«Человека сегодня убил, на х**!». Лейтенант Кержаев признавался жене в стрельбе по гражданской машине — а потом всё отрицал в разговоре с «Медиазоной»
21 марта CNN опубликовала прослушку телефонного разговора — российский военный рассказывает жене, как «пизданул с БМП» по машине с гражданскими. По версии украинских силовиков, голос на пленке принадлежит старшему лейтенанту Климу Кержаеву, а запись была сделана 23 июня 2022 года под Изюмом, где супруги-украинцы чудом выжили под обстрелом — об истории их спасения позже сняли документальный фильм. «Медиазона» поговорила с Климом Кержаевым и его женой.
Валерия и Андрей
23 июня прошлого года квадрокоптер ВСУ облетал окрестности села Великая Камышеваха в 30 километрах от Изюма. Оператор дрона, старший лейтенант с позывным Сид, заметил на проселочной дороге черную «Мазду». Стало ясно, что в машине гражданские.
Это была молодая пара — Валерия Пономарева и Андрей Богомаз. Они ехали в Бахмут из Харькова, чтобы эвакуировать родителей девушки. Чем ближе к Изюму, тем больше становилось вокруг разрушений; в какой-то момент они уперлись во взорванный мост. Валерия и Андрей спросили дорогу у местных, им показали объездной путь через поля. Теперь они приближались к Т-образному перекрестку, не зная, что справа от него позиции ВСУ, а слева — россияне. «Мазда» повернула налево. Раздались выстрелы и взрывы.
После первых попаданий автомобиль заглох. Богомаз пытался завести двигатель, но безуспешно. «Там была такая небольшая остановка, мы думали туда побежать, но оно все взрывалось. Оно вот летит и оно тупо там взрывается рядом», — вспоминала позже Пономарева. Супруги решили вернуться в машину, но россияне снова открыли по ней огонь. Валерия крикнула Андрею, чтобы он бежал, а когда обернулась, увидела мужа на дороге в крови. Она наложила ему повязки на ногу и голову.
«Я увидела, что голова раненая. Я обмыла сразу голову. Начала перевязывать, доставать большие полотенца. Я не знала, как что делать, я как бы не врач. Я не знаю, что со мной происходило в тот момент. Я говорю: не умирай пожалуйста, не бросай меня, говорю. Нет, ты не должен, говорю. Не бросай!» — рассказывала украинка.
Сверху за дорогой продолжал наблюдать коптер ВСУ. Оценив характер ран, Сид понял, что водитель «Мазды» может умереть от кровопотери. Украинские военные не рискнули выносить его из-под обстрела: россияне были слишком близко. Но оператор попытался привлечь внимание девушки и показать ей путь в укрытие — выкопанную неподалеку траншею для техники. Впрочем, Пономарева была в шоке и не понимала, ни зачем над ней кружит дрон, ни чей он.
«В какой-то момент я повернулась, встала на колени. Встала, и просто адским криком я кричу. Я не знала, кто это прилетел, что это прилетело, я не знала! Я кричала — помогите, заберите нас, заберите мужа, пожалуйста», — говорила она.
Вскоре дрон, не вняв крикам Валерии, скрылся из виду. Как объяснял позже Сид, ему нужно было срочно заменить разрядившийся аккумулятор. Но через несколько минут коптер вернулся. Не зная, как еще привлечь внимание девушки внизу, оператор взял листок бумаги, написал маркером: «Иди за мной» — и приклеил его к аппарату.
«И я вижу, что на дроне что-то висит, но я не вижу, что именно. И он немного ниже приспустился, и я увидела, что на дроне прицепили на бумаге: “Иди за мной”, — вспоминала Пономарева. — Я поворачиваюсь и кричу: “Зай, я иду, я иду за помощью, я вернусь. Я не оставляю тебя”. Я говорю: “Я вернусь, ты не один, только живи, пожалуйста, я сейчас вернусь”».
Она последовала за коптером и в какой-то момент наткнулась на мины, но Сид, маневрируя, показал, как их обойти. Едва Валерия скрылась за поворотом, как оператор увидел, что к «Мазде» идут четверо или пятеро российских военных. Они обыскали машину, а Богомаза, вероятно, приняли за мертвого и оттащили с дороги в траншею.
Пономареву вскоре встретил украинский солдат и проводил на позиции ВСУ. Там не верили, что ее раненый муж сможет выжить. «Мне никто не говорил, что он мертвый, мне говорили, что он лежит», — вспоминала девушка.
На следующий день Богомаз пришел к своим сам. Он пролежал в траншее 30 часов, в его теле застряло 30 осколков, четыре из них — в голове.
«Я слышу, что дождь хорошо идет. Увидел, что я лежу в каком-то окопе, и дождь идет, мне холодно, и надо что-то делать. Я, получается, когда снял повязку, нога начала уменьшаться. Она была туго завязана, и ногу вообще раздуло. Я ее снял, я попробовал наступить и понял, что я смогу идти. И я дошел», — объяснял Андрей.
Редактор: Дмитрий Ткачев