Обзор инопрессы 24.02.2026
Крупнейшие мировые издания публикуют материалы, посвященные четырёхлетней годовщине начала полномасштабного российского вторжения в Украину…
Поддержите «Эхо», если вы не в России
Крупнейшие мировые издания публикуют материалы, посвященные четырёхлетней годовщине начала полномасштабного российского вторжения в Украину. Bloomberg пишет, что дипломатические усилия зашли в тупик. Попытки Дональда Трампа добиться прекращения войны не привели к прорыву: переговоры буксуют, а боевые действия топчутся на месте.
Союзники полагают, что Вашингтон стремится заключить мирное соглашение по Украине до празднования 250-летия независимости США 4 июля. Однако, по словам представителей европейских властей и НАТО, не похоже, чтобы Владимир Путин был готов принять то, что выходит за рамки его условий. Даже некоторые американские чиновники в частном порядке признают, что не видят признаков отказа Москвы от максималистских позиций.
Три раунда трёхсторонних переговоров в этом году не дали результата. По словам высокопоставленного представителя НАТО, Москва и Вашингтон фактически соревнуются, кто первым уступит на переговорах. Европейские дипломаты опасаются, что Путин может согласиться на прекращение огня, позволив Трампу заявить об успехе, тогда как Россия продолжит кампанию саботажа, гибридной войны и вмешательства в выборы с целью дестабилизации Украины.
«Пока Путин у власти, Россия не парализована массовыми протестами и в бюджете остаются хотя бы какие-то средства на вооружение, война будет продолжаться», — такое мнение сотрудницы Берлинского центра Карнеги по изучению России и Евразии Татьяны Становой цитирует Bloomberg.
Война в Украине вступила в пятый год, и, несмотря на попытки Москвы представить победу неизбежной, события на фронте показывают иное, пишет The Wall Street Journal. Глава департамента обороны Канадского центра разведки и безопасности CSIS Сет Джонс считает, что именно поэтому Путин предлагает Трампу сделки в сфере экономики. «Они сулят прорыв в войне, которую его армия не в состоянии выиграть. Настоящая надежда заключается в том, что США придут на помощь», — говорит Джонс.
Журналисты перечисляют основные пункты, которые подтверждают, что Москва дальше от победы, чем пытается показать. Общие потери российских войск оцениваются примерно в 1,2 млн человек, включая около 325 000 погибших; вербовка превышает украинскую, но замедляется. Темпы российского наступления крайне невелики, за прошлый год Россия заняла лишь около 0,8% территории Украины. ВСУ проводят тактические контратаки и отбрасывают российские войска. Россия за прошедший год сумела нарастить преимущество в беспилотниках средней дальности, однако недавний вывод из строя Starlink ограничил её возможности. Удары Украины и санкции снижают доходы России от нефти, подрывая финансирование военных действий. Эти факторы показывают, что затяжная война остаётся изнурительной для обеих сторон и далека от решающего перелома, подытоживает издание.
The New York Times пишет, что Россия поставила под угрозу свое будущее, перестраивая экономику под войну. На протяжении четырёх лет Путин ставит боевые действия в центр государственной политики. Ещё до 2022 года экономическая стагнация, зависимость от сырьевого сектора, демографический спад и усиление авторитаризма вызывали в России обеспокоенность. Полномасштабное вторжение усугубило эти проблемы.
Сейчас почти 40% федерального бюджета уходит на оборону и безопасность, ещё около 9% — на обслуживание дефицита, поддерживаемого для финансирования войны. Национальный фонд благосостояния сокращается: его ликвидные резервы снизились примерно до $55 млрд против $113 млрд до войны.
Эксперт Немецкого совета по международным отношениям Штефан Майстер отметил, что Путин так и не сформулировал взглядов на развитие страны. «У него нет видения будущего, а есть лишь видение прошлого», — отметил он, добавив, что война дорого обходится России.
Москва рассматривает возможную нормализацию отношений с США и снятие санкций как путь к экономическому восстановлению. Однако завершение войны и отмена ограничений не снимает всех вопросов. Как минимум демонтаж сформированной военной экономики будет сложной задачей. Кроме того, далеко не весь покинувший Россию бизнес захочет в неё вернуться.