«Код доступа»: Первая Мировая Спецоперация

Юлия Латынинапублицист, писатель

Итак, главный потерявший, конечно, в этой истории Китай, потому что Иран и Венесуэла мало того, что снабжали его нефтью, так и делали это еще из-за санкций по цене на 20% ниже рынка. Вторые, кто в минусе, обратим внимание, это Европа. У них нефть и газ сейчас резко подорожали. От России они зареклись покупать, хотя на самом деле боссы тоже покупают…

Подписаться на Yulia Latynina
Поддержать канал Latynina TV

Купить книги Юлии Латыниной на сайте «Эхо Книги»

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый день, господа. Это Юлия Латынина. Это «Код доступа». Задавайте нам вопросы, делитесь ссылками, ставьте лайки. И, конечно, я собиралась начать с первой мировой спецоперации. Перед нами первый раз могучая гибридная война, которая ведется – я объясню это потом – не столько против Ирана, сколько против Китая. Это, собственно, уже вторая ее серия после Венесуэлы.

Но надобно сказать, что история, которая случилась в Венгрии, мне перебила начало. Я не могу не начать с нее. Напомню, что случилось в Венгрии. Там венгерское правительство арестовало гигантскую сумму. Речь шла о том, что через Венгрию ехало наличкой 40 миллионов долларов, 35 миллионов евро и 9 килограмм золота. Они ехали из Австрии в Украину. А всего, по словам министра иностранных дел Венгрии Петера Сийярто, с начала 2026 года через Венгрию в Украину от Райффайзенбанка в Ощадбанк…

А Райффайзенбанк, напомню, частный банк. И это очень необычно. Потому что когда вы хотите заказывать валюту для выдачи в банкоматах, то вы обычно это делаете в том же самом европейском Центральном банке или ФРС. И вот в данном случае поставщиком этой валюты был Райффайзенбанк, то есть частный банк.

И с начала 2026 года, по словам министра иностранных дел Венгрии, было перевезено в общей сложности около 900 миллионов долларов, 420 миллионов евро и 146 килограммов золота. Произошло это либо одновременно, либо чуть позже, либо, некоторые даже говорят, раньше, но я не знаю в точности, по-моему, все-таки позже того, как президент Зеленский пообещал дать адресок премьера Венгрии Виктора Орбана перед выборами украинским военным, чтобы те с ним поговорили. Это вызвало настолько большое изумление в Венгрии, что, напомню, даже глава венгерской оппозиции, человек, который является соперником Орбана на выборах, а собственно, из-за выборов там весь этот сыр-бор, он сказал, что это абсолютно неприемлемая история.

И этим, видимо, отличается настоящая политическая оппозиция, которая существует в Венгрии, от той фейковой оппозиции, которая существует в России. Потому что в России, заметим, что бы Зеленский ни говорил про русских, каждый раз российская оппозиция размазывает это говно себе по лицу и просит еще. А тут, когда лидер венгерской оппозиции, который хочет победить на выборах и надеется на это, когда про его соперника сказали, что мы, дескать, адресок дадим украинским военным, это неслыханный тон в международной практике.

И самое главное, понятно, что за этим ничего не стоит, потому что плохо браниться, как мелкий мафиози, но еще хуже, когда ясно, что это просто брань, которая рассчитана на, видимо, внутреннего украинского потребителя, потому что понятно, что никто ни к кому никого не пошлет.

Так вот, после этих неслыханных слов произошло это задержание. И, конечно, самое прекрасное в этом две реакции. Первая – это реакция европейских властей. Точнее, ее полное отсутствие.

Я, вообще-то, напомню, что европейцы у нас все время рассказывают, что они страшно борются с отмыванием денег и прочее и прочее. И вот если вы просто придете в европейский банк, например, HSBC, у него есть внутренняя инструкция, согласно которой, если вы свои собственные деньги просите снять наличкой, то если это будет больше тысячи евро, – внимание, тысячи евро, – то HSBC попросит у вас объяснение, зачем вам эти деньги. И если оно покажется ему неудовлетворительным и слишком общим (типа, вот хочу, и отстаньте, мои деньги, я хочу и снимаю), то он может отказать. То есть вот до такой степени люди соблюдают финансовую чистоту.

Но когда им говорят, что проехали 900 миллионов долларов, 420 миллионов евро и 146 килограмм золота в страну, которая находится в состоянии войны и, напоминаю, получает деньги от того же самого Евросоюза, то чиновники Евросоюза даже не сказали, что это нормально, они не сказали, что это ненормально, они вообще ничего не сказали. Они просто сказали, что «мы тут приняли к сведению».

И вторая реакция еще более удивительная – это, конечно, реакция министра иностранных дел Украины господина Сибиги, который, собственно, едва ли не первый рассказал об этой операции со словами, что вот, дескать, рэкетиры, нехорошие венгры арестовали, помогите, караул.

У меня, когда я прочла твит господина Сибиги, родился естественный вопрос. Погодите, господин Сибига, а чего вы так это паритесь? Дело, как я уже сказала, стремное. Вот я специально поинтересовалась. Нет, это очень необычно, чтобы один коммерческий банк другому банку, пусть и государственному, но тоже выполняющему коммерческие операции (Ощадбанк – это не Центральный банк), перевозил такое количество кэша.

Вот к вам кто-то обратился. Обратились, видимо, банкиры. Обратилось же не государство. Если это частная история, связанная с банковскими операциями, то к вам обратились какие-то частные люди, сказали: «Помогите. Вот тут задержали. Еще задержали человека, который был уволен по подозрению в коррупции». По подозрению в коррупции, так на минуточку, из СБУ. А знаете, быть уволенным по подозрению в коррупции из СБУ, я уж не знаю, что надо сделать. И там вот этого генерала вместе с этими деньгами задержали, что тоже как-то необычно. Если частные банки, причем тут генерал, хотя бы и бывший?

И реакция нормального чиновника: «Слушайте, вы тут меня не подставляете. Я не знаю, что вы возили. У нас тут и так проблемы с людьми, которые говорят, проблемы с НАБУ, с взятками, с коррупцией, с Миндичгейтом, с золотыми унитазами. У нас тут вот только что Галущенко предъявили 112 миллионов на счетах в Швейцарии. И так далее и так далее. Вы меня не подставляйте. Расскажите мне, пожалуйста, кто конкретно что куда перевозил. Предъявите мне все документы, которые свидетельствуют о том, что это законно. Иначе вы не просто меня, а министра иностранных дел и всю Украину подставите. Вы тут обстряпываете какие-то черные делишки, что-то, может быть, моете». То есть 33 раза надо подумать, прежде чем в это не вляпаться.

Но, соответственно, мы видим, что господин Сибига сразу, наоборот, занялся защитой этих людей, которые перевозили это абсолютно немереное количество денег. И, видимо, можно предположить, что он-то хорошо знал, зачем их перевозили и каково их настоящее назначение. Но с нами он, обращаю ваше внимание, этим знанием не поделился, потому что из его твита, например, было абсолютно непонятно, кто куда вез и зачем.

Что тут еще можно добавить? Во-первых, что, я считаю, представляли из себя эти деньги? Мне кажется, что это как раз и есть вот та часть коррупционного транзита. Естественно, не то чтобы все эти деньги потом куда-то оприходовали и тащили в чемоданах. Вовсе нет. Это просто механизм обеспечения бесконечного количества взяток, взяток кэшем. Как они берутся, мы как раз видели во время Миндичгейта, когда опубликовывали пленки. Что в этих пленках говорилось? «Пусть возьмут 10% отката от суммы контракта и принесут нам».

Чем приносят такие откаты? Ответ – всегда их приносят наличными. Почему? Потому что – вот это я вам, если вы не знаете, объясняю – наличные – это единственные деньги, путь которых невозможно проследить. Любой банковский перевод сейчас отслеживается, в чем бы он ни происходил. Там есть еще криптовалюты. С ними сложнее. С ними действительно сложнее. А вот любой банковский перевод отслеживается. Вы принесли кэш, в комнате этот чемоданчик поменял руки, и ничего никогда не будет доказано.

Соответственно, если у вас есть такая гигантская система откатов, которая непосредственно завязана на войну, плюс там еще, наверное, вот эти днепропетровские мошенники, то у вас в стране гигантская потребность кэша. Вот она тем самым и удовлетворяется.

Еще раз повторяю, конечно, совершенно поразительно, что ЕС не сказал ни слова. Тот самый ЕС, у которого тысячу своих евро просто так можно в банке не снять и получить необходимость объясняться и писать унизительные объяснения.

Что это значит? Это значит очень просто, что для чиновников ЕС, для политиков ЕС это не баг, а фича. Они знают, что в Украине есть внешний общак, что, собственно, Украина, которая зависит чуть более на 100% сейчас от них, управляется через внешний общак, и они понимают, что это самый дешевый способ заставить русских убивать русских и стирать два народа друг о друга, потому что, ну как, ребята все сделают сами за откат от этого общака, да еще вам так это все на телемарафоне объяснят, что россияне – генетические рабы, и вот те украинцы, которые москворотые, тоже с ними чего-то не то, и вот те, которые на юго-востоке пусть мочу пьют. Ребята сами вам всё сделают вот просто за возможность сидеть на этом внешнем общаке.

Так это, во-первых, колониальный способ управления. Вы сажаете своего человека, который за возможность сидеть на потоках делает все, что вам нужно, а также все, что нужно ему. Во-вторых, абсолютная безответственность за страну, потому что это вам не инкорпорация страны в саму Европу, это ровно наоборот, это просто трата страны. И в-третьих, как я уже сказала, это не баг, а фича. И вот отсутствием реакции европейцев это очень хорошо показано.

Конечно, напоминаю, что этому предшествовало. Этому предшествовала, в сущности, гибридная война, объявленная Зеленским Виктору Орбану. Причем произошло это, естественно, тоже с благословения Евросоюза, потому что Орбан выбивается из общей когорты. Орбан – очень относительный, но все-таки союзник Путина. Орбан хочет получать российскую нефть. Я напоминаю, что перед этим был взорван нефтепровод «Дружба». Причем украинские власти заявили, что это сделал российский дрон. Российские дроны, знаете, они сами всегда свои собственные нефтепроводы взрывают. Но вот почему-то отремонтировать это никаким образом нельзя.

Это тоже очень старая известная история. Если вы помните, точно так же были прекращены поставки электричества в Крым в 2015 году. Это взорвали какие-то активисты, ни в коем случае не сами украинские власти. Но вот потом отремонтировать почему-то это было нельзя.

А когда Орбан потребовал доступа: «Давайте осмотрим, что там все-таки взорвано», то ему, во-первых, в крайне грубой форме отказали, а во-вторых, опять-таки, как мы видим, Евросоюз совершенно не встал на защиту своего члена, из чего, собственно, и следует, что все происходящее вполне устраивает брюссельских чиновников.

И более того, последнее, что я скажу, что, конечно, они рассматривают это не только и не столько как операцию против союзника Путина, потому что Орбан так себе союзник Путина, а вот они рассматривают это, конечно, как операцию против союзника Трампа. Потому что европейские чиновники и европейские политики пошли в священный поход, в крестовый поход. Учитывая новые веяния в Европе, надо, наверное, это уже называть джихадом. Так что они вот пошли в джихад против президента Трампа. И, соответственно, точно так же как они используют Зеленского и в российско-украинской войне уже как орудие против Трампа, а не только против России, точно так же они его используют и против Орбана.

На этом я перехожу, собственно, к вашим вопросам. Просто я вижу, что тут все время поздравляют людей с 8 марта, еще только наступающим, завтра наступающим.

«Арестович давно говорил, – вот пишут мне, – что европейцы и американцы знают, как расходуются эти деньги».

Вот Виктория даже замечает, что, может, ЕС тоже в доле.

Сам ЕС не знаю как, но, во всяком случае, да, они прекрасно знают, как я уже сказала, как расходуются эти деньги. И они совершенно не возражают.

Естественно, вторая, как я уже сказала, вещь важнейшая – то американо-израильско-иранская война. И, пожалуй, наверное, самое главное, что по ее поводу я хочу сказать, это что… Секундочку, я даже просто вот не буду заморачиваться, перескажу просто свой собственный пост, который для меня важен.

Первое, что я хочу сказать, что эта война, конечно, не против Ирана, а это война против Китая. Первая гибридная мировая СВО, поэтому, собственно, я так и назвала этот эфир, первая мировая спецоперация, в этом смысле не совсем война, которая является классической иллюстрацией ловушки Фукидида.

А ловушка Фукидида, напоминаю, это когда уже существующая сверхдержава – региональная сила вступает в войну с нарождающейся, потому что она боится ее роста. Собственно, об этом впервые написал Фукидид, когда он говорил, что настоящей причиной Пелопоннесской войны было то, что Спарта боялась растущего могущества Афин. Вот точно так же Британия, вступая в Первую мировую, боялась растущего могущества объединенной Германии. Вот теперь США боятся растущего могущества Китая. Но поскольку веяния новые, то война ведется прежде всего гибридно, а союзников и, что еще важнее, нефтяных доноров Китая вышибают один за другим.

Более того, обратите внимание, что если раньше страны-изгои типа той же самой Венесуэлы или Северной Кореи, или Ирана держались поодиночке, были изолированы ото всех и не собирались в цепочки, то сейчас, благодаря оформлению глобального Юга, они становятся частью широкой коалиции, в данном случае коалиции глобального Юга, и поскольку противоположная коалиция, которая называется НАТО, и в которой достаточно важную роль играла буферная зона США под названием Европа, стремительно слабеет, то, естественно, у США встает вопрос, как разбить эту новую коалицию нарождающегося глобального Юга, в которой первую скрипку играет Китай.

Это к вопросу о том, что очень многие пишут, что это Биньямин Нетаньяху использует Трампа, что он, типа, накрутил ему мозги, и вот Трампа развели как первоклассника. Нет, конечно. Трамп играет в пятимерные политические шахматы. Другой вопрос, получится ли у него. Но что он играет именно в американскую игру, а другое дело, что в данном случае и США, и Израиль, конечно, взаимно симбиотически помогают друг другу, это, собственно, другая история.

Итак, главный потерявший, конечно, в этой истории Китай, потому что Иран и Венесуэла мало того, что снабжали его нефтью, так и делали это еще из-за санкций по цене на 20% ниже рынка. Вторые, кто в минусе, обратим внимание, это Европа. У них нефть и газ сейчас резко подорожали. От России они зареклись покупать, хотя на самом деле боссы тоже покупают.

Соответственно, кто главный бенефициар, обратите внимание – Соединенные Штаты Америки. Именно США поставляют сланцевый газ и нефть на рынок Европы по высоким ценам. Они в значительной степени уже заняли ту долю, которую имел российский газ. И причем обратите внимание, что за меньшее количество газа они получают большее количество денег, тем самым ослабляя дополнительно европейскую экономику, устраняя Европу как конкурента и одновременно сажая Европу на американский газ. Вот я и говорю, что пятимерные шахматы.

Соответственно, не забудем, что США при всей своей индустриальной мощи страна с энергетическим профицитом. И все, что проигрывает американский обыватель, когда оказывается, что галлон топлива на заправке стоит больше, выигрывает американский производитель, как я уже сказала, сланцевой нефти и газа.

Итак, кто в выигрыше? Это, во-первых, прежде всего США. Причем они ведут войну так, что все плюшки достаются им. Ну, не считать же минусом те, по-моему, полмиллиарда в день или что там, которые США на войну затрачивают. Вот Путин тратит на войну четыре года тоже вполне приличные деньги. Ничего страшного с российской экономикой не происходит. Так вот, все плюсы достаются США (в этом прелесть гибридных войн), а все минусы – буферным государствам, включая Европу и монархии Залива, зависимость которых от США только возрастает.

Что же касается России, то для нее это время кризиса и больших возможностей. И дело тут, конечно, не только в цене нефти, которая скакнула вверх, хотя она очень шикарно скакнула, и просто буквально, насколько я понимаю, те люди, которые продавали нефть, которая только что болталась в районе 50, а сейчас около 100, это все-таки временный приварок, а в том, что цена России как стратегического партнера для всех сторон резко возросла. Потому что понятно, что важнейший партнер Китая – это Россия. И если США еще и Россию оторвут от Китая, то это любые возможности, любые деньги. Например, Россия может сказать: «Мы тут постоим в сторонке. Ну да, отдайте нам Украину». И это большая возможность.

Если, наоборот, – тоже другая теоретическая ситуация, – Украина под шумок начинает массово выносить российские танкеры и нефтяные терминалы ракетами, которые формально украинские, а на самом деле кем-то переданы, не будем показывать пальцем, понятно, это другая история, конечно, тоже на руку США.

Я не говорю, что произойдет или одно, или другое. Я много раз говорила, что я бы, с точки зрения российского руководства, не соглашалась ни на какие посылы США, потому что, из песни слова не выкинешь, Россию с 1991 года регулярно кидали, когда она о чем-то договаривалась с США. И один раз тебя кинули, другой раз тебя кинули. Когда ты первый раз ответил службе безопасности Сбербанка – это твои проблемы. Значит, ты такой хороший и доверчивый. А когда ты пятый раз на это идешь, то возникает проблема, что ты какая-то совсем Лариса Долина. Не говоря уже о том, что о чем-то сейчас договориться с Трампом, а через три года Трамп уйдет, придет новый президент и скажет: «А что я? Я не знаю. Вы с Трампом договаривались. Ну вот идите с него спрашивайте».

В любом случае, как я уже сказала, для России это кризис и большая возможность. Напомню, что вот Киссинджер рассказывал, что по-китайски иероглиф «кризис» пишется как два знака – «опасность» и «возможность». Это не совсем так, потому что там действительно ключ – «опасность», а второй иероглиф – это скорее «переломный момент». Но тем не менее, да, «кризис» (wēixìn) достаточно похоже на «опасность» и «возможность». Так что будем с интересом смотреть за тем, что происходит.

И, конечно, удивительная вещь – это то, как война эта идет. Потому что надо три вещи заметить опять же, переходя к вашим вопросам. Мне кажется, главная вещь, которую надо отметить, это вот тотальное, подавляющее военное превосходство США и Израиля, которое выражается в двух моментах.

Во-первых, полное господство в воздухе. Самолеты США и Израиля летают над страной, как над своей песочницей, и разносят все что хотят. Напомню, что единственные три самолета, которые пока сбили, их сбил отважный кувейтский летчик. Это был дружественный огонь. Это было, естественно, над Кувейтом. Это было в момент глобальной атаки иранских дронов. Там летели иранские дроны, иранские ракеты. Американские самолеты, естественно, от всего этого защищали. Подняли также кувейтских летчиков. И, как нам сейчас говорят, один кувейтский летчик тремя ракетами поразил мощно три американских самолета.

Сразу скажу, что если кто-то охотник записать это на счет Ирана, то я его должна разочаровать. Потому что если бы Иран мог чего-то сбивать, он бы сбивал это над своей территорией, что, как мы видим, не происходит. Это было в 240 километрах от границы Ирана. Таких подвигов за Ираном не замечено.

А что касается дружественного огня, это обычное дело в современной войне. Я по этому поводу вспомнила фантастическую историю, которая случилась у берегов Кипра в 1974 году. Вот это была битва так битва. Потому что в ходе этой битвы сначала, простите, я забыла, греки или киприоты, но сбили три своих собственных самолета, причем один даже качественно утопили.

А потом отличились турки, которые заметили три турецких корабля, которые плавали рядом с Кипром, решили, что это греческие корабли, посланные на выручку Кипра. Один корабль они утопили полностью, два других они повредили серьезно, чем, собственно, и положили конец десантной морской операции теоретической. Но что интересно, эти корабли всячески сопротивлялись, поднимали турецкие флаги, пытались показать, что они свои. Но доблестные турецкие летчики не дали этим нехорошим людям обмануть себя. Доктор сказал, в морг – значит, в морг.

Это первая часть Мерлезонского балета – абсолютное превосходство в воздухе. В ответ Иран выпускает, типа, дроны, которые, ну да, здесь выбили радар, здесь повредили еще что-то, но в основном повредили какую-то полосу на какой-то базе, и это не производит серьезного впечатления. Если мы вспомним, например, какое количество беспилотников запускает Украина по России, и России, в общем и целом, ровно всяко.

Вторая часть этого подавляющего технического превосходства – это, конечно, как целится и куда летят ракеты. Потому что, например, напомню, на чем была основана ликвидация имама Хаменеи. Она была основана на искусственном интеллекте, на использовании гигантских массивов данных, когда американская и израильская в основном, как я понимаю, разведка подключились к тем самым камерам и системам мониторинга в Иране, которые были настроены на распознавание гражданских лиц, которые были настроены на слежку за собственным населением, и они отслеживали отнюдь не самого имама, они отслеживали его телохранителей, они отслеживали телохранителей других лиц.

То есть они строили вещь, которую невозможно сделать просто с помощью человеческого мозга, а вот с помощью искусственного интеллекта они анализировали, какие бригады телохранителей в какой ситуации куда едут, как они общаются между собой по телефону, какие картинки они пересылают, кто из них бегает в парке (у кого-то там приложение для джоггинга стоит на его айфоне неосторожно), какие машины и так далее и так далее.

И, соответственно, если мы помним, что в предыдущих войнах несколько раз пытались американцы уничтожить лидера страны (и Муаммара Каддафи, и Саддама Хусейна) и оба раза им это не удавалось, благодаря именно отсутствию информации правильной, то в этот раз вот это использование информации как оружия – это то, что делает ракету совершенно страшной и неотразимой – нам было впечатляюще продемонстрировано.

То есть у Ирана уничтожено ПВО, у Ирана уничтожены его ракетные запасы (их становится, очевидно, все меньше). Поэтому, конечно, в пользу бедных все эти рассказы о том, что «ой, сейчас Иран как истощит противоракетные запасы ПВО Соединенных Штатов, да как нанесет мощный удар». Это все такие новости перемоги в будущем времени.

Вторая вещь, которую, наоборот, следует заметить, что у этой операции, в отличие от обычной войны – собственно, может быть, поэтому и правильно называть ее не войной, а спецоперацией – отсутствует правильный end game. Потому что никто не собирается Иран оккупировать. Это значит, что главная цель старой войны – полностью разбить противника, уничтожить его армию и добиться капитуляции или овладеть страной – в принципе невыполнима. Соответственно, это накладывает очень большие ограничения на любой военный успех.

Это вызывает, естественно, вопрос: а что дальше? Ну хорошо, вы вынесли всю иранскую ПВО. Ну хорошо, вы уничтожили ракеты. Ну хорошо, вы очередной раз приструнили иранскую ядерную программу. Дальше что? Дальше какой end game? У вас восстанет народ и сместит режим? Ответ – нет, не восстанет. Потому что когда у режима есть два миллиона человек, которые заточены на то, чтобы подавлять любые внутренние восстания, этого хватит, чтобы обеспечить стабильность в стране. У вас, как идут переговоры с курдами, курды войдут и отчекрыжат от Ирана здесь кусок и здесь кусок, и здесь кусок?

Курды, как мы видим, не заходят. И тоже понятно почему. Потому что курды, в отличие от украинцев, вернее, от украинского руководства, уже нанюхались соли. Их многократно использовали те же самые США и многократно предавали. Потому что курды – это такая была разменная монета на всем Ближнем Востоке. Курдов использовали для войны в Ираке и предали, когда они провели референдум о том, чтобы организовать собственное государство. И эти Соединенные Штаты сказали: «Катитесь в одно место».

Курдов использовали для войны в Сирии. Не было у Соединенных Штатов вернее союзников, чем курды. Только что, когда Соединенные Штаты и лично Трамп договорились с новым сирийским мясником, диктатором, бывшим игиловцем, новые сирийские войска зашли в курдские анклавы и устроили там резню.

И, конечно, когда по этому поводу курдам снова заходят по надцатому разу и говорят: «Ребята, а вы не хотите тут еще для нас в Иране повоевать?», курды говорят: «Вы знаете, вы нас собираетесь нанять, как индейцев, в очередной раз за вшивое одеяло для исполнения ваших хотелок, а нам-то что с того?» Как я уже сказала, курды созрели. Вот украинцев используют, как курдов, но благодаря венгерскому транзиту и другим приятным ништякам украинское руководство с удовольствием этим пользуется.

Третий какой end game? Третий end game понятен: либо выносить иранское руководство один за другим, пока кто-то из них не капитулирует. Но это, согласитесь, такая сомнительная стратегия. И еще один вариант стратегии, который минимальный, который действительно обеспечивает непоражение, заключается в том, что ну вот разбомбили ПВО, разбомбили ракетную программу, разгромили ядерную программу, разбомбили верхушку, сказали, что это победа, и это действительно победа… в каком-то смысле, а через некоторое время повторим снова, если понадобится.

Соответственно, как я уже сказала, обратите внимание, что в конечном итоге получается, что современные нормы ведения войны, которые не предполагают, что вы превращаете страну, с которой вы воюете, в свою собственную территорию, вы ее не оккупируете, вы ее не аннексируете, вы не превращаете ее в колонию и не несете ответственность за ее судьбу, нам рассказывают, что это вроде бы хорошо. Это достаточно неизбежно, потому что понятно, что у демократической страны нет возможности положить десятки и даже сотни тысяч людей для оккупации чужой страны. Нет демографических у современного Запада ресурсов оккупировать страны Ближнего Востока, нет моральных ресурсов и всякого такого, и самое главное, нет для этого экономической необходимости.

Но, с другой стороны, это означает, что любая самая успешная стратегия, которую вы ведете относительно вашего текущего противника, это то, что можно назвать стратегией Аттилы, то есть стратегией полного разрушения.

Еще раз повторяю, в страшное время империализма и колониализма, неважно, во времена Александра Македонского или во времена Британской империи, вы захватывали какой-то кусок территории, он становился вашим, после этого вы становились стационарным бандитом, который заинтересован в том, чтобы этот кусок территории вливался в вашу новую империю, чтобы его люди служили вам, чтобы они укрепляли ваш собственный ВВП, чтобы они работали, чтобы они платили налоги, чтобы все цвело и пахло и так далее.

А если вы воюете со страной, которая представляет для вас стратегическую угрозу и не можете ее завоевать по абсолютно объективным причинам, то единственная приемлемая стратегически военная опция заключается в том, чтобы эту страну уничтожить и вогнать в каменный век. Это вот то, что я называю стратегией Аттилы.

Я напоминаю, в чем она заключалась. В 450 – 460-х годах войско Аттилы уничтожало на своем пути абсолютно все города Римской империи, которые находились на западной границе и на Рейне и на Дунае и глубоко внутрь до провинции Норик, вплоть до современной Франции, они просто сносили все эти города, уничтожали вообще, стены срывали, жителей, которых они не брали в рабство, они просто уничтожали.

Возникает вопрос: зачем? И ответ – нет, не просто потому, что Аттила был так жесток; у него было достаточно хорошее войско, но у него не было административных и технических возможностей контролировать эту территорию, присоединить ее к себе. Соответственно, у него оставалась опция эту территорию уничтожить как источник возможного сопротивления, потому что весь фронтир Римской империи на 500 километров в глубину представлял собой фактически серию укрепленных городов-крепостей, которые, собственно, и должны были противостоять варварским нашествиям.

Другой аналогичный пример такой тактики – это то, что Египет делал в Ханаане в XIII столетии до н.э., когда это еще не был Израиль, когда это еще был Ханаан, тогда это была провинция Египта. И тогда у Египта была проблема. С одной стороны, Ханаан, будучи местом, где очень было много кочевников, был одним из источников стратегической опасности для Египта. Оттуда все время что-нибудь такое появлялось. Иногда оттуда даже появлялись гиксосы, которые завоевали весь Египет.

И, соответственно, вот то, что исповедовали фараоны в этот момент, это была, я бы сказала, стратегия превентивной оккупации. А с другой стороны, проблема Египта была та, что это была еще не современная держава, GPS не было, Старлинка не было, хороших дорог не было, и контролировать территорию, тем более частично горную территорию, на таком расстоянии от себя было фактически невозможно.

Соответственно, то, что сделал Египет, было очень похоже на то, что делал Аттила, потому что он разрушил стены ханаанских городов, он посадил там своих чиновников. Но он привел Ханаан в такое обнищание, что в этот момент, в момент написания так называемых амарнских писем, там уже городу собрать 10 колесниц для войны – это было такое большое дело. Стены городов были срыты, огромное количество людей было вывезено в Египет.

То есть, короче говоря, если ты не можешь этим править, ты это уничтожаешь. И, судя по всему, в том или ином виде именно эту стратегию мы будем наблюдать в качестве конечной цели войны в Иране. И, естественно, у огромного количества людей будет возникать вопрос типа… Во-первых, найдется куча морализаторов. Во-вторых, найдется куча людей, которые не любят Трампа или не любят Израиль, или витают в облаках, которые будут говорить: «А чего вы добились? Осталось в Иране прежнее руководство, оно скоро отрастит себе новую ядерную бомбу». Даже это будут совершенно справедливые аргументы.

Единственный аргумент – скажите, пожалуйста, а вот альтернативу вы рассматривали? Потому что альтернатива – ничего не делать со страной, которая, во-первых, бросает вызов США, во-вторых, является стратегическим партнером Китая, в-третьих, обещает, как только сделает ядерное оружие, уничтожить Израиль, то это значит, что рано или поздно эта страна или сбросит ядерную бомбу на Израиль, или дестабилизирует весь Ближний Восток, как она это делала, когда она создавала все эти шиитские милиции. И альтернатива еще хуже.

Что надо еще также заметить? В конечном итоге, как я уже сказала, вот есть этот парадокс. С одной стороны, есть абсолютное военное превосходство США и Израиля над Ираном, которые полностью господствуют в небе Ирана и делают его в сухую, 7-0, а с другой стороны, нет никакой возможности, чтобы США и Израиль послали сухопутные силы в Иран и хоть как-то попытались эту страну оккупировать, потому что это немедленно бы означало их стратегическое поражение.

Кстати, обратите внимание, что это означает очень, видимо, интересный момент в развитии человеческой военной истории, когда у вас уже уровень технологий достиг у развитых стран такого момента, когда вы можете уничтожать противника с воздуха безнаказанно, даже если он достаточно развитая цивилизация, а с другой стороны, вы еще не можете послать роботов в качестве военной силы.

Вот я думаю, естественно, над чем сейчас должен работать Питер Хегсет и все люди в Пентагоне. Они должны говорить: «А вот чего нам сейчас не хватает? Ну, правильно, нам сейчас не хватает сил на земле. Мы можем послать туда живых людей? Нет, не можем. А что мы можем послать? А вот если бы у нас были роботы, мы бы их послали. Если бы у нас были терминаторы, мы бы их послали. Что из этого следует? Ну, давайте создавать терминаторов. Вот смотрите, как дроны в Китае летают тучами и как роботы там кувыркаются и уже могут исполнять элементы кунг-фу».

Это вот война будущего, которая на наших глазах очень скоро будет появляться, которая уже частично появилась в Украине. Потому что напоминаю, что в том числе то, что сейчас используется в Украине, это автоматизированные вот эти боевые точки, когда на гусеницах что-то подползает и стреляет и достаточно долго на том все это удерживает. Не только дроны уже используются.

Ну и вот, собственно, на этом фоне происходит, мне кажется, удивительная вещь. Потому что я обнаружила, смотря комменты, смотря статьи, что есть две группы комментаторов, которым не нравится эта война. А я вообще хочу заметить, что сейчас почему-то такая вещь, как анализ, считается неприличной. Все надо или осудить, или оправдать обязательно. Вот если ты не осуждаешь и не оправдываешь, а анализируешь, то, согласно одним, ты фашист, потому что ты оперируешь фактами, а факты, как известно, фашисты, когда речь идет о возвышенных левых убеждениях, либо, наоборот, ты недостаточно осуждаешь нехороший Израиль. И вот удивительным образом происходит слияние.

Потому что есть две группы комментаторов, которым не нравится эта война. Одна – это как раз супер-пупер российские либералы, которые всё ждали, что их за образцовую ненависть к России привезут в белом «Абрамсе» на Красную площадь. И вот когда под руководством Трампа «Абрамс» поехал в другом направлении, они Трампа страшно ненавидят, потому что он им весь кайф поломал.

Они ведь долго и усердно, и мы к этому перейдем обязательно, потому что для меня это главный урок этой войны, доказывали, что в современном мире агрессия против суверенной страны невозможна, что если такая агрессия произошла, то государство, которое ее сотворило, агрессор, все его жители виноваты, все они генетические рабы и имперцы, все они должны быть загнаны в лагеря перевоспитания, их надо судить, страну надо расчленить.

И вот они так наивно предлагали свои бескорыстные услуги по расчленению России и надеялись, что их назначат капо в будущем концлагере, что теперь они не могут простить Трампу, что он так обломал эту мечту. У них же была такая, знаете, антиготтентотская логика: если у меня украли корову – это хорошо, а если я украл, то это плохо.

А другая – это такие настоящие ядреные турбопатриоты, зетники. Не так, как это слово зетник сейчас используется в отношении действительно любого патриота, который просто не желает поражения России, а вот такие люди, у которых действительно эмоции застилают разум, и у которых есть очень простое рассуждение. Иран – союзник России. Ну уж какой есть. Небольшой, скажем прямо, союзник. Но «Шахеды» поставлял? Поставлял. Занозой был? Был. Если ему вломили – это плохо. И поэтому надо как-то быстренько себя утешить и объяснить, что Трамп и Израиль обгадились. Это люди с такой готтентотской моралью: если я украл корову – это хорошо, если у меня украли – это плохо. Вот если Россия вторглась в Украину – это хорошо, а если Трамп вторгся в Иран – это плохо.

Я должна сразу сказать, что готтентотская мораль даст 100 очков вперед левой антиготтентотской морали, которая свойственна останкам российской оппозиции. Потому что вот эта вот удивительная мораль, что если у меня украли корову, то хорошо, так просто человеческое общество не работает и быстро загибается. В этом смысле, еще раз повторяю, готтентотская мораль хотя бы подчиняется правилам здравого смысла.

Но вот эти две категории граждан вдруг слились в экстазе в ненависти к Трампу и в отсутствие побед на земле, я уже говорила, что современная высокотехнологичная война этого не предполагает, начинают пробавляться самым отчаянным копиумом. И что интересно, абсолютно по образцу и подобию украинского копиума.

Вот в Украине уже четвертый год телемарафон рассказывает, что победа за углом, что то ли российская экономика сейчас рухнет, то ли регионы восстанут, то ли Рашка развалится, то ли Трамп сейчас «Томагавки» даст, то ли «Фламинго» прилетят. Ну просто каждый раз удивительные вещи.

А, вот любимый рассказ этого копиума. И он не только на телемарафоне, он и на «Популярной политике»: участник СВО приехал в родной город Урюпинск и там расчленил тещу. Ну, хорошо. Ну да, конечно, тещу очень жалко. Но мир от этого не рухнет, и даже Россия не рухнет. В общем, все в будущем времени, все перемога, вот какой ужас ждет Россию.

И вот то, что я сейчас смотрю: «Трамп не знает, что делает», «иранский дрон прилетел по базе – ну все, конец», «Трамп пляшет под дудку Израиля, это такой недалекий человек, которого окрутил Нетаньяху». Мы можем прочесть, что Китай сидит и наслаждается ситуацией. Ну конечно, выносят страну, которая поставляла ему нефть с 20%-й скидкой, а Китай наслаждается. «Ой, выросли цены на нефть», «сейчас на Трампа как давят», «перекрыли Ормузский пролив».

И я тут смотрю, что, например, пишет господин Федор Крашенинников: «А сколько еще первая армия мира и непобедимый легендарный ЦАХАЛ согласно своему плану (по которому все идет) собираются валандаться с этими вот развалившимися и никем не поддерживаемым внутри Ирана режимом аятолл? Где можно прочесть новейшие реляции “все идет по плану”». То есть человек предполагает, что якобы был какой-то план, что, типа, по Ирану нанесут пару воздушных ударов и тогда режим аятолл падет. Ну, такие глупенькие США и Израиль, что на это надеялись, а теперь они даже задержали наземное вторжение, которое, видимо, по мнению Федора Крашенинникова, планировалось.

А, вот еще мне нравится: «Трамп тратит на войну полмиллиарда долларов в день». Ну все, сейчас американская экономика надорвется. Россия, как известно, на войну ничего не тратит. Причем можно быть уверенными, что если бы Трамп сделал фантастическую ошибку и послал бы американскую армию оккупировать Иран, то вот эти две категории трудящихся тоже, захлебываясь, рассказывали бы, какое это безумие. Кстати, действительно было бы справедливо.

Но вот это единство упоротых – подчеркиваю, именно упоротых – зетников и упоротых леваков, которые те и другие считают, что войну нельзя анализировать, а надо либо осуждать, либо одобрять. Мне кажется, это очень характерно, потому что мозги для анализа не используют ни те, ни другие. И искренне одни считают, что анализ – это фашизм, а другие – что привычка к анализу – это такая антироссийская диверсия.

На этом я по-прежнему перехожу к вашим вопросам.

Душ Сантуш пишет: «Что тут анализировать? Израиль и США подожгли Ближний Восток и страны Персидского залива. Этот пожар вполне может перейти в Третью мировую».

Понимаете, Душ Сантуш, в чем там дело… Вы абсолютно, с одной стороны, правы. Но я обращаю ваше внимание, что это контролируемый пожар. Вот знаете, как пожарные, когда они видят, что подлесок слишком густо зарос, то в правильно устроенном мире они просто выжигают этот подлесок ровно для того, чтобы в лесу не случилось гигантского пожара. А вот если это пожаром не выжечь, то рано или поздно ударит молния и действительно тогда сгорит все к чертям.

Вот в этом смысле Ближний Восток, который постепенно зарастал иранскими милициями и постепенно зарастал иранскими ПВО и иранскими ракетами, как раз напоминал вот этот вот самый отросший подлесок. Так что я совершенно с вами согласна, подожгли. Только подлесок выгорит, деревья останутся.

«Видели, что Израиль сейчас в курсе, как наша Россия помогает режиму Ирана? Это очередной промах мудрого политика в Кремле. Что-то точно будет».

Ну вот это типичный еще один копиум, которым пробавляются в данном случае транстарасы. Потому что я, вообще-то, напомню, что единственное, в чем обвинили Россию, это в передаче Ирану разведывательных данных. Я не знаю, так это или не так, но я просто напоминаю, что все четыре года этой войны мы видим в западной прессе заголовки типа «США передают разведывательные данные Украине, но это не значит вовлеченность НАТО в войну в Украине». То есть вот оказывается, что, согласитесь, все-таки четыре года и США, и Европа и разведывательные данные, и не просто разведывательные данные, а огромное количество вооружений, огромное количество денег. Ничего подобного Россия не делает по отношению к Ирану. И как-то Россия имеет в виду, но не начинает по этому поводу с Соединенными Штатами войны.

Душ Сантуш пишет: «Трамп даже обосновать не смог нападение на Иран».

Ну вот опять этот самый копиум. Люди не хотят считать, а потом собственное неумение считать выдают за просчеты Трампа.

Вот Евгений очень важную вещь пишет: «Как по мне, это не победа, а подлость – убить тех, с кем ведешь переговоры».

Напомню, что он имеет в виду. Когда прилетели эти ракеты в аятоллу Хаменеи, они прилетели в совещание, совещание было создано в связи с тем, что накануне на переговорах было сделано очередное предложение, которое иранские власти обсуждали.

Тут я скажу две вещи. Во-первых, меня саму чрезвычайно напрягает вот эта новая, которая, видимо, будет в войне, практика – выносить в начале войны руководителей противоборствующей стороны. Это действительно напоминает красную свадьбу. И в европейской традиции так не принято.

Вот в китайской или в восточной как раз принято. Если вы будете читать какое-нибудь «Троецарствие», вы увидите, что там все начинается с того, что Чжугэ Лян советует Лю Бэю: «Слушай, ну вот тебе надо расправиться с властями противостоящего тебе княжества. Пригласи этого человека, пообещай ему на свадебном перу отдать руку твоей сестры и на свадебном перу убей».

То есть вот у Джорджа Мартина кровавая свадьба, когда на свадебном пиру убивают Старков – это какое-то преступление против чести, за которое, ясно, люди, которые это сделали, сильно поплатятся, и на них будут странно смотреть. И действительно, как я уже сказала, в европейской традиции такое было не принято. А если вы читаете какие-нибудь афганские или китайские хроники, то это просто идет по разряду «военная хитрость», и это очень круто.

У нас все почему-то требуют морально оценивать. Вот если ты морально не оценил, ты как бы не возвысился над событием, ты уже никто и никак. Вот я предлагаю не морально оценивать, а анализировать. Тактика, конечно, что и говорить, успешная.

Что еще важно, помимо того, что она демонстрирует вот то самое военное превосходство убедительное, я обращаю ваше внимание, почему иранцы вели переговоры. Они вели переговоры ровно потому, что демократические правительства, особенно международные чиновники, никогда не воюют, если есть возможность начать, как это называется, мирный процесс и переговорный процесс. Обратите внимание, что это давно уже не называется «переговоры», давно это не называется «мир», а всегда это называется «мирный процесс» и «переговорный процесс». Это такая вещь в себе.

То есть что иранцы делали с Обамой и что они делали с Байденом? Они прекрасно знают, что демократический политик, если у него есть возможность не решить проблему, которая, в случае если он разрубит эту проблему топором, плохо скажется. Они думали, что Трамп будет вести себя так, как стандартный европейский бюрократ: «О, мы тут поехали договариваться». И это занятие на ближайшие 300 лет. А Трамп подходит к этому делу как бизнесмен. Можно договориться? Замечательно, давайте договоримся. Ах, нельзя договориться? Все, сворачиваем эту сделку, переходим к следующей. Бизнесмены не ведут переговоры по 20 лет. Они не занимаются переговорным процессом. Они либо договариваются, либо нет. Соответственно, одна из вещей, которая в данном случае от Трампа прилетела как сигнал – «ребят, мы не по части переговорного процесса».

Также обращаю ваше внимание, что Трампу война эта может дорого обойтись. Потому что его уже оставила часть сторонников. Она не так уж популярна в Соединенных Штатах. Для Соединенных Штатов всегда важнее внутренние проблемы. И мне кажется, что вот в этом как раз большое отличие Трампа от европейских политиков и от большинства демократических политиков современных, потому что современный демократический политик думает о том, как получить голоса на следующих выборах. Благодаря тому, что Трамп в следующих выборах совершенно точно не будет участвовать (у него второй срок кончается), он думает о том, как решать стратегические проблемы. Вот он их и решает.

Соответственно, это одна из причин, я уже об этом говорила, по которой, с моей точки зрения, в этом новом мире, где сила и насилие снова имеют значение, где господствует право сильного… И это хорошо. Потому что в мире, где нет права сильного, сильным становится самый слабый и самый наглый. И право сильного – это не очень хорошая вещь, но право слабого за последние 30 лет отложенных конфликтов оказалось еще более худшей вещью.

Так вот, тем не менее благодаря тому, что демократические политики в принципе не способны думать стратегически, не потому, что они такие дураки, а просто если они думают стратегически, они проигрывают выборы, поэтому, соответственно, просвещенные монархии, просвещенный абсолютизм, с упором на слово «просвещенный», будут в наступающую историческую эпоху, видимо, иметь довольно сильное в стратегическом плане преимущество.

«Юлия Леонидовна, – пишет Андрей, – а как же не оценивать морально, если еще Кант писал про только две реальные вещи – звездное небо над нами и нравственный закон внутри нас?»

Давайте тогда оценивать морально действительно с точки зрения Канта. Потому что сейчас мораль немножечко другие слова стала значить. Я уже говорила это в других эфирах, но я сейчас повторю перед маленьким перерывом, который я сделаю. Потом, соответственно, вернусь к другим очень важным вещам, которые я хочу сказать.

Смотрите, что сейчас означает, особенно у леваков, мораль. Во-первых, они под моралью понимают очень разные странные вещи, которые раньше в добрые 30-е или 40-е годы считались нацизмом. То есть, например, можно сказать, что всякий белый – генетический расист и системный расист, его надо отменить, а если он не признает, что он расист, значит, это он находится в состоянии денайла. Раньше это называлось расизмом, а теперь это называется Black Lives Matter, Критической расовой теорией и даже переведено на русский и украинский язык, и, соответственно, то же самое говорят про русских, что они генетические имперцы. Мне кажется, это, помимо насилия над здравым смыслом, как раз насилие над нравственностью.

А во-вторых, что значит оценивать с точки зрения морали? Ведь люди в большинстве своем в этой войне вместо того, чтобы оценивать с точки зрения морали, они одной стороне приписывают белое пальто эльфа, другую сторону начинают делать орком и начинают отрицать факты сообразно этой картинке. А когда ты пытаешься возвратиться к фактам, то тебя, соответственно, называют фашистом.

Вот я приведу простой пример, который мне очень понравился, о котором я подумала тогда, когда я прочла твит известного профессора Преображенского, который заявил не более не менее, что он «на 100% уверен, что иранский режим специально подготовил этот взрыв в школе с командой устроить его в нужный момент».

Речь шла о школе в Минабе, в которую попала, сложно сказать, американская или израильская ракета, и, соответственно, там убито большое количество девочек. Мы не знаем, сколько именно, потому что тут иранская пропаганда может привирать. Но факт тот, что ракета действительно попала, школа была расположена или рядом, или непосредственно на территории военного объекта КСИР. Но какое-то количество детей погибло.

И вот люди, которые как раз занимаются моральными оценками, нам говорят: «Запомните, дети. Во-первых, это по школе в Минабе упала иранская ракета. Во-вторых, ничего не было и съемки были фальшивые. А в-третьих, это иранский режим сам заминировал школы и взорвал в нужный момент».

И вот это очень интересный пример, когда у многих людей, что с той, что с другой стороны, мозг не выдерживает сложностей жизни и вместо того, чтобы строить картину мира, опираясь на факты, отрицает факты, опираясь на эмоции, и свои эмоции называет моральными.

Потому что вот есть школа в Минабе, по которой попала ракета. У нас есть видео и фото с места. Это разрушенное здание. На этом здании детские рисунки на стенах. Есть дым, завалы, крики, тела под обломками, рюкзаки. Они верифицированы. Они верифицированы Reuters, CNN. Они подтвердили геолокацию и аутентичность основного фото и видео. И вот спутниковые снимки показывают разрушения именно там. Школа стоит рядом с объектом КСИР. Видимо, целились в него. Это единственный факт, которым можно ручаться более или менее, если не строить совсем уже какие-то невероятные сопоставления.

А дальше начинается пропаганда, причем с обеих сторон. Приходят иранцы и заявляют, что в школу попали три ракеты. Это вранье. И понятно, для чего это вранье. Потому что одна ракета – это случайность, а три ракеты – это, типа, специально стреляли по школе, убивали маленьких девочек. А другие постят видео с рядами маленьких гробов, и иногда это искусственный интеллект, иногда это старые кадры из Джакарты в 2021 году. Там вместо фото разрушений постят старые фотки из Газы. Еще кто-то постит фото неудачного пуска иранской ракеты как якобы доказательство, что это Иран сам себя, которое было снято в Зенджане, это в 1600 километрах от Минаба.

И вот начинаются манипуляции и объяснения. Одни начинают рассказывать, что вот есть кровавые американцы, стреляют в детей. И это манипуляция. Потому что стреляли в объект КСИР. Это единичный случай. Обратим внимание, что других нет. Такой единичный случай будет в любой современной войне. Обратим внимание на реакцию американцев, которые сказали, что «мы расследуем, как это произошло». Это очень правильная реакция. Мне ее не хватает со стороны российских властей. Так же, как каждый раз, когда российская ракета попадает по гражданскому объекту, а это бывает не так часто в Украине, но это тоже бывает, вот вместо того, чтобы вести себя, как американцы, российские власти говорят: «Не-не, все нормально».

Соответственно, это единичный случай. Пропаганда иранская начинает его расчесывать до невозможности. И она использует наше естественное чувство сострадания к детям в своих манипулятивных целях.

Другие, которые, на мой взгляд, ничуть не лучше, соответственно, чтобы обелить США и Израиль, вместо того чтобы сказать: «Давайте проанализируем факты. Вот реакция Соединенных Штатов. Они расследуют, что произошло. Это единичный случай», нет, им этого мало, они говорят: «Ракета была иранская. На самом деле там сами заминировали и взорвали». Это уже из серии Гиркина: «Трупы были несвежие».

Вот sorry, ребята, дружественный огонь бывает. Вспомним украинскую ракету в Константиновке. Вспомним, как после 7 октября ракета «Исламского джихада» взорвалась на парковке больницы в Газе, и нам сначала рассказывали, что это израильская ракета.

Но все-таки давайте договоримся. В условиях войны при отсутствии четких доказательств по умолчанию считать любую ракету, которая поразила цель на территории Ирана, американской или израильской. Если вы представите хоть какие-то доказательства, что это была иранская осечка, ради бога, я с удовольствием их выслушаю. Но по умолчанию и в отсутствие доказательств это ракета, которая была запущена по Ирану. Ну вот сами заминировали и взорвали – это уже из серии Гиркина: «Трупы были несвежие».

А вот дальше самый интересный момент. Зачем это делается?

Одну секундочку. О, это очень правильно. К нам пришел кот Галстук. Пусть заходит.

И вот мне очень важно объяснить нашим слушателям, как мне кажется, почему это делается. Кстати, я приветствую, естественно, ваши по этому поводу рассуждения. Это такой элемент когнитивной войны, которая ведется, обратите внимание, против ваших же собственных сторонников. Потому что эта когнитивная война должна разрушить в их умах границу между фактом и ложью, превратить мораль в эмоцию, а эмоцию – в факт.

И это вот просто такое намеренное расшатывание правды манипулятором: «Правды нет, а правда то, что в данный момент моей идеологической группе выгодно». И не важно, что это будет из серии «Литвиненко сам себя отравил, а Немцова свои убили». Важно то, что такая технология – это та самая технология, которую, напоминаю, использовал Сол Алинский, крайне левый американский агитатор, который, кстати, в значительной степени вдохновлял Барака Обаму. Такой новый представитель новых левых.

И Сол Алинский говорил следующее, что любой вопрос надо политизировать, в любом политизированном вопросе надо занять самую крайнюю позицию, а всех, кто справа, отменить как фашистов. Потому что когда вы придерживаетесь реальности и говорите: «Да, вот ракета попала, давайте проанализируем, что произошло», если вам надо одну сторону конфликта, одну сторону войны сделать абсолютно белыми безгрешными ангелами, у которых ракеты никогда в сторону не попадают, а другую совершенно – черными орками, которые, например, сами собственных детей, заминировав школу, взрывают, то вы создаете такую картину мира, в которой для вот этих черных орков никакое наказание не является слишком маленьким.

И вот еще раз. Формально-то вы пытаетесь создать картину войны сынов Света против сынов Тьмы, а на самом деле вы ведете когнитивную войну против своих собственных потребителей своей собственной информации, и вы пытаетесь сломать их мозги. Вы пытаетесь превратить их из людей, которые реально оценивают факты, в секту, которая смотрит только на то, что во что верит мой коллектив, в то буду верить и я.

На этом я прерываюсь на парочку минут, и Даша поставит песню на стихи Леонида Александровича Латынина. Я напоминаю, что другие песни и другие стихи можно увидеть на канале DashaV, который есть по ссылке в описании. Тем временем задавайте мне вопросы. У меня есть еще одна очень важная тема, суперважная для меня, на которую я хотела поговорить.

Добрый вечер. Опять Юлия Латынина. Вот меня спрашивают: «Юлия Леонидовна, как вы считаете, будут ли следующие лидеры России и Украины представлять так называемую партию войны? Спасибо вам за ваш труд».

Во-первых, кто такие следующие лидеры России и Украины? Я обращаю ваше внимание, что в ближайшее будущее не просматривается ни что сменится лидер России, ни что сменится лидер Украины.

А во-вторых, обратите внимание, что нынешняя идеология, в первую очередь идеология Украины, она не только государственная, современная Украина в значительной степени напоминает Иран. У вас есть аятоллы, которые формально не занимают должность в государстве, они являются лидерами общественного мнения, они являются просто активистами, но так получается, что их все боятся и слушаются, даже в конечном итоге их в 2019 году послушался президент Зеленский, когда сказал: «Нет, не буду я ничего в Париже подписывать, никакой федерализации».

Так вот, соответственно, вот та идеология, которая существует в Украине, она делает новый раунд войны, если она сохраняется, практически неизбежным. Потому что Россия может согласиться с очень большим вариантом различных видов существования Украины. Это может быть федеративная Украина, где все говорят на русском и на украинском, кто как хочет. Это может быть небольшая западная Украина, которая отделилась и говорит на украинском. Потому что, типа, до 1940 года на ней крестьянство, правда, не городские элиты, городские элиты говорили на немецком и польском, но вот те люди, которые там остались после двух геноцидов и одной этнической чистки, они действительно говорили на украинском. Правда, это был тоже не кодифицированный сильный язык, но тем не менее. Но согласиться с ситуацией, при которой в Украине осуществляется проект «Галичина от реки и до моря», и при которой представители этих галицийских, ну, нельзя сказать элит, представителей вот этой вот Галиции говорят про города, основанные российскими императорами, что, дескать, это колонизованная земля вечной Украины и надо истребить в ней русский язык и все остальное, и вот что-то сделать с москворотыми, и тем более Россию выгнать с границ 1991 года, это рецепт, который обрекает Россию и Украину на войну. Точно так же, как, например, идея Палестины от реки и до моря обрекает Израиль на войну с Газой. Остаться должен один.

И, собственно, по этому поводу я как раз и хочу перейти к очень важной вещи, которую я хотела сказать. Кстати говоря, напоминаю российским зетникам, что они очень недооценивают той фантастической услуги, которую в конечном итоге вот эта война и вообще само нападение на Иран оказывают Путину. Потому что они просто полностью возвращают мир в русло нормальности и мир возвращают в место, где господствует право сильного. И, соответственно, вот все те воздушные замки и фата-морганы, которые нам построили крайне левые и которые они навязывали последние нам четыре года и говорили, что это новая этика, а все, кто ее не понимают, фашисты, она просто вот распалась в пыль.

И вот те самые российские бедные оппозиционеры… Как я уже сказала, это нельзя назвать оппозиционерами, потому что оппозиция к правительству предполагает любовь к своей родине, предполагает уважение к избирателям, которых ты как-то надеешься перетащить на свою сторону, и предполагает любовь к отчизне.

В то время как то, что мы видим у тех представителей крайне левых российских, которые сейчас сидят за рубежом, обещание Россию расчленить, унизить и вообще сделать с ней все что угодно, лишь бы «нас на белом “Абрамсе” привезли и дали нам возможность вот этих вот нехорошее русское быдло, которые не понимают, как важно, чтобы твоя собственная армия проиграла войну, перевоспитать в концлагерях». И вот эта прекрасная сейчас мечта об этом обрушилась на глазах. И по этому поводу я как раз хотела сказать маленький, небольшой спич.

Значит, смотрите. С самого начала этой войны мы узнали совершенно поразительные вещи. Нам заявили, что в новом мире во всякой войне есть агрессор и жертва; жертва всегда права, и ей все позволено, а агрессор – это всегда неправ. Все совершенно однозначно. Все, кто говорит: «Все не так однозначно и пытается вообще разобраться в причинах войны», те фашисты, потому что все совершенно однозначно.

И жители страны-агрессора должны нести совокупную моральную ответственность. Они должны либо свергнуть тирана, который их повел на войну. А если они его не свергли, они должны, уехать из Европы и свергать Путина, как это сказал президент Зеленский. Если они его не свергли, то они, во-первых, преступники, потому что они платят налоги и, соответственно, соучаствуют в войне. А во-вторых, у них должны быть заблокированы карточки, они генетические рабы, свинособаки. Если кого-нибудь из них съела акула, то это повод для большой радости. А если этой радости кто-нибудь удивится, то он опять же генетический раб. И исключений нет. Даже те из них, кто против войны, они все равно по определению несут совокупную ответственность.

Вот как тут недавно доктор Андрей Волна, который просто уже до того заделался украинским пропагандистом и все украинские тейки разгоняет официальные, которые только возможны, и вот он приходит на какой-то съезд российской оппозиции и говорит: «Мне мои украинские коллеги говорят: “Мы не знаем, сколько вас хороших русских, но достаточно плохих русских, чтобы бомбить Украину». То есть оказывается, что того самого Андрея Волну, которого вроде они должны на руках носить как такого важного пропагандиста, ему, простите, срут на голову, а он еще это все размазывает и говорит, как это правильно, что на меня срут.

Соответственно, вспомним, я не знаю, истории Надин Гейслер, которая помогала украинской армии, сейчас сидит на 20 лет в российской тюрьме, или насколько она там сидит, или вот той девушки, которая взорвала Владлена Татарского и которая первое, что услышала в трубке, когда оказалось, что она жива, что она все равно виновата, потому что у ее куратора украинского кто-то там в Мариуполе якобы погиб. Вот такое вот обращение. Но это обращение жертв, которым все позволено, с нехорошими агрессорами. И просто спасения для них никакого нет, потому что они недочеловеки, и ничего с этим сделать нельзя. И это такая теперь новая мораль.

И только мы удивились этой новой морали, как подоспели новые порции этой новой морали. Например, оказалось, что в случае жертвы Украины тоже есть нюансы, потому что есть территории, которые отошли к России, на них живут какие-то странные люди, которых Михаил Подоляк назвал гражданскими оккупантами (это когда, помните, девочку в Крыму ракетой убило), про которых Михаил же Подоляк говорит, что вот теперь, когда Украина зайдет в Крым, то будет не так, как прежде, и нельзя будет на улице говорить по-русски. Не так, как прежде, я напоминаю, так и до этого в Крыму официальный документ нельзя заполнить на русском языке. И вообще вот все те, кто голосовали за Россию, они должны будут покинуть Крым, то есть подвергнуться этнической чистке.

И вообще все те, кто считают себя русскими, пусть они уезжают с Донбасса, как сказал Зеленский еще в 2019 году, потому что «мы все равно туда придем». И вообще, как там Дмитрий Гордон говаривал: «Ждали русских? Пейте мочу». Это причем вполне официальные лица. Видные пропагандисты, но еще даже официальные лица говорят по поводу людей, которые должны быть вроде как их собственными граждан.

И эти собственные граждане, оказывается, такие граждане Шредингера. Каждый раз, когда речь идет о том, что с ними будет после того, как туда придут украинские войска, оказывается, что «мы, ребят, вас выселим». А каждый раз, когда речь идет о том, что Украина еще туда не пришла, европейцам объясняется, что «мы же не можем наших граждан оставить в беде». То есть, видимо, этих граждан надо спасти таким образом, что Украина туда должна зайти, а потом этим людям устроить там этническую чистку. Такие украинцы Шредингера.

Но даже и на этом украинская пропаганда не остановилась, потому что потом новую мораль начали подвозить целыми тоннами. И мы вдруг, например, услышали, правда, уже не от украинских официальных лиц, а, как я уже сказала, от моральных авторитетов, от таких аятолл, украинского BLM, что, дескать, москворотый (человек в Украине говорит по-русски) способствует победе российской армии.

И вообще, как нам с гордостью рассказывали некоторые представители новых моральных авторитетов у себя в Фейсбуке… И рассказ, который меня потряс. Стоит женщина с собакой, она рассказывает, это ее собака, к ней подходит девочка москворотая и говорит: «Можно я собачку поглажу?» А собачка большая. А тетенька улыбается, отвечает девочке: «Но только учти, что моя собачка москворотых ест». А трехлетняя девочка, девочке три года, говорит: «А кто такие москворотые?» «А это ты, деточка, и твоя мамочка», – отвечает наша моральная авторитетша. Вот. Вот такие удивительные вещи стали происходить с новой этикой.

Но и это был не конец, потому что дальше оказалось, вот тут, кстати, Алексей Арестович очень точно заметил, что виноваты, помимо москворотых жителей Донбасса, жителей Крыма, естественно, российских генетических рабов, оказались еще американцы, европейцы и вообще все вокруг, включая поляков и израильтян. Все недодали. 350 миллиардов дали Украине на войну, больше, чем когда-либо какой-либо стране за всю историю человечества, но недодали. Мало! Как сказала по этому поводу старуха в «Сказке о золотой рыбке»: «Хочу быть владычицей морскою, а меня только царицей делают. И хочу, чтобы золотая рыбка-то была у меня на посылках. И Трамп должен быть у меня на посылках. Чего он мне “Томагавков” не дает?»

Трампу устроили истерику в Овальном кабинете. Орбана, который, между прочим, все-таки член Евросоюза, пообещали адресок дать украинским военным. По поводу поляков еще давно президент Зеленский сказал, что раз они там что-то не пускают какое-то украинское зерно через себя, это значит выполняют волю Кремля. Это было сказано прямо с трибуны ООН. Нашли подходящее место. В Мюнхене президент Зеленский рассказал европейцам, что они не так и мало дают и вообще не выигрывают почему-то за Украину войну. Слушайте, Украина бы так шикарно выиграла войну, если бы за нее выиграли все другие. А потом надо было бы вот только, я не знаю, Донбасс этнически зачистить.

Ну, уж про Илона Маска, который со своими Старлинками так помог Украине в начале войны, мы все знаем, чем это для Илона Маска обернулось. Как там было сказано в бессмертной фразе: «Твое дело – хлебало завалить и Старлинки давать». Обратите внимание, что твит Маска, по поводу которого разверзлась эта буря (Маск предлагал отдать Крым России, а на остальных территориях провести референдум), так по нынешним временам это те условия, которые Украине не светят. Вот просто не светят.

И все это выглядело совершенно, если смотреть на вещи с точки зрения здравого смысла, дико. Дико хотя бы просто потому, что во время войны обычно пропаганда и политика должна заниматься тем, чтобы внести наибольший раздрай в стан противника. Вот если у противника есть пятая колонна – это идеально. Ее надо всячески поощрять. Извините за цинизм. Если оказывается, что 20 тысяч россиян только задержаны в России за то, что они вышли на демонстрации против войны, ну не надо им всем тут же объяснять, что вы генетические рабы и ваше дело – платить и каяться. Потому что они второй раз не выйдут и вообще очень обидятся, если они нормальные, если они, конечно, не на содержании USAID’а.

В конце концов, даже немцы, когда бросали листовки над окопами Красной армии, они же не говорили: «Вы генетические рабы и унтерменши», они говорили: «Свергайте комиссаров и освобождайтесь». А тут такая странная история.

Плюс, конечно, еще более странная история со своим собственным населением. Если люди говорят, что вот есть теперь новая уникальная украинская нация, которая вот родилась из пепла этой войны, то почему же вы представителям этой якобы существующей украинской нации, которые сейчас живут на территориях, принадлежащих России, говорите, что вы их выгоните, называете гражданскими оккупантами и объясняете, что им надо мочу пить? Но как-то странно. Вряд ли они, например, услышав все эти слова, будут затевать партизанскую войну, которую мы, обратите внимание, нигде не видим, против России. Скорее они будут считать, что Россия спасает их от вот этих прекрасных людей, которые придут и их вынесут в одну калитку.

Ну и, наконец, что касается москворотых. Согласитесь, а зачем использовать риторику, которая разъединяет нацию? Вы тут говорите, что родилась единая украинская нация. Как же родилась единая украинская нация, когда активисты отменяют ровно ее половину и объясняют людям, что они вроде тоже как бы не совсем люди, а москворотые? Понятно, что там кто-то пропустит это мимо ушей и все равно пойдет воевать за Украину. Тем более, что человека когда ставят под ружью, он обычно, если он не сбежал, так под ружьем и остается.

Вот эта трехлетняя девочка, которую назвали москворотой. Представьте себе, у нее есть папа. Вот этого папу мобилизовали. Он захочет воевать за режим, который поощряет активистов, которые называют ее трехлетнюю дочку москворотой? Какой-то, может быть, и захочет, но какая-то статистическая часть явно не захочет.

Более того, те люди, которые говорят по-украински, у них тоже же возникнет вопрос: «А зачем я пойду воевать на Донбасс, чтобы там люди говорят на русском языке, чтобы их как можно больше оставалось в Украине?» Обратите внимание, кстати, что по статистике самое большое количество случаев уклонения от военной службы – это как раз западная Украина. И этих людей прекрасно можно понять. «Почему я пойду воевать за то, чтобы как можно больше этих москворотых осталось в Украине? А зачем это мне?»

В общем, это все выглядело, уж не говоря об этой странной благодарности в адрес Трампа и европейцев, как-то чрезвычайно странно.

Но, понимаете, нам с самого начала войны сказали, что вот такая новая этика. Вот раньше было право сильного, вот раньше были всякие Александры Македонские, вот раньше человечество уважало всяких Наполеонов, но теперь человечество встало на новый этический уровень. И новый этический уровень, как я уже сказала, как раз и предполагает, что если вы гражданин страны-агрессора, то вы несете коллективную ответственность. Как там писал Майкл Макфол: «Русские, неужели вам не стыдно?»

А если вы, например, совершили такое страшное мыслепреступление, что вы не то что пожелали победы русскому солдату, потому что он солдат вашей страны, а просто вы его пожалели, как Антона Коростелева, вас надо с волчьим билетом выгнать из «Дождя», и «Дождь» на всякий случай, даже если он кается, плачет и лижет сапог, тоже выгнать, и даже несмотря на то, что «Дождь» осознал свою ошибку и покаялся перед партией, все равно продолжать говорить, что это хорошие русские, а хорошие русские – это только каждый двухсотый.

Да, и еще же вот эта вот удивительная новая этика что предполагала? Какую-то важную мысль я хотела сказать. Я к ней потом еще вернусь. Да, и вот это все так катилось. На некоторых людей это очень сильно действовало. Они начинали плакать и каяться. Особенно это действовало, конечно, на тех людей, которые были зависимы от западных грантов. Но должна сказать в оправдание некоторых, что некоторые были просто идиоты, а некоторые просто находились в длительной психологической зависимости российского постсоветского интеллигента от представления о том, что если что-то говорят на Западе, если что-то поощряют на Западе, то это и есть святая правда, мы тут лаптем щи хлебаем, не нам, русским варварам, со своим уставом лезть в царский чертог.

И вот начинается война Америки против Ирана. Америка – агрессор стопроцентный, законченный. Как-то Иран никуда ничего не лез, по крайней мере в текущем технологическом цикле. Америка выносит иранское ПВО, Америка попадает в школу для девочек, Америка то, Америка сё, Израиль тоже. И вдруг мы видим, что никто американцев не отменяет, никто диким криком не хохочет, никто не говорит, что они генетические рабы, что Америку надо расчленить, что она должна платить и каяться. Никакая Кая Каллас не говорит, что Америка должна стать маленькой, хорошо бы Америка стала маленькой. Никто карточки не запрещает. И тот самый Майкл Макфол, который говорил: «Русские, где вы, почему вы не выходите в количестве сотен тысяч на улицы?», вдруг говорит: «Я не согласен с моим президентом, но я желаю победы нашим солдатам».

А, да, вот же еще что я важное хотела сказать. Одна из основных особенностей человеческой психики, которая, кстати, сильно способствует выживанию, это идентификация себя с коллективом и когда ваш коллектив воюет, вы за ваш коллектив просто потому, что он ваш. Условно говоря, если вы ахейцы и напали на Трою, вы идентифицируете себя с ахейцами. Если вы троянцы, вы идентифицируете себя с троянцами. Есть, конечно, серьезные причины, по которым можно выписаться из такого человеческого коллектива. Это тоже правда. Но в войне, в которой вас отменяют и называют генетическими рабами, не совсем понятно, зачем вам выписываться.

И самое главное, что огромное количество россиян почему были против этой войны? Потому что они, так же как и я, считают русских и украинцев одним народом. И не только они. Так считал Богдан Хмельницкий, так считал Гоголь. Богдан Хмельницкий называл себя русским, говорил: «Я освобождю русских». Гоголь говорил: «Я русский». Но это случай двойной идентичности как раз очень характерный, когда человек говорил про себя, что «я и малоросс, и великоросс». И это нормально. Человек может считать себя баварцем и немцем. И вот ровно так многие люди и воспринимали, соответственно, иерархию между украинцами или сибиряками с одной стороны, или жителями русского Севера, и всеми русскими – с другой. И, собственно, именно поэтому они восприняли эту войну как трагедию.

И конечно, когда им сказали: «Не-не-не, вы, россияне, вообще не имеете никакого отношения к украинцам, вы вообще какие-то пермяки, угры и татары», помимо того, что это явный нацизм по отношению к угорцам и татарам, это звучало как-то совершенно дико и совершенно разрушало вот эту идею единства, на что, собственно, и было направлено.

И еще раз повторяю, человек привык сочувствовать своим. Если воюет его армия, он привык желать победы собственной армии. Если он южанин, например, то в войне Юга и Севера Америки он желает победы южанам. Если он северянин, он желает победы северянам. Что не исключает той ситуации, что он прекрасно может понимать, что это гражданская война, и, соответственно, она является трагедией и наносит ущерб обеим сторонам, в данном случае Югу и Северу одновременно. И вот всем этим нас кормили, что нет, это новая этика, что агрессор, что генетические рабы, деколонизация Украины и так далее и так далее.

И тут, как я уже сказала, пришел Трамп и все испортил. И оказалось, что можно воевать войну с точки зрения силы, с точки зрения сильного и говорить: «Да, в этом состоят мои стратегические интересы», и вас при этом никто не отменяет. Более того, обратите внимание, что и Трамп, и Нетаньяху при этом тоже ничего не говорили по поводу Ирана, что его надо деколонизовать и расчленить на разные кусочки. Очень возможно, что так и получится. Более того, мы видим, что курдов будируют именно с этой целью.

Но публично и Трамп, и Нетаньяху чего говорят? Они говорят, что есть страшная иранская власть, страшные аятоллы, вот есть замечательный иранский народ, ему больше двух с половиной тысяч лет, «свергайте эту чуждую вам исламскую культуру», всякое такое прочее. Здравый смысл диктует, что зачем же вам дополнительно озлоблять людей, на которых вы и так сыпете бомбы?

И, соответственно, оказалось, что вся эта так называемая новая этика, которую нам продавали как новейшее достижение человеческого разума, весь этот набор бреда, это действительно набор тягучего бреда, в который нас пытались погрузить и сделать членами секты. И, естественно, он не работает нигде. Он был навязан нам только в рамках российско-украинской войны. Причем был навязан двум специфическим категориям населения: с одной стороны, украинскому населению украинскими активистами, украинскими национал-деколонизаторами, а с другой стороны, российские активисты попытались его навязать той части российского населения, которая была проевропейски ориентирована.

И, естественно, у меня возникает вопрос: а зачем? Потому что если вы посмотрите, то, с моей точки зрения, конечно, ровно этот безумный, бредовый набор идей обеспечил стратегическое поражение Украины.

Если бы Украина была тем, чем она представлялась очень многим в 2022 году, то есть демократической замечательной страной, где нет никаких преследований русского языка и где все Путин выдумал насчет нацизма и так далее и так далее, то просто, да, она, скорее всего, одержала бы победу, по крайней мере удержала бы себя в каких-то очень приемлемых границах, смогла бы эффективно обороняться, смогла бы мобилизовывать большое количество людей, которые сейчас бегают от ТЦК, конечно, пользовалась бы гораздо большим сочувствием в той же самой России, чем ее руководство пользуется сейчас.

То есть зачем люди выстрелили себе в ногу? Зачем люди нарушили все правила здравого смысла и попытались построить эту безумную секту? Ну, кого-то они в эту секту загнали. И кто-то до сих пор надеется быть капо в том концлагере, в который загонят русское население, которое не понимает всей необходимости полного национального поражения и унижения. Но только вот маленькая проблема, что концлагерь есть, капо есть, но, кроме капо, никого нету. И на самом деле вот эти российские леваки оказались единственными жителями этого самого концлагеря. Хотя очень часто их житию способствуют гранты.

Так вот, возникает вопрос: а зачем? И тут понимаешь два очень неприятных ответа на этот вопрос. Потому что, конечно, да, это идеология, это технология, когнитивная разрушительная технология, которая, как я уже сказала, гарантирует стратегическое поражение Украины и, скорее всего, ее расчленение, и крах Украины как проекта. Но одновременно она гарантирует то, что эта война будет идти долго, и то, что Россия и Украина, то есть две части русского народа, будут стирать друг друга.

И тогда ты понимаешь, что, с одной стороны, вот эта технология, она современная левая идеология, которая очень распространена в странах Запада на каких-то других примерах. Например, скажем, как я уже сказала, это перевод Критической расовой теории на русский и украинский язык. Это когда вы, допустим, в Америке берете некоторую категорию населения, в данном случае черных, объясняете им, что они жертвы, что они во всем правы и что им всегда должны. И после этого, раззудись рука, чернокожий человек может делать все. Он может воровать в супермаркетах, он может вести себя как угодно, он может Ирину Заруцкую ударить ножиком, и все равно он будет жертвой.

Естественно, это технология, которая должна этого чернокожего избирателя побудить голосовать за кого? Правильно, за демократов. Более того, за крайне левых демократов, которые всё это ему обещают. А то, что именно эта идеология чернокожего человека ввергает в абсолютную нищету и обрекает на то, чтобы он всегда был внизу социальной лестницы и никогда не выбрался наверх, это организаторам этой идеологии на самом деле плевать, они фармят, чтобы за них голосовали. Вот что им нужно.

Или то же самое с мусульманами в Европейском союзе, когда европейские чиновники, европейские левые, которые их кучу перевозят, они же не говорят: «Ребята, адаптируйтесь в европейскую культуру», они говорят: «Вы такие у нас необычные, вы такие у нас замечательные. Вы, правда, приехали из shithole countries, но это потому, что мы вас колонизовали. Поэтому мы вам должны. Вот, пожалуйста, вам пособие, вот сидите».

Понятно, что это должно кончиться тем, что этот мусульманин не будет интегрирован в систему страны, не будет интегрирован в культуру страны, но зато он будет голосовать, во-первых, за представителя той политической партии, которая ему обещает дать больше всего ништяков (дать ему бесплатное жилье, дать ему пособие и так далее и так далее).

Абсолютно ту же штуку проделали с украинцами, только тут их, как сейчас курдов пытаются нанять против Ирана, попытались выделить из русских, из более гомогенной группы населения, одну часть группы, одну часть варваров обратить против других со словами: «Вы тут избранные. Вы тут европейцы. Мы-то вас в Европу примем, в отличие от этих нехороших русских», и тем самым обречь две страны, обречь две половинки единого целого на то, чтобы стирать друг друга в страшной войне.

Потому что, как я уже сказала, это идеология, которая не выгодна ни для россиян, ни для украинцев, но эта идеология очень выгодна, если использовать Украину в качестве инструмента стирания России, как, собственно, об этом довольно откровенно и писал Бжезинский.

Он писал немножко не так, но я напоминаю, что он в «Великой шахматной доске» говорил, что Украина – это новая политическая сила на пространстве Евразии, если ее использовать как рычаг, то Россия никогда не восстановит свою империю, и варваров надо ссорить между собой.

Ну вот, собственно, эта геополитическая задача выполняется с помощью вот этой безумной левой идеологии, которая все время говорит про себя, что она нравственна, которая все время говорит, что она новая этика, которая все время говорит, что она про любовь, про защиту, про помощь жертвам, а на самом деле она из нормальных людей делает жертв, на самом деле она из нормальных людей делает лузеров, и на самом деле она так полна ненависти, как не были ненависти полны мало какие тоталитарные идеологии прошлого.

Потому что, обратите внимание, эта идеология всегда строится на том, чтобы людей каким-то способом разъединить, найти причины, по которым они разъединяются. И вот, как я уже сказала, конечно, дальше возникает вопрос. Ну хорошо, понятно, как на это пошли украинские активисты. Людей поманили в Европу, людям сказали: «Вы такие замечательные».

У меня есть одна любимая мной книжка Джорджа Мартина. И нет, это не «Игра престолов», эта книга называется «Fevre Dream». Это книжка о вампирах. Да, Джордж Мартин тоже написал книжку о вампирах. Можете ее почитать. Я не думаю, что она переведена на русский. А может, и переведена. Там вампиры такие очень нетривиальные и глубокие. И это там другой род существ, который отдельно от человека. Один из персонажей этой книжки вот как выглядит. Это человек, который все время вампирам приводит новых жертв в надежде, они ему потом обещали, что его сделают вампиром. А фишка заключается в том, что, как я уже сказала, это два разных биологических вида и человек из вампира никогда не получится.

И вот, собственно, эти бедные украинские активисты в тот момент, когда им пообещали, что «ребята, если вы будете рассказывать про русских, что они генетические рабы и что Украину надо деколонизовать», то они вот буквально оказались в роли этого бедного чувака, которого вампиры пообещали сделать вампиром. «Тогда мы вас примем в Европу».

А фишка заключается в том, что если вас зовут в общество, которое называет себя разумным, добрым и вечным, на таких условиях, то это значит, что вас водят за нос. Это значит, что вы находитесь в положении 50-летней или 60-летней дамы, которая развелась со своим мужем-ровесником, который толстый, нехороший, пьющий, ее поколачивал, и собирается выйти замуж за прекрасного 30-летнего молодого красавца с накачанными мускулами, который говорит, что он любит ее больше всей своей жизни: «Ты только с мужем разведись. И, пожалуйста, забери у него вот эти акции, вот эти акции и вот эту виллу, и вот этот вот его домик и перепиши, пожалуйста, дорогая, на мое имя, потому что я люблю тебя больше жизни. А после этого мы с тобой женимся».

Вот есть подозрение, что, конечно, 60-летний муж, может, и поколачивал нашу даму, но вот этот 30-летний красавец, которому очень хочется, чтобы все совместно нажитое с мужем дама записала на него, даму ждут, скажем так, некоторые печальные открытия.

И вот, собственно, обратите внимание, почему еще, мне кажется, чиновники ЕС так сильно заинтересованы, чтобы война продолжалась как можно дольше. Ровно потому, чтобы время этих печальных открытий для украинских граждан наступило гораздо позже. Потому что, представьте себе, вот наступает в Украине мир, мало того, что приходится проводить выборы Зеленскому, так еще, например, встает вопрос о приеме Украины в Евросоюз. А я вас уверяю, ни в таком виде, ни в каком другом, ни в пареном, ни в зеленом Украину ни в Евросоюзе сейчас, ни в НАТО не ждут.

Да, собственно, вот одна из целей вот той когнитивной операции, которая была проведена против Украины, заключалась в том, что если Украину в 50-миллионном виде с наследием советской экономики могучей брать в Евросоюз, так тоже там произойдет геополитический перекос в пользу Украины. Поэтому давайте уж если брать, то чтобы она была поменьше и похуже.

Так вот, соответственно, как я уже сказала, Россия, вернее, Российская Федерация, потому что историческая Россия – это территория, которая включает в себя не только территорию России и Украины, но еще много других территорий, так вот, Российская Федерация, огрызок которой остался от исторической России, ей же в 90-е годы тоже управляли люди, которые, как сейчас украинские активисты, думали, что их зовут на Запад, что там теперь нет ни эллина, ни иудея, ни россиянина, ни американца, и вообще вели себя, как колония Америки. И вместо того, чтобы помочь этой новой образовавшейся колонии, как в свое время помогли Германия и Японии, решили эту колонию утопить и кинуть.

Как я уже сказала, у меня никаких претензий-то как раз по поводу американцев нет. Сложно от этого удержаться. Падающего толкни. Это еще Ницше сказал. Если ты сам встаешь в положение вот этой 50-летней женщины, которая принимает ухаживания 30-летнего молодого красавца, то потом не говори, что тебя не предупреждали. Съел – значит, лох. Скушал – значит, лох. Это такая поговорка у карточных шулеров. Вернее, не поговорка, а правило. Скушал – значит, лох.

Ну вот Россия, не совсем понятно, что с ней будет, но лохом она уже перестала быть. А вот что касается Украины с ее нынешними активистами, то я боюсь, что украинским активистам это еще только предстоит.

Естественно, последний вопрос в этом спиче заключается в следующем. А откуда же взялись все эти прекрасные российские оппозиционеры? Как я уже сказала, это не совсем оппозиционеры. Это люди, которые жалуются, которые были уверены, что их привезут на белом «Абрамсе» на Красную площадь, и они там построят концлагерь, в который они загонят на перевоспитание все население России. И тут оказалось, что, кажется, белый «Абрамс» уехал в другом направлении.

И, конечно, печальный ответ заключается в том, что да, это вот та постсоветская проевропейская интеллигенция, которая была абсолютно уверена в том, что они тут тоже европейцы, их считают равными, и чтобы стать европейцами, чтобы стать частью Запада, надо просто во всем слушаться большого белого господина. И сейчас, конечно, в связи и с российско-украинской войной, и особенно с войной США и Ирана просто у них на глазах падают их акции. И оказывается, что эти люди всю жизнь гнались за сферическим конем в вакууме, которого не существует.

И вот я тут читала статью историка Андрея Зубова, которая очень характерна. Он начинает с того, что он сообщает, что из-за всеобщего избирательного права, которое, кстати, я тоже не люблю, каждая кухарка, он Трампа имеет в виду, вот сейчас управляет государством и поэтому не соблюдает международное право. «Не то что в прошлое время, когда науке управления учились мудрые люди с детства, и наставником Александра I был Лагарп, а наставником Александра Македонского – Аристотель.

Замечательная колонка. Такое кристальное мироощущение всей постсоветской прозападной интеллигенции, которую можно суммировать так. Мы же такие умные, такие образованные, такие просветленные. Мы разрушили свою страну, потому что слышали по Радио «Свобода» про демократию и гуманизм. Мы стояли на голове, мы вывернулись наизнанку, мы называли собственных солдат нелюдьми и мечтали, что нас привезут на белом «Абрамсе» руководить лагерями перевоспитания, в которые мы загоним весь российский народ, который почему-то в силу своего быдлячества не проникся нашими высокими делами. Вот теперь белого «Абрамса» не предвидится, его владельцы хреначат Иран, их никто почему-то не отменяет, карточки им не блокирует, не пишет: «Американцы, как вам не стыдно! Свергайте Трампа».

И вот вся самокастрация, на которую добровольно пошел российский прозападный интеллигент, все море говна, которое он зачем-то выпил, оказывается, было совершенно добровольно и бесплатно. Это было его, интеллигента, личное желание. И никто ему лоху за это ничего не должен.

Кстати, обратите внимание, что все эти активисты, они кончат тем, что они обнаружат, что они все это говно глотают бесплатно. Их никто на это не поощрял, никто за это ничего не обещал.

И, конечно, прекрасный итоговый вывод господина Зубова, что вот Трамп воюет, потому что он быдло, потому что не воспитывали его, как Аристотель Александра Македонского. Но Македонский и Александр I, видимо, не воевали. Вот так ненавязчиво жалуется российский интеллигент: вот меня бы, такого воспитанного и просвещенного, допустить к управлению государством. Вот привезли бы меня на белом «Абрамсе», я бы такого науправлял.

Ему, конечно, не приходит в голову, что вот он-то как раз и есть самое неподходящее лицо для управления любым государством. Потому что вот этот абстрактный сферический конь в вакууме, ради которого российский, постсоветский, прозападный интеллигент готов был игнорировать всё – факты, здравый смысл, уроки истории, был готов убить об стенку собственный народ, провозгласить ненависть к своему народу и своей армии системообразующим отличием нового нравственного человека, собственно, он и его идеология и есть когнитивная бомба такой разрушительной силы, с которой, вообще-то, никаким путинским «урокам о главном» не сравниться.

Потому что я уже сказала и повторю, готтентотская мораль меня не очень устраивает. Я не люблю вот эту историю: у меня украли корову – это плохо, я украл корову – это хорошо. Но антиготтентотская мораль: у меня корову украли – это хорошо, я украл корову – это очень плохо, она не способствует выживанию ни нации, ни индивида, ни какого-то клана. Она способствует только кратковременному выживанию на грантах USAID. И вот сейчас все это накрывается медным тазом просто на наших глазах.

Наверное, последнее. Вот мне Олег пишет: «Украина – это не часть русского народа. Они чужие. Другое государство. Зарубите это себе на носу. Если бы этот факт был распространен, то СВО бы не было».

Ну вот здесь мы, собственно, и подходим к самой главной разнице. Потому что, как я уже сказала, идеологии такого рода, западные, новые… Это нельзя назвать нацизмом. Во-первых, нацизм – дурацкое слово, которым гвоздят все кому не лень своих противников. А во-вторых, это, типа, мы жертвы, поэтому нам все позволено. Это такой квазинацизм, псевдонацизм. Я уже говорила, что как-то очень не любят и хорошие русские, и украинские активисты, когда Путин залезает в историю. И, в общем, достаточно справедливо, потому что историей много чего можно аргументировать. И история – это такой набор скелетов в шкафах, который действительно лучше не вытаскивать. А когда его вытаскивают, это очень часто оборачивается каким-то черри-пикингом.

Но понимаете, когда нам рассказывают, что вот существует Украина, это не часть русского народа, они чужие, у меня сразу вопрос: они чужие в каких границах? То есть правильно ли я понимаю, что города, основанные русскими царями и заселенные людьми, которые считали себя русскими и считали себя русскими до образования Украины, это тоже каким-то образом украинцы? Можно ведь не делить. Я же обращаю ваше внимание, что вот не обязательно делить.

Условно говоря, в Швейцарии все люди – швейцарцы, вне зависимости от того, ты говоришь на французском языке, на итальянском, на ретороманском или на немецком. И никому не приходит в голову, что все в Швейцарии должны говорить на ретороманском языке. Потому что если в Швейцарии всех начать обучать говорить на ретороманском языке, то, во-первых, множество швейцарцев уедет из Швейцарии, очень возможно, что какая-то часть отколется, и самое главное, вы потеряете просто интеллектуальную основу нации, потому что на ретороманском языке ничего такого хорошего создано в Швейцарии не было.

Соответственно, как только вы начинаете утверждать, что украинцы – это совершенно отдельная от русских нация, то возникает вопрос границы, где проходит эта нация. Если вы говорите, что Украина – это государство, то ради бога, потому что нам известно, где граница этого государства была в 1991 года. Это была административная граница Советского Союза, но ладно. Границы, исторические условности следует уважать. Но если вы говорите, что украинцы – это особая нация, то сразу возникает вопрос о границах этой нации, и сразу возникает вопрос: а что же тогда делать вот с теми жителями юго-востока, которые, как говорил президент Зеленский, нехорошие люди, считают себя русскими?

Или что же делать с населением Крыма, которое все-таки худо-бедно действительно 85% проголосовало за вхождение в состав России? Что же делать с теми, кто в Украине говорит на русском языке, которые, как говорят сейчас украинские активисты, москворотые? Они-то украинцы или нет? Или они тогда все-таки русские и их надо тогда все-таки или выгнать?

И тогда получается, что если у вас есть замечательная украинская нация, которая хочет отказаться от кровавого наследия нехорошей Российской империи, то действительно несложно сделать. Потому что давайте отказывайтесь от наследия Российской империи. Вот есть завоевания русских царей. Это, как я уже сказала, юг, юго-восток. Пожалуйста, отдавайте его Российской империи. Есть опять же завоевания Сталина с запада. Пожалуйста, отдавайте весь запад Украины, хотите – Австро-Венгрии, хотите – Польше. И есть, наконец, центральные области, значительные их части были освобождены у Польши российскими царями. Пожалуйста, возвращайте их Польше. Никакой проблемы.

Я не знаю, правда, с чем вы останетесь. Но вы же хотели деколонизоваться. Ну, деколонизуйтесь. Как там говорилось у Булгакова, каждому по его вере. Есть разные мнения насчет загробной жизни, но вот среди них и такая, что каждому воздается по его вере. Если вы считаете, что Российская империя колонизовала украинцев, ну, пожалуйста, деколонизуйтесь, покажите пример.

И, собственно, вот человек, который утверждает, что он из России, вот этот же самый Олег пишет: «Я из России. Я американские танки у нас на Красной площади буду встречать как спасителей и освободителей».

Во-первых, я не думаю, что, конечно, этот человек из России. Я думаю, что это украинское ЦИПсО, которое играет соответствующую роль. Я тут, типа, из России. Таких много и в Твиттере, и в Фейсбуке, особенно в Твиттере. Как по этому поводу сказал Михаил Светов, извините, пожалуйста, лохи закончились.

Никто не будет желать победы тем, кто желает вашему народу уничтожения. В 2022 году было огромное количество прозападно настроенных людей, в том числе я, которые, во-первых, исходили из того, что Украина – это то, что о ней пишут в российской демократической прессе. А российская демократическая пресса освещала конфликт России и Украины так же, как BBC освещало конфликт Израиля и Газы. А во-вторых, считали, что надо во всем слушаться Запада, что там святая правда и истина. А в-третьих, это самое главное, исходили как раз из того, что Россия и Украина – это две части одного проекта. Они совершенно не обязательно должны быть государственно объединены.

Вот если у вас есть Бавария и Саксония, это не обязательно, что они должны быть в пределах единой Германии. Хотя понятно, что как раз объединение Баварии, Саксонии и остальных немецких земель в Германию и дало Германии гигантскую синергию и создало из нее не просто, условно, великую державу, а обеспечило экономическое процветание. Но если у вас баварцы выписываются из немцев и говорят: «Мы не немцы, а немцы – генетические рабы», то ваше сочувствие лидерам баварцев и активистам баварцев сильно пропадает.

Если вы, допустим, члены единого проекта, например, Афины, Спарта и Фивы, и воюете друг против друга, можно воевать друг против друга, ощущая себя эллинами, и воспринимать это как трагедию и одновременно как неизбежность. Но если, допустим, Фивы начинают говорить: «Вы, все остальные эллины, говно собачье и персидские подстилки, вы вообще не эллины», вы совершенно точно за Фивы больше не будете переживать. Точнее, вы будете переживать за народ Фив, потому что это эллины, но вы вряд ли будете переживать за руководителей Фив, которые так мозги промывают своему народу.

Мне пишет Григорий: «Лохи не могут закончиться – они странообразующие».

Нет, лохи именно что закончились. Те лохи, которые остались, они производят глубокий нишевой продукт. Это вот, условно говоря, телекомпания «Дождь», которая один раз обожглась и, естественно, рассказывает, что «неважно, сколько нам будут срать на голову, но мы должны ничего не замечать по поводу золотых унитазов». Помните, как три обезьянки: не знаю, не слышу, не говорю. Не знаю зла про Зеленского, не слышу зла про Зеленского, не говорю зла про Зеленского. И которые окормляют некоторое такое количество людей, которые в силу своего психологического настроя желают зла своей стране.

Такие люди, как я уже сказала, в современном мире есть. Раньше их было довольно мало в истории человечества, просто потому что они очень быстро не выживали. Но в современном западном мире таких людей довольно много. Они, например, голосуют за исламистские партии, они голосуют за крайне левые партии, которые, в свою очередь, блокируются с исламистами.

Вот недавно пример такого голосования мы наблюдали в городе Манчестер, где не только мусульмане, но и как раз молодые белые, как правило, одинокие женщины до 40 лет голосовали за программу партии, которая обещала, будучи крайне левой, бесконечное количество иммигрантов в Великобританию и одновременно обещала гарантировать этим иммигрантам бесплатное жилье и бесплатное содержание. Вот было бесполезно этим людям объяснять, что, ребята, вы голосуете за свое собственное уничтожение и вы голосуете за уничтожение культуры, в которой вы существуете. Потому что они бы сказали: «А мы этого и хотим. Мы хотим, чтобы культура, цивилизация нехорошая белая британская была уничтожена».

И они действительно этого хотят просто потому, что они, на самом деле, в глубине души чувствуют себя лузерами. У них нету того, что дает чувство собственного удовлетворения. Они не самореализовались. Они реализуются в разрушении.

Конечно, внутри России и среди уехавших из России такое количество людей тоже есть. Как правило, как я уже сказала, это молодые люди. Допустим, очень типичный пример какого-нибудь айтишника, который три раза устраивался на работу в компанию, каждый раз имел фантастические запросы, каждый раз в этой компании не работал, каждый раз его выгоняли. И он, конечно, сидит и думает: «Догадала меня судьба злая родиться в России с умом и талантом. Я бы, если бы родился в Америке, был бы уже Биллом Гейтсом. Но из-за того, что я родился в России… Это вот все кровавый режим виноват».

Соответственно, если бы он родился в Америке, он бы просто бегал бы сейчас по американскому кампусу сначала с криком «Occupy Wall Street», сейчас бы он бегал с криком «Queer Jews for Palestine» по американскому кампусу, «Палестина от реки и до моря», не зная, ни где та река, не зная, где то море, и, конечно, тоже бы стремился к деколонизации уже Америки.

Как я уже сказала, это довольно распространенный психотип на современном левом, особенно молодежном, пространстве. Вот я смотрю, что большинство этих людей уехало из России. И, с одной стороны, мне жалко, потому что эти люди, многие из них, если они этим переболеют, они действительно творческие люди. Не говоря уже о том, что в России, как и во всем западном мире, демографический кризис. Очень жалко, когда любой человек уезжает вообще. А с другой стороны, что-то я думаю, что вот эти люди внутри России тоже много сметаны бы не сварили.

Ну и последний, наверное, вопрос, на который я отвечу. «Сколько можно одно и то же повторять? Это ничем не отличается от пропаганды на Первом канале. России не выиграть эту войну никак».

Это, наверное, последняя печальная вещь, которую я хочу сказать. Потому что обратите внимание, что понятно, что просто армия России не имеет такого преимущества над украинской, как американская и израильская – над иранской. И, соответственно, это обуславливает и большие потери, и медленное продвижение, и, конечно, большое количество человеческих жертв.

С другой стороны, я обращаю ваше внимание на первое, что эту Россию уже войну выиграла. В каком смысле? Она получила больше территорий, чем имела, и она получила больше населения, чем имела. Потому что каковы бы ни были потери России в этой войне, то обратите внимание, что просто количество людей, живущих на новых территориях, значительно превышает количество этих потерь. Это первое.

Второе. Это правда, что российская экономика по мере того, как эта война будет продолжаться, будет испытывать все возрастающие сложности. Но, как и в других случаях, как и в случае с Ираном, есть вещи важнее экономики. В данном случае – стратегия и стратегическая необходимость. Это, понятно, неприятно слышать российскому бизнесу. Это неприятно слышать большому количеству российских обывателей.

Но, как я уже сказала, фишка заключается в том, что демократические правительства, как правило, не способны решать стратегических проблем, потому что попытка решения таких стратегических проблем немедленно вызывает те самые экономические сложности, склонны их откладывать в долгий ящик. Именно поэтому я и говорила о теоретическом преимуществе просвещенных диктатур. Я не говорю, что российская диктатура просвещенная. Я говорю о теоретическом преимуществе просвещенных диктатур, типа Китая.

Третье. Я хочу обратить ваше внимание, что в отличие от Соединенных Штатов Америки, у которых нету end game, то есть они не могут оккупировать территорию Ирана и превратить его в колонию, и, соответственно, вынуждены на месте той страны, с которой они борются, оставлять выжженную пустыню, у России этот end game есть, потому что те территории, которые аннексированы Россией, становятся российскими территориями.

Классика жанра. Там живут люди, которые говорят на русском языке. Это российские территории. Это исторически российские территории. Понятно, что с ними делать – развивать. Если Россия не сможет, у нее там может не хватить денег их развивать и так далее, и тогда там будут демографические провалы, это вторая проблема. Но факт заключается в том, что у России есть четкая стратегия, что делать с территориями, отторгнутыми от Украины.

А четвертая крайне неприятная вещь и для России, и для Украины, конечно, заключается в том, что при условии продолжения войны на истощение, которая, как мы видим, будет продолжаться, стратегия России относительно тех территорий Украины, которые не получится захватить в ходе первого этапа этой войны, очень простая.

Она та же самая стратегия Аттилы – не взлетим, так поплаваем. Обескровить эти территории. Сделать так, чтобы на них была невозможна экономика. Сделать так, чтобы они полностью зависели от Запада, особенно от Европы, который рано или поздно от Украины, как от балласта, избавится, особенно когда у него начнутся свои собственные проблемы, которые не за горами. Сделать так, чтобы как можно большее количество людей, украинцев, с этих территорий уехали на Запад и, соответственно, не смогли пополнять ни украинскую экономику, ни украинскую армию.

То есть вот та же самая стратегия Аттилы, та же самая стратегия Египта в Ханаане. То, что Россия не займет, то она, как мы видим, успешно истощает. И чем дальше продолжается война, тем больше будет это истощение не в пользу Украины. Это будет уже, конечно, даже не игра с нулевой суммой. Потому что война – это обычно игра с нулевой суммой. Ты что-то забрал у соседа. Это игра с уменьшающейся суммой. Но при этом больше всех сумма уменьшается у Украины. И, соответственно, тем или иным способом проект «Анти-Россия» перестает существовать. И это оказывается довольно сильным уроком для многих окружающих пространств.

Я не знаю, зачем тем российским левакам, которые до сих пор топят за Зеленского, если уж случится такая история, что действительно части исторической России будут колонизованы Галичиной и начнут говорить только исключительно по-украински, я не совсем понимаю, зачем российским левакам желать, чтобы граница разграничения тогда между людьми, которые говорят по-украински, и людьми, которые говорят по-русски, проходила как можно восточнее. Если уж такая трагедия случится, если это разделение случится, ну, значит, такова судьба. Но тогда эта граница пусть проходит как можно западнее, мне кажется, тогда должен хотеть любой россиянин.

Хотя, еще раз повторяю, эта война – трагедия. Механизм этой трагедии я постаралась описать. И главным механизмом, главным спусковым крючком этой трагедии является даже не история с тем, что Украину позвали в НАТО, а история того, как из Украины попытались сделать якобы самыми лучшими моральными намерениями со словами «это новая этика» проект «Анти-Россия». И попытались украинцам, вернее, жителям территории, которая являлась результатом и бенефициаром экспансии Российской империи на Запад, навязать мысль, что вы, ребята, как жители Зимбабве, которые были колонизованы Британией. Но вот если вы кому-то внушаете, что ему, как жителю Зимбабве, надо деколонизоваться, то обратите внимание, чтобы конечный результат не был похож на Зимбабве.

Еще раз повторяю, Путин обеспечил себе если не победу, то непоражение. А с моей точки зрения уже, в общем-то, и победу. А все остальное будет решено на поле боя. Кстати, точно так же, как у Израиля и США с Ираном.

Это Юлия Латынина. «Код доступа». Всего лучшего. Приходите к нам завтра. Ставьте лайки, делитесь ссылками.