«Код доступа»: Гарм лает громко. МиГи над Эстонией — гибридная операция и конец доминирования Запада в мире

Юлия Латынинапублицист, писатель

Всё то, что происходит на наших глазах – это полная дискредитация НАТО, полная дискредитация того порядка, который складывался последние 34 года…

Подписаться на Yulia Latynina
Поддержать канал Latynina TV

Купить книги Юлии Латыниной на сайте «Эхо Книги»

Поддержать «Эхо»

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый день, господа. Это Юлия Латынина. Это «Код доступа». Не забывайте на нас подписываться, не забывайте делиться ссылками. Ставьте лайки. Не забывайте, кстати говоря, о моей последней книге «Сотворение Бога. История иудейского монотеизма». Я это специально говорю, потому что эта вышла в Россию. Вот сейчас я неожиданно в дополнение к первой повести заканчиваю второй роман. И даже не знаю, когда и как это будет выходить. Так что пока пользуйтесь тем, что есть. Задавайте вопросы. Я очень быстро перейду к ответам на них. Не забывайте подписываться на Патреон, если можете.

Ну и маленькая заставка, с которой я, как всегда, начну. Это, конечно, российские МиГи в небе над Эстонией. Это ровно то, что мы разбирали ровно неделю назад, когда я говорила о 19 или 23 дронах, но вроде бы 19, без, заметим, взрывчатки, которые залетели глубоко, на 300 километров, на территорию Польши. Ну и мы видели ответ НАТО, который заключался в том, что, конечно, все ресурсы если пойдут, то пойдут на защиту Польши (40 миллиардов), а, соответственно, не достанутся Украине. Это ровно тот сценарий, который я рассматривала месяц назад, когда, если вы помните, я вам говорила, что если Россия действительно атакует страны Балтии, то, естественно, все ресурсы НАТО будут направлены на защиту стран Балтии, соответственно, у Украины начнутся большие проблемы.

И как я уже сказала, это сильно усовершенствованный сценарий, потому что, обратите внимание, он включает гибридное, подпороговое воздействие. Вроде как-то смешно пятую статью НАТО применять. Если вы посмотрите на то, как летели эти самолеты, вы увидите, что они по самому-самому краешку, но достаточно далеко, 12 минут, пролетели. То есть, с одной стороны, как-то вроде странно отвечать, потому что по самому краешку, а с другой стороны, намерения совершенно четко обозначены.

И все то, что происходит на наших глазах, это полная дискредитация НАТО, полная дискредитация того порядка, который складывался последние 34 года, причем заметим, что чрезвычайно малыми, не то чтобы вот с помощью войны в Украине, а чрезвычайно малыми, практически подпороговыми воздействиями. И это означает, что, как называется наш эфир, Гарм лает громко. Я напомню, что это строчка из «Старшей Эдды». Она обозначает приближение Рагнарека, приближение конца богов, конца мира.

И вот на наших глазах тот мир, который в течение 34 лет с 1991 года создавался и который считал себя непробиваемым и высокоморальным, и способным диктовать всем условия, он рушится практически с такой же легкостью, с которой обрушился Советский Союз. Вот я не думала не то, что когда-нибудь я это увижу, а я не могу поверить, что это на моих глазах происходит и что это обрушение одновременно предполагает полный пересмотр некоторых моих представлений о том, как этот был мир устроен всегда, последние 34 года, с момента триумфа вот той самой демократии и рынка имени господина Фукуямы.

Потому что если вы посмотрите, чего главного добился пока Путин в своей войне… Потому что некоторых целей он не выполнил, он достаточно мало украинской территории захватил. У него, конечно, есть сверхцель, которая не совсем понятно, осуществится или нет, это погружение Украины в хаос, распад Украины на части. Потому что обычно вот такого рода массивные воздействия и такого рода диспропорции, которые мы видим сейчас в украинской войне и экономике, они очень часто кончаются хаосом, как в послевоенной Германии. Понятно, что это та цель, которая может и не получиться, потому что в войне никогда нельзя ставить себе цели, которые зависят от ошибок, которые сделает твой противник. Они являются приятными бонусами, но их ставить себе как цели нельзя.

Вот одна цель, которую Путин себе ставил, – забрать как можно больше территории, которая в 1991 году была названа Украинской республикой. Он не то чтобы очень впечатляющих результатов достиг. Неплохих, но не то чтобы супервпечатляющих.

А вот третья цель – пересмотреть мировой порядок, сложившийся с 1991 года. Он очень впечатляюще достиг этой цели. Не случайно вот это гибридное воздействие на НАТО мы видим ровно после саммита ШОСа, ровно после 3 сентября встречи в Китае, в которой оказалось, что есть союз глобального Юга, есть союз Китая, Индии и России, который противостоит всем тем, кто в 1991 году сказал: «Теперь мы правим миром», прежде всего Соединенным Штатам Америки.

И чтобы понять, насколько это гигантская перемена, я напоминаю вам, что в 2014 году во время саммита «двадцатки» в Брисбене не только западные лидеры, но и товарищ Си практически отказывались общаться с Путиным. Более того, я напомню, что накануне этой войны господин Бернс, глава ЦРУ, когда он был в Москве, он обещал Путину полную международную изоляцию. Вместо этого мы не видим никакой полной международной изоляции, мы видим альянс Путина со странами глобального Юга, которые представляют из себя большее количество населения и большее количество экономики, чем угасающая Европа. Мы видим гигантские проблемы в Европе как в том, что касается миграции, так в том, что касается экономики.

Причем 90% этих проблем Европа сделала себе сама, европейские бюрократы сделали себе сами. Никто не заставлял с дулом у виска Германию уничтожать ядерные электростанции. Никто не заставлял с дулом у виска Германию, Великобританию, Францию импортировать себе бесконечное количество иммигрантов, которые не собираются ассимилироваться, сидят на пособии, кричат «Аллаху Акбар». Все это ребята сделали себя сами. Но такие действия имеют последствия.

Никто не заставлял европейскую бюрократию сделать из банков новую частную систему уничтожения частного бизнеса. Совершенно не обязательно нужно иметь российский паспорт, чтобы понять: если ты захочешь завести какой-то бизнес, то банк расценивает это как потенциальное преступление. И ты должен перед банком оправдаться, перед офицером, который сидит в этом банке.

А поскольку этот офицер, который сидит в этом банке, назначается непосредственно не самим банком, который занимается чем-то коммерческим, а Центральным банком, и отвечает за compliance, и этот офицер, как правило, не очень много зарабатывает и к тому же в силу той должности, которую он занимает, он очень туп, то ему гораздо проще решить, что ты преступник, чем не решить, потому что он деньги получает за то, чтобы тебя назвать и посчитать преступником, и отказать тебе в возможности дальнейшего совершения преступления путем ведения бизнеса.

Я бы хотела вспомнить, почему с таким ужасом отнеслась российская элита в 2022 году к началу этой войны, и хотела вспомнить судьбу тех стран, которые по тем или иным причинам вызвали недовольство у коллективного Запада. Я имею в виду, конечно, Югославию, я имею в виду, конечно, Иран и Ирак. Более того, я бы начала с более старого примера, с примера той самой милитаристской Японии в 40-х годах, о которой так любят писать советские учебники, называя ее милитаристской. Она действительно была милитаристской, потому что Япония в этот момент очень хотела построить собственную империю в Юго-Восточной Азии.

И одна была вещь, которую она не хотела. Япония не хотела воевать с Соединенными Штатами категорически. Даже в мыслях у Японии этого не было. Более того, Япония не хотела, в сущности говоря, воевать с Китаем. Там были отдельные японские военные круги, которые этого хотели. Это довольно сложная тема. Может быть, мы как-нибудь посвятим этому исторический стрим. Но, в принципе, Япония хотела строить свою империю, так же как ее, допустим, построила Великобритания, но совершенно не хотела воевать с Соединенными Штатами.

Президент Рузвельт путем экономических санкций, наложенных на Японию, и все большего их ужесточения своими маневрами поставил Японию в ситуацию, когда у нее не было буквально другого выхода, как нежели напасть на Соединенные Штаты. Это еще одна из особенностей демократии – они никогда не начинают войны, но они иногда, руководствуясь всеобщим благом, могут сделать так, что их противник, хочешь не хочешь, сам полезет в бутылку. И тогда он гад, агрессор. И тогда, значит, соответственно, с ним можно делать что хочешь.

Это просто к вопросу о том, что Япония в 1941 году – это очень хороший пример действия экономических санкций, как экономические санкции ставят страну в позицию, когда она вынуждена делать вещи, которые она вовсе не хочет делать, и в конце концов проигрывает войну, и в результате просто стирается до тла, хотя потом Японии протянули руку помощи.

Соответственно, то же самое было. Но не то же самое. Мы видим, что с 1991 года, если убрать более ранний пример Японии, вот что коллективный Запад, то есть Соединенные Штаты и потихоньку колонизованная ими через НАТО Европа, в том числе Центральная и Восточная Европа, решал, вернее, в чем НАТО соглашалось, вот как они постановили, так и было. Кого они называли воином Света, тот и был воином Света. Кто был воином Тьмы, тот, значит, и оказывался воином Тьмы.

Вот сказали Соединенные Штаты, что Саддам Хусейн представляет стратегическую опасность для Соединенных Штатов, – не стало Саддама Хусейна, хоть ты кол на голове теши. Иран задавили санкциями. Естественно, это происходило еще гораздо раньше 1991 года. Задавили санкциями, и Иран никогда не оправился. И поделом ему, не надо было устраивать себе исламистскую революцию. И древняя цивилизация покамест прозябает на обочине истории.

Югославия, пример которой я разбирала на прошлом эфире и на которой следует остановиться поподробнее, потому что о Югославии очень не любили говорить российские, и не только российские, либеральные круги, потому что это был фантастический и страшный пример того, как действенна пропаганда, того, как действенны шоры демократии, и того, что можно сделать со страной, если ты имеешь на руках все козыри.

Я напомню, что случилось с Югославией, которую распустила де-факто комиссия тогда нарождавшегося Евросоюза, комиссия так называемая Бадинтера. Это был потрясающий пример, когда не сама страна даже, а внешние люди в белых пальто с очень хорошими намерениями говорят: «Вы знаете, тут вот есть целая страна, но у нее есть республики, которые должны получить возможность национального самоопределения. Это святое дело. Это очень хорошее дело. Мы как защитники Света, защитники идеалов демократии считаем, что эта страна больше не существует».

Очень хорошо. Страну распустили по административным границам бывшей Югославии. Дальше выяснилось, что за административными границами тех или иных республик проживает достаточно большое количество других национальностей, в первую очередь сербов, но не только.

Тут, однако, и ЕС, и нарождающееся в новом качестве НАТО (собственно, война в Югославии был горнилом, из которого вышло новое НАТО), сказали: «Вы знаете, а вот административные границы бывшей советской республики, которые были проведены достаточно произвольным способом, есть вещь святая». А как же люди, которые в количестве десятков и сотен тысяч человек живут за пределами этих границ нетитульной национальности и подвергаются, простите, этнической чистке или угнетению? «А это, – сказали нам, – не проблема. Это внутреннее дело того государства, которое образовалось. Если эти люди пытаются, особенно с помощью Сербии, оставшейся за границей, сопротивляться этнической чистке, то они сыны Тьмы и творят геноцид, и мы будем помогать сынам Света справиться с этими сынами Тьмы».

Вдруг оказалось, что НАТО вмешивается во взаимную абсолютно страшную гражданскую резню и – поразительные технологии – одну сторону в этой резне называет сынами Света, а другую сторону в этой резне называет сынами Тьмы и рассказывает, что она творит геноцид.

Вдруг выяснилось, что НАТО и Соединенные Штаты, и пресса, либеральная пресса, демократическая пресса, могут закрывать глаза на самые удивительные вещи. Потому что, например, абсолютно все, что делает сейчас ХАМАС, когда ХАМАС прикрывается собственными гражданскими, когда можно убить даже собственных гражданских ради предлога, не дожидаясь, пока их убьет кто-то другой, когда можно провести операцию под фальшивым флагом и это использовать как предлог для того, чтобы попросить у Соединенных Штатов помощи, это все было проделано в Югославии, это все было проделано в той же самой Боснии.

И я напомню, как это было проделано в Боснии. Потому что после того, как Югославия уже стала разваливаться, и после того, как внутри Боснии все три главные силы, которые существовали в Боснии, в том числе и боснийские мусульмане, которые составляли, если я не ошибаюсь, 38 или 36% страны, договорились о том, что они не будут воевать, а они по образцу Швейцарии сделают Боснию – в каждом кантоне свои порядки, посол американский Зиммерман прилетел на следующий день к лидеру боснийских мусульман Изетбеговичу и сказал: «Если вы разорвете это соглашение, нас оно не устраивает, то вы получите военную поддержку Соединенных Штатов». После чего действительно боснийские мусульмане получили военную поддержку Соединенных Штатов.

Это была военная поддержка не только Соединенных Штатов, это, например, была военная поддержка бен Ладена. Бен Ладен тогда призвал всех идти воевать в Боснию за права мусульман. Тогда очень впечатляющее количество моджахедов и джихадистов собралось в Боснии. Это был первый случай, когда такое количество моджахедов и джихадистов собралось в Европе. И оно оттуда расползлось по всем странам Евросоюза. Но даже на это американские военные, американская пресса закрывали глаза.

И даже в том случае, когда джихадисты, ровно как сейчас хамасовцы, устраивали очень сомнительные операции, про которые, скорее всего, можно было сказать, что это операции под фальшивым флагом, немедленно объясняли в американской прессе, что эти нехорошие сербы, эти сыны Света, они пытаются уничтожить замечательных, добрых, хороших боснийских мусульман, поэтому мы сейчас должны вмешаться и остановить этот страшный геноцид.

Я обращаю ваше внимание, что вот этот потрясающий трюк, когда я все время думала, откуда взялась эта странная история войны в Украине, когда вдруг оказалось, что бывшая административная граница, будем правду говорить, бывшая административная граница Советского Союза священна, а то население, которое говорит на территории Украины по-русски, Россия не имеет права вмешиваться, его судьба является предметом заботы исключительно украинских властей, как они решили, так оно и будет, а попытка этому сопротивляться немедленно тоже может быть при определенных условиях названа геноцидом.

Вот совсем недавно у нас какая-то девушка русскоязычная из Львова накатала донос на одного из российских писателей, утверждая, что тот участвовал в геноциде путем чтения текстов на русском языке, классических текстов, Льва Толстого, Достоевского, детям, эвакуированным из Донбасса. Галина Рымбу ее звали. С ее точки зрения, это был культурный геноцид. Еще раз, читать детям из Донбасса, то есть детям, которые говорили на русском языке с самого начала, тексты на русском языке, да, оказывается, культурный геноцид. Очень интересный, я бы сказала, взгляд на мир.

И вот это все начиналось еще в Югославии. И вот это все не то что невозможно было оспорить, это никто не хотел оспаривать. Например, когда мне какие-нибудь российские патриоты раскрывали рот и говорили о Югославии, я на них смотрела, и мне было глубоко неинтересно, что вообще там происходило в Югославии. Почему? Я понимала, что по умолчанию Запад прав, по умолчанию замечательные люди, Соединенные Штаты правы. И вот именно эта ситуация привела к тому, что в 2022 году, когда началась война, чем была абсолютно в самую пятку поражена российская элита, почему у нее был такой страх. Потому что было понятно тогда, по состоянию на тот момент, что тот, кого назначили страной-изгоем, тот, кого назначили устроителем геноцида, тот, кого назначили агрессором, приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Доктор сказал, в морг, значит, в морг.

И вот это все на наших глазах кончилось. Ничего подобного тому, что было с Югославией, ничего подобного тому, что было с Ираком, в российско-украинской войне не будет, а будет очень похожее на то, что случилось в Афганистане и во Вьетнаме. И, собственно, именно поэтому Трамп хочет так побыстрее выйти из этой войны. Он пытался закончить эту войну. У него была наивная, на мой взгляд, несколько надежда, что он сможет уломать Зеленского. Он получил предложения от Путина, которые включали в себя максимальные уступки со стороны России. Напоминаю, это было предложение – только Донбасс и все. И Трамп действительно рассчитывал, что он может продавить Зеленского на эти решения.

С учетом того, что у Зеленского есть еще Европа, с учетом того, что в Европе есть европейские политики, которые тоже очень много поставили на эту войну и которые, разумеется, там тоже ничего не думают об Украине, а думают исключительно о своих карьерах… Их карьеры заключаются в том, что они инвестировали в эту войну свои собственные представления в 2022 году о том, чем она кончится и как она должна кончиться. На этом делались карьеры. Эти карьеры погибнут в тот момент, когда от Украины останутся рожки да ножки. Они готовы поддерживать Зеленского, чтобы он воевал до последнего украинца.

Соответственно, у Трампа не получилось. Но зато Трамп из этой войны выписался. И, как мы видим, довольно-таки впечатляюще. Де-факто он, конечно, по умолчанию заключил сделку с Путиным, которая, возможно, будет пересмотрена, о том, что Путин волен захватывать столько Украины, сколько у него захватится, а потом сядем и поговорим.

И, как я уже сказала, вот то, что происходит на наших глазах, это, во-первых, если говорить конкретно об этих истребителях, пролетевших над Эстонией… Европа сказала, что она готова поддерживать Украину. Европа сказала, что это ее война. Ну, раз это ваша война, то вот истребители летят над Эстонией, и вопрос в том, что сделает НАТО. НАТО, как мы видим, выражает большую озабоченность. Это то самое, о чем писал Патрик Бьюкенен, что те фальшивые векселя, которые Соединенные Штаты выдали Украине и странам Балтии, когда придет время и кто-нибудь в России предъявит их к погашению, погашать их будет нечем. Ровно это мы и видим.

МиГи над Эстонией – это подпороговая гибридная операция и это очередной признак конца доминирования не просто того, как был устроен мир начиная с 1991 года, но обратите внимание, что нам рассказывали, что этот мир устроен очень правильно, что это и есть счастье, что это и есть Полдень, XXII век, что это все очень справедливо. А кто считает, что это не совсем справедливо, он или фашист, или приспешник Саддама Хусейна и так далее и так далее. И вообще, его ждет Гаага.

И вот мало того, что закончился этот мир, который Запад, который Соединенные Штаты за какое-то кратчайшее историческое время продули, так еще и закончилось самое главное, на чем он держался – моральные основания. Потому что все больше людей с удивлением замечает, что, ребят, кажется, вот эта вот ситуация, когда одних назначали в устроителей геноцида, а других называли сынами Света, она, оказывается, давно была подпорчена. Для этого не обязательно было дойти до того момента, когда случилось 7 октября и оказалось, что у всей той демократической прессы, которая уже натренировалась на Югославии, Израиль – это поселенцы, и любое сопротивление им оправдано, а люди, которые режут детям головы, это, видите ли, инсургенты, которые осуществляют это сопротивление.

И вот последнее, чего я скажу перед тем, как перейти к вопросам. Вот одна из самых вещей, которая меня поразила. Я еще ничего не понимала, но с самого начала поразила меня в этой войне. Откуда вот это вот деление на сынов Света и на сынов Тьмы? Очень тяжелая ситуация – две части бывшей империи схлестнулись между собой. Украина является бенефициаром существования этой Российской империи и результатом распространения этой Российской империи (плюс Советского Союза) на Запад.

В этой сложнейшей ситуации почему вместо того, чтобы говорить о войне демократии против диктатуры, нам начинают рассказывать про генетических рабов русских, требует Зеленский, чтобы россияне уехали обратно в Москву и свергали Путина, и почему нам ситуацию, в которой с обеих сторон есть герои и с обеих сторон есть подонки, рассказывают как не ситуацию феодальной рыцарской войны, где важно соблюдать честь, а рассказывают как войну зла против войну добра?

Так ответ. Это было еще с той самой югославской войны, когда нам рассказывали про боснийских мусульман, что они бедные, несчастные, угнетенные, несмотря на то что на их стороне воевал бен Ладен. А про сербов рассказывали, что они тут устраивают геноцид, но с одним фактом, что они вот тут несколько уже сотен лет живут на землях Сербии.

Спрашивает меня Борис Савинков: «Вы видели, что сейчас в РФ происходит с бензином».

Как же Борис радуется. Собственно, а что происходит с бензином? Я вот все время, знаете, слышу эти планы перемоги, что сейчас бензин кончится, что сейчас Си арестует Путина, когда появится в Китае. Вот у нас недавно президент Зеленский раздавал интервью и давал Трампу ценные указания. Не только Трампу, а всему миру сказал, что надо поменьше думать об интересах своих стран и надо побольше думать об Украине. Ну вот это типичный Зеленский из серии «нам все должны, нам всё мало».

Я, конечно, понимаю, что вот эти планы перемоги и фиолетовый луч, они все время непрестанно строятся, потому что надо чем-то утешаться, а на земле мало утешительного происходит.

Но обратите внимание, какая удивительная вещь произошла. Вот раньше была такая методичка, что Украина не должна остановиться, пока не получит обратно границы 1991 года. Да какие там границы 1991 года? Там еще было про репарации, про независимость Татарстана, про отказ России от ядерного оружия. Ну, уж я не говорю, бегали всякие российские юденраты и рассказывали, что все – военные преступники, а те, кто не военные преступники, отправятся в лагеря перевоспитания и прочее и прочее. И вот все это были такие почтенные методички. Даже те люди, которые их повторяли, они же не всегда следовали какому-то письменному источнику, они от чистой души говорили.

А теперь вот меня зовут на «Живой гвоздь», и там два молодых ведущих спрашивают: «Ну как же прекратить войну?» И они как-то не замечают, что удивительным образом они же еще буквально год назад рассказывали: «Ну как же сделать так, чтобы Украина вернула себе все свои территории?» Удивительное дело.

Вот меня просто интересует. Вот я, допустим, переменила свое мнение, о чем я открыто говорю, и объясняю почему – под давлением существующих фактов, под давлением вновь открывшихся обстоятельств. Потому что, как говаривала Айн Рэнд в свое время, если вам кажется, что вы видите противоречия, значит, вам просто неизвестны некоторые факты. Противоречий не существует. Значит, вы чего-то не видите. И когда мне казалось, что я вижу противоречия, что тут, дескать, война демократии против диктатуры, но почему-то господин Ермак называет русских биологическим мусором, нацией нелюдей и убийц, биологическим мусором этого мира, а господин Зеленский говорит, что они должны возвратиться в Москву и свергнуть Путина, что такая очень высокая планка.

Потому что как-то, допустим, даже на Западе, вот хотя бы когда в Германию бежали сирийцы, никто не говорил из политиков, даже самых правых, что ребята, возвращайтесь в Сирию и свергайте Асада. Все как-то понимали, что людям надо ставить реальные задачи, а не нереальные, что есть проблемы с теми же самыми сирийцами, но вот тезис «возвращайтесь в Сирию и свергайте Асада», он, скажем так, нерелевантен и является психологической манипуляцией.

А я тогда не понимала, почему это происходит. Я не понимала, почему старшие товарищи в лице тех же самых Соединенных Штатов или в лице замечательной гуманной Европы не говорят: «Ребята, у вас тут от грусти померкло в глазах, но вы все-таки не занимаетесь нацистскими тейками». А потом оказывается, что, собственно, вот эти замечательные национал-деколонизаторские тейки, они как раз и пестовались много лет на деньги USAID. Так что молодые товарищи говорили ровно то, что много раз поощряли старшие товарищи.

Просто это одна из удивительных черт вот той самой демократии в сверкающих одеждах, которая существовала с 1991 года, что некоторые тейки, особенно если они являются открыто нацистскими, они не озвучиваются прямо вот такого рода НКО и международными организациями, тем более государствами, которые за все хорошее и против всего плохого, а они всегда оказываются мнением гражданских активистов либо из числа угнетенных, либо, наоборот, из числа тех, кого надо отменить.

И, собственно, поэтому таким спросом пользуются российские гражданские активисты, которые бегают по полю со словами: «Русские должны нести коллективную ответственность. Всех военных преступников надо судить. Границы 1991 года. Всех отправить в лагеря перевоспитания».

Потому что если бы, допустим, эти тейки озвучивал какой-нибудь европейский политик, то могли бы подумать, что он, не дай бог, нацист. А когда эти тейки озвучивает человек, который называется лидером российской оппозиции… Ну вот там, например, у нас недавно Гарри Каспаров рассказывал, почему россиянам не надо давать визы, потому что они несут коллективную ответственность за агрессию Путина. А когда это озвучивает человек, который сам себя назвал лидером российского гражданского общества, то смотрите, это же глас народа. Это очень важная часть гибридных операций, на которых и был построен мир с 1991 года, который вот сейчас на наших глазах с таким зловонием распадается.

И вот обратите внимание, возвращаясь к людям, которые год назад говорили, что Украина должна вернуться к границам 1991 года, а без этого никакого мира невозможно, а теперь говорят: «Мы требуем, срочно чтобы прекратилось кровопролитие», ну вот я-то переменилась под действием фактов, а они-то под действием чего переменились? Как-то вот они сразу раз и в другую сторону, и говорят то, что раньше они клеймили путинферштеерством и капитуляцией перед проклятыми военными преступниками. И они никак не объясняют, что у них произошло.

Обратите внимание, еще один очень интересный момент, который я как-то не задумывалась. Вот есть президент Зеленский. После 2014 года, когда он баллотировался в президенты Украины, он говорил, это был главный его тезис, его очень легко найти в сети, что вот те люди, которые хотят в Украине говорить по-русски, хотят в Юго-Востоке говорить по-русски, отцепитесь от них, не раскалывайте нацию. Это были слова Зеленского. На этих словах он выиграл выборы президента, на этих словах он получил 73% голосов. 73% украинских избирателей, а не тех, которые жили в Луганске, Донбассе и Крыме, этих уже не было, 73% в оставшейся части Украины сказали, что вот этот тезис «отцепитесь от людей, которые говорят по-русски, не раскалывайте нацию» им кажется очень правильным, и они за него проголосовали.

Fast-forward. 2021 год. И мы видим президента Зеленского, который говорит: «Те люди, которые считают себя русскими, уезжайте из Донбасса, потому что мы Донбасс все равно вернем». Слово «считают себя русскими», оно такое многозначное, потому что можно, конечно, сказать, что вот кто-то говорит по-русски, но считает себя украинцем. Но тем не менее понятно, что слова Зеленского были в основном обращены в значительной степени, по крайней мере частично, к людям, которые говорят по-русски и не считают, что быть украинцем и быть русским – это какое-то противоречие. Потому что, собственно, да, все украинцы – руськие.

И возникает вопрос, а что случилось с президентом Зеленским меньше чем за два года? Вы скажете, что случилась война, Путин вторгся? Нет. Зеленский говорил, чтобы русские уезжали с Донбасса, до того, как Путин вторгся в феврале 2022 года. Вы скажете, что случился 2014 год? Нет. Напоминаю, что после 2014 года президент Зеленский говорил: «Не раскалывайте нацию. Пусть те, кто хочет говорить на русском языке, говорят на русском». Что случилось в 2019-2020 году? В этот момент кто-то куда-то вторгался дополнительно? Наоборот, насколько я помню, практически затихли бои на Донбассе в этот момент. Это же интересный вопрос. И ответ на этот вопрос, наверное, является ответом на вопрос, почему началась война.

Да, конечно, у меня есть тяжелый вопрос про убийство Навального. Юлия Навальная на этой неделе выпустила ролик. Самая важная вещь, которая из него следует, что ФБК удалось получить биологические образцы ткани Навального и что две лаборатории… Какие – нам не говорят, потому что это действительно очень стремная вещь. Потому что я напоминаю, что вот Владимир Кара-Мурза, будучи американским гражданином, его отравили, он делал анализы, американская лаборатория делала анализы, она не говорит, и до сих пор не говорит, что произошло, чем он был отравлен. То есть это вот какие-то такие шу-шу. Не знаю, даже сейчас не будем гадать, с чем это связано. Но это вот иногда государства, когда речь идет о секретных ядах, ведут себя таким образом.

И, соответственно, две лаборатории подтвердили, что Алексей Навальный был отравлен. Правда, возникает, да, вопрос того, насколько задокументирован провенанс этих образцов. Это может быть очень серьезно для формального следствия. И там возникает мелкий вопрос, почему Юлия Навальная обратилась к широкой публике со словами «пишите в эти лаборатории, чтобы они отдали заключение»? Но если нам даже не называют эти лаборатории со словами, что это очень сложно и «мы не хотим нарушать некоторые приличия», то куда же публика-то должна писать? Но дело не в этом. Но все мелочи.

Не мелочами является то, что у меня всегда было ощущение, что когда я услышала, что Навальный будет похоронен в России, я подумала, что, наверное, каким-то образом удалось отобрать и снять эти образцы. Потому что я не представляю себе, чтобы иначе они согласились на захоронение Алексея Навального в России. И вот действительно, это значит, что эти образцы есть. И, судя по всему, диагноз поставлен. Кстати, к вопросу о том, кто и как хочет связываться с Путиным. Явно не хотят эти лаборатории связываться с Путиным, если они даже публично это не говорят.

Соответственно, я вам честно скажу, что есть короткая история о том, как убили Навального, и есть длинная история. Короткая заключается в том, что я никогда не сомневалась, что это убийство, скорее всего, отравление. Я никогда не сомневалась, что, естественно, это решение принималось на самом высоком уровне (Навальный – это номенклатура Путина) и что в прямом, в техническом смысле это было, конечно, связано с историей с обменом, потому что Путину очень хотелось получить Красикова. Соответственно, в Кремле рассматривали Красикова как офицера Родины, выполнявшего боевой долг. И в такой ситуации человека вытаскивают любыми способами.

Собственно, именно поэтому взяли в заложники нескольких западных людей, в том числе вот эту баскетболистку Бриттни Грайнер и корреспондента Ивана Гершковича. Явно их собирались как раз менять на Красикова. И в тот момент, когда соратники Навального и прежде всего Христо Грозев поняли значение Красикова и стали продвигать идею этого обмена, то сложилась очень неприятная ситуация. Еще до войны они начали продвигать идею этого обмена. Западные политики, поскольку эта идея исходила снизу, это не была их идея, они относились к этому очень прохладно. Особенно к этому относились прохладно немцы, которые считали, что вот, типа, мы тут выпустим убийцу – другие приедут. И эта идея проталкивалась с гигантским трудом.

И только когда к этому подключились достаточно крупные фигуры, в том числе и со стороны Америки, и когда было получено общее согласие, то понятно, что стало ясно в Кремле. В Кремле стало ясно, что, с одной стороны, существует принципиальная возможность вытащить Красикова, на кого-то его поменяв, что такое согласие есть, а с другой стороны, что вот если отдать Навального, как бы чего ни вышло.

Навальный – это сильная политическая фигура. Навальный – это не Тихановский, которого Лукашенко выпустил, и ничего умнее он не мог сделать, потому что все покатываются со смеху. Понятно, что Навальный – это не Тихановский. Более того, понятно, что Навальный – это не Певчих, не Волков. Навальный не будет делать того позора, в который превратился ФБК.

Навальный не будет в качестве свадебного генерала ездить со встречи с одним европейским политиком до другого, собирать дичайшие семинары, на которых будут рассказывать, как передать российский золотой запас Европе, и Навальный не будет в качестве вроде Адама Кадырова обвешиваться иконостасами все новых и новых наград, полученных от разных замечательных европейских организаций и неевропейских. Было понятно, что Навальный – это сильная политическая фигура, у которого придется Европе чего-то просить.

И, соответственно, был разыгран этот гамбит: давайте Навального уберем, снимем с доски, а к вопросу обмена вернемся и потом поменяем Красикова на кого вам угодно. Условно говоря, на того же Яшина, который будет бегать со словами «границы 1991 года». Да пожалуйста. Да просто это же, что называется, нарочно не придумаешь. Это, с моей точки зрения, техническая часть того, что произошло.

Есть, на мой взгляд, гораздо более печальная стратегическая составляющая во всей этой истории, которая заключается, что Путин начинал как прозападный политик, который очень хотел, чтобы Россия встроилась в Запад, который очень хотел, чтобы Россия стала членом НАТО. Кстати, я об этом забыла сказать. Я сейчас специально к этому вернусь. Расскажу вам еще одну историю, которую я никогда не рассказывала. С нее хотела начать. И Путин ради этого сдерживал свои авторитарные инстинкты и был готов на построение контролируемой демократии, суверенной демократии, вот вроде того, что делал Ли Куан Ю, вроде того, что делает Виктор Орбан, вроде того, что уже практически не делает, но делал Реджеп Тайип Эрдоган и так далее и так далее.

По мере того, как ему показывали на дверь, по мере того, как он понимал, что он бьется в стенку, он понимал, что, собственно, зачем ему фиговый листочек, которым он готов был прикрываться, если его и с фиговым листочком не пускают, и без фигового листочка не пускают? И, соответственно, уже после 2022 года он этот фиговый листочек на фиг отбросил. Потому что, как я уже сказала, тот мир, который был построен в 1991 году, рухнул, и он рухнул окончательно. И в рамках той новой суперавторитарной модели, которую строит Путин в России, никакого фигового листочка ни в лице «Эха Москвы», ни в лице Алексея Навального, ни в лице каких-либо выборов Путину просто не нужно.

История, которую я вам хотела рассказать, и которую, собственно, я вам хотела рассказать еще когда я говорила об этих самолетах в Эстонии, она вот какая. Я вам прочту новость. Эта новость аж от 3 октября 2001 года. Новость BBC. «Путин поддержал войну с терроризмом. В среду президент Владимир Путин встретился с руководителями Евросоюза и НАТО в Брюсселе. Он поддержал идею военного удара по террористам, имея в виду Усаму бен Ладена. Заявил, что – вдумайтесь, российский лидер заявил – возглавляемая США антитеррористическая кампания не принесет успеха, пока все международное сообщество не объединится». Дальше он сказал, что Чечня – это уже то же самое, что мало одной военной силы, надо вырвать корни международного терроризма.

«Высказывания российского лидера в Брюсселе, несомненно, понравились руководству Евросоюза. Даже давний критик России, комиссар Евросоюза по внешним делам, одобрил нынешний подход Кремля. Правда, он не преминул заметить, что надеется на мирное разрешение конфликта в Чечне».

«Новый поворот России лицом к Североатлантическому альянсу был удачно подкреплен неделю назад визитом министра обороны». И так дальше и так дальше.

«Близкие отношения Кремля с НАТО, которые еще пару месяцев назад казались абсолютно невозможными».

Что самое интересное в этой новости? В этой новости самое интересное в том, что в ней все стопроцентное вранье. Дело в том, что Путин действительно в октябре 2001 года посетил штаб-квартиру НАТО в Брюсселе и встретился там с его руководителем, господином Робертсоном, лордом Робинсоном на тогдашний момент. Целью этого визита, целью этой встречи Путина было то, что Путин сказал, что Россия хочет подать заявку в НАТО.

Я напоминаю вам, что в 2000 году президент Путин говорил об этом с президентом Клинтоном. Соответственно, Клинтон подумал несколько часов и сказал: «Мои советники считают, что это плохая идея». Потом, как известно, Клинтон ушел. Соответственно, победил президент Буш. Дальше случилось 11 сентября. 11 сентября Путин первый позвонил Бушу с выражениями соболезнования и с предложениями как-то поучаствовать. И вот сразу после этого, обращаю ваше внимание, 11 сентября происходит теракт, а 3 октября 2001 года Путин приезжает в Брюссель и возвращается к своей старой идее. На этот раз уже не с президентом Клинтоном, а с президентом Бушем и непосредственно лордом Робертсоном. Россия хочет вступить в НАТО. Это вторая попытка Путина.

Я напоминаю, что перед этим были многочисленные попытки Ельцина, включая в 1994 году. Ельцину соврали, сказали, что НАТО вообще не будет теперь играть большой роли, а будет нечто, что называется Партнерством во имя мира. И вот в НАТО Россию не принимают, а в Партнерство во имя мира – пожалуйста, но Партнерство во имя мира станет главным. И Ельцин тогда пьяными слезами расплакался на плече госсекретаря Кристофера: «Как здорово вы это придумали». А как теперь нам известно из документов, это была намеренная разводка Ельцина. Не говоря уже о том, что Ельцин пытался вступить в НАТО, предлагал вступить в НАТО еще до того, как Россия стала независимой. Вернее, еще до того, как Советский Союз развалится. Вернее, еще до того, как он, Ельцин, Советский Союз развалил.

Напоминаю также, что Горбачев в полушутку тоже предлагал, что Советский Союз может вступить в НАТО. То есть это примерно была попытка номер пять. Не номер один, не номер два, не номер три. Из серьезных попыток это была попытка номер пять. Путина только что отшил один президент, Путин попытался с другим.

В октябре 2001 года Путин приезжает в Брюссель, приходит в штаб-квартиру НАТО и говорит, что Россия… 2001 год. Никакого «ЮКОСа», никакой отмены выборов, Путин – демократически избранный лидер, который готов сотрудничать с Соединенными Штатами, что называется, всеми четырьмя копытами.

Лорд Робертсон выслушал предложение президента России и сказал приблизительно дословно следующее: «Ну, во-первых, учтите, что вы сбоку пришли прямо сразу и предлагаете. А надо подать заявку по всем правилам. Составление заявки – это очень долгий момент. Она должна быть очень длинная. Она занимает месяцы». «Заполните формуляр», – сказали Путину. «А во-вторых, вы понимаете, у нас тут есть другие заявки – страны, которые заявлялись до вас. Не Россия, в которой 140 миллионов, а, знаете, вот такие большие страны. И вы учтите, что мы, конечно, рассмотрим их заявки перед вашей, потому что в каком порядке подается, в таком и вступается». Путин, по свидетельству очевидцев, после этого любезного ответа, который вкратце переводится как «идите на три буквы», стал белый.

Кстати, что Путин сделал после этого, как он стал белый? Может, он горшки стал бить, кричать: «Разорву на кусочки! Не пущу никого в НАТО!»? Я напомню, что Путин после этого, если говорить о международных делах, он понял, что НАТО является, как я уже сказала, средством военной колонизации Европы Соединенными Штатами Америки, с Соединенными Штатами Америки непосредственно нельзя договориться. И тогда что надо делать? Правильно, надо договариваться с крупнейшей европейской страной, которая может быть в оппозиции к Соединенным Штатам, хотя сейчас является их военным клиентом, то есть с Германией.

И дальше Путин стал выстраивать особые отношения с Германией. Дальше Путин попытался Германию сделать российским газовым хабом. Дальше, конечно, произошла абсолютно уникальная с внешнеполитической точки зрения ситуация, когда Германия прошла мимо одной из крупнейших в своей жизни возможностей, когда немецкоговорящий российский президент, желающий выстраивать отношения с Германией, вот выстраивал, выстраивал, да не выстроил, я бы сказала.

Это я к тому, что от Путина, который лично приехал в штаб-квартиру НАТО и просился, ему сказали: «Ты рылом не вышел», причем еще будучи, повторяю, демократическим лидером, до нынешнего полета истребителей российских над Эстонией пройден огромный путь. И ошибки на этом пути совершал не один только Путин. Более того, я вам могу совершенно честно сказать, что поскольку с сильных больше спрашивается, к сильным больше претензий, то главные ошибки на этом пути, конечно, совершили Соединенные Штаты Америки.

Потому что, как говорили огромное количество американских генералов, огромное количество американских министров, чиновников и экспертов, начиная с начальника Комитета объединенных штабов господина Шаликашвили и кончая тем самым Джорджем Кеннаном, который был архитектором всей политики сдерживания СССР: «Вы совершаете стратегическую ошибку. Вместо того чтобы протянуть руку помощи поверженному противнику, как это произошло в случае Германии и Японии после Второй мировой войны, вы поступаете с Россией точно так же, как с Германией поступили после Первой мировой войны во время Версальского договора. Расширение НАТО на восток – это российский Версаль. И это кончится ровно тем».

Это люди предсказывали еще в 1997-1998 году, когда даже никакого Путина не было в проекте. И вы скажете, что Путин сделал очень много ошибок. Абсолютно согласна. Но главную ошибку все-таки сделали, простите, сильные мира сего в тот момент, когда Россия валялась в грязи и у нее ВВП сокращался на 80% по сравнению с 1991 годом.

Двас Котас спрашивает: «Юлия, неужели вы думаете, что аналитики Пентагона и Вашингтона зря ели свой хлеб? В российской свободной прессе тогда было много интересного материала про Путина».

При чем тут Путин? Я не знаю насчет аналитиков Пентагона и Вашингтона. Но я еще раз повторяю, я даже могу процитировать список гигантского количества американских военных экспертов и крупнейших чиновников, которые были категорически против политики расширения НАТО. Другое дело, что совершенно меня поражает, что как раз тогда в российской свободной прессе страхи по поводу расширения НАТО на восток высмеивались, и говорилось: «Это вообще какие-то замшелые патриоты, какие-то идиоты. Вот чего это вас пугает расширение НАТО на восток? Это у вас какие-то остатки холодной войны. Это у вас в голове квасная капуста». И так далее и так далее. При том, что российская патриотическая пресса, как мы видим, гораздо ближе была к действительности в оценке того, что происходило.

Единственное, что действительно надо сказать, что расширение НАТО на восток было направлено не только и не столько против России, особенно вначале, потому что, еще раз повторяю, это был способ военной колонизации Европы США, которые остались гегемоном на пространстве всего мира. Они искали, как сделать так, чтобы в Европе, праматери Запада, не начали все воевать со всеми, и избрали такую форму – колонизацию Европы через НАТО.

При этом у этой формы было два тотальных недостатка. Один тотальный недостаток заключался в том, что рано или поздно это расширение должно было привести НАТО к конфликту с Россией, если Россию не взять в НАТО. Собственно, это был ровно тот недостаток, который многократно предлагал ликвидировать Путин. И условия Путина были очень простые. Он очень хочет дружить с Западом, он очень хочет дружить с НАТО, но при этом он хочет выступать на постсоветском пространстве, то есть исключительно на том пространстве, которое когда-то было частью Российской империи и Советского Союза, как гегемон.

И вот тогда, если он в качестве этого гегемона просто вступает в НАТО, то все противоречия стираются, так же как решились противоречия между Францией и Германией, когда они вступили в общий рынок, и тогда все живут дружно. Это первое. Рано или поздно эта политика экспансии должна была где-то кончиться кровью и большой войной, то есть той, которую мы сейчас наблюдаем в Украине. Могла, между прочим, если бы не слабость России, кончиться гораздо раньше и в другом месте войной.

Второе. Эта политика, обратите внимание, предусматривала дробление государств и делание их как можно более незначительными. Это еще один жестокий закон, закон расширения империй, который называется «разделяй и властвуй» и который я как-то тут пару эфиров назад назвала «принципом Атиллы».

Я напоминаю, что я имею в виду. Когда в 451 году Атилла уничтожал Римскую империю, он действительно ее уничтожал. Он зачем-то, многим историкам не понятно зачем, вместо того чтобы завоевать куски империи и править там, как делали некоторые другие правители, он просто во время своих походов стирал с лица земли все попадавшиеся ему под руку города просто до конца, вырезал всех, кто там шевелился.

Возникает вопрос: что Аттила делал, зачем он это делал? Может быть, он дурак такой был? Может быть, он просто был кровожадное чудовище? Ответ: нет, он не был кровожадное чудовище. Дело в том, что он как раз был очень умный человек и талантливый, но он очень адекватно оценивал свои ресурсы. У него они были небольшие, у него были хорошие ресурсы для грабительских походов, но у него не было достаточных человеческих, материальных и так далее ресурсов для того, чтобы сохранить контроль над этой территорией. А если у вас нет ресурсов сохранить контроль над территорией, что вы делаете? Правильно, вы ее как можно больше ослабляете, вы ее разрушаете, чтобы она не могла вам противостоять.

Вот это было очень заметно в экспансии НАТО – читайте: военной колонизации Соединенными Штатами – Европы, особенно Центральной и Восточной Европы. Отсюда, собственно, и война в Югославии. Оказывалось, что чем меньше и беззащитней то государство, которое вы включаете в военный союз, тем лучше для вас. Были крупные государства, которые уже образовались, которые невозможно было раздробить, типа Франции. Была Германия, объединению которой было невозможно противиться. А вот все остальные государства – чем меньше они будут, тем лучше. Вот Чехословакия. Очень хорошо, если она разделится на Чехию и Словакию. Вот Югославия. Ну, слушайте, 23 миллиона человек, крупная промышленная держава, может теоретически стать новым центром притяжения в Южной Европе. Зачем это нам? Давайте превратим процветающую, большую, толстую, экономически успешную Югославию в коллекцию реально failed-state. Некоторые с тех пор более-менее справились, та же Сербия, а некоторые продолжают существовать просто в каком-то диком средневековье. В коллекцию failed-state. Но зато все они будут бегать в Вашингтон и чистить там ботинки.

Это абсолютно понятная стратегия. Но это стратегия, которая рано или поздно – кстати, вот к вопросу моральной точки зрения – ровно и приводит к тому, что люди начинают оглядываться и говорить: «Слушайте, а как это получилось, что Соединенные Штаты гарантировали нам тут военную безопасность и вот этот зонтик над нами распростерли, а что-то все отстает Европа, что-то все меньше происходит экономического развития, что-то все хуже становятся институты, они забюрокрачиваются, приезжает масса мигрантов. Откуда вообще все это взялось? Откуда взялась эта бюрократи?»

Особенно это страшно, когда у вас вот такая двухэтажная система управления, где есть, с одной стороны, национальная бюрократия, причем это национальное местечко должно быть как можно меньше, а с другой стороны, еще бюрократическая надстройка, которая регулирует длину огурцов и плодит людей, которые не работают, потому что чем меньше людей работает, тем больше они зависят от тех, кто распределяет.

Галечка мне пишет: «Спасибо вам. Вы мудрая, прекрасная женщина».

«Юлия Леонидовна, – спрашивают меня, – что с вами случилось за 2025 год? Вы сильно изменились, с точностью да наоборот. Создается впечатление, что вы продались Кремлю».

Алекс, во-первых, не слушайте. Можете слушать Фейгина или вот Гордона. Там уже скоро танки НАТО будут в Москве. Но если вам хочется слушать, что скоро танки НАТО будут в Москве после этого пролета МиГов-то над Эстонией, слушайте, пожалуйста. Как я уже сказала, когда человек встречается с некоторыми противоречиями, которые он своими собственными глазами воспринимает, например, когда он считает, что тут происходит война демократии с диктатурой, а ему говорят: «Ты биологический мусор», он начинает переосмысливать те вещи, которые он думает, в соответствии, что называется, со вновь открывшимися обстоятельствами.

У меня еще есть, конечно, вопрос важный про то, что Юлия Навальная воспротивилась тому, чтобы россиянам в Европе не выдавали визы. И вот новый пакет санкций, в котором полного запрета на выдачу виз россиянам, вопреки желанию господина Гарри Каспарова, не будет. Мне кажется, что это тоже очень важная часть того, о чем я хотела сказать.

Сначала, что называется, по фактам. Насколько я знаю, желание запретить визы всем россиянам, туристические визы всем россиянам, оно происходило от стран Балтии, которые обосновывали это тем, что они боятся гибридной атаки Путина, то есть они боятся, что под видом туристов приедут какие-то люди крепкие и устроят какие-то беспорядки. Учитывая, что гибридная атака Путина – это большая реальность, мы только что с нее начинали свой эфир, я не знаю, как относиться к этим страхам. Потому что мне-то, конечно, кажется, что, в общем, хотя это вполне реальные опасения, такого рода гибридные атаки эффективнее предотвращать не с помощью тотального визабана.

В конце концов, у стран Балтии существуют свои секретные службы. В конце концов, еще иногда можно изменить политику страны, чтобы не следовать по пути Украины. Но сейчас даже не будем об этом. То есть я не знаю, это реальное опасение стран Балтии или это предлог, чтобы окончательно отменить россиян. Но понятно, что эта идея не разделялась большинством других европейских стран, поэтому Юлия Навальная явно ничем не рисковала. Юлия Навальная в данном случае сказала, что дважды два – четыре. В том, что европейцы не отменили визы полностью, никакой ее заслуги нету. Это как раз называется «и мы пахали». Это смешной, глупенький пиар.

Кроме того, я должна заметить, что несмотря на то, что формально визабана сплошного нету, мы прекрасно понимаем, что в огромном количестве европейских стран действительно действуют очень сильные дискриминационные меры, просто они не прописаны публично, по отношению к людям с российским паспортом. Им все равно не выдают – не мытьем, так катаньем – визы.

И даже мы знаем фантастические случаи. Ну вот, например, случай Дарьи Рудневой, девочки, которая в Швеции занималась, как я понимаю, физикой высоких энергий или что-то в этом роде, которую выслали из Швеции и запретили 20 лет там быть со словами, что она российская гражданка, после чего российская оппозиция не преминула, состоя, как я уже сказала, на службе Евросоюза, специально еще пнуть бедную девочку копытом, и Любовь Соболь написала, что вот она путинская агентка, потому что она занималась антивоенной деятельностью. Очень логично, ничего не скажешь.

Вот недавно в «Холоде», кажется, я читала историю другой женщины, тоже молодой, которая во Франции занималась на стыке физики и химии различными высокотехнологичными материалами, которой прямо сказали: «Нет, мы не дадим вам работу ни в той, ни в другой, ни в третьей лаборатории, потому что у вас российский паспорт». Ну, пятая графа, генетически не вышли.

Так вот, обратите внимание на следующее. Во-первых, конечно, любая страна имеет право с визами на своей территории делать абсолютно что хочет. Хочет – запретит, хочет – вышвырнет, хочет – вообще, как там французы немцев в 1940 году, посадит в лагеря, интернирует и так далее и так далее. Мы по этому поводу ничего не можем сделать. Это решение той страны, которая их принимает. Это первое.

Второе – это, конечно, целесообразность этих решений. И вот с целесообразностью тут, конечно, большой возникает напряг. Видите ли, в чем дело, с 1991 года, да и, собственно, даже раньше, еще в Советском Союзе существовало огромное количество людей, которые, кстати, представляли собой советскую элиту, которые жили душой, грубо говоря, в Европе, которые жили душой на Западе, которые жили душой в Полдне, в XXII веке, которые сами себе казались такими донами Руматами, Эсторскими, которые слушали «Радио Свободу», которое еще тогда было совсем другим «Радио Свободой», и которым казалось, что здесь в Советском Союзе – мрак и ужас, и они в этом не ошибались, а вот на Западе – Полдень, XXII век. Это люди, которые росли на Дюма, на Жюле Верне, на Конан Дойле. То есть даже вот то, что они читали, они считали себя, естественно, частью европейской культуры. Я к числу таких людей отношусь.

И, как я уже сказала, начиная с 1991 года эти люди инстинктивно думали, по умолчанию, что все, что делают Соединенные Штаты, все, что делает Европа, это правильно. И это не только правильно, но и высокоморально. И они, конечно, считали себя гражданами мира. И вдруг в 2022 году эти люди узнали, что их те люди, которых они всегда считали своим образцом, которых они считали высокими белыми господами, выгоняют веником со словами «вы тут генетически не вышли». Это, конечно, был очень большой удар для тех людей, которые, так же как я, относились к Европе как к образцу всего доброго, хорошего и, самое главное, высокоморального, потому что их учили, что различение людей по нациям – это плохо, их учили, что различение людей по паспортам – это плохо.

И вдруг они с этим столкнулись сами, как я уже сказала, как какая-нибудь Дарья Руднева, которая приехала в Швецию заниматься физикой, и вдруг выясняется, что она не может заниматься физикой, потому что она русская. Как другая девушка, которая работает в лаборатории французской, занимается сложными материалами, вдруг выясняется, что она не может заниматься во французской лаборатории, потому что у нее российский паспорт.

Это само по себе этих людей заставило очень серьезно пересмотреть то, как они представляют себе мир. Вот отсюда у меня, например, полезло все это – НАТО, Югославия и все, что вы слышали в первой части Мерлезонского балета.

Третья вещь заключается в том, что ведь проблема еще заключается в том, что современная Европа, она не может делать вещи со словами «а нам так цинично выгодно». Потому что где-нибудь в XIX веке действительно отобрали бы паспорта, выгнали бы, еще даже бы интернировали и сказали: «Так требуют соображения государственной безопасности».

Но современные высокогуманные люди, которые управляют Европой, вот эти чиновники, уж тем более гуманисты в газетах, они же не могут руководствоваться соображениями государственной безопасности или государственной выгоды, они всегда должны руководствоваться соображениями высокой морали. И поэтому возникает необходимость объяснить каким-то способом, что дискриминация россиян по факту наличия паспорта – это не просто мера государственной необходимости. Ну, скажем, Европа находится в состоянии гибридной войны с Путиным. Ну, бывает.

Даже уже неважно, кто разбил первый горшок и из-за чего это произошло. Ну вот да, вот это и есть гибридная война, давайте воевать. Нехорошо. Вдруг какая-нибудь девушка, которая занимается физикой, что-нибудь там в Швеции узнает, что-нибудь научится, а потом переедет в Россию и это использует для каких-то российских военных разработок. Тут логику я прекрасно понимаю.

Но проблема, как я уже сказала, заключается в том, что европейский чиновник не может эту логику озвучить, а ему надо под все это подвести твердую моральную базу. И, соответственно, как подводится твердая моральная база? Правильно, твердая моральная база проводится двумя способами. Она, во-первых, проводится с помощью так называемых представителей гражданского общества, то есть самих россиян.

Вот если немецкий нацизм заключался в том, что евреям говорили: «Вы недочеловеки. И мы это говорим от лица немцев», то вот это новое национал-деколонизаторство, оно работает по-другому: обязательно нужен какой-то Гарри Каспаров, обязательно нужен какой-то Илья Яшин, обязательно нужны еще какие-то люди, которые называют себя властителями дум и представляются российскими гражданскими активистами, которые объяснят именно от лица россиян, что все россияне виноваты за Путина.

Адресатом этого прекрасного спича, понятное дело, являются не россияне, которые от этого немножко фигеют. Адресатом этого прекрасного спича являются чиновники в Брюсселе, которые от этого успокаиваются и говорят: «Ну вот видите, есть же российские гражданские активисты, которые сами понимают, что надо отменить для россиян паспорта».

И, конечно, в результате этого появляется просто фантастическое ощущение. Потому что, во-первых, те люди, которых дискриминируют, они говорят: «Так погодите, мало того, что нас дискриминируют, нам еще предлагают добровольно нам самим на себя нашить желтую звезду на одежду и сказать, что мы от этого чувствуем моральное освобождение, что вот таким способом мы очищаемся. Нам реально предлагают вступить в секту».

И оказывается, что те люди, которые всегда говорили, что они за доброе, светлое и хорошее (вот многим из нас нравились активисты, нравилась оппозиция), они просто реально являются Юденратом, который поднимает ножку вверх, поднимает ножку вниз и который надеется, что вот в качестве членов Юденрата им-то визы дадут за счет отмены других россиян.

И это, конечно, вызывает, мягко говоря, дополнительное разочарование в, скажем так, высоких гуманистических ценностях. Ты внезапно обнаруживаешь, что высокие гуманистические ценности – это и есть самый надежный инструмент гибридной войны, который используется для разрушения всего вокруг.

Но это еще даже не самое главное из того, что я вам хочу сказать. Потому что тут я вам описываю идейную эволюцию, я думаю, довольно большого количества людей, которые с 1991 года считали, допустим, Европу своей духовной родиной, которые ужасались всему, что происходит в России, уезжали при первой возможности, покупали дома, заводили счета в банках, учили детей и так далее и так далее и вдруг, пожив иногда 10, иногда даже 20 лет в Европе, обнаруживали, что они граждане второго сорта.

И не просто граждане второго сорта, а что у них есть такие гражданские активисты в России, которые, чтобы соответствовать замечательному гуманному дискурсу, им рассказывают, что они граждане второго сорта, и что вот это очень важно европейским чиновникам услышать, чтобы считать себя морально правыми.

Потому что это еще пустяки. Вот как раз такие, как я, или те, кто обосновались в Европе 10, 20 лет и, допустим, находятся на пенсии, а не ведут какой-то бизнес, а некоторые даже и бизнес ведут, это все нормально. Это еще переживут, картина мира их исправится, пересмотрят свою картину мира.

А теперь представьте себе, что вы, допустим, с паспортом Украины и родились где-нибудь в Одессе или Николаеве. В Одессе, городе, который основала российская императрица Екатерина II, в которой вы всю жизнь говорили по-русски. Вас немножко чего-то иногда, наверное, напрягало и скребло, когда, начиная с первого Майдана, при Ющенко стали пытаться интродуцировать украинский язык. Вы увидели, что сокращается количество русских школ. Вы увидели, что в какой-то момент кинофильмы в кинотеатре все идут с переводом на украинский, а по-русски нельзя. И так далее и так далее. Много чего еще было смешного. Вы даже от этого как-то отмахивались, говорили: «Зато я живу в демократии».

Самое главное, вы же знали, что вас, в отличие от этих россиян, берут в Европу. Потому что в тот самый момент, когда лорд Робертсон сказал Путину: «Вы рылом не вышли», в это же самое время Украине пришло предложение вступить в НАТО. И вы понимали, что ваша вековая мечта российского интеллигента, русского интеллигента исполнена – вы вместе со всей Украиной становитесь частью Европы, становитесь частью НАТО, вас пустили в Полдень, XXII век. Ради этого можно закрыть глаза на какие-то мелочи, допустим, на коррупцию. Но у кого нет коррупции? В России тоже коррупция. Какие-то проблемы с русским языком…

Вы в 2014 году были абсолютно шокированы, когда был аннексирован Крым, когда началась война в Донбассе, когда в Майдан стреляли, потому что вы, конечно, были уверены, что в Майдан стрелял то ли Янукович, то ли Путин. В общем, короче говоря, вот все эти силы реакции.

И у вас все хорошо. Долгое время было все хорошо. Потом началась война. А потом вы, допустим, смогли уехать в ту же самую Европу. У вас не было никакой проблемы. Вам-то выдали как раз все. И вас на бюргергельд посадили. И у вас все хорошо лично.

И вдруг в 2025 году вы с украинским паспортом обнаруживаете, что внутри Украины существует чудовищная коррупция, что ТЦК охотится за людьми, как за зайцами, что взятки в этой системе чудовищные, что укрепления не построены, а деньги куда-то делись, что военный заказ не выполнен, а деньги куда-то делись, что ко всем претензии, к Трампу претензии, к русской оппозиции претензии, к этим претензии, к полякам претензии, что в Украине вся та же диктатура, только ранняя, молодая и еще очень не обтесавшаяся (а молодые диктатуры, они всегда существуют в режиме пожирания всего вокруг), что вашу дочку или вашу племянницу в школе поставили в угол за то, что она на перемене говорила по-русски, что ваши приятели ехали во Львов, говорили между собой по-русски, и на них кто-то накинулся, что они говорят по-русски.

А самое главное, в этот прекрасный момент вы видите две вещи. Первое – что Европа на все это закрывает глаза. Точно так же, как Соединенные Штаты закрывали глаза на то, что в Боснии они сражаются на стороне джихадистов и бен Ладена. И что эта самая Европа, которая говорит: «Денег нет, но вы держитесь. Оружия нет, но вы держитесь», на самом деле совершенно не собирается принимать Украину ни в НАТО, ни в Евросоюз, а просто использует Украину, в которой становится все хуже, все страшнее, как орудие для взаимного стирания Украины и России.

И вы обнаруживаете, что вас развели гораздо круче, чем россиян. Потому что россияне, даже те, которые были в Европе, они встали, отряхнулись и пошли, им все сказали в лицо, а вас исключительно обнимали, вас исключительно целовали, вам говорили: «Да что вы! Вы европейцы. Только поскольку вы европейцы, вы же должны вот этих русских назвать генетическими рабами. Вы должны сказать, что они азиаты, что они биологический мусор.

А когда это приведет к войне, ой, извините, мы будем, конечно, целиком на вашей стороне, но оружия-то мы вам не дадим в достаточном количестве. Вернее, не то что оружия не дадим в достаточном количестве, но солдат-то мы к вам не пошлем. А если окажется, что ваша власть проигрывает войну, потому что она устроила такую дикую коррупцию и все, что мы видим, мы не будем обращать на это внимание. Мы не будем делать вашей власти замечания, когда она явно выглядит как украинское BLM. Но мы будем продолжать вас использовать как инструмент взаимного уничтожения Украины и России».

Потому что – и в этот момент вы понимаете – вы, украинец, в глазах этого белого высокоморального господина ничем от россиянина не отличаетесь, потому что и вы, и он русский. И вы, и он, с точки зрения вот этих вот белых высокоморальных людей, не принадлежите к европейской цивилизации, просто вы такой дурак, которому…

Господи, вот есть замечательный Джордж Мартин, и у него, помимо его великой книги «Игра престолов», есть еще совершенно прекрасный ранний роман про вампиров, в котором действует один человек, которому вампиры обещают его сделать тоже вампиром, чтобы он жил вечно. А этот глупец не знает, что вампиры и люди – это разные биологические роды, которые не могут переходить один в другой, что вампиром невозможно стать, вампиром надо родиться. И этому дурачку человеку просто обещают сделать его вампиром, чтобы он приводил вампирам новых жертв.

И вот тут-то вы понимаете со своим украинским паспортом, когда вас все обнимают, когда вас все целуют, что ваше положение гораздо более страшное, чем положение того россиянина, которому просто визу не дали, потому что у вас страна кончается. И все вокруг разводят руки и говорят: «Вы знаете, так получилось. Но мы же хотели только лучшего. Мы же так обильно финансировали НКО, которое рассказывали, что вот тут вот Рашка, которая колонизовала Украину. И мы же так способствовали деколонизации Украины, начиная от Западной Украины и кончая Крыма. И вот вы знаете, мы не знаем, как так получилось. Но мы вас очень любим. Вы европейцы. Сражайтесь еще». На месте украинца, человека с украинским паспортом, вот этого я бы не простила никому.

«Юлия, – пишет мне Марк, – права насчет западных либералов. Гляньте, как они теперь ХАМАС защищают».

Марк, спасибо за вопрос. Потому что это вот еще одна история, где вот этот вот тонкий моральный покров на наших глазах начинает крошиться и рваться на глазах. Потому что оказалось, что вот этот высокоморальный дискурс войны сынов Света против сынов Тьмы налезает практически на любую ситуацию, и в этой ситуации можно рассказать, какой ХАМАС хороший, ну или какие жители Газы хорошие, и какой Израиль устраивает страшный геноцид.

И это рассказывают нам – вот на примере недавнего доклада ООН – те самые люди, которые ХАМАС финансировали. Потому что ООН, напоминаю, это самая большая операция по отмывке денег в истории. Потому что те миллиарды, которые были дадены ХАМАСу и которые им употреблялись на создание общества, официальной идеологией которого является «убей как можно больше израильтян». Они как-то требуют защиты.

И оказывается, что совершенно замечательные люди, которые на розовых пони и в высоких белых пальто, готовы любой ценой поддерживать миф об угнетенных и об ущемленных, потому что только угнетенные и ущемленные требуют: «Дайте мне поддержки. Дайте мне денег». А те люди, которые окормляют ущемленных, они как раз стоят около того краника, который эти деньги отваливает. А Израилю что деньги давать? Он сам все сделает, сам своих граждан защитит.

И вот сейчас как раз Израиль – это еще одно место, где этот нарратив сыпется. И обратите внимание, что этот нарратив на самом деле был создан давно и много раз успешно применялся. Он успешно применялся в Югославии. Еще раз повторяю, когда оказалось, что боснийские мусульмане, на стороне которых сражается бен Ладен, это угнетенные несчастные жертвы, а сербы – это исключительно дети зла, которые творят геноцид, и вот надо спасти от геноцида несчастных соратников бен Ладена.

Хотя, еще раз повторяю, обе стороны творили страшные вещи, обе стороны совершали ужасные преступления, как это бывает в любой этнической резне, как бывает в любой гражданской войне. Но та сторона, которая была при бен Ладене, она очень рано поняла, что вот эту особенность западной прессы, особенность людей в белых пальто можно эксплуатировать и можно, если, скажем, не хватает сербской бомбардировки, устроить свою и сказать, что это результат действий сербов. Хотя сербы были, бесспорно, тоже очень хороши. И даже непонятно иногда, зачем надо было устраивать провокации, когда можно было без провокаций обойтись.

Вот сейчас это дошло до своего естественного конца в секторе Газа. И мы видим, что может президент Макрон что угодно признавать Палестину, ООН может что угодно выражать озабоченность и говорить о геноциде. Но ситуация дошла до точки, когда она в своем нынешнем виде не может продолжаться, потому что продолжение этой ситуации означает уничтожение государства Израиль и убийство каждого еврея, который проживает на территории Израиля.

Потому что когда произошло 7 октября и хамасовцы сказали: «Мы будем повторять 7 октября столько, сколько потребуется, для того чтобы уничтожить Израиль», а люди доброй воли, прежде всего в лице господина Байдена, сказали: «А теперь Израиль, пожалуйста, помиритесь немедленно с ХАМАСом, заключите с ними мир (то есть до следующего 7 октября), и тогда, может быть, вам вернут заложников, а если нет, то все, что вы будете делать, будет называться геноцидом».

Тогда Израиль почесал репу, и Нетаньяху почесал репу и сказал: «Хоть горшком назови. Неважно, как вы это назовете. Важно то, что модель существования Газы себя исчерпала. Мы не можем сосуществовать вот с этим чудовищным террористическим образованием, в котором с трех лет на деньги ООН, на деньги западных идиотов, на деньги полезных идиотов или, точнее говоря, полезных неверных детям промывают голову и объясняют им, что их ждут райские кущи, если они убьют израильтянина.

Мы пытались найти с Газой компромисс. Но когда требование той стороны заключается в том, чтобы мы прекратили существование и сами себя зарезали, и когда нам говорят, что если мы с этим не согласны, то мы, оказывается, не идем на компромисс, то, знаете, компромиссы кончились, начнется превращение Газы в место, которое не представляет из себя опасности для государства Израиль.

Если для этого потребуется переселение всех жителей Газы, значит это будет переселение всех жителей Газы. Точка. Не потому, что мы такие кровожадные. Не потому, что мы хотим устраивать этническую чистку. А потому, что вы, полезные и неверные, довели ситуацию до того момента, когда по-другому оно не работает. Дважды два – четыре. А называйте это как угодно, хоть этнической чисткой, хоть геноцидом. И стройте палестинское государство где угодно, хоть в Париже, хоть в Лондоне».

Вот Виктория пишет: «У Израиля выбор из двух зол».

Кто-то должен прекратить существование. Либо это существование прекратит ХАМАС, либо это существование прекратит государство Израиль. Я могу сказать, что мои симпатии целиком на стороне государства Израиль.

Хотя я очень сочувствую тем людям, которым с трех лет промывали мозги и которые в результате к 17 годам выросли в абсолютное чудовище, вроде тех, которых мы слышали, которые залетают 7 октября и кричат: «Мама, мама, папа, папа, гордись мной, я убил уже десять евреев. Я звоню тебе по телефону мертвого еврея».

Я понимаю, кто сделал этого человека в то, чем он стал. И прежде всего огромную ответственность несут полезные идиоты и пиар ХАМАСа под названием New York Times, CNN, BBC и так далее. Но, простите, реальность жизни такова, что если вы не уничтожите этого человека, то он будет продолжать уничтожать израильских взрослых, израильских детей, израильских женщин и этим хвастаться. Вот и все.

Мих: «Российские военные самолеты, которые нарушают воздушное пространство стран НАТО, необходимо сбивать, заявил президент Чехии. При этом выяснилось, что воздушное пространство Эстонии не нарушалось».

Значит, смотрите. Да, тут уже все изошли на понятно что, сравнивая историю с Турцией, когда Эрдоган действительно сбил российский самолет. Но Эрдоган – это Эрдоган. И именно поэтому Путин уважает Эрдогана. И именно поэтому Путин с Эрдоганом договаривается.

Обратите внимание, как хитро была устроена эта история. Во-первых, в данном случае я бесспорно верю Эстонии и странам НАТО, что, конечно, самолет залетал. Если вы посмотрите по карте, он там как раз залетал как бы с самого краешка, вот прямо с самого краешка и летел вдоль.

И еще раз повторяю, это специальное подпороговое воздействие. Потому что, с одной стороны, вы нарушаете это воздушное пространство, а с другой стороны, вы всегда имеете возможность сказать: «Я не я, корова не моя. Это просто могло случайно. И вообще это не совсем воздушное пространство, это какая-то морская зона или что-то в этом роде. И зачем огород городить? Вот совсем чуть-чуть самолет залетел, всего ничего, 3 миллиметра. Его сбивать? Ну что, из-за этого начинать войну с Россией, что ли?»

Это и есть тактика гибридного, подпорогового воздействия, когда эффект демонстрации слабости вашего противника налицо. А если ваш противник в ответ примется дубинкой размахивать, вроде как-то перебор получается.

«Юлия, как вам митинг правых в Англии?» – Айка меня спрашивает.

И, кстати, у меня еще был очень важный другой вопрос. Это вопрос про увольнение Джимми Киммеля. Напомню, что я имею в виду. У нас только что было убийство Чарли Кирка, которое представляет собой убийство человека за то, что он говорил.

Причем напоминаю, что специальностью Чарли Кирка были дебаты. Когда ты дебатируешь, ты очень уважительно по определению относишься к противнику. Это в Твиттере пишут всякие гадости. А когда вы говорите с человеком лицом к лицу и хотите его переубедить, то, естественно, вы подбираете максимально бережные аргументы.

Этих дебатов и не могли выдержать нежные, постоянно ущемляющиеся левые воукнутые либералы, которые очень обрадовались, когда Чарли Кирк был убит, и постили разные торжествующие ТикТоки и постеры со словами «Продебатируй это!».

Страшно было, что человека убивают из-за слова. Но убийства случаются. В Миннесоте убил демократов, наоборот, конгрессменов какой-то правый. Там Брейвик в свое время расстрелял кучу народу. Но мы помним, что никакие правые убийства Брейвиком людей не праздновали. И убийства демократов в Миннесоте тоже никто не праздновал, даже среди крайне правых, и не говорил: «Так вам и надо». Массово, во всяком случае. Тут мы увидели самую страшную вещь. Мы увидели реакцию огромного количества левых, которые просто торжествовали по поводу убийства Чарли Кирка.

Я уже много раз говорила, что это не случайно. Потому что в том мире, в том новом варианте коммунизма, который пытаются построить современные левые, это такой улучшенный штамм коммунизма по сравнению с тем, который строился в Советском Союзе, он заведомо паразитирует на рыночном и капиталистическом обществе, и в качестве тех угнетенных слоев, интересы которых он защищает, он называет любых людей, которые считают себя угнетенными, у которых есть психологические проблемы.

Отсюда такая популярность трансгендеров. Потому что если ты белый цисгендерный человек, то ты представитель белой сексистской патриархальной цивилизации, которая имела наглость утверждать расистский тейк, что дважды два – четыре, а если ты поменяешь пол, ты оказываешься в самом верху пирамиды виктимности, ты даже выше афроамериканца или бедного мусульманина. И, соответственно, поэтому такое количество людей пол и меняет, потому что секс в человеческом обществе, как и все в человеческом обществе, это вещь социально обусловленная, в том числе и своя собственная сексуальная идентификация.

Так вот, все эти люди, которые специализируются на том, что они ущемляются, они ущемляются от того, что кто-то высказывает мнение, не соответствующее ихнему собственному мнению, а ихнее собственное мнение всегда сконструировано так, чтобы с ним невозможно было, имея хоть часть логики, согласиться, они всегда поэтому специально занимают абсолютно крайне левую позицию, к которой человек, руководствующийся здравым смыслом, не может присоединиться. Трудно присоединиться к позиции, что в пять лет ребенок может сам определить свой пол, а если вы с этим не согласны, то вы фашист. То есть, с одной стороны, эти люди сначала верят в то, что вызывает изумление с точки зрения здравого смысла. Они это делают специально, чтобы тут же ущемиться, когда им этот здравый смысл предъявляют.

И одна из главных технологий, как woke left навязывают свое мнение, это как раз распахивание новых окон Овертона. Это как раз когда давят на человека не аргументами, а эмоциями и осознанием того, что он идет против большинства и против толпы. И, конечно, когда такое огромное количество людей начали праздновать смерть Чарли Кирка, это была очень характерная для левых попытка создать давление толпы, создать давление множества, чтобы люди испугались и засунули язык в задницу, чтобы убийство политических оппонентов левых и торжество по этому поводу стало новой нормой.

И тут оказалось, что ребята опоздали, что сейчас не время BLM, что сейчас не время Defund the police, когда все это было успешно проделано. Ровно поэтому в Америке победил Трамп. И их успешно правые пережали. И левые побежали кто куда и стали говорить: «Да нет, мы ничего такого плохого не имели в виду. И вообще, наверное, неправильно убивать людей за мнение».

И на этом фоне случилась очень интересная история с комиком Джимми Киммелем. Еще в эти ранние моменты, в моменты, когда левые давили толпой и пытались пережать ситуацию в свою пользу, Джимми Киммель выступал на телевидении и рассказал историю, которую в этот момент пытались левые продавливать. Сейчас попытаюсь дословно процитировать: «MAGA провели значительную часть последнего времени, пытаясь отрицать, что убийцей был один из них». И вдруг его за это уволили.

По этому поводу я хочу сказать следующее. Первое. Во-первых, людей увольнять за слова нехорошо. Человек должен иметь право на то, чтобы иногда ошибаться, а иногда намеренно врать, потому что это очень тяжело различить, и даже говорить совершенно возмутительные и мерзкие вещи, как те, которые сказал Джимми Киммель, который не просто совершенно нарочно врал, а который, конечно, выступал в данной ситуации просто как вот ОРТ, которое рассказывало про мальчика распятого в Славянске, потому что левые очень пытались навязать этот нарратив большинству, что, во-первых, это очень здорово, что Чарли Кирка убили, а во-вторых, это сделал республиканец и правый.

Это абсолютно, кстати говоря, та же ломающая мозги и загоняющая в секту модель, которую, например, исповедуют исламисты, когда они говорят: «Ой, очень здорово, что взорвали башни-близнецы. А сделало это ЦРУ, чтобы скомпрометировать мирный ислам. Но как здорово, что эти неверные сгорели». Вот это очень характерная типология такого рода картин мира. Левые ее пытались навязать. Джимми Киммель явно ее неслучайно распространял. Но еще раз повторяю, за слова, в том числе вранье, увольнять нельзя, потому что мы по этой скользкой дорожке очень быстро дойдем неизвестно куда. Вернее, понятно куда.

Но тут такое дело. Во-первых, вот этим увольнением Джимми Киммеля быстро воспользовались левые, чтобы начать кричать, перевести стрелки, чтобы вместо того, чтобы мы обсуждали, что людей нельзя убивать за мнение (Чарли Кирка), мы начали обсуждать, какой ужасный Дональд Трамп, он вводит цензуру, он добился увольнения Джимми Киммеля, завтра будет в Соединенных Штатах, как в России. Извините, ребята, там еще дорога огромного масштаба. Не будет. Это первое.

Второе. Они очень успешно воспользовались этим, чтобы перевести разговор с действительно страшной вещи (убийства) на все-таки гораздо менее страшную вещь под названием «увольнение». Второе, чего нельзя не заметить, это то, что в данном случае против левых было использовано ровно то оружие, которое они долго и успешно использовали. Потому что количество знаменитостей, которое было отменено, растоптано, уничтожено, просто отправлено в небытие, не говоря уже о том, что просто разорено, вот ровно такого рода кампаниями отмены, которые происходили по гораздо менее существенным поводам, оно зашкаливает.

Я хочу, например, напомнить вам историю Розианны Барр. Это человек, рейтинги которого были значительно выше, чем рейтинги Джимми Киммеля. Потому что сейчас есть сильное подозрение, что у Киммеля было не то чтобы очень плохо, но не очень хорошо с рейтингами. И он был сильно переоценен. Ему платили гораздо больше, чем он зарабатывал для телекомпании, что, возможно, было, конечно, одной из скрытых причин его увольнения.

Так вот, Розианна Барр. Просто шоу номер один. В два часа ночи она твитит про одну из советниц Обамы, или Байдена, я уже даже не помню, но, по-моему, Обамы, что та ей напоминает гибрид между «Планетой обезьян» и «Мусульманским братством». А эта советница, которая очень светлая, оказалась чернокожей. То есть она идентифицировалась как чернокожая. Она была из Ирана, но какая-то у нее там была примесь черной крови. И на следующий день все вышли со словами, что Розианна Барр расистка, что она позволила себе расистский коммент. Даже не говорили, собственно, какой. Расистский – это уже абсолютно приговор. Бедная Розианна Барр извинялась-извинялась, говорила: «Я не знала». Всё, шоу ее сняли. Ее растоптали. Она потеряла, конечно, миллионы.

Вспомним вот эту вот потрясающую актрису, которую уволили за пару твитов из Mandalorian. И так далее и так далее.

И мы сейчас видим, что те самые люди, которые просто абсолютно торжествовали, когда людей увольняли из-за твита, чего делать ни в коем случае нельзя, в данном случае говорят, что это, оказывается, покушение на свободу слова. Ребят, вы или крестик снимите, или штаны наденьте. Давайте у вас будет связная позиция по любому поводу.

Вот у меня связная позиция. Я против увольнения Розианны Барр, и, естественно, против увольнения Джимми Киммеля, что бы он там ни городил. Потому что, еще раз повторяю, вот я сижу здесь в прямом эфире, нет-нет, да что-нибудь сказанешь, а иногда бывает, что долго-долго думаешь и долго у тебя что-то в голове выстроилось, и ты тоже сказанула, и это тоже пролетело, мягко говоря, мимо кассы. Бывает.

Тут, вы скажете, один – добросовестный, другой – недобросовестный. Так кто же отличит-то? Поэтому и нужна свобода слова, поэтому нужна неприкосновенность слова, чтобы не было инстанции, которая сидит и отличает: вот этот добросовестно сказал, а вот этот недобросовестно заблуждался, вот у этого были дурные намерения, вот это соответствует действительности, а вот это не соответствует действительности. Неважно. Пусть публика решает.

Как говорил Вольтер: «Я не согласен с вашими мнениями, но я отдам жизнь за то, чтобы вы имели право их высказывать». Тот факт, что мне увольнение Джима Киммеля не нравится, как раз не мешает мне не отмечать того, что, во-первых, культуру отмены придумали не правые, ее придумали, ее использовали как страшное оружие левые. Сейчас маятник полетел в другую сторону. Во-вторых, обсуждением увольнения Джимми Киммеля за слова они постарались перебить эффект от гораздо более страшной вещи, от того, что Чарли Кирка убили за слова. И потом их же соратники этому радовались и рассказывали, какой Чарли Кирк нехороший, какой он фашист, как он разделял людей и так далее и так далее. То есть лепили ему горбатого.

И делали это, кстати, обратите внимание, совершенно зачем-то бесплатно в качестве бонуса огромное количество вот тех же самых российских либералов. Мне не нравится, когда я называю этих людей либералами, потому что, еще раз повторяю, нет российских либералов, нет российской оппозиции, есть российские левые, есть часть российского всемирного Коминтерна, которая предала, кстати, интересы россиян в этом смысле абсолютно, бегает с различными способами их отмены в конечном итоге и которые так не различают себя от CNN, что готовы потявкивать даже тогда, когда этого не замечают и не требуется.

Например, меня привела в полное восхищение «Медуза», которая написала об увольнении Джимми Киммеля, но вместо того, чтобы написать, за что его уволили, просто переврала его цитату и сказала, что Джимми Киммеля уволили за то, что он сказал, что убийца Чарли Кирка такой же плохой человек, как и MAGA. нет. Безотносительно того, что увольнять нехорошо, все-таки давайте будем точными. Он сказал, что убийца Чарли Кирка – это и есть MAGA, и MAGA тщетно пытается это отрицать.

Вот зачем наш российский филиал Коминтерна это делает, я не знаю. Но, конечно, ничего большего, чем чтобы ну вот так наглядно показать в существующей, к сожалению, сейчас гибридной войне между Россией и Западом, на чьей они стороне, забыв все приличия, они, наверное, не могли бы это сделать.

Собственно, на этом, я думаю, мы будем потихонечку заканчивать. Единственное, что я посмотрю, какие важные вещи я еще хотела сказать. Я еще хотела поделиться несколькими важными мыслями. Обратите внимание на удивительное понятие, которое называется сейчас «культурная идентичность», которое, на мой взгляд, абсолютно левое. И посмотрите, как оно интересно построено. Потому что вот был XIX-XX век, век романтизма, прогресса, «Бури и натиска». И тогда как раз очень было характерно, особенно для Германии, понимание того, что разные цивилизации и разные культуры друг от друга отличаются. Это было одно из сущностных положений романтизма. Но тогда под культурой и цивилизацией и под ее особенностями понимались, в общем, высочайшие достижения человеческого духа и цивилизации.

То есть Рим – это акведуки, это «Записки о Галльской войне, это Колизей, это легионы, это Овидий, это Лукиан и так далее. Греция – это Геродот и Платон, Парфенон, Афины, Олимпийские игры, Аристотель. Германия – это Sturm und Nebel, это Нибелунги, это Зигфрид, это Фихте, это Ницше, это Шредингер, это Гейзенберг, это гениальная химия. Россия – это Санкт-Петербург, это Невский проспект, Гоголь, таблица Менделеева, русский балет, Толстой и Достоевский, музыка Чайковского и так далее. Япония – самураи, пластинчатые доспехи, кодекс бусидо, дзен-буддизм, сегуны, «Записки у Изголовья», «Сказание о доме Тайра» и так далее.

И обратите внимание, главной характеристикой тогда культуры цивилизации было то, что оно изобретает нечто, что обогащает все другие цивилизации. Все говорят: «Ох, как круто». И вот сейчас этому глубокому понятию, всему комплексу уникальных и одновременно влияющих на всю человеческую историю черт пришло эрзац-понятие «культурная идентичность». Культурная идентичность заключается в том, что я афроамериканка, я хожу в косичках-дредах, и это моя уникальная культурная идентичность, и вы не имеете права ее апроприировать. Или я украинец. А какая самая главная черта украинской культуры? Правильно, вышиванка. Незаимствуемое достижение.

И вот у меня, ребят, плохие новости. Если ваш взгляд на мировую историю и уникальная идентичность заключается в форме прически, которую запрещено заимствовать, чтобы не дай бог не совершить культурную апроприацию, то, значит, этого вклада нет. Потому что, например, уникальная, идентичная черта белой цивилизации – это не цвет штанов, это смартфон или это ракета, которая летит в космос. И как раз все это апроприировать очень-очень хорошо.

Еще хочу вам напомнить, что у нас был замечательный эфир на «Живом гвозде», и ведущие «Живого гвоздя» решили поставить на голосование недавнюю фразу Арестовича в эфире со мной «Путин всех переиграл». И надо сказать, что даже на «Живом гвозде», где публика сильно левая, с этой фразой большинство оказалось согласно.

Еще маленькую историю хочу вам рассказать. Репортаж на «Радио Свобода» совершенно феерический. Вернее, не «Радио Свобода», она его перепечатала, там какой-то другой источник. Репортаж из села Никольское на Донбассе, которое сейчас заняла российская армия. Это, видимо, знаете, такой наш ответ Вандербильдихе. Помните знаменитый, потрясающий репортаж «Коммерсанта» из Курской области, который действительно взрывает мозги, переворачивает, как оно все устроено. А тут послали человека, видимо, чтобы накинуть говна и чтобы рассказать, как ужасно Россия обращается с людьми в тех местах, куда она пришла.

И дальше приехал туда корреспондент. Из репортажа следует, что просто каждый, кто сидит в этом селе, ждет Россию, идентифицирует себя с Россией, а с Украиной больше себя не идентифицируют. Поскольку страшно автору не нравится, он представляет жителей села просто как клинических идиотов. Он ни слова о причинах такого отношения не спрашивает.

Но дальше идет высший пилотаж. Одна бабушка рассказывает, что стоявшие в селе российские солдаты ей помогали и принесли ей для кутьи мандарины, но в тот же день погибли в бою. И когда она раскрыла пакетик с мандаринами, обнаружила там пять тысяч рублей, которые они ей оставили. И вот она эти деньги не тратит, а бережет в память об этих заботившихся о ней военных.

И вот перед автором стоит сложная задача, как это рассказать так, чтобы и военных, и бабушку выставить идиотами. И вы не поверите, автор этого репортажа находит такой прием. Он пишет ни больше ни меньше, что командование российское нарочно убивает в смертельных штурмах тех солдат, которые пытались помочь местным. Цитирую дословно: «Те из военных, кто реально пытался помочь, очень быстро перевелись. Были отправлены в штурм, утверждают местные жители». Ну вот, действительно, нынешнее «Радио Свобода» и прошлое «Радио Свобода».

Еще очень смешная была история, когда вышло интервью Аллы Пугачевой у Катерины Гордеевой. Я поздравляю Катерину с прекрасной работой. Видно, насколько любит Катерина Аллу Пугачеву, с каким гигантским знанием и вниманием относится. И тоже, кстати, к вопросу о пропаганде. Канал «Что и требовалось доказать» сравнил громкие интервью Путина и Пугачевой. И оказалось, написал канал ЧТД, что интервью Пугачевой набрало 17,5 миллионов просмотров и Путина обогнало на 10 миллионов просмотров.

Это меня совершенно поразило. Я пошла проверять и тут же обнаружила, что, конечно, интервью Такера Карлсона с Путиным набрало сейчас 21 миллион просмотров на Ютубе. То есть больше, чем интервью с Пугачевой. А самое важное, что интервью это показывалось тогда в основном в Твиттере, и оно за первые три дня набрало 185 миллионов просмотров. И да, конечно, тут надо сказать, что Твиттер засчитывает за просмотр просто человека, которому это попалось в ленте. Но тем не менее 185 миллионов просмотров в Твиттере. Не понятно, зачем на ровном месте врать. Главное тут просто вставить свою шпильку.

И последняя удивительная вещь. Я хочу вам процитировать удивительный опрос общественного мнения, который приводит в своем блоге Иван Качановский, что, согласно опросам общественного мнения в Украине, 54% украинцев готовы вступить в ВСУ. 63% мужчин сказали, что они готовы поступить в ВСУ, и даже 46% женщин. Если учесть, что мы видим, что происходит с ТЦК, как-то незаметно большого количества волонтеров, которые готовы вступить в ВСУ. Вот это показывает, что такое опросы общественного мнения.

Ну и, пожалуй, на этом я с вами буду прощаться. Так, одну секундочку. Да, меня спрашивали: «Юля, как вам митинг правых в Англии?»

Мы видим правый поворот везде в цивилизованных странах, везде вот на том самом Западе. Потому что нельзя привезти в страну миллионы и миллионы иммигрантов, которые демонстративно плюют на ее порядки, на ее свободы, на ее права, на ее установления, которым объясняют, что им все должны, которые ведут себя так, как будто им все должны, публично некоторые из них имамы объясняют, что «вот тут мы сейчас ведем шариат и вас заставим платить джизью, но вы уже платите джизью в качестве той социальной помощи, которую вы платите».

Нельзя этих людей посадить на пособие. Иммигранты стоят гораздо больше государству, чем они приносят. Нельзя изменять этнический состав общества. Причем дело даже не столько в отмене этнического состава, сколько в том, что вы вместо того, чтобы этим людям дать возможность переучредить свою жизнь и стать европейцами, продолжаете делать так, чтобы они оставались, условно говоря, афганцами.

Кстати, это такой дополнительный баттхерт для обладателей российских паспортов, что россияне, как нам утверждает сама российская оппозиция, это люди второго сорта и им виза не положена, но другое дело – афганец, который приехал с тремя женами и объясняет, что «скоро я вас всех тут построю и заставлю вас платить джизью». Сразу видны приоритеты, что называется.

Невозможно забирать деньги у тех, кто производит, и отдавать их тем, кто не производит. Невозможно превратить банки в бюрократические учреждения, которые любую попытку создания бизнеса пресекают на корню, и не иметь какой-то на это реакции. Другой вопрос, насколько эта реакция далеко зайдет. Потому что вот сейчас, мы знаем, в Америке ей удалось победить.

Но понимаете, какое дело, вот то уникальное сочетание бюрократии и активистократии, которое сейчас укоренилось и угнездилось в Европе, плюс поддержка прессы, поддержка legacy media, оно, в общем, мозги-то людям очень эффективно промывает. Оно превращает огромное количество людей в членов Универсальной гуманитарной церкви, которые чувствуют страшную вину за то, что они белые, за то, что они запускают космические корабли, за то, что они знают математику, за то, что они пользуются правами и свободами. Они чувствуют себя по определению виноватыми перед этими несчастными угнетенными, которые на Ближнем Востоке когда-то составляли часть единой с ними Римской империи, но потом превратились в то, что они превратились. Плюс механизмы цензуры.

Путин был первый, который строил суверенную демократию и показал, что при контроле над СМИ, при контроле над государством, при контроле над бюрократией можно очень хорошо симулировать демократические процедуры и продолжать оставаться у власти. Сейчас очень многие из его приемов перенял не только Эрдоган, но и Евросоюз.

И все это в конечном итоге восходит к одной простой вещи, которую я всегда говорю: демократия, всеобщее избирательное право – это плохой способ правления. За исключением редчайших случаев, например, когда страна воюет, как Израиль, и тогда это более или менее ничего, потому что тогда у людей жопа горит, и они понимают, где на самом деле дважды два – четыре, а где им пытаются внушить, что дважды два – 17.

Всеобщее избирательное право – это в принципе плохой способ правления. Это очень плохой способ правления в нищем и фанатичном обществе, где в результате у вас просто побеждает, как на выборах в Газе, ХАМАС. Это очень плохой способ правления в нищем, развалившемся постсоветском обществе. Мы, например, видели, что демократия и в Африке «один избиратель, один голос, один раз», и на пространстве СНГ в основном тоже «один избиратель, один голос, один раз».

Но демократия, как мы видим сейчас, это очень плохой способ правления через некоторое время и в богатых странах, которые выросли на уважении к закону, на уважении к частной собственности, на прогрессе, потому что она создает предпосылки для того, чтобы местная бюрократия и местные политики умножали количество людей, которые считают, что им недодали, и количество людей, которые будут голосовать за то, чтобы государство дало все больше. А умножать количество таких избирателей гораздо легче, чем умножать количество избирателей, которые работают, особенно в постиндустриальном обществе, где богатство очень велико.

Мы сталкиваемся с принципиально новой ситуацией в истории человечества, когда благодаря тому, что в мире такой высокий подушевой ВВП, оказывается, что большинство является праздными неработающими людьми. Или, по крайней мере, может быть праздными неработающими людьми. И это с точки зрения механизмов голосования приводит к абсолютной катастрофе, если особенно учесть, что любая бюрократия, как раковая опухоль, способна бесконечно делиться и любая бюрократия по определению – это социалисты, потому что это люди, которые распределяют, а не люди, которые создают.

Плюс внутри современной Европы, внутри того порядка, который начался с 1991 года, есть еще, я обращала ваше внимание многократно, такая уникальная прослойка, которая называется «активисты». Активисты – это люди, которые за все хорошее, против всего плохого, которые не несут, в отличие даже от бюрократов и чиновников, никакого ответа за результаты, за последствия своих добрых намерений.

Вот, например, в Украине активисты, представляя гражданское общество, говорили: «Замечательно, Украину надо деколонизовать от этого проклятого российского наследия». И никто их не спрашивал: «Скажите, пожалуйста, а как вы собираетесь деколонизовать Украину от проклятого российского наследия, если вся современная Украина является результатом экспансии Российской империи, потом СССР на Запад? Если вы собираетесь деколонизовать, то давайте начните с себя. Западные области отдайте Польше, Словакии, Венгрии. Восточные области, которые являются результатом имперской экспансии, верните России. Бессарабию отдайте Молдове. Деколонизуйтесь на здоровье. Вы не это имели в виду?»

Нет, оказывается, ребята не это имели в виду. А то, что это вызовет столкновение с Россией, они не знали. А люди, которые давали гранты, об этом, возможно, не подумали. А может быть, наоборот, подумали: очень хорошо. Кто его знает…

Так вот, вот эта страшная прослойка активистов, которые имитируют глас народа, но которые на самом деле являются церковью. Это, кстати, очень стандартная на Западе ситуация, когда есть некая церковь, отделенная от государства, но являющаяся моральной силой. И эта церковь за все хорошее, против всего плохого, она исключительно моральная, например, она всех учит делиться добром, каяться, приносить покаяние, не руководствоваться земными страстями. И, конечно, они все абсолютные бессеребренники, нестяжатели. Только как-то выясняется, что уже к VI веку эта церковь является самым богатым из существующих общественных институтов. Вот как-то так случайно получается. Бессеребренники.

И обратите внимание, что эта удивительная гражданская прослойка активистов сопровождается новым видом экономики. Я имею в виду, конечно, вот эти вот самые некоммерческие организации, когда у вас происходит совершенно удивительная вещь. У вас вот есть нехорошие компании, те самые, которые активисты обыкновенно отменяют, которые заботятся о выгоде, которые что-то изобретают. Это эти нехорошие ученые, которые хотят там отравить или разогреть планету, какое-то ГМО выдумывают, какая-то страшная компания Monsanto, которая производит разные химические препараты, которые повышают урожай. Негодяи. Запретить. Мы, люди с чистым сердцем, что-нибудь с ними сделаем. В общем, все эти нехорошие люди, которые думают о выгоде и разогревают планету, и являются источником глобального потепления.

А есть некоммерческие организации, которые только за все хорошее, против всего плохого, которые получают гигантские гранты, иногда частично от государства, иногда от этих самых нехороших коммерческих организаций. И даже получается, знаете, что вот какая-нибудь НКО типа Greenpeace критикует-критикует какую-нибудь компанию за то, что там производят какие-то грязные экологические продукты, а потом раз, получает большой грант – и как-то с компанией оказывается все нормально.

И в рамках этих НКО вращаются такие деньги, что когда начали отменять USAID, то выяснилось, что система вот этого грантоворота в природе, она заставила бы побледнеть от зависти любого российского олигарха, который в 90-х годах окружал фирмами-мартышками свою компанию, чтобы отсасывать из нее прибыль, потому что там непонятно, какая НКО какой НКО перечисляет грант, и куда это потом делось, и куда это потом пошло. Но обыкновенно, например, в случае американских НКО оказывалось, что если кто-то там, я не знаю, помогает одноногим черным лесбиянкам бороться с глобальным потеплением в Гане, то почему-то 98% этих денег остались в Америке и, судя по всему, пошли на предвыборную кампанию демократов. Вот так получилось.

И когда у вас есть такое интересное устройство мира, то результаты выборов становятся абсолютно непредсказуемыми.

Юлия Латынина. «Код доступа». Был у нас сначала кот по имени Одиссей, а потом смылся. Делитесь ссылками, ставьте лайки, приходите к нам в понедельник. В понедельник, господа, потому что мы в понедельник вывесим мое интервью «Радио Вера», которое я перепутала и вывесила в четверг старое интервью. Прошу прощения. В понедельник вывесим новое. Книжку «Сотворение Бога» не забывайте покупать.