10 самых покупаемых книг в независимых издательствах и магазинах за прошедшую неделю
В этом рейтинге — результаты магазинов издательств Freedom Letters, BAbook, Meduza а также «Эхо Книги», «Просто Книги», «Платформа 24»
По ту сторону отчаяния
Валерия Новодворская
И в 1983, и в 1993, и в 2026-м совестливые люди спрашивают себя: «Что может бессильный, одинокий человек сделать для своей обезумевшей страны?» В этой книге автор находит ответ. Новодворская утверждает: «Главный сырьевой ресурс страны — её инсургенты». И на правах ведущего инсургента Валерия Ильинична ещё когда нас предупреждала: никогда не имейте дела с ГБ. Мы не послушались, выбрали госбезопасность в президенты, последствия теперь видны всему миру. «Некогда я мечтала, что народ сломает свою клетку. Был ли шанс?» И есть ли он сейчас?
Поколение М
Борис Акунин
Поколение «М» – не роман, а скорее летопись, «Повесть временных лет», что в переводе на современный язык означает «рассказ о минувших годах». Впрочем не только о минувших…Мое поколение является самым везучим за всю полутысячелетнюю историю России. Там, в российской истории, почти всё – с точки зрения не «государственников», а живых людей – было или черным-черно или серым-серо. Вдохи хотя бы относительной свободы были редкими и короткими. Чуть-чуть в начале царствования Александра Благословенного, несколько лет в начале царствования Александра Освободителя, несколько месяцев после Октябрьского манифеста, несколько месяцев после Февраля. И всё. Снова асфиксия. А нам просто невероятно повезло. По моему отсчету, «кислородная» эпоха началась осенью 1986 года и длилась вплоть до марта 2014, когда вентиль снова закрылся. Больше четверти века мы были то относительно, то полностью, то снова относительно свободны. Так что мы – Самое Счастливое Российское Поколение. И если мы не уберегли свободу, то кроме как на самих себя пенять не на кого.
Тут недалеко
Кира Ярмыш
Лучшие подруги Ева и Ника не виделись и не разговаривали десять лет, а теперь наконец-то встретились — и вынуждены были сразу пуститься в бега. На долгом пути от Ростова-на-Дону до Владивостока им придется столкнуться с фээсбэшниками, бандитами, ненастьями, болезнями, голодом и — что страшнее всего — с собственным прошлым.
Нелюбовь
Александр Роднянский
Александр Роднянский на примере девяти спродюсированных им фильмов анализирует культурную и общественную жизнь России 2000-х — начала 2020-х годов. Кино, считает Роднянский, отражает смену настроений в обществе лучше любых соцопросов. В этой книге он вспоминает свой профессиональный путь — от «9 роты», снятой Федором Бондарчуком, к картине Владимира Битокова «Мама, я дома», — чтобы понять, как в России на фоне вроде бы мирной и сытой жизни складывались тоталитарные тенденции, замешанные на глубоком ресентименте, кичливом милитаризме и антизападной паранойе.
505 дней в плену ХАМАСа
Элия Коэн
«505 дней в плену ХАМАСа» — это автобиографическая книга Элии Коэна, пережившего 505 дней в плену после событий 7 октября 2023 года. Автор рассказывает о жизни в неволе, ежедневной борьбе за выживание, физических и психологических испытаниях, а также о силе духа, вере и надежде, которые помогли ему сохранить себя в самых тяжелых обстоятельствах. Это личное свидетельство человека, прошедшего через экстремальные испытания, и рассказ о стойкости, человеческом достоинстве и стремлении к жизни. Это путешествие на грани жизни и смерти. Рассказ о дружбе, ужасе, преодолении и о том, как сохранить человеческое достоинство в нечеловеческих условиях.
Диагональная лягушка
Виктор Меламед
Самые разные виды искусства могут жить параллельно, но их всегда будет роднить один инструмент — метафора. Так, по крайней мере, считает художник, музыкант, а с недавних пор еще и практикующий прозаик Виктор Меламед. Автор делится опытом использования метафоры в преподавательской, творческой и зрительской работе, взглядами на искусство и упражнениями на творческое мышление.
Книга содержит множество упражнений для самостоятельного выполнения в целях общего эстетического развития.
Раз два три четыре два
Петр Уманский
В названии книги «зашифрован» номер статьи УК РБ 342 – статьи, по которой проходит большинство политических заключенных в современной Беларуси, осужденных за участие в протестах в 2020 году. Что испытывает обычный нормальный человек, когда на его запястьях защелкнулись наручники и он внезапно попадает в тюрьму? Как инстинкт самосохранения трансформирует мышление заключенного? Как продержаться в застенках, выйти на свободу и начать жизнь заново? Именно с первых дней, после того как автор оказался в тюремной камере и начинается повествование, а затем читатель вместе с автором переносится в 2020 год.
Империя должна умереть
Михаил Зыгарь
Книга о событиях, произошедших в истории Российской империи с 1900 по 1917 год. Если вы хотите закрыть пробелы в знаниях истории, а также понять, почему погибла великая империя, какие человеческие решения и хитросплетения судьбы к этому привели, — эта книга отличный выбор. Главный герой книги — сознательное и требовательное российское гражданское общество. Вы сможете увидеть Россию начала XX века глазами людей того времени: Николай II, Лев Толстой, Петр Столыпин, Григорий Распутин, Владимир Ленин, Александр Керенский, Лев Троцкий, Максим Горький, Александр Колчак и многих других.
Сказка
Владимир Сорокин
Владимир Сорокин написал новую притчу — дикую, чарующую и безжалостную. В романе «Сказка» оживает мрачная постапокалиптическая Россия, где мусорные поля становятся территорией надежды, а путешествие по свалке — путём к сакральному преображению. Мир после катастрофы сказочно несуразен, но из его паноптикума прорастают вечные смыслы: смерть и возрождение, вера и отчаяние, тлен и новая утопия. Сорокин проводит читателя сквозь очищающий абсурд: от ужасающей прозы тлена до проблесков благодати. «Сказка» — новый эпос о русском сознании: порочном и светлом, униженном и мечтающем. Автор вновь конструирует будущее как аллегорический кошмар, но и даёт читателю шанс — страшный, но единственно возможный.
Соучастники. Почему российская элита выбрала войну
Александра Прокопенко
После вторжения России в Украину многие ожидали, что политическая и экономическая элита попытается остановить начатую Путиным войну. В том числе, чтобы сохранить привычный образ жизни. Этого не произошло. Наоборот, технократы и госбизнес стали главными опорами путинской военной экономики. Основанная на десятках интервью книга Александры Прокопенко объясняет, как за два десятилетия правящий слой России прошёл «псевдоморфозу»: сохранив внешние атрибуты власти, он утратил внутреннюю автономию и стал инструментом управления.