Портрет дня: Слава Комиссаренко — комик из Беларуси
Рубрика Руслана Валиева
Поддержите «Эхо» и своих любимых ведущих
Что случилось?
Беларусского комика Славу Комиссаренко начнут заочно судить 24 декабря 2024 года. Его фамилия появилась в расписании на сайте Верховного суда Беларуси. Дело комика в Минском городском суде планирует рассматривать судья Анастасия Попко. Комиссаренко обвиняют по трем статьям Уголовного кодекса Беларуси: о разжигании розни, клевете на Лукашенко и оскорблении Лукашенко. Сейчас Комиссаренко живет за границей. Дело против него начали в августе 2024 года. «Очень хотел явиться, к сожалению, не получилось. Спасибо, что есть возможность дистанционно решить вопросик», — прокомментировал Комиссаренко заведенное на него дело в Инстаграм.
Из Минска — на большую сцену
Слава Комиссаренко родился в 1985 году в Минске, в семье инженеров. В двухлетнем возрасте, случайно выпал из окна с высоты 8 этажа, но выжил, поскольку приземлился в сугроб. Еще в школьные годы он проявлял творческие способности, активно участвуя в школьных КВН-играх. В студенческие годы Слава вошел в состав команды КВН «Минское море», которая выступала в Высшей лиге. После завершения карьеры в КВН Комиссаренко нашел себя в жанре стендапа.
Голос поколения?
В 2020 году, на фоне протестов в Беларуси Комиссаренко открыто выступил против насилия и в поддержку демократических перемен. Это решение привело к отмене его выступлений в Минске и сделало невозможным возвращение на родину. Позже он покинул и Россию, став объектом политического давления и цензуры.
Жизнь в эмиграции
С переездом в Европу Слава Комиссаренко связь с аудиторией не потерял. Его выступления собирают залы в Литве, Польше, Украине и других странах. Он адаптировал свои программы под новую реальность, добавив в репертуар шутки об эмиграции, различиях в менталитетах и опыте жизни за границей. В своих интервью артист признается, что жизнь вдали от дома нелегка, но юмор помогает справляться с трудностями. «Юмор — это способ выживания, — говорит он. — Если можешь посмеяться над проблемой, значит, она уже не так страшна».