Купить мерч «Эха»:

«Особое мнение» Сергея Пархоменко

Ольга Бычкова
Ольга Бычковажурналист
Сергей Пархоменко
Сергей Пархоменкожурналист, политический обозреватель

К сожалению, я должен констатировать, что одна из самых успешных операций российской пропаганды на международной арене, которая была за время войны проделана российскими провокаторами, заключается в том, чтобы целевым образом, точечным образом разрушить в Украине репутацию Алексея Навального…

Особое мнение6 марта 2024
«Особое мнение» Сергея Пархоменко 06.03.24 Скачать

Подписаться на «Живой Гвоздь»

Поддержать канал «Живой гвоздь»

О. БЫЧКОВА: Добрый вечер, добрый день! Это «Особое мнение» на «Живом гвозде». С вами Ольга Бычкова, с особым мнением Сергей Пархоменко. Привет тебе!

С. ПАРХОМЕНКО: Привет! Очень рад снова быть в «Особом мнении».

О. БЫЧКОВА: И мы давай напомним нашим слушателям и зрителям, что, как обычно, они могут писать свои вопросы и разного рода соображения и комментарии, во-первых, в этой трансляции, пока она здесь идет, в чате в YouTube, а также есть еще «Пархомбюро» в Телеграме у Сергея Пархоменко, где тоже я смотрю и слежу за тем, что там происходит.

Начать я хочу, тем не менее, с обращения Юлии Навальной сегодняшнего с призывом участвовать в этой акции «Полдень против Путина», когда предлагается людям, вне зависимости от того, где они находятся, в полдень прийти к избирательным участкам и либо испортить бюллетень, либо написать там «Навальный», как говорит Юлия Навальная, либо, говорит она, если человек не видит смысла в этом так называемом голосовании, просто постоять около избирательного участка и увидеть там других живых людей, потому что это важно, чтобы люди были вместе. Это политическое заявление или какое-то другое, по-твоему?

С. ПАРХОМЕНКО: Ну какое же оно еще? Конечно же, оно политическое. И конечно…

О. БЫЧКОВА: Эмоционально-психологическое.

С. ПАРХОМЕНКО: Ну да, не без этого, несомненно. Как-то я не знаю, как отделить в данной ситуации одно от другого. Да, политические заявления делаются в данном случае, так сказать, с чувством, они делаются эмоционально. И мы видим и можем догадываться, что испытывает Юля, когда говорит это. Говорит она очень хорошо, как мы видим — и с точки зрения, так сказать, ораторского искусства, и с точки зрения смысла того, что она говорит.

Да, действительно, это попытки все-таки создать из этой электоральной процедуры, которую, наверное, не надо называть выборами — мы этим оскорбляем, так сказать, благородные демократические какие-то принципы и традиции, — создать из этой процедуры платформу или там, не знаю, язык для какого-то прежде всего антивоенного, потому что ничего важнее войны в российском обществе, в российской политике, в российской истории сейчас не происходит, — вот создать какую-то платформу, какой-то язык для того, чтобы сделать антивоенное заявление, сделать некое антивоенное действие.

Мы прекрасно понимаем с вами все, что относиться к этим процедурам как к выборам нельзя, потому что там нет, разумеется, ни одного ни оппозиционного кандидата, ни независимого кандидата, ни вообще хоть сколько-нибудь достойного кандидата — достойного вообще нашего внимания или чего-нибудь такого. Все это абсолютно марионеточная такая процедура, управляемая из Кремля, предназначенная для создания формальной видимости законности пребывания диктатора Путина у власти — абсолютно классическая, традиционная, многократно описанная историками, учеными, политологами, аналитиками процедура. Все диктаторские режимы рано или поздно к этому прибегают на каких-то этапах своего развития. Ну вот теперь и путинский режим тоже.

Поэтому собственно голосование и результат этого голосования в данном случае не имеет никакого значения. Потому что результат нарисуют такой, какой захотят. Для этого есть все технические возможности, для этого устранены наблюдатели, для этого создана такая извращенная законодательная база, превратившая выборы в какую-то странную эпопею из трех дней без какого бы то ни было контроля над ними, с принудительными во многих российских регионах электронными формами, которые вообще лишены какой бы то ни было возможности контроля над ними. Можно вытворять совершенно все, что угодно. И с их помощью можно вытворять все, что угодно. Можно не возить больше автобусами, не вбрасывать пачками, не выпрыгивать председателям участковых комиссий из окна с фальшивыми протоколами и так далее. Ничего этого можно не делать. Можно просто сидеть и из единого центра подкручивать эти цифры как угодно.

Поэтому само голосование и то, что будет происходить с бюллетенями, не имеет значения. Все равно это будет извращено, изуродовано, исковеркано. А вот то, что происходит с людьми в момент выборов, имеет значение. То, как люди себя ведут, как люди общаются между собой, какое, так сказать, послание они дают друг другу, как они демонстрируют друг другу свое отношение и так далее. Вот форма, которая в конце концов образовалась. Это вот эта форма «Полудня против Путина», появления людей возле избирательных участков.

Запретить это невозможно. Можно, конечно, просто взять и отменить голосование как ненужное. Сказать, что мы сами тут нарисуем все цифры, вы, пожалуйста, не ходите, не трудитесь — мы за вас все сделаем. Можно и так. И в принципе, что называется, им ничего за это не будет. Хуже репутации, чем та, которая уже сегодня есть у путинского режима — ее уже не образуется. Она и так уже лежит на самом дне. Но если не прибегать к этому, то да, запретить людям в день выборов прийти к избирательным участкам невозможно.

Ну, можно их запугивать. Можно там, на месте, им говорить: «А почему пришли сейчас?». Можно им говорить, что это мусор…

О. БЫЧКОВА: «Не мешайте проходу граждан».

С. ПАРХОМЕНКО: «Не мешайте проходу граждан». Или вот как с цветами на кладбище: цветы на кладбище можно класть только такого-то числа, а во все остальные дни месяца это мусор. Помните? Я думаю, вы легко найдете…

О. БЫЧКОВА: Он там говорил не про кладбище, он говорил про какой-то памятник кому-то. Это примерно аргументы одного уровня.

С. ПАРХОМЕНКО: Про памятный знак жертвам политических репрессий. Это примерно то же самое. Да, можно сказать, что бюллетень, который с утра и до 11-ти и с часу до вечера — это бюллетень, а тот, который в 12 — это мусор, и мы вас сейчас накажем по статье о выносе мусора в неположенное место. Можно и так. Можно вообще все. Можно потом ходить по домам, можно спрашивать, а почему пришли именно в это время, требовать у людей паспорт и прочее. Но, тем не менее, это легальная форма протеста. И Юлия Навальная вместе со своими теперь соратниками и коллегами призывает нас именно к этому.

Что важно понимать: это оторвано от того, что вы потом сделаете или не сделаете собственно на избирательном участке. Я думаю, что там можно сделать все, что угодно. Поставить две галочки для того, чтобы ваш бюллетень был признан недействительным.

О. БЫЧКОВА: В смысле, против каких-нибудь двух?

С. ПАРХОМЕНКО: Неважно против кого. Просто если галочек две, то бюллетень недействителен. Обратите внимание, что если вы не ставите ни одной галочки, то велика вероятность, что кто-нибудь за вас ее поставит. И понятно, за кого ее поставят — поставят ее за Путина. Можно написать на нем что-нибудь, можно нарисовать на нем что-нибудь, можно порвать его, можно унести его с собой. Можно сделать все, что угодно. Но это отдельная история от, собственно, «Полудня против Путина»: вы можете ничего не делать.

Я, например, лично я собираюсь поступить именно таким образом. Мне на участок заходить противно, и брать в руки этот так называемый бюллетень я не хочу, и участвовать никаким образом собственно в самой этой процедуре я не буду. Но прийти я приду для того, чтобы принять участие в этой акции. Правда, я нахожусь за пределами России, для меня это совершенно безопасно, мне ничего не грозит, я это прекрасно понимаю — в отличие от людей, которые находятся внутри России, которым нужно, несомненно, проявить мужество и решимость. Я тем, кто это сделает, заранее благодарен и заранее выражаю им свое уважение и солидарность. Но, опять-таки, не могу никого здесь заставить, или уговаривать, или что-нибудь такое. Я просто объясняю смысл происходящего. Вот смысл такой. А дальше решите, пожалуйста, в какой мере этот смысл вам близок, понятен и так далее.

Так что вот это попытки. Так же точно, как это было с очередями поставить подпись за…

О. БЫЧКОВА: Бориса Надеждина.

С. ПАРХОМЕНКО: Надеждина, да. В конце концов, знаете, если вам противен Борис Надеждин, можно было и не ставить за него подпись. Потому что важно было принять участие в публичной акции. А что вы там написали или не написали в этом списке — это уже другой вопрос. Хотите, поставьте, не хотите, не поставьте. Так же ровно и здесь с этим голосованием: это публичная акция.

О. БЫЧКОВА: Кстати сказать, даже, в общем, тут как-то неуместное слово… Люди, которые приходили с цветами к памятникам, люди, которые приходили на похороны — вот «Медиазона» посчитала, что через станцию метро, которая близко к этому кладбищу, прошло на 27 тысяч человек больше, чем проходит обычно, за эти 3 дня.

С. ПАРХОМЕНКО: Да, я видел.

О. БЫЧКОВА: Но сейчас, в общем, ожидаемо, этих людей начинают выцарапывать, выхватывать.

С. ПАРХОМЕНКО: Да, ну все, уже в сложившихся, так сказать, традициях. Там вовсю работала машина регистрации и распознавания, были развешаны камеры, полно было каких-то топтунов, доносчиков и шпиков в самой толпе. Это понятно. Теперь это все обрабатывается, и понятно, что это все будет использовано для давления на этих людей. Я думаю, что все они это прекрасно понимали. Я думаю, что люди все взрослые, трезвые, прекрасно понимают, как это теперь функционирует. Законных оснований для каких бы то ни было преследований, разумеется, нет, но есть незаконные. Есть, так сказать, гнев режима. Он сейчас постепенно распространяется и будет еще распространяться.

Я думаю, что будет длинный хвост этого всего, этих событий. Это будет продолжаться достаточно долго еще и будет распространяться на тех, кто посмел прийти к этим разным памятникам, знакам, монументам, крестам, обелискам, камням и так далее в разных-разных городах России. Ну и, разумеется, к тем, кто пришел к церкви в Марьино, кто пришел на кладбище. И кто продолжает приходить. Потому что заметим, что события этой недели, если мы говорим о событиях этой недели, заключаются еще и в том, что эти люди продолжают идти. Эта гора цветов, которую уже несколько раз там вычищали, растет заново. Я думаю, что это будет примерно так, как это выглядит с монументом… С отсутствующим монументом, воображаемым.

О. БЫЧКОВА: Мемориалом, ты хочешь сказать.

С. ПАРХОМЕНКО: Нет, я имею в виду мост Немцова.

О. БЫЧКОВА: Да, я это и имею в виду.

С. ПАРХОМЕНКО: Да, мемориалом Немцова. Сколько это уже продолжается с 2015 года и будет продолжаться дальше, я думаю, так или иначе. Так и здесь это будет происходить. Так что со временем мы будем как-то видеть, как будут развиваться события вокруг этого кладбища и этого на сегодня памятного места, где можно вспомнить об Алексее Навальном.

Одна из форм вспомнить об Алексее Навальном, возвращаясь к началу нашего разговора — это принять участие в этом событии 17 марта, в «Полдень против Путина», понимая, что это сегодня не только против Путина, но и за Навального. Потому что эти имена соединены теперь вместе навсегда: один убийца, а другой жертва, один террорист, а другой заложник. И когда вы высказываетесь против одного, вы высказываете свою солидарность и свое несогласие с гибелью другого.

У каждого здесь какие-то свои мотивы. Совсем необязательно быть сторонником Навального или поклонником Навального, чтобы принять участие в этой акции. Хотя понятно, что Навальный в этом во всем играл и продолжает, как видите, играть значительную роль.

О. БЫЧКОВА: Говоря о Юлии Навальной, не могу не попросить тебя прокомментировать сегодняшнюю новость о том, что Юлия Навальная и Елена Зеленская отказались участвовать в церемонии послания президента Байдена Конгрессу. Елена Зеленская сказала, что неоднозначное отношение в Украине к Алексею Навальному, Юлия Навальная сказала там что-то про усталость. В общем, неприятно все это выглядит.

С. ПАРХОМЕНКО: Ну, в этой новости есть несколько новостей. Одна из них заключается в том, что сам факт этого приглашения представляет собой свидетельство того, что Юлия Навальная вошла, так сказать, в ряд крупнейших фигур, имеющих отношение к мировому, я бы сказал, антипутинскому движению, к осуждению Путина как диктатора, разжигателя войны, агрессора и так далее.

Ну вот есть Зеленский и его семья. Несомненно, стоит в этом ряду назвать Светлану Тихановскую, демонстрирующую волю белорусского народа противостоять диктатору, одно из самых ужасных злодеяний которого, белорусского диктатора, заключается в том, что он поддерживает агрессивные, свирепые военные планы Путина, является его ближайшим союзником, помощником и, так сказать, подручным в этой трагедии. Ну и вот Юлия Навальная в этом ряду сегодня. Это теперь факт. И я думаю, что это так и будет, и дальше это будет только развиваться. Она будет среди тех, кто символизирует собой сопротивление какого-то цивилизованного мира путинской агрессии.

Что касается реакции Елены Зеленской, она, несомненно, выработана ею вместе с политическим руководством Украины. К сожалению, я должен констатировать, что одна из самых успешных операций российской пропаганды на международной арене, одна из самых успешных таких политических провокаций, которая была за время войны проделана российскими провокаторами, заключается в том, чтобы разрушить в Украине целевым образом, точечным образом разрушить репутацию Алексея Навального. Они этого очень не хотели, чтобы он там был уважаемой фигурой, и чтобы мучения и пытки, которые он принимает, были бы в Украине восприняты именно так. Поэтому российская пропаганда из кожи вон лезла. Все средства здесь были использованы, и то, что касается социальных сетей, прежде всего. Мы помним бесконечную эту битву разного рода пригожинских и не пригожинских этих толп ботов за то, чтобы давить на репутацию Навального и портить имя Навального.

Ну что, у них получилось. Мне трудно здесь обвинять в несообразительности, поверхностности и определенного рода такой готовности идти на поводу украинскую аудиторию, потому что у них есть занятия поважнее во время этой войны. Понятно, что они сосредоточены на другом. Для них это побочная маргинальная тема, и они на ней, что называется, не сосредотачиваются.

Но факт остается фактом: это действительно было сделано и это удалось. Абсолютно бессмысленно, абсолютно несправедливо, абсолютно клеветнически Навальный было превращен в какую-то такую знаковую фигуру (непонятно чего на самом деле был этот знак), которую в Украине достаточное количество людей воспринимают вот так неприязненно.

Надо сказать, что Владимир Зеленский не относится к этим людям. Он продемонстрировал мудрость, рассудительность, и он совершенно по-другому отреагировал на гибель Навального, на убийство Навального. И он совершенно не побоялся поднять здесь свой голос. Так же ровно, как не побоялись его поднять и буквально все европейские лидеры, хотя им, несомненно, очень важны взаимоотношения с Украиной, с украинцами, с украинским общественным мнением. К этому относится очень бережно и серьезно. Я не знаю, в любой публичной дискуссии, где принимают участие представители Украины, вы видите, что к представителям Украины относятся особо. Их берегут, к ним относятся с уважением, вниманием; прислушиваются к их мнению; в каких-то ситуациях прощают и не замечают какие-то ошибки, которые они допускают естественным образом — всякий допускает в любой дискуссии какие-нибудь ошибки.

Так вот, европейские лидеры, тем не менее, сделали этот шаг и высказались все до единого о Навальном так, как следовало высказаться. Но Елена Зеленская и люди, которые ей советуют, считают необходимым здесь прислушиваться к таким всяким подробностям общественного мнения, и в том числе учитывать, что российской пропаганде удалось это сделать.

Ну вот результат. Будем надеяться, что постепенно это будет как-то приходить в порядок. Постепенно понимание того, что такое Навальный, какую роль сыграл Навальный, за что отдал жизнь Навальный и как вообще обстояло дело с развитием Навального как политика на протяжении последних лет — постепенно это людям будет приходить в голову.

Иногда время лечит, иногда время портит. Ну, посмотрим, как будет. Во всяком случае, я знаю, что многие люди — я один из них, — будем стараться сделать так, чтобы имя Навального освободилось от той грязи, которую на него набросали путинские пропагандисты совершенно осознанно, многие из них движимые личной ненавистью и личным чувством мести, потому что Навальный разоблачал их. Вспомним, что он писал там про Симоньян и ее супруга, что он писал и говорил, он и его соратники, про Киселева, про Соловьева и так далее. Так что многие из них движимы этой личной ненавистью. Ну вот сумели, так сказать, оттоптаться на человеке, который не мог им ответить, которого держали в пыточных условиях в тюрьме. Ну. это их стиль, это их способ общения с окружающим миром. Будем стараться это исправить.

О. БЫЧКОВА: Видел вчерашнего Макрона в Праге?

С. ПАРХОМЕНКО: Да, я видел.

О. БЫЧКОВА: Который совершенно неожиданно сделал абсолютно радикальное заявление и сказал, что европейцы не должны быть трусами.

С. ПАРХОМЕНКО: Ну, в целом я не могу сказать, что неожиданно, потому что он шел к этому. И последние его несколько заявлений, в частности, совершенно сенсационный разговор недельной давности, который он завел о том, что нельзя исключать — на самом деле он достаточно тонко это описывал, но, тем не менее, общий смысл, — нельзя исключать появления живых людей на украинском фронте… Понятно, что речь не идет там о каких-то пехотных полках, которые будут…

О. БЫЧКОВА: Живых людей — в смысле, живых…

С. ПАРХОМЕНКО: В смысле, французских военнослужащих. И понятно, что речь не идет о пехотных полках, речь идет о всяких специфических специалистах. Это связано, скажем, с разминированием (об этом много говорили), с аналитикой, с управлением войсками высокотехнологичными и так далее. То есть речь идет об ограниченном количестве каких-то высококлассных специалистов и советников, в которых, вероятно, украинская армия нуждается так же, как любая армия мира. Никогда в ней, так сказать, нелишними являются высококлассные специалисты.

Реакция на это была очень противоречивая. Кто-то удивился, кто-то поддержал Макрона, кто-то возмутился, кто-то испугался. Макрон движется дальше и сегодня он, несомненно, лидер той части Европы, той части политиков Европы, кто призывает людей трезво смотреть на то, что происходит. Вот это важнейшая часть его послания. Он говорит о том, что мы должны отдать себе отчет в том, что происходит в действительности.

И говорит он это сильными словами. Он вообще хороший оратор. И он говорит — давайте я процитирую, потому что не все это читали и видели. Хотя легко найти этот ролик. Он очень впечатляющий. Он есть в YouTube, в Twitter — где угодно.

«Мы, безусловно, приближаемся к тому времени в нашей Европе…». Это мой собственный перевод, неквалифицированный, разумеется. «…когда нам пора перестать быть трусами», говорит он. «Мы всегда зажмуриваемся на грядущие трагедии и драмы. Но война вернулась на нашу землю, и мощные державы, неудержимые державы с каждым днем расширяют угрозу, нападая на нас все яростнее и сильнее». Понятно, какую державу он имеет в виду — агрессора, Путина он имеет в виду. «И мы должны быть (вот это важная вещь) на высоте того, что предлагает нам история — того мужества, которое от нас требуется». Это немножко сложная фраза, но вот я бы ее перевел так. «Мы должны быть на высоте истории и вот этого исторического момента и мужества, которое эта история предполагает».

И дальше Макрон спрашивает: «Это наша война или это не наша война? Можем ли мы отвернуться? Можем ли мы сказать, что все может продолжаться как есть? Я так не думаю. И нам предстоит стратегический скачок вперед, к которому я призывал раньше и необходимость которого я полностью понимаю сейчас. Давайте четко определим, что поставлено на карту в Европе». И вот эта ясность, говорит он, — это то, что в Европе сегодня нужно.

Дальше он говорит: «Кто развязал войну в Украине? Путин. Кто угрожает ядерным оружием каждый раз, когда мы что-нибудь делаем или что-нибудь говорим? На каждое наше действие, на каждое наше слово кто угрожает нам оружием? Путин. И мы должны спросить у него, говорит Макрон, какие у него красные линии, какие пределы, барьеры, пороги он сам себе ставит». И дальше очень важная фраза: «Если каждый день мы рассказываем про то, каковы наши красные линии, пороги и пределы, и чего мы не можем переступить, рассказываем это тому, у кого этих пределов, порогов и красных линий нет, то над этим начинает витать дух поражения».

Это очень серьезно сказано, это очень важное заявление. Это первое такое заявление, и оно символизирует собой, несмотря на реакцию на него, которая, конечно, тоже опять очень несолидарная, неочевидная, оно символизирует некоторый новый этап. Европа начинает понимать, что это ее война и что говорить о том, что мы не переступим через такой порог и через сякой порог, человеку, у которого никаких порогов нет, который считает, что все дозволено, что он может позволить себе что угодно и отвечает угрозами ядерного оружия на любое действие и на любое слово, которое кажется ему неудобным и неприятным — вот это понимание пришло в Европу. И Макрон сообщает это нам.

И в этом смысле мы должны быть ему благодарны. Разные люди по-разному к нему относятся. Кто-то относится к нему недостаточно серьезно. На мой взгляд, он мощный политик, развивающийся политик, движущийся в своей эволюции очень интересно и очень сильно, ярко.

О. БЫЧКОВА: Да, это правда. Это редкое качество…

С. ПАРХОМЕНКО: Он донес эту идею. Констатируем это, запишем это: вот в начале марта 2024 года идея «Это наша война» пришла в Европу. И первым произнес это Макрон.

О. БЫЧКОВА: Хорошо. Тут спрашивают, будем ли мы обсуждать «Супервторник» американский вчерашний.

С. ПАРХОМЕНКО: С перерывом, наверное? Нам же нужен перерыв.

О. БЫЧКОВА: Да, конечно. Мы обязательно к нему вернемся, но вначале небольшая реклама и буквально очень короткое сообщение о книжках в магазине «Дилетант».

РЕКЛАМА.

О. БЫЧКОВА: Я уже рассказывала про эту книгу, обложку которой вы должны сейчас видеть на своих экранах. Это книга про Антониу Салазара «Диктатор, который умер дважды». В аннотации говорится, что эта книга Марко Феррари — попытка осмыслить прошлое, исторические события, показать, что диктатора почти всегда ждет бесславный конец. Трагичная и невероятная история о том, как умирают диктаторы и диктатуры. Магазин «Дилетант» предлагает купить эту книгу, успеть это сделать — shop.diletant.media. Там вы всегда найдете и эту книгу про диктатора, и многое другое интересное, познавательное и красивое тоже.

И еще одно важное сообщение от «Дилетанта». Это еще одно напоминание про подписку. Потому что вы можете на главной странице сайта «Дилетанта» обнаружить баннер, где есть специальная форма для оформления подписки. Там можно оставить свои контактные данные — фамилию, имя, телефон, адрес электронной почты, адрес доставки, индекс. Способ получения тоже можно выбрать по своему усмотрению: либо в почтовом отделении, либо дома, либо в пункте выдачи Boxberry. Так же, как можно выбрать и желаемый период подписки. Это все, что вы хотите: 3 месяца, 6 месяцев, 9 или 12. И можно получать журнал «Дилетант» каждый месяц, подписавшись одним из этих способов, который вам покажется более удобным и практичным.

Вот такое вот сегодня сообщение. Мы же возвращаемся к нашему «Особому мнению». Да, «Супервторник» завершился и, в общем, все прогнозы более или менее оправдались. Никки Хейли выходит, судя по всему, из президентской кампании. Трамп и Байден выиграли практически везде, где они могли выиграть во время этого вчерашнего голосования. Ну и дальше, в общем, с одной стороны, картина выглядит предсказуемой, потому что кандидаты понятны. С другой стороны, совершенно непонятно, что с ними будет происходить ближе к ноябрю и в ноябре.

С. ПАРХОМЕНКО: Да, что касается прогнозов, то они как бы решительны и очевидны были до сих пор. Примерно, если я понимаю, с начала ноября, то есть уже больше 4-х месяцев, каждый день — вот я недавно прочел такую информацию, — если брать средние показатели разных социологических прогнозов, то каждый день Трамп прогнозируется как победитель этих выборов. Там есть, конечно, такие прогнозы, которые дают такого победителя, а кто-то дает сякого победителя, но в среднем каждый отдельный день делает его лидирующим кандидатом. Если бы выборы состоялись сегодня, в среднем говорят все социологические прогнозы, то он бы выиграл.

И вот очень важный день для американских выборов — эти самые праймериз во многих штатах, в том числе в крупных штатах, Калифорния и Техас, которые поставляют очень много будущих голосов при определении кандидата от одной партии и от другой партии. Да, предсказуемо, так сказать, на своей половине поля выиграл Трамп.

Мы говорим, что выиграли Трамп и Байден — может быть, кого-то удивит эта формулировка, но да, просто надо иметь в виду, что сейчас это футбольное поле разделено забором. Каждый играет на своей половине как бы со своими: Байден на своей половине с демократами, а Трамп на своей половине с республиканцами. Оба они на своих половинах выиграли.

О. БЫЧКОВА: Выиграли, да. Но с другой стороны, там, в общем, особо было и не у кого выигрывать.

С. ПАРХОМЕНКО: По существу, да. Оставалась последняя соперница Никки Хейли у Трампа. Она стартовала очень неплохо. О ней говорили как об очень перспективном кандидате и продолжают говорить. По всей видимости, она долго еще будет оставаться в верхнем эшелоне американской политики, и в ее судьбе, наверное, еще много интересного произойдет. Наверное, она будет важным кандидатом на следующих выборах опять, но на этих выборах явно не будет. Вот сегодня примерно через 2 часа, как объявляет CNN, она должна заявить о том, что она выходит из этой президентской гонки. И это абсолютно предсказуемая вещь.

Менее предсказуемая вещь — что она завещает, так сказать, своим сторонникам, довольно многочисленным. И это важная вещь внутри Республиканской партии, потому что понятно, что вокруг Трампа есть довольно мощная группа поклонников, очень сплоченная, которая точно будет голосовать за него, но есть много людей, которые не определились — примерно столько же. Вот среди республиканцев, говорят, опять, по этим прогнозам, есть примерно 40% тех, кто твердо говорят, что они будут голосовать за Трампа (среди республиканцев), примерно 20% тех, кто твердо говорят, что они не будут голосовать за Трампа, и еще 40%, которые не понимают, за кого они будут голосовать. И понятно, что это очень-очень много. И от этого, собственно, все зависит.

По прогнозам, Никки Хейли должна сейчас воздержаться от того, чтобы отчетливо призвать своих сторонников голосовать за Трампа, а намерена сказать что-то вроде того, что, дескать, пускай он вас заработает, пускай он сам старается, пускай он сам вас убедит за него голосовать.

О. БЫЧКОВА: «Вашингтон Пост» написала, что она-таки призовет.

С. ПАРХОМЕНКО: А я вот читал другую версию. Ну посмотрим, недолго осталось, 2 часа осталось. 2 часа осталось — может быть, чуть больше, — до того, как это произойдет. Желающие могут за этим уследить прямо в прямом эфире. Интернет к вашим услугам.

Так что с этим все становится понятно. Трамп остается единственным кандидатом от Республиканской партии. Впереди еще 8 месяцев. За эти 8 месяцев… Для американских выборов это большой срок. Американская история знает много разных ситуаций, в которых за такой длинный срок происходило много всяких событий. Они могут произойти во внешнем мире, которые так или иначе влияют на американские выборы. Что будет происходить в Европе, с европейской войной на территории Украины — пока; посмотрим, где эта война будет продолжаться дальше. Что будет происходить на Ближнем Востоке, где идет своя война. Что будет происходить на Дальнем Востоке между Китаем и Тайванем, где, по всей видимости, приближается своя война — как-то очень много войн. Много всяких событий происходит в Центральной Америке. Много разных событий происходит на юге Соединенных Штатов в связи с важнейшей внутриполитической американской проблемой, связанной с нелегальной иммиграцией, в основном с юга, из Мексики. Так что много есть разных факторов.

Есть и факторы внутри. Эти факторы заключаются в том, что американское правосудие пришло к тому моменту, когда оно начало массово рассматривать разного рода обвинения против Трампа по существу. Долго-долго тянулась вся эта история. Оттягивали как могли, сопротивлялись как могли, пытаясь закопать все эти обвинения очень разного рода. Там есть начиная от личного поведения, каких-то сексуальных домогательств, мошенничества с деньгами, мошенничества в бизнесе, но много политических обвинений, связанных с событием 6 января 2021 года, связанных с бесконечной ложью Трампа на разных предыдущих процессах и всяких политических событиях, с его подстрекательством, с его разного рода провокационными заявлениями. Но прежде всего с бесконечным обманом, на котором держался он и его команда на протяжении многих-многих лет — с обманом разного рода государственных органов, к чему американская политическая машина всегда относится с большим осуждением. Вспомним — я не знаю, это анекдотический случай, но, тем не менее, очень яркий, — историю с Биллом Клинтоном, например, все неприятности которого заключались не в том, что он что-то такое не то сделал, а в том, что он попытался про это соврать. И вот этого ему как бы не хотели простить.

Так что эти дела начинают переходить в активную фазу. Верховный суд только что принял решение о том, что штаты не могут сами по своему собственному усмотрению, отдельные штаты, исключать Трампа из каких-либо этапов избирательных действий — в частности, вот из праймериз. Принял, надо сказать, это решение единогласно. В общем, все восприняли это решение с одобрением, понимая (я про это говорил уже несколько раз), что как ни относись к Трампу и как ни осуждай то, что он делает, но совершенно понятно, что он должен быть побежден политическим путем, так сказать, на поле выборов и избирательной кампании так или иначе, а не на поле искусственного, механического устранения его из избирательной кампании. Таким способом эту болезнь не вылечишь, эту, так сказать, болячку так не сковырнешь таким вот способом. Она должна каким-то образом вылечиться естественным образом. И рано или поздно это, конечно, произойдет.

Но что мы можем констатировать? Что борьба в значительной мере будет продолжаться теперь на ниве вот этих самых обвинений. Обвинения будут иметь значение для мнения избирателей в дальнейшем. В данном случае уже американское правосудие высказалось в пользу того, что никакого иммунитета такого особенного у Трампа нет. И не то что он не должен отвечать за те действия, которые он совершил или которые он санкционировал своим соратникам — помощникам, юристам. Очень много претензий к его юристам. Они все по очереди признаются в том, что они врали, все по очереди признаются в том, что они мошенничали, в том числе и всякие знаменитые юристы. Все они говорят, что они делали это под давлением Трампа и так далее.

Так что это очень важная вещь. И эти суды оборачиваются деньгами. Вот это тоже то, что нужно понимать — что это самая дорогая избирательная кампания, по всей видимости, в истории человечества на сегодня. Ее оценивают больше чем в 10 млрд. долларов с каждой стороны.

О. БЫЧКОВА: Выглядит, конечно, безумно абсолютно.

С. ПАРХОМЕНКО: Никогда еще выборы столько не стоили. И именно поэтому Трамп, в частности, встречается там с Маском и будет еще — мы это увидим, — встречаться с какими-то чрезвычайно богатыми людьми в Америке, надеясь привлечь их к себе. Потому что деньги для кампании очень нужны, и ему предстоит их собирать и собирать, потому что он будет терять их на этих судебных процессах. Уже некоторые из решений есть. Там вообще суммы в районе 100 млн. долларов фигурируют.

Так что это серьезная вещь. Я думаю, что демократы будут стараться использовать эту возможность и давить деньгами на эту кампанию. Ну да, это как раз форма избирательной борьбы в Америке — все, что связано с ее финансированием. Тут, что называется, чистый случай, не придерешься: у одних деньги, у других деньги, и они этими деньгами сражаются так или иначе. Так что это важное оружие в руках соперников Трампа, и они будут стараться его использовать.

А дальше что произойдет за эти 8 месяцев, какие произойдут неожиданности? Что будет происходить с Байденом? Бесконечно возникают разные версии по поводу того, что не выскочит ли вдруг откуда ни возьмись другой кандидат, более привлекательный, чем Байден. Не будет ли это Мишель Обама, например.

О. БЫЧКОВА: А может такое быть вообще?

С. ПАРХОМЕНКО: А почему нет? Независимые кандидаты не запрещены, и разного рода решения в последний момент на уровне партии тоже возможны. Там это все тонкая вещь. С одной стороны, есть традиции, связанные со всеми этими кокусами, праймеризами и тем, должна ли партия подчиняться выраженной таким образом воле избирателей. Но юридически, как я понимаю, там многое возможно. Юристы сейчас пытаются разобраться, какие еще существуют возможности. Так что могут быть еще такие неожиданности. Но вот Мишель Обама вроде бы в очередной раз заявила, что нет, она не собирается быть кандидатом на этих выборах. Ну, бывает всяко, как мы понимаем. 8 месяцев — большой срок.

Вот все, что можно сказать на эту тему. Но события развиваются вот так. Трамп, по существу, определился, он стоит очень сильно, у него много сторонников. С другой стороны, есть большое количество людей, которые ясно отдают себе отчет в том, что его возвращение к власти, построенное прежде всего на мотивах мести, ненависти и каких-то разнообразных, я бы сказал, завиральных политических идеях, которые он не стесняется сейчас высказывать… И мы видим, как он их даже пытается реализовывать, оказывая давление на Конгресс уже сейчас, пока он не является еще никаким президентом.

Люди понимают и это. Таких людей тоже достаточно много, и это, собственно, главная надежда для противников Трампа, которые надеются, что Трамп все-таки для многих людей до такой степени невозможный и неприемлемый кандидат, что они проголосуют за кого угодно, лишь бы не за него.

О. БЫЧКОВА: Мы говорили с тобой о европейских политиках, Макроне и Украине. Я не успела вставить еще один вопрос на эту тему и хочу успеть сделать это сейчас. Это, конечно, вся эта скандальная история с немецкими утекшими секретными записями и разными высказываниями, переговорами и, в конечном счете, большой головной болью для канцлера Германии Шольца. Давай вернемся на тему назад.

С. ПАРХОМЕНКО: Ситуация в Германии, в свою очередь, сложная. Там тоже происходят выборы, и они тоже не так уж и далеко. Вот-вот совсем на носу, скажем, выборы в Европейский парламент в Германии. Европейский парламент становится все более и более важным элементом европейской политики, все более и более серьезным, уважаемым и действенным. Он совершенно перестает быть такой какой-то условной красивой говорильней, а превращается в место, где вырабатывается общеевропейская политика. Поэтому эти выборы имеют значение. Будут еще и всякие другие выборы, и их много.

Понятно, что есть масса желающих и испортить настроение, испортить избирательную ситуацию и канцлеру Шольцу, который до сих пор играл чрезвычайно важную роль в истории с агрессией и Россией против Украины и с постепенно растущим сопротивлением Европы, и будет играть и дальше. И ему, и его партии.

Значит, что касается скандала. Во-первых, есть содержание того, что, собственно, утекло. На мой взгляд, содержание не представляет из-за себя совершенно ничего криминального. Да, в Германии обсуждается сейчас все более и более активно и предметно, — и приближается момент принятия окончательного решения, — поставка украинской армии современных высокоэффективных, высокоточных и мощных ракет «Таурус».

Это некоторый новый шаг. Это некоторый очередной этап. Помните, так было в свое время «хаймарсами» и прочим, а до того еще со всякими оборонительными вооружениями типа, не знаю, «джавелинов» каких-нибудь. Потом про «хаймарсы» говорили, «цезари» и прочие дальнобойные артиллерийские и ракетные системы. Потом говорили про танки, потом говорили про F-16, самолеты. Теперь вот речь зашла об этих «Таурус», которые прежде всего важны тем, что это современное оружие. Это не какая-то ржавая техника со склада, которая, собственно, в последнее время только и поставляется Украине, что чрезвычайно обидно для нее, для Украины.

Так вот, немецкие офицеры обсуждают, как эта техника может быть использована украинской армией. Разумеется, это абсолютное вранье и абсолютный такой кусок пропаганды, что вот они, значит, там планируют удары туда и сюда. Наоборот, речь идет о том, к огромному сожалению для украинской армии, что вся эта современная дальнобойная техника — это касается и «хаймарсов», и «цезарей», и всяких авиационных систем, и так далее, — вся эта техника поставляется с ограничениями. С тем, что ее нельзя использовать на такую, что называется, каноническую территорию России. Не те территории, которые были захвачены, оккупированы Россией в ходе этой войны, которая продолжается уже 9 лет, с 2014 года (скоро 10 уже), но речь идет о том, что их нельзя использовать там и сям.

И возникает, в частности, вопрос о Крымском мосте. О самом Крыме, кстати, не возникает, потому что это не каноническая территория России — это оккупированная Россией территория, и там использовать все, что угодно, можно. Никто, что называется, не против. Хотя тоже к этому был пройден определенный путь, прежде чем концепция стала такой.

Ну вот немецкие офицеры обсуждают, как будет украинская армия это использовать. Наверное, будет пытаться использовать так, использовать сяк. Это эффективно, это неэффективно. Так можно, так нельзя. Это глупо, а это разумно. Обсуждают — ну правильно, а что? Это же не «ножки Буша», которые поставляются в страну, а дальше что с ними случится, с «ножками Буша»? Да ничего, их съедят — вот, собственно, и вся их судьба. С ракетами все несколько сложнее обстоит. Там есть много разных вариантов.

Другая история — это собственно утечка. Утечка произошла — это все довольно быстро и легко было расследовать, — в результате глупого поступка одного из участников, который умудрился подключиться к защищенной секретной системе связи с помощью незащищенного обычного своего мобильного телефона, находясь в гостинице в Азии (по-моему, в Сингапуре) и абсолютно не понимая, что современные средства позволяют это его подключение через его мобильный телефон использовать для того, чтобы записать все, что нужно, из этого секретного разговора.

Все это выяснено. Виновный найден. Немецкое командование и, в частности, министр обороны Писториус заявили о том, что они не будут жертвовать высококлассными специалистами из-за одного этого эпизода. Ну да, это повод для того, чтобы провести новые разъяснения и инструктажи, как-то всем велеть соблюдать необходимые меры предосторожности, но не более того. Тем более, что сама система связи никак не скомпрометирована, не испорчена, и в реальности никаких секретных сведений не утекло, которые могли бы нанести какой-нибудь ущерб германской или вообще европейской армии, или политикам по существу, так сказать, по своему содержанию. Ничего там такого нет. Сам факт, что они обсуждают…

О. БЫЧКОВА: Тем не менее, скандал.

С. ПАРХОМЕНКО: Скандал, да. Скандал из-за утечки. И скандал из-за того, что, опять же, российская пропаганда очень старается, из кожи вон лезет для того, чтобы это использовать. А в Германии, к сожалению, есть достаточное количество — мы теперь это знаем, — людей, которые на эту российскую пропаганду работают внутри Германии. Они концентрируются вокруг партии «Альтернатива для Германии» и некоторых других германских политиков. Они толкутся вокруг бундестага, немецкого парламента. Их немало в прессе, в медиа. Они очень стараются, их много, им хорошо платят. Ну или кому-то платят, кого-то держат за шкирку уже много лет, как-то за его всякие прошлые прегрешения. Разные есть люди, время от времени мы о них читаем то в «Шпигеле», то еще где-нибудь, или в российских изданиях вроде «Инсайдера».

Так что инструментов у них много. Немецкое государство, к сожалению, к этим провокаторам относится довольно лояльно. Хотя сейчас все больше и больше разговоров о том, что неплохо бы этих людей как-то привести в чувство и объяснить им, что они заняты совершенно подлой работой, что они работают на войну и что, собственно, они помогают убивать людей в Украине. В конечном-то итоге, в общем, вот чем они заняты: они соучаствуют в убийстве людей в Украине. И кровь этих людей на их руках.

В том числе, надо сказать, среди них есть некоторое количество тех, кто происходит, например, из Украины. Например, один из самых известных людей, которого разоблачали таким образом — его зовут Владимир Сергиенко. О он родился во Львове и до самого последнего времени был украинским гражданином. Ну вот, о нем пишут и пишут — о том, как он, собственно, способствует убийству людей в Украине, работая на Путина. Вот вам один из результатов такого рода деятельности.

О. БЫЧКОВА: Новый ордер на арест от Международного уголовного суда в Гааге — теперь командующего дальней авиацией и российским Черноморским флотом. Два человека. Почему вдруг, для чего вдруг?

С. ПАРХОМЕНКО: Ну а как же, почему? Процесс продолжается. Ведь история выдачи ордеров на арест Путина и уполномоченного по делам детей была интересна тем, что это начало процесса. Тем, что это только первые такого рода решения, что механизм запущен, он будет работать. Суд занялся теми, кто убивает людей в Украине, постепенно собирает их и будет собирать дальше. Вот дошла уже очередь до этих. Речь идет о совершенно конкретных событиях, абсолютно бесчеловечных, антигуманных, о попытках разрушить гражданскую инфраструктуру Украины прошлой зимой, что повлекло за собой много страданий и смертей людей.

Поэтому это не из общих соображений — вот они какие-то нехорошие люди: один командующий, другой командующий. Нет, они приложили свою руку к совершенно конкретным злодеяниям, конкретным преступлениям против человеческой природы, которыми управляет Путин, а исполняют вот они. Путин же сам на кнопки не нажимает, сам цели не определяет и команд не отдает. А они определяют и дают. И нажимают на кнопки. Так это и будет продолжаться — все, что можно сказать по этому поводу.

О. БЫЧКОВА: Закончим на этом. Продолжим в следующий раз. Это был Сергей Пархоменко в «Живом гвозде», в «Особом мнении». До встречи через неделю, пока!

С. ПАРХОМЕНКО: До встречи у меня на канале в YouTube.

О. БЫЧКОВА: Хорошо.



Боитесь пропустить интересное? Подпишитесь на рассылку «Эха»

Это еженедельный дайджест ключевых материалов сайта

Напишите нам
echo@echofm.online
Купить мерч «Эха»:

Боитесь пропустить интересное? Подпишитесь на рассылку «Эха»

Это еженедельный дайджест ключевых материалов сайта

© Radio Echo GmbH, 2024