на заседании этого органа в конце июля заверил, что в первом полугодии контракты с армией подписали 200 тысяч человек. По его словам, нехватку личного состава испытывает не Россия, а Украина, которая поэтому и распространяет подобные слухи.

Президент Украины Владимир Зеленский уже несколько месяцев предупреждает, что Россия планирует новую принудительную мобилизацию. В последний раз он заявил об этом во вторник: по его словам, Путин готовится после выборов в Госдуму в сентябре мобилизовать до конца года несколько сотен тысяч человек. Многие россияне скорее склонны верить Зеленскому, чем Медведеву. Они помнят, что четыре года назад российские власти еще за несколько дней до объявления мобилизации отрицали, что она готовится.

После первой волны мобилизации осенью 2022 года, которая должна была восполнить потери катастрофических первых месяцев войны, российская армия с 2024 года фактически действует по принципу наемной армии. Сегодня резерв потенциальных контрактников в значительной степени исчерпан. Практически все, кто готов добровольно отправиться на фронт за большие деньги, уже сделали это.

Вера в скорое окончание войны угасает. Большинство россиян сегодня понимают, насколько смертельно опасна служба на фронте. Российскому государству пока удается, хотя и с трудом, поддерживать темпы набора на уровне около 30 тысяч военнослужащих в месяц, как подсчитал экономист Янис Клюге из берлинского аналитического центра «Фонд науки и политики» (SWP).

Однако для этого приходится предлагать все более высокие единовременные выплаты при заключении контракта, расходы на которые ложатся на региональные бюджеты. Чтобы выполнить спускаемые из Москвы и не разглашаемые планы по набору, регионы прибегают к давлению и различным уловкам: крупные предприятия заставляют набирать новых контрактников среди своих сотрудников.

В некоторых городах, таких как Пенза, Ростов или Ульяновск, мужчин задерживают прямо на улице и доставляют в пункты набора. За последние два года регионы потратили почти восемь миллиардов рублей только на вознаграждения частным посредническим агентствам, которые вербуют солдат для отправки на фронт. Мужчин заманивают обещаниями службы в глубоком тылу, а затем отправляют на фронт.

При этом боеспособность новобранцев заметно снизилась. В социальных сетях распространяются видео с пожилыми мужчинами на фронте, которые едва могут ходить. По оценке Клюге, все это обходится российским бюджетам примерно в 2% ВВП, или 20% военных расходов.

Согласно публикации Financial Times со ссылкой на информированные источники в Москве, в этом году регионы должны набрать 409 тысяч военнослужащих. Для бюджетов большинства российских регионов, обремененных большими долгами, это огромная нагрузка.

Одновременно усиливается давление на фронте. Россия способна за счет набора новых военнослужащих восполнять потери, но не более того. Для нынешней наступательной тактики, при которой небольшие группы из двух-трех пехотинцев должны просачиваться через линии противника, это становится проблемой.

На первый взгляд идея новой масштабной волны набора выглядит как способ решить кадровую проблему российской армии. Уже несколько месяцев из московских властных кругов просачиваются соответствующие слухи. Эмигрантские СМИ, ссылаясь на анонимные источники в правительстве, неоднократно сообщали, что возможность новой мобилизации всерьез рассматривается.

Росгвардия хочет расширить свои полномочия

Косвенных признаков становится все больше. За последние годы Россия создала единую базу данных всех военнообязанных мужчин. Центры набора активно нанимают новых сотрудников, что может указывать на подготовку к дополнительным задачам.

Росгвардия, напрямую подчиняющаяся Владимиру Путину, хочет расширить свои полномочия, чтобы защищать российское общество от «угроз» в период мобилизации. Для начала новой мобилизации потребуется едва ли что-то большее, чем соответствующее решение Путина. Его указ 2022 года, которым была объявлена так называемая частичная мобилизация, четыре года спустя по-прежнему остается в силе.

Однако в действительности процесс принятия решений в Кремле, вероятно, устроен сложнее. Можно предположить, что с точки зрения Путина нынешняя система еще далеко не исчерпала себя. Регионы, возможно, считают, что уже достигли предела своих возможностей, но Путин может смотреть на это иначе.

Регионы могли бы еще чаще прибегать к репрессивным мерам и дополнительно сокращать расходы, чтобы выплачивать еще более высокие бонусы. В логике Путина недостаток инвестиций в образование, здравоохранение и местную инфраструктуру является наименьшей из проблем. Война против Украины для него остается единственным приоритетом.

Политическая цена новой волны мобилизации была бы высокой. Четыре года назад протесты проходили преимущественно в регионах с нерусским большинством населения. Сотни тысяч мужчин, в основном представителей российского среднего класса, покинули страну, многие из них остались за границей. На этот раз российские власти могли бы прибегнуть к постепенной мобилизации, проводя ее по отдельным возрастным группам или регионам.

Экономике не хватает рабочих рук

Но даже в этом случае следствием стала бы более серьезная внутриполитическая нестабильность, причем на фоне уже напряженной обстановки из-за регулярных украинских атак беспилотников на нефтяную инфраструктуру и логистику крупнейшего российского онлайн-ретейлера Wildberries. Кроме того, новая мобилизация нанесла бы серьезный дополнительный ущерб российской экономике, которая и без того страдает от дефицита рабочей силы.

К тому же принудительно мобилизованных мужчин, как и контрактников, необходимо обучать, экипировать и обеспечивать денежным довольствием. Поэтому в конечном счете экономия может оказаться не столь значительной. При этом остаются открытые вопросы: будет ли государство проводить мобилизацию параллельно с существующей системой набора или заменит ею эту систему? Справится ли российская бюрократия с двойной нагрузкой?

С точки зрения российских мужчин возникли бы и вопросы справедливости. Почему одних загоняют в армию кнутом, а других заманивают пряником? Не было бы справедливым провести ротацию военнослужащих, мобилизованных начиная с 2022 года?

Всех этих вопросов, способных вызвать серьезное напряжение в обществе, Кремль мог бы избежать, сохранив нынешнюю систему и тем самым еще дальше отложив момент, когда российскому государству придется в полной мере расплачиваться за экономические и бюджетные последствия войны. Такой вариант вполне соответствовал бы подходу Путина, ведь он по-прежнему верит, что сможет выиграть войну.

Павел Локшин — корреспондент по России. С 2017 года он освещает для WELT события в России, Украине и на постсоветском пространстве.

Оригинал