«Код доступа»: Слон, дракон и медведь. Разворот мировой оси истории. Кац и его аудитория. Баданин у Дудя

Юлия Латынинапублицист, писатель

Пока Россия и Украина возятся в песочнице и совершенствуют дроны, Китай не разменивается. И в отличие от всех генералов, которые всегда готовятся к прошедшей войне, мы видим, что Китай-то как раз вот точно совершенно готовится к войне будущей…

Подписаться на Yulia Latynina

Поддержать канал Latynina TV

Ю. ЛАТЫНИНА: Добрый день, господа. Это Юлия Латынина. Это «Код доступа», как всегда в это время. Но не всегда в это время. У нас было ЧП, из-за этого перенесли с субботы «Код доступа» на воскресенье. Не забывайте подписываться, делиться ссылками. Ставьте лайки.

Как вы можете видеть по названию этого «Кода», который называется «Дракон, слон и медведь», мы, конечно, начнем с саммита ШОС. Во-первых, конечно, в этом саммите ШОС и соответствующем военном параде… Я вас очень приглашаю посмотреть на то, что показали китайцы. Кстати, если Даша может, она это сейчас нам покажет на экране. У нас тут были какие-то проблемы. Одна картиночка – это боевые лазеры, которые сбивают дроны. А другая картиночка – это боевые микроволновки, которые эти дроны поджаривают. Впечатлительные машины в обоих случаях, такие здоровенные, на хороших всепроходящих шасси.

Я почему на это хотела бы обратить внимание? Потому что пока Россия и Украина возятся в песочнице и совершенствуют дроны, Китай не разменивается. И в отличие от всех генералов, которые всегда готовятся к прошедшей войне, мы видим, что Китай-то как раз вот точно совершенно готовится к войне будущей. Я, конечно, понимаю, что сейчас эксперты на диване скажут, что все это не работает, что это какая-то вот вундервафля, все это показали. Но я вот даже вас отсылаю к своим видео в начале войны. Некоторые из них были технические. И в одном из них про лазер «Пересвет» было как раз сказано, что главное применение лазера – это сбивать дроны. И более того, это одна из немногих вещей, которая реально может защитить от дронов.

И вот мы видим, что Китай готовится к будущей войне. Мы видим, что просто весь мир увидел. Не обязательно эта война будет. Хотя есть такая штука, которая называется «ловушка Фукидида». Я напоминаю, в чем она заключается. Она названа так по имени, естественно, историка Фукидида, который, говоря о войне между Афинами и Спарты, сказал, что главная причина этой войны была в том, что мощь Афин так росла, что Спарта испугалась. Это превентивная война, не очень превентивная, которую начинает уходящая держава против возрастающей на глазах силы.

Надо сказать, что в мире за последний век было, наверное, раз 20 более-менее крупных региональных ситуаций, связанных с ловушкой Фукидида. И большая их часть кончалась войнами. Так что не уверена, что мы будем ждать китайско-американскую войну. И вполне возможно, что с точки зрения международной стратегии и с точки зрения геополитики нынешняя российско-украинская война будет гибридной частью американско-китайской войны, потому что, понятное дело, ядерное оружие меняет все расклады. Но вот помните, господа, о ловушке Фукидида.

Соответственно, что еще примечательно в прошедшем саммите ШОС? Конечно, у него есть два важных значения. Эй, кот, ты не веди себя, как у Татьяны Фельгенгауэр. Соответственно, есть два важных значения. Один – это чисто для России, а другой – это то самое всемирное историческое образование новой оси, когда вдруг выяснится, что Запад больше не диктует правила игры. И Россия оказывается примыкающей к стану восходящих победителей.

И в этом смысле надо напомнить, что Путин долго просился в коллективный Запад, он просился у Клинтона в НАТО. А еще до этого просился, как выясняется, Ельцин. Он звонил Бушу после 11 сентября первым. Он предоставил НАТО базу подскока в Ульяновске, где самолеты, которые следовали в Афганистан, садились и взлетали без досмотра. Он не возражал, несмотря на обидный отказ, вступлению в НАТО стран Балтии и так далее. Да, на своих условиях, явно склоняясь к авторитаризму, как, впрочем, член НАТО Турция.

Но с одним условием. Путин всегда считал, что страны бывшего СССР – это его зона влияния. Это была такая доктрина Монро по-путински. Вот он там главный, туда вы не суйтесь, а берите на Запад сразу Россию, и она будет их для вас менеджировать. При этом, кстати, Путин понимал, что он в этом союзе займет роль младшего брата. Он был согласен для этого на многое, что ему, кстати, казалось уступками с его стороны: не всех сажать, сделать президентом для блезира Медведева, даже «Эхо» терпеть и так далее. И вот на все делали ему морду чайником и говорили: «Мы за свободу. Нас там нет. Моя твоя не понимать. Противный империалист».

И вот в итоге мы видим: Путин заключает союз с Китаем и Индией, которые вдвоем сильнее, чем Европа и США. Они ему нотаций не читают, с удовольствием используют как ледокол. Он, не имея больше причин сдерживаться, строит в своей стране политическую копию Китая. И вот тот самый Путин, который начинал войну в абсолютной международной изоляции… В том числе это касалось и Китая, потому что Китай вовсе не помогал Путину в 2022 году, Китай сидел на заборе и смотрел, как карта ляжет: если Путин обделается, ну, типа, продадим Путина с потрохами США и на этом сделаем крепкую дружбу с США, а если Путин выиграет, ну тогда посмотрим.

Кстати, обратим внимание, что, судя по всему, до каких-то выгодных условий договориться Путину очень сильно помог Трамп. Потому что когда Трамп начал переговариваться с Путиным, то, как это бывает в условиях реальной политики, цена Путина резко возросла. В том смысле, что при Байдене Путин не мог продать себя Китаю, потому что он не мог сказать: «А тогда я буду дружить с Байденом», потому что было понятно, что он с Байденом не будет дружить. А при Трампе Путин может продать себя Китаю, потому что он может сказать: «А иначе я буду дружить с Трампом. И вот он мне обещает то и то. Поэтому вы мне должны обещать что-то большее».

Что-то большее – это, очевидно, Украина. Потому что, как я уже говорила много раз, Путин сейчас не собирается останавливать войну, имея стратегическое преимущество, и добивается стратегической победы над Украиной. И те условия, которые ему предлагал Трамп… А он сначала предлагал одни условия, которые включали возвращение Запорожской АЭС и многое чего, что показалось Путину совершенно неприемлемым, потом он де-факто был согласен на условия Путина в виде того, что хотя бы кусок Донецкой области, и тогда можно будет вести переговоры. Но с этим не согласна Украина, с этим не согласна Европа. Так что это проехали.

А соответственно, китайцы берут в свой союз на условиях того, сколько получится, столько и возьмешь. Что называется, никаких обязательств. При этом напоминаю, что китайцы продолжают поставлять дроны Украине. То есть та сторона – это такой союз циников.

И вот, собственно, я бы что еще отметила. Сначала по поводу России. Кстати, вот эту нынешнюю встречу в Пекине очень поучительно вспомнить на фоне «Большой двадцатки», которая была 10 лет с лишним назад в австралийском Брисбене, когда во время первой стадии войны России против Украины не только западные лидеры поворачивались спиной к Путину, но тогда, заметим, и незападные участники встречи тоже поворачивались спиной к Путину. Это касалось, кстати говоря, и китайцев, и индусов.

А вот теперь мы поговорим о гораздо более важной, чем даже российский угол, части этого нового геополитического уравнения. Правда, я бы все-таки сказала две вещи для начала. Я бы вспомнила мемо президента Никсона, которое, если я не ошибаюсь, в 1994 году, я могу сейчас на пару лет ошибиться, появилось и которое говорило, что если Запад не предоставит России существенной помощи и «Плана Маршалла», то неизбежен будет откат в ситуацию, когда Россия и Запад придут в состояние соперничества, и вот, типа, если вы не спасете российскую демократию, вы еще наплачетесь.

Ладно, придется мне говорить по памяти. Нет чтобы вот процитировать. А, нет, есть у меня. Их есть у меня. Это статья, которую я очень хотела процитировать, которая была написана в 1998 году человеком, которого зовут Джон Гадис, который написал в New York Times следующее. Все-таки я цитирую по памяти. 1998 год. Сенат должен остановить экспансию НАТО, расширение НАТО. Напомню, тогда еще речь не шла ни о какой Украине, даже не шла речь о странах Балтии. Это только касалось Польши и других стран Восточной Европы, которые когда-то входили в Варшавский договор.

И самое главное, что написано в этой статье, что это безумие, что это кончится войной с Россией и что причина этого расширения – «это взгляды членов американской администрации, которые считают, что Россия никогда не была и никогда не будет частью европейской цивилизации». Цитирую дословно: «Они похвастались, что экспансия НАТО, что расширение НАТО раз и навсегда докажет, что Россия никогда не была и никогда не будет частью европейской цивилизации».

Обращаю внимание, еще никакого Путина нет. 1998 год. Это, кстати, к вопросу о всех наших оппозиционерах, которые рассказывают, что вот еще что-то надо сделать, там Путина свергнуть, освободить Татарстан, освободить Ингерманландию, всех посадить в лагеря перевоспитания военных преступников, а военные преступники – это все, кто зашли в Украину, и тогда Россия наконец станет частью европейской цивилизации. А тут вот какой-то Путин что-то на расширение НАТО обижается. Непонятно с чего.

Оказывается, 1998 год, Джон Гадис: «Расширение НАТО – это ошибка, оно рано или поздно приведет к военному столкновению с Россией. А логика этого расширения – продемонстрировать этим русским, что они никогда не были и никогда не станут частью западной цивилизации». Хоть из штанов выпрыгивайте, хоть ножку поднимайте налево, хоть ножку поднимайте направо – рылом вы не вышли.

Вот эта философия, которая и стояла сначала за расширением НАТО, а потом за войной в Украине, она привела не к тому, что Россия оказалась в полной международной изоляции, как это казалось в начале войны, отчего у российских чиновников, российских бизнесменов был родимчик. А оказалось, что Индия и Китай, дракон и слон, младшим членом триады является медведь, они более влиятельны, чем те прекрасные люди, у которых…

Вот только что в Америке убили украинскую девочку, убил чернокожий, который 14 раз был за решеткой. Она просто сидела в поезде и смотрела в телефон. Он сел сзади нее, она ему не понравилась. Ну что, белая… Взял и убил. Ни одна крупная газета этого не напечатала. Это вам не Джордж Флойд, которого похоронили в золотом гробу. А мэрша города, где это случилась, сказала: «Это несчастный человек. Мы его должны пожалеть». Вот прямо такими словами сказала. Потому что, дескать, он душевно больной и мы с помощью арестов никогда не справимся с психическими заболеваниями.

На самом деле это человек, которому, извините, скорее всего, с 10-15 лет вся система показывала, что он может все, что он может хамить учителям в школе, что он может хамить ученикам, что он может сделать все что угодно, ему за это ничего не будет, максимум он проведет несколько месяцев в тюрьме. И это, отметим, Америка Трампа. Про Европу мы вообще не говорим.

Так вот, когда Запад ведет себя так, а новые восходящие государства в мире ведут себя по-другому, то очень большой вопрос, на какой стороне исторически более выгодно находиться. То есть, на самом деле, вопрос, на мой взгляд, вполне понятный и решающийся в пользу Индии и Китая.

И еще раз повторяю, Путин просился в НАТО, Путин просился в Европу. Ему много раз объясняли. Он тоже сделал при этом массу ошибок. Это не история о том, как нехорошего Путина все доставали. Это история об ошибках, которые сделали все. Но это история, которая кончается тем, что звезда Запада заходит, а звезда Востока, в первую очередь Индии и Китая, стран, которые еще в XVII веке производили 60% мирового ВВП, восходит.

И вы мне, конечно, скажете: а, собственно, на какой платформе объединились Россия, Индия и Китай и примкнувшие к ним страны, на какой платформе объединились слон, дракон и медведь? Потому что они же не заключили вроде никакого военного союза. Это вам даже не Антанта. Они вроде не подписались, вот как НАТО, что если на вас нападут, то мы, типа, чего-то сделаем.

Даже экономические союзы они как-то… Ну да, Китай сказал, что будет фактически безвизово пускать российских граждан, потому что если вы едете на меньше 30 дней, то без визы, если это деловая командировка, вы успеете все сделать. Ну да, наконец подписал и «Силу Сибири – 2». Но это, знаете, такая двоякая штука, потому что «Сила Сибири» нужна скорее Путину, чем Китаю.

Я могу сказать очень простую вещь. Они объединились на идее циничного и прагматичного подхода в геополитике, в противовес тому подходу, который господствовал в течение 30 лет и который назывался высокими гуманными ценностями, и который на самом деле был абсолютным чудовищным фарисейством, который приводил к страшным результатам.

Кстати, в связи с этим, чтобы проиллюстрировать то, о чем я говорю, я бы хотела для начала вспомнить маленькую историю, которая произошла на этой неделе, когда Кая Каллас, человек, который представляет политику Европы в Министерстве иностранных дел, сказала очень странную вещь, что, дескать, оказывается, тут теперь Россия и Китай говорят, что они победили во Второй мировой войне. Я не помню точную цитату, но там она посмеялась над этим: «Что же это такое? Вообще что это за история?»

На нее, конечно, накинулись и в том числе переврали ее слова, потому что очень многие стали писать, в том числе в Твиттере, что, дескать, вот Кая Каллас не знает, что СССР понес такие потери во Второй мировой войне, что он был победителем. Конечно, Кая Каллас имела в виду не Россию и, соответственно, ее предшественника СССР. Она, скорее всего, не очень знала о роли Китая во Второй мировой войне, что, собственно, и показала реакция китайского МИДа, потому что они выпустили по этому поводу беспрецедентно жесткое заявление.

И, на самом деле, это очень характерная была вещь, которую Кая Каллас сказала. Потому что с точки зрения глобальной, я даже как-то хотела по этому поводу, если дойдут руки, видео сделать, Вторая мировая война, если смотреть не на Европу, а на мир, она, конечно, началась не в 1939 году, она началась в 1937 году со стрельбы на мосте Марко Пола.

Я напомню, что это было. Это начало японско-китайской войны. Причем как она началась? Японцы, которые тогда имели свои зоны влияния внутри Китая, там каждое государство имело свои зоны ответственности, проводили военные учения. Они начали стрельбу. Их вдруг обстреляла китайская армия. Японцы очень удивились и сказали: «А что вы тут, собственно, по нам стреляете?» «Ой, извините. Мы перепутали. Мы думали, вы по нам стреляете, – сказали китайцы. – Больше этого не повторится». «Ну, хорошо, –сказали японцы, – раз это не повторится, не проблема».

Тут их снова обстреливает китайская армия. «Вы чего, охренели? – говорят японцы. – Вы что это нас обстреливаете снова?» «Ой, извините, – говорит Пекин. – Это, наверное, какая-то ошибка. Ничего такого не было. Мы просим прощения. Больше не повторится». «Хорошо», – говорят японцы. Тут их обстреливают третий раз. После этого японцы вконец офигевшие начинают отвечать. Собственно, все это перерастает в войну.

Надо сказать, что китайцы, скорее всего, не врали, когда говорили, что они не понимают, что происходит. Потому что, с моей точки зрения, не только моей, но и многих историков, естественно, японскую армию обстреливали провокаторы не из числа китайской армии, то есть они формально были офицерами китайской армии, но подчиняются, скорее всего, приказам коммунистов, приказам Мао Цзэдуна, в том числе и приказам Москвы.

Но дальше, естественно, Соединенные Штаты начинают поддерживать Китай, начинают поддерживать Чан Кайши. И вот поведение Соединенных Штатов в Китае – это была какая-то невероятная смесь абсолютного идиотизма, просто открытого расизма, потому что надо понимать, что тогда времена были суровые. Тогда не то что китайцев за человеков не считали, тогда вот реально в американских газетах писалось: «Ну как же эти япошки будут стрелять, и как они умеют водить истребители? У них глаза слишком далеко посажены. Они не смогут стрелять в истребителях».

Но самое главное, что пытались делать американцы, конечно, на территории Китая, они пытались руками китайцев вести гибридную войну против Японии. Естественно, идея была такая, что если будет воевать Япония в Китае, то она не будет воевать на Филиппинах, она не будет угрожать самим Соединенным Штатам. Звучит очень похоже. Да, звучит очень похоже на Украину. И, естественно, количество жертв, которые при этом будут в Китае, а в Китае 19,5 миллионов человек погибло в результате этой войны, то есть это жертва номер два после Советского Союза, никого тогда не интересовали.

Но самое поразительное было то, что те люди, которые управляли американской политикой относительно Китая, мало того, что это была сама по себе абсолютно циничная политика, которая использовала Китай как место гибридной войны против Японии, так вот эти все люди через одного, каждый второй были агентами НКВД, так называемые China hands (китайские руки), и каждый из них был полезным идиотом.

Это была совершенно невероятная ситуация. Потому что на самом деле проникновение НКВД в американскую политику было не таким глубоким. Но благодаря тому, что про этот Дальний Восток и вообще про этих желтолицых никто ничего не знал, там окопались такие прогрессивные товарищи, которые сейчас уже окопались в Америке в Демократической партии и сидят в New York Times. И это был первый опыт. Это было нечто потрясающее, я вам доложу.

Я не могу долго сейчас про это говорить, но это важно для понимания последующих событий. Там, например, были люди, которые давали интеллектуальные советы насчет этой войны, которые, скажем, проехали Магадан, посетили сталинские лагеря и сказали: «Да там все шикарно. Там вот люди строят коммунизм и перевоспитываются».

Там была потрясающая история с журнальчиком, который назывался «Амеразия», который был просто дуплом, через которое советская разведка собирала тысячи и тысячи буквально, не сотни, а тысячи, секретных мемо Госдепа. И он действовал очень просто. Туда приходили чиновники, оставляли эти меморандумы, потом их в самом журнальчике перефотографировали, потом туда заходили советские чиновники и, соответственно, все это забирали. ФБР в конце концов накрыло всю эту малину.

И дальше произошло необыкновенное, потому что дело развалилось в суде из-за опасений Госдепа. И в суде не предъявили 99% доказательств. И этот журнальчик «Амеразия» был насквозь такой для полезных идиотов, его бы нынешние одобрили. А издатели этого журнальчика сказали: «Мы занимались журналистскими расследованиями». И присяжные такие даже не спросили: «А скажите, пожалуйста, для ваших журналистских расследований зачем вам были нужны тысячи секретных документов? И можно ли посмотреть хоть один из этих секретных документов? Он в печати-то потом вашей появился? Ах, это для вас был бэкграунд…» В общем, короче говоря, дело «Амеразии» рассыпалось.

А самое главное, почему я это говорю, было другое – то, чем кончилось дело после войны. Потому что пока во время войны надо было максимально занимать японские войска, тогда поддерживали Чан Кайши, и тогда все эти агенты НКВД писали, что надо поддерживать Чан Кайши, а когда война кончилась, эти агенты НКВД написали про Мао, что он аграрный демократ, а Чан Кайши – коррумпированный негодяй, не надо поддерживать коррумпированного негодяя, надо поддерживать аграрного демократа Мао.

И потом, когда все рухнуло, естественно, возник вопрос у сильного американского истеблишмента: кто упустил Китай? И сейчас, я думаю, должен возник такой же вопрос: кто упустил Россию? Очень похожий вопрос.

И это я к тому, что я бы на месте Китая никогда бы не забыла, как его использовали во время Второй мировой войны, как он тем не менее выиграл, потому что он выиграл у японцев, как он был предан. Потому что в Китае по этому поводу есть даже поговорка: «Если ты слаб, ты получишь взбучку». Вот этот исторический урок, в том числе Второй мировой войны, Китай совершенно точно выучил. Мы видели выученный этот урок на параде, потому что сначала надо становиться сильным, а потом предъявлять претензии.

В этом смысле Путин сначала не стал сильным, но стал предъявлять претензии. Это была его большая стратегическая ошибка. Но в любом случае, вот этот стратегический урок – никогда не будь слабым, будь победителем, не проси помощи, потому что ты никогда не получишь помощь, тебя используют – это касается прежде всего государства Украина.

Если ты просишь помощи, не думай, что в международных делах ты получишь помощь. Тебя используют. Не будь жертвой, будь победителем, потому что это единственный путь.

Вот это тот путь, которым прошел Китай. Вот это тот путь, которым прошли некоторые другие страны союза. Вот это тот путь, которым сейчас, благодаря этому союзу, есть шанс пойти России, потому что первую часть Мерлезонского балета она упустила.

И если мы говорим о том, на каких условиях заключается этот союз между новыми международными тиграми, в том-то и ответ, что ни на каких. В том-то и ответ, что все эти страны прекрасно знают, что они являются ситуационными союзниками, что любой из них в любой момент продаст другого не за понюшку табаку, если это будет этой стране выгодно. И это совершенно нормально. Потому что когда у вас вот такой, извините, здоровый цинизм и здоровое соревнование, вы все время, когда пожимаете кому-то руку, смотрите, все ли пальцы на месте.

Потому что если посмотреть на то, на каких условиях строилась политика прежде всего Соединенных Штатов вот в том самом однополярном мире начиная с 1991 года, когда рухнул Советский Союз и когда Соединенные Штаты по замечательному выражению Джона Миршаймера решили, что теперь можно в одностороннем порядке творить добро, я напоминаю, что добро начали творить в Югославии.

Я напоминаю 1992, если я не ошибаюсь, год, когда в Боснии, где 36% мусульман, все стороны – еще не распалась Югославия – достигают соглашения, которое гласит, что Босния, не все Югославия, а сама Босния, будет устроена по системе швейцарских кантонов. То есть где у кого преимущество, у того, соответственно, и будет управление.

После того, как это соглашение достигнуто, американский посол немедленно едет в Боснию, приезжает к лидеру боснийских мусульман Изетбеговичу и говорит, что если тот не будет выполнять это соглашение, то Соединенные Штаты поддержат бедных угнетенных боснийских мусульман. После этого, собственно, и начинается югославская гражданская война, которая нафиг разносит всю Югославию, потому что с учетом исторической памяти, с учетом турецкой, как бы сказали леваки, колонизации и оккупации, естественно, как-то вот в Югославии не согласны на условия боснийцев, вернее, боснийских мусульман, которых зачем-то поддержали Соединенные Штаты Америки. Кстати, сразу скажу, что несчастное меньшинство защищали американцы в этой истории.

Я напоминаю другую историю, которая случилась в Ираке, когда в 2003 году вторгаются американцы в Ирак, и не то чтобы, вот как когда-нибудь злые негодяи колонизаторы, оккупировали бы Ирак.

Потому что мы понимаем, когда вы оккупируете страну, например, как англичане оккупировали Индию, вы устанавливаете там свои порядки. Как правило, если вы более развитое государство, а эта страна – менее развитое государство, то это самое лучшее, что может с ней случиться, потому что вне зависимости от того, нещадно вы ее эксплуатируете или нет, вы там строите железные дороги, вы там строите школы, больницы, появляется другой класс совершенно управляющих этой страной людей и так далее и так далее. В сущности, Индия-то объединилась при англичанах. Она до этого была коллекцией вечно враждующих друг с другом государств.

А вот тут Ирак. И понимаете, тут же теперь все благородные, тут же теперь все в белых перчатках и белых пальто и никто не собирается Ирак оккупировать. И после того, как Саддама Хусейна свергли… Потому что, как нам объясняет господин Майкл Макфол, Саддам Хусейн угрожал интересам национальной безопасности Соединенных Штатов Америки. Поэтому можно вторгнуться в суверенную страну. 11 тысяч километров, угрожает интересам национальной безопасности.

Что происходит с Ираком? Нет, его, к сожалению, не оккупируют. Туда завозят местную оппозицию, местных Яшиных, которые собираются там строить, правильно, демократический Ирак. И первое, что они строят… Ну, смотрите, да, что там происходит на семинарах Юлии Навальной. Они, естественно, всю элиту саддамхусейновского Ирака от бизнесменов и особенно силовиков, и особенно армии начинают наказывать, но только что не отправляют в лагеря перевоспитания. А те что-то не отправляются в лагеря перевоспитания, те примыкают к ИГИЛу. И все пошло. И сейчас, согласитесь, это редкое достижение, это можно только с большими идеалами в душе этого достигнуть.

Я уже говорила, что если бы вы просто оккупировали Ирак, то там бы началась нормальная жизнь. Но вот при такой хитрой конструкции, когда все сделано голыми руками гуманной иракской оппозиции, Ирак разделен, просто на территории идет гражданская фанатическая война, все убивают друг друга.

И притом в том числе, когда это разделение происходит по этническим линиям, например, по линиям курдов, курды сражаются на американские деньги, потому что иначе их просто нафиг вырежут. А когда курды говорят: «Ну давайте мы сделаем хотя бы свое государство», то тут им говорят американцы: «Ну как же это? Надо же соблюдать международные правила. Мы не можем нарушать международно признанные границы Ирака. Поэтому вы сражайтесь, курды, да морковкина заговенья, а свое государство не получите. Мы такие хорошие».

Я могу еще несколько примеров приводить. Кстати говоря, еще один характерный пример – это, конечно, Россия. И еще раз повторяю, я сейчас даже не буду обсуждать, что из этого было результатом злой воли неоконов, такого геостратегического планирования, а что было просто дебилизмом людей в белых пальто, которые хотели сделать лучше, а получилось у них как всегда. Я просто обращаю ваше внимание, что вот результаты 30-летнего хозяйствования международного людей с горящими глазами.

Правда, относительно той же самой Югославии, действительно, можно предположить и скорее всего… Вот обратите внимание, да, у Югославии было очень сложное положение, сложное этническое взаимодействие. Это страна, в которой составляющие нации еще не успели притереться друг к другу. Это совершенно нормально, когда страна сложена из нескольких народов.

Ну вот Франция у нас сложена из людей, которые жили на севере, говорили на одном языке, из людей, которые жили на юге, говорили на другом, провансальском, языке, из бретонцев, которые вообще кельты. Они притерлись друг к другу. Британия у нас сложена из шотландцев и валлийцев, которые кельты. Ничего, притерлись друг к другу. И сейчас можно быть валлийцем и одновременно британцем.

Да, Югославия в связи с тем, что вообще очень сложная история у Югославии и у Сербии, и в связи с тем, что она была под оттоманским владычеством, была молодая нация, которая еще только-только притиралась к другу-другу, и у нее были, естественно, большие сложности с этим притиранием, но как-то, заметим, даже в советское время она не распалась. Хотя обращаю ваше внимание, что Югославия выбивалась из советского стада. Югославию не любило советское руководство. Но даже советскому руководству не пришло в голову сделать то, что сделали американцы – плеснуть бензинчика в костер, сказать: «Мы тут на стороне угнетенных», и разодрать страну на части.

И почему это было сделано? Я могу предложить один из вариантов, который заключался в том, что когда Восточная Европа освободилась от коммунизма, то стало ясно, что в Восточной Европе будет много новых центров влияния, одним из которых, конечно, должна была стать Югославия, крупная страна, славянская страна на юге Европы, в противовес традиционным центрам влияния в лице Франции и особенно Германии, которая чуть больше чем на 100% была стратегическим союзником американцев.

Стратегическим союзником кого станет славянская Югославия, был большой вопрос. И даже был понятен на него ответ, потому что было понятно, что рано или поздно Россия оклемается, и тогда возникнет мостик между Российской Федерацией и Югославией. А вот тут мы раздробим эту страну на части, вернее, она разорвется сама, а мы скажем, что мы только национальные меньшинства защищаем и останавливаем страшный геноцид, который творит Милошевич.

Ну и, как я уже сказала, история с расширением НАТО, история с, естественно, той мордой чайником, которую делали на предложение Путина: «Ребята, вот есть исторические зоны влияния России. Вот есть доктрина Монро, которая подразумевает, что все, что творится в западном полушарии, это зона интересов Соединенных Штатов. Но вот есть историческая зона влияния России». Я уж не говорю о том, что нынешняя Российская Федерация – это государство-обрубок по сравнению с исторической Россией. – «Но вот мы хотим идти в Европу, мы хотим стать частью западного мира, только позвольте нам это сделать на наших геополитических условиях».

Я цитировала вам господина Джона Гадиса, который замечательно процитировал неназванного, правда, чиновника администрации Буша: «Россия никогда не была частью западной цивилизации. И мы ей покажем свое место». Показали ребята что? Вот, как я уже сказала, дальше будет вопрос. Такой же вопрос, который был в 50-е: кто упустил Китай? Такой же вопрос: кто упустил Россию?

Вот представим себе самое худшее. Представим себе, что история с Югославией, история с Ираком – это действительно нехорошая история, в которой стремились уничтожить геополитические неприятности, которые мешают полной гегемонии Америки или заусенцами какими-то выглядят на общей картине. Имеет ли право любая страна так делать? Я вам скажу, однозначно имеет. Это и есть геополитика, это и есть международная политика.

Потому что есть два варианта того, что вы делаете с другими странами, если вы занимаетесь геополитикой. Во-первых, если вы добрая старая империя, вы их просто колонизуете, и тогда этим странам сильно повезло. Британия колонизует чего-то, и там делается лучше. Рим колонизовал чего-то, и при всей жестокости того, что происходило, там делалось лучше.

Япония отхватила себе значительную часть Кореи, я напоминаю, до Второй мировой войны. И напоминаю, что корейское экономическое чудо в значительной своей части было обязано тому, что японцы при всей их жестокости и подавлении любой политической самостоятельности просто начали стремительную индустриализацию Кореи, которой та потом и воспользовалась. Это вот один вариант, который сейчас заклеймен как страшный, ужасный империализм, так делать нельзя.

А другой вариант, получается, что вы просто приходите и бросаете в стекло камень, и страна разлетается на десятки кусков, а вы потом разводите руками и говорите: «Ой, как здорово. И вообще, мы только помогали жертвам». Ну вот как, например, в секторе Газа: «Мы только помогали несчастным, мы только помогали обездоленным. Но почему-то каждый раз, когда мы помогаем обездоленным, из них вырастает ХАМАС». Такое удивительное последствие логики, в которой помогают обездоленным. Такое удивительное последствие логики, в которой помогают слабым. Вот эти 30 лет.

Да, еще раз повторяю, что это совершенно, да, нормальный способ устройства геополитики: если вы можете захапать страну, вы ее захапаете; если вы не можете захапать страну, то хотя бы сделайте ей плохо, чтобы она не была вашим соперником. Вот это меня совершенно не дерет.

Вот что меня дерет – когда при этом начинают разговаривать о гуманизме, о свободе, и вот это все делается со словами «мы тут за общечеловеческие ценности». И когда со словами «общечеловеческие ценности» получается беспросветное финансирование ХАМАСа или когда вдруг оказывается, что…

Кстати говоря, вот тот случай, когда точно было за общечеловеческие ценности, когда Соединенные Штаты видят, что начинает происходить на площади Тахрир в Египте, и все силовики говорят президенту Обаме: «Вообще-то, давайте поддержим Мубарака, он наш, потому что те, кто его свергают, это исламисты», а Обама говорит: «Нет, это воля народа. Воля народа священна. Поэтому давайте поддерживать, если его свергают».

И после этого, естественно, все люди, которые являются союзниками США, понимают, что старое правило «это сукин сын, но если он наш сукин сын, то ничего страшного» больше не действует, и ты просто не знаешь, когда и по какой причине человек, находящийся в роли руководителя президента США, в силу каких тараканов и в силу каких побуждений Демократической партии тебя отдаст на растерзание исламистам или чему-нибудь в этом роде.

Так вот, причина, по которой образовался этот союз Китая, Индии и примкнувшей к ней России, заключается в том, что мало того, что эти правила не работают, и мало того, что они являются фарисейскими, новые вот эти гуманные правила, которые нам попробовали последние 30 лет, так еще и непонятен алгоритм, по которому они применяются.

Еще и непонятен алгоритм, по которому оказывается, что Асад – страшный деспот в Сирии (он действительно страшный деспот, я полностью согласна), поэтому надо поддерживать людей, которые являются оппозицией Асаду, и говорить, что они демократическая оппозиция, хотя они в виде смертников взрываются перед зданием разведки. А потом, когда в результате многолетней гражданской войны приходит к власти мясник и исламист, и человек, который представляет собой Турцию, я имею в виду господина аль-Джулани, и который начинает вырезать христиан, алавитов, друзов, кстати говоря, шиитов, ну просто всех, до кого дотянется, то его можно встретить в Европе со словами: «Это новый победивший демократический лидер. Мы приветствуем победу революции в Сирии». И оказывается, что этот нарратив можно продать даже в медиа, которые говорят, что они за все хорошее и против всего плохого.

Так вот, еще раз повторяю, если вернуться к тому, на каких основаниях заключили негласный союз, невоенный, но абсолютно глобальный союз Китай, Индия и Россия и множество примкнувших к ним стран. Этот союз на самом деле заключен по очень негласной и страшной для Запада форме, которая гласит: «Мы не будем притворяться. Мы не будем фарисействовать. Мы будем абсолютными циниками. Мы заключаем исключительно ситуативный союз. И в тот момент, когда нам выгодно продать нашего партнера, мы его продадим. Но мы никогда при этом не будем рассказывать, что он тут нарушает международное гуманитарное право, что он военный преступник, бла-бла-бла». Вот, собственно, главное, что я хотела вам сказать по этому поводу.

По этому поводу можно добавить, кстати, обратите внимание, что Путин под Покровском накапливает бронетехнику для удара. Естественно, вопрос, как будет применяться эта бронетехника. Ее стягивают просто буквально со всех концов фронта и вообще со всех концов России. Потому что если она будет применяться как под Авдеевкой, то просто эту бронетехнику пожгут. И даже если при этом будет какой-то прорыв, то он будет оплачен невероятной ценой. А вот если сначала зачистят поле боя, как потихонечку научились делать российские войска, а потом в прорыв пустят бронетехнику, то это может быть очень неприятная история.

«В США в этом году спад населения», – пишут мне.

Задавайте, как я уже сказала, мне вопросы.

«Китая, – пишут мне, – Индии и примкнувшей к ним России… Кто к кому примкнул, йуля?» – пишет Ферриман.

Путин прекрасно, в отличие от вас, отдает себе отчет в том, каков его экономический вес. У него, конечно, сейчас достаточно хорошие военные позиции, потому что его армия воюет и его армия показывает не такие плохие результаты. Но, как я уже сказала, во-первых, я думаю, что китайцы с их этими микроволновками и лазерами могут очень скептически относиться вообще к тому, как две армии – российская и украинская – возятся в грязи. Хотя, другое дело, мы не знаем, какова китайская армия в деле, мы ее не видели на поле боя.

Но, простите, в Китае полтора миллиарда человек, в Индии тоже около миллиарда, в России 140 миллионов человек. И этот маленький факт никуда не спрячешь. Это главная причина, по которой Россия не может быть самодостаточной цивилизацией. Потому что Менделеев в конце XIX века предсказывал, что в России к концу XX-го будет жить 600 миллионов человек.

Во-первых, Россия потеряла в 1917 году часть своих территорий, я имею в виду Польшу и Финляндию. Во-вторых, сталинские непоправимые, чудовищные чистки, сталинские репрессии, уничтожение крестьянства и то, какими темпами расходовалось население во Второй мировой, соответственно, привело к демографическому упадку России. Ну и потом в 1991 году нас всех обрадовал господин Ельцин, который в тот момент, когда страна под названием СССР валялась в нокауте после ГКЧП, самый вкусный кусок подобрал и сунул себе в карман, и чтобы как-то прикрыться, чего он сделал, потому что по таким ничтожным поводам мало когда в истории человечества разваливались государства, сказал, что ну вот теперь мы строим демократию и рынок.

И, как я уже сказала, одна из главных страшнейших проблем заключается в том, что в России строили демократию и рынок, и действительно строили, и народилось целое поколение политиков, интеллектуалов, интеллигентов, которые вот стремглав бежали на Запад, а сейчас, уже постфактум, выясняется, что в том же самом Вашингтоне некоторые политики показывали пальцем и говорили: «Россия никогда не будет частью цивилизованного Запада. Хоть ты так ножку подними, хоть ты этак ножку подними».

Еще один вопрос, который я вижу, про Урсулу фон дер Лайн. Сначала заявили, что самолет Урсулы фон дер Лайн при посадке в Болгарии глушил российский GPS. И там якобы садились по бумажным картам, что вообще очень странно, потому что в современных самолетах и без GPS есть способы посадки. И GPS – это очень удобный, но глубоко вторичный способ посадки, потому что и до GPS летали. А потом выяснилось, что это не так.

По этому поводу есть две новости, общая и частная. Общая новость заключается в том, что российские гибридные операции, видимо, действительно достаточно часто глушат в Европе GPS. А частная заключается в том, что в данном случае этого не было. Поэтому, конечно, те люди, которые, не подумав и не проверив, вякнули, поставили Урсулу фон дер Лайн в крайне глупое положение. Потому что когда вы ответственный чиновник, когда вы ответственный источник информации, вам сначала надо проверить, а потом сказать, потому что в следующий раз будет тяжелее констатировать что-то относительно того, что Россия действительно сделала.

А, у меня было еще одно совершенно гениальное, но очень наглое сравнение. Потому что когда я думала о том, за что так обошлись с Югославией и Ираком, какой стратегический цимес в этом был, я вдруг подумала, что, как это ни парадоксально, я знаю аналогию стратегии Соединенных Штатов. Естественно, только аналогия, только метафора. Ради бога, не говорите, что Латынина говорит, что Луна сделана из зеленого сыра.

Я вдруг вспомнила стратегию Атиллы в 451 году. Потому что Атилла, да будет вам известно, просто уничтожал города Римской империи, которые ему встречались по пути, он просто сносил их от Кельна до Могонтиакума до земли. И, естественно, историки очень долго ломали голову над тем, почему Атилла это сделал, за что такое зверство. А на самом деле, если вы подумаете, Атилла, он, кстати, был очень неглупый человек, он руководствовался исключительно стратегическими соображениями.

И стратегические его соображения заключались в том, что на самом деле, несмотря на всю страшность Атиллы, у него было очень мало войск, и у него совершенно не было чиновников, и он понимал, что он может уничтожить и разорить тот или иной город, но он совершенно не способен там укорениться и там править. И, соответственно, если ты не можешь там укорениться и править, ты кочевник, который вынужден потом отходить куда-то на свою базу, то ты заинтересован в том, чтобы в том месте, через которое ты пойдешь грабить следующий город, чтобы доставить своим воинам золото, драгоценные камни и рабов, не было никаких очагов сопротивления. То есть если не можешь прибрать себе к рукам, просто разрушь, потому что тебе это стратегически выгоднее.

Вот я боюсь, что в мире, из которого исчез тот самый страшный империализм и колониализм, когда вы прибираете к рукам добро и говорите: «Все, теперь мое добро. И я теперь хозяин. И теперь я этим буду владеть. Но правила будут такие-то и такие-то, они у меня будут, простите, богатеть», стратегически выгодным оказывается просто бросить кирпич в стекло, а когда разлетаются осколки, сказать: «Ой, я не виноват. Я тут заботился о правах меньшинств». Или что-нибудь в этом роде.

Спрашивают у меня несколько очень важных вещей. Видела ли я интервью Баданина Дудю? Это серьезный разговор. Видела ли я дебаты между Кацом и Резником? Видела.

Дебаты между Кацом и Резником очень странные, потому что я их посмотрела, у меня было такое, конечно, впечатление, что Резник ведет себя как ChatGPT, такой РезникGPT, потому что каждое слово вроде имеет значение, а когда все это вместе собирается, то ты просто не понимаешь, о чем человек говорит. Он говорит о каких-то горизонтальных демократических организациях сопротивления путинскому режиму, «мы тут должны бороться за демократию». Кац его периодически пытался вернуть от процесса написания заявки на грант на землю, но Резник упорно сопротивлялся.

И предметом их дебатов, напоминаю, была история с какой-то просто абсолютно никому неизвестной, о чем Кац дополнительно сказал, организацией каких-то депутатов, которые что-то там должны были делать, которая там как-то не так устроена, а вот если она будет по-настоящему устроена, правильно устроена, а вот если нам пересобрать эту организацию, то она, видимо, сейчас Путина свергнет или станет центром ему сопротивления.

Не было понятно, о чем господин Резник говорит. И да, с моей точки зрения, это все напоминало отчетную работу для резюме. То есть это как в Берлине демонстрация. Она выглядела смешной, но зато потом при заявке на грант можно сказать: «Знаете, мы тут провели демонстрацию в Берлине. Смотрите, какие красивые фоточки. Или демонстрацию против получения черногорского гражданства Андреевой. И смотрите, какие красивые фоточки». Это вот как субботники для мероприятия. И у меня было ощущение, что господин Резник, который сам, видимо, не может собрать достаточной аудитории, вот он такой себе CV делает: «Мы дискутировали с Кацом, популярным блогером, о вот этой самой горизонтальной демократии».

Как я уже сказала, тут мои симпатии полностью на стороне Каца. Просто потому, что он человека пытался вернуть в реальность от процесса написания заявки на грант, где все хорошо, где все борются с Путиным, где вот еще немного, «ура, мы ломим, гнутся шведы» и самое главное – и Россия войдет, да-да-да, в число цивилизованных западных стран, куда, как выясняется, еще в 1998 году не собирались брать.

И вот тут самое интересное, потому что меня спрашивают про другой ролик Максима Каца. В данном случае выражаю полную поддержку Кацу и полную с ним солидарность. Меня спрашивают про другой ролик Каца, который был очень смешной, который был направлен против, как он сказал, базовичков. Базовички – это я со Световым. И ролик, на мой взгляд, очень интересный. Что в нем смешного и что в нем интересного?

Смешное в нем, конечно, заключается в том, что Максим Кац почему-то начал с изложения моей позиции и заявил, что Юля Латынина везде пишет, что Путин стремится к миру, а какие-то нехорошие люди ему мешают. Но тут сказать что-то сложно, потому что, как говорил по этому поводу Каха Бендукидзе, никогда не пересказывайте мне мои разговоры с третьими лицами. Тем более мои твиты и мои эфиры. Меня тут, вообще-то, надо сказать, в конце концов, под украинские санкции положили, потому что я сказала, что война должна дойти до своего логического конца.

Еще раз, for the record, я не считаю, что Путин стремится к миру. Я считаю, что он стремится нанести стратегическое положение Украине. Это абсолютно разумная стратегия в ситуации, когда он имеет стратегическое преимущество. Потому что Путин а) имеет преимущество на поле боя, б) он перестроил промышленность под войну, у него производство дронов растет в геометрической прогрессии (смотрите, каждый раз все больше и больше дронов прилетает в Украину). Китай и Индия заключили с ним только что сделку, я всю первую половину программы об этом говорила, используя его как ледокол. Трамп не хочет тянуть мазу за Зеленского, клиента дипстейта, ЕСу стало вот «караул устал». Когда еще так звезды сойдутся?

Еще раз, это не то чтобы мои тайные мысли. Совсем недавно против меня украинские пропагандисты устроили гигантскую кампанию и внесли после этого в список украинских санкций за слова «я считаю, что война должна дойти до своего логического конца».

Или вот недавно у меня на «Гвозде» был эфир, и меня весь эфир ведущий спрашивал: «Как же нам устроить мирный процесс?» И я говорила: «Какой мирный процесс? Война закончится с поражением Украины. Кому нужен этот мирный процесс?»

Другое дело, что понятно, что оттого, что Путин хочет продолжать войну, это не значит, что другие ее хотят завершить. А я говорю, что мира на самом деле хочет только Трамп, причем не потому, что он хороший человек или плохой, а Трамп хочет мира, потому что он, в отличие от многих своих предшественников на посту американского президента, является циником и реалистом, в этом смысле он гораздо ближе к Путину и к Си, и он хочет мира ровно для того, чтобы предотвратить второй Афганистан. Он хочет мира для того, чтобы предотвратить унизительное поражение Америки в гибридной войне, которая происходит на поле боя в Украине. Но у него нет рычагов давления на Путина, ему нечего хорошего ему предложить.

Кроме того, как я уже сказала, мира совершенно явно не хочет Зеленский, который остается президентом, пока будет война. И мира совершенно явно не хочет Евросоюз, по той причине, что те политики, которые сейчас у власти Евросоюза, и те бюрократы – это те люди, которые сделали карьеры в 2022 году на защите бедной маленькой Украины, и, соответственно, они будут закрывать глаза на что угодно от ТЦК до непостроенных укреплений и так далее, и просто они не могут допустить, чтобы их карьера рухнула, если война прекратится. Поэтому они будут до последнего говорить: «Мы с тобой, Украина», но при этом они будут проводить совещания. А, обратите внимание, что вот этот новый союз – Китай, Индия и Россия – они совещания не проводят, они не по этой части.

Другое дело, что из того, что Путин хотел, хочет и будет продолжать хотеть стратегической победы над Украиной, не следует, что он ни при каких обстоятельствах не был готов к компромиссам. К примеру, он выкатывал Трампу условие, что если ВСУ оставят остатки Донбасса, то он готов на мир. Хочется ли ему такого мира? Нет. Ему хочется большего. Но если бы Зеленский на эти условия согласился, я не знаю, смог ли бы Путин выкрутиться в такой ситуации от подписания мира. Но даже не будем это обсуждать. Это одна часть Мерлезонского балета, что в ролике Каца мне были приписаны очень странные мысли. И, естественно, Кац сказал: «Да, Путин хочет войны до победного конца».

А вот дальше гораздо интереснее. Потому что это соломенное чучело, с которым Кацу надо было сражаться, было вот для чего. Дальше, естественно, возникает вопрос: а зачем же Путин ведет войну? И с учетом того, что Кац меня переврал, я надеюсь, что сейчас я буду адекватно излагать его позицию. Если я его как-то неадекватно изложу, опять же передерну в пылу полемики, то, если можно, напишите мне, что Кац говорил не то, Кац говорил не так. Но я приблизительно поняла его аргументы. Они выглядели так.

Во-первых, Путину нравится движуха, то есть малость человек сошел с ума, он такой кровавый диктатор, ему все это наслаждение приносит. Во-вторых, Путин этим отвлекает население от внутренних проблем, потому что все забыли про коррупцию, все забыли про то, все забыли про сё.

И третье. Патетически воскликнул Кац: «Ну вы сами подумайте, зачем России Мариуполь, зачем России еще один убыточный регион?» Я когда это услышала, что зачем России Мариуполь, я представила себе Екатерину Великую, которая говорит: «А зачем России Константинополь? Зачем нам еще один убыточный и дотационный район?» Знаете, государство имеет свойство расширяться.

А когда есть твоя старая сфера влияния и, более того, твоя старая историческая территория, на которой говорят на русском языке и на которой сейчас принят закон в 2019, напоминаю, году, согласно которому даже в магазине продавщица должна обратиться к клиенту на украинском языке, которого она не знает, клиент тоже, скорее всего, его не знает, и только если он ей разрешит отвечать по-русски, то она, так и быть, имеет право перейти на русский язык… Фантастический закон. Закон, напоминаю, подписанный Зеленским. Принят еще при Порошенко или даже, по-моему, еще сразу после Майдана, но подписан Зеленским.

Просто такого нигде во всей Европе нет или в Америке. Вы можете себе представить, что в Америке кому-то запретят в магазине обращаться, скажем, на испанском языке или девочку посадят в угол, вот как мы видели недавно фото, за то, что она говорила не на английском языке в школе и напишут это на картоночке? Ну ладно, это уже было после войны. «Зачем России Мариуполь?» – патетически спрашивает Кац.

Мне это показалось очень интересным. Это очень странный набор объяснений. Естественно, в нем что-то есть, в том числе отвлечение от коррупции, несомненно, да. Но, вообще-то, с учетом того, о чем я сейчас говорила, с учетом высокоуважаемого господина Джона Гадиса, который в 1998 году пишет, что расширение НАТО – это ошибка, это приведет к войне, это стратегическая ошибка, которую совершает Америка, и она совершает ее потому, что американские чиновники считают, что Россия рылом не вышла быть цивилизованной западной страной, вот с учетом этого несколько инфантильных объяснений Каца, что Путин-то воюет, ну зачем ему дотационный Мариуполь, ну ясно, что просто ради движухи, оно выглядит комическим, Каца, конечно, недостойным.

Естественно, у меня вопрос, почему оно появляется. И у меня есть гипотеза. Она серьезная гипотеза. Она как раз достойна обсуждения, достойна дебатов с Кацом. Потому что ну что дебатировать по поводу мыслей, которые мне приписывают, но которых я не разделяю? Другое дело, что в отличие от господина Резника я не пишу заявки на гранты, не пользуюсь РезникGPT и, соответственно, не вижу особого смысла в этих дебатах. Я сейчас просто выскажу свою точку зрения.

Эта точка зрения «Путин сошел с ума, поэтому начал войну. А мы-то тут при чем?», которая характерна для огромной части аудитории Каца, которой, конечно, Кац хочет потворствовать и которая у этой аудитории Каца стала меняться…

Потому что эту аудиторию я могу назвать «поколением лавандового рафа». Ничего плохого я про людей не хочу сказать. Это инфантильные молодые люди, условно говоря, айтишники, которые жили в прекрасном мире до 2022 года, в котором все люди были братья, они были душой европейцы, они жили в прекрасном светлом мире, в Полдне, XXII век, но вот были какие-то кусочки нехорошие, не укладывавшиеся в их картину мира, на горизонте, но в основном они сводились к тому, что Путин тащит Россию в средневековье, а вот если бы не Путин, то мы бы все уже давно были в Европе.

И в 2022 году, когда случилась война, когда началась война, когда Путин вторгся в Украину, их реакция была: «Господи боже мой, какой ужас! Нам-то за что это? Мы тут уже одной ногой были в Европе. Как можно в XXI веке воевать?»

И если это, допустим, был не молодой айтишник, а умудренный бизнесмен или кремлевский чиновник: «Вообще сейчас у меня мои апартаменты отберут. Ну, помните, что вот эти европейцы сделали с Саддамом Хусейном. Они сейчас соберутся, Путина отдерут за уши, и у нас будет, как в Ираке. Поскольку Запад сильный, то вне зависимости от того, прав он или не прав, Запад прав, потому что если ты сильный, ты прав. Поэтому надо сидеть и терпеть, что бы ни произошло».

Ну вот это приблизительно был такой спектр реакций, очень совершенно понятный. И главной из этих реакций была защита: «А я тут при чем? Нафиг нам Мариуполь? Это Путин, чтобы отвлечь от своей коррупции. И вообще ему нравится движуха».

И вот картина мира этих людей, на мой взгляд, которые составляют значительную часть аудитории Каца, она сейчас трещит по швам. Вот я читаю в «Холоде» историю 28-летней девушки Алисы Свириной, которая 10 лет занималась физикой и химией, мечтала построить карьеру в Европе, а вот последние четыре года она училась в магистратуре и аспирантуре во Франции, и сейчас исследовательские лаборатории отказываются сотрудничать с ней из-за того, что она россиянка. Это ситуация, которая не вкладывается в простое объяснение, вот чего было, которое нам предлагает Кац.

Вот это очень важно сказать. Вот эти люди, которых я называю инфантильными без всякого осуждения, потому что, конечно, в 2022 году и я была сама инфантильная, их картина мира, не искушенная в геополитике, была связана просто не с тем, что они глупые, а просто с тем, что им этот орган, геополитический орган, был ни к чему. Вот когда древний грек плавал по морю, ему не нужна была общая теория относительности. Он не плавал с такой скоростью, что ее эффекты становились заметны.

И когда эти прекрасные люди пили лавандовый раф и выполняли какие-то для своих компаний дела, сидя в московских кофейнях, а зачем им было задумываться, если им со всех сторон говорили, в том числе те СМИ, которые они любили, которые они уважали, что, ну да, конечно, печально, что в России идет диктатура, но есть прекрасный, замечательный Запад, в котором все без сучка, без задоринки, может быть, там какие-то мелкие вещи (и тут я, кстати, совершенно согласна, гораздо еще на тот момент лучше России), есть замечательная демократическая Украина, у которой все получилось, и тут Путин взял на нее напал? И действительно, это ощущение человека с лавандовым рафом в руке: «А зачем мне Мариуполь?»

А дальше выясняется… Вот ровно те вещи, о которых я говорила в первой половине передачи. Вот живет человек, ему говорят, что сумма углов треугольника – 180 градусов. Он говорит: «Конечно, да. Вот у меня математическое доказательство этого». А потом он начинает измерять сумму углов реального треугольника, и она, вы будете смеяться, оказывается больше 180 градусов. У него становятся квадратные глаза, он говорит: «Я не верю».

На самом деле, естественно, если кто понимает топологию, если кто понимает общую теорию относительности, вы знаете ответ на этот вопрос. Наш вот этот человек, у которого сумма углов треугольника была больше 180 градусов, он просто живет в двух измерениях в мире, в двумерном мире, который он воспринимает как бесконечную плоскую поверхность. А его мир на самом деле шар, и он изогнут в третьем измерении. И на шаре сумма углов треугольника больше 180 градусов. У него появляется новое измерение, он мерит углы и выясняет, что двумерная математика – это одно, а трехмерное пространство – это другое.

Он вдруг читает статью Джона Гадиса 1998 года о том, что, оказывается, действительно НАТО не просто расширялось на восток против России, а для того, чтобы показать России, что она никогда не будет западной страной. Здравствуйте, я ваша тетя. «А нам же говорили, что мы вот уже почти тут». Еще раз повторяю, это не значит, что Путин не наделал ошибок. Это не значит, что Путин хорошо управлял Россией. Мы сейчас о другом, о геополитических ошибках не только самого Путина, но и Запада.

И вдруг вот этот человек, который в 2022 году, естественно, был полностью на стороне молодой украинской демократии, жертвы, на которую напали, он там уехал, бросил все, он, естественно, думал, что ему, убежавшему от войны, в Европе тоже выдадут лавандовый раф и дадут гвоздику за то, что он своим примером уехал от Путина, и он бежит встречать украинских беженцев и помогать им, потому что им еще гораздо хуже, чем ему, и тут он слышит от президента Зеленского: «А пусть эти русские вернутся в свою Россию и свергают своего Путина». Он такой: «Как? Это не вмещается в мою картину мира».

И он надеется, что замечательный Запад президенту Зеленскому скажет, что это не самое умное, что можно сказать. А замечательный Запад, вот как с Алисой Свириной, говорит: «Вы знаете, мы вас тоже не возьмем на работу, потому что у вас российский паспорт». Или помните ту несчастную девочку из Швеции, по-моему, там вообще физика была элементарных частиц или еще что-то такое? Дарья Руднева. Ей на 20 лет запретило СЭПО въезд в Швецию со словами «вы тут русская». Она еще была антивоенной активисткой. После этого наша российская оппозиция, во всяком случае в лице Любови Соболь, написала: «Да-да-да, она, наверное, путинская шпионка». И вот тут такие люди, как Алиса Свирина или Дарья Руднева, которые, собственно, аудитория Каца, сейчас думают: «Что-то не то».

А, вот еще прекрасный сегодня я видела текст адвоката Тимура Филиппова. Совершенно потрясающий текст человека, который работал в правозащите, работал за копейки, естественно, и просто бесплатно и который тоже убежал в Европу против войны.

И пишет: «Все предложения натыкаются на фальшивый восторг и восклицание о значимости такой работы, но заканчиваются фразой о том, что “денег нет, но мы поищем”. Десяткам российских адвокатов по всей Европе их европейские коллеги жали руки на многочисленных встречах, высказывали свое фальшивое восхищение, хлопали по плечу и называли героями, уверяли, готовы помочь буквально чем угодно, а потом, после совместных фото, кофе-брейков и рукопожатий, садились в свои роскошные тачки и уезжали жить дальше свою богатую европейскую жизнь, стараясь побыстрее забыть о нас. Как сказал мой друг, контактный зоопарк.

Европейское общество в лице многочисленных правозащитных организаций толкало нас на амбразуру помогать людям в России, но когда помощь понадобилась нам, нас вышвырнули на обочину, как отстрелянную гильзу».

Это очень разные люди. Кто-то просто делал карьеру в Европе и не интересовался политикой, как Свирина. Кто-то прямо вот кишки рвал в российской правозащите. И вдруг оказалось, что та картина мира, которую они себе нарисовали, не соответствует действительности. И углы треугольника не составляют 180 градусов, потому что мы живем на шаре, а не в плоскости.

И вот этот ролик Каца, почему я так о нем говорю? Это, конечно, не о ролике Каца. Я бы не стала долго разбирать ролик Каца, при всем моем уважении к Максиму. Это о целом явлении, большом психологическом явлении, о том, что люди, которые до 2022 года считали себя абсолютной оппозицией путинскому режиму, которые сразу в 2022 году считали себя абсолютно антивоенной оппозицией, они вдруг обнаружили, что мир, в котором они жили, идейный мир, просто не имел ничего общего с действительностью.

И многие нарративы Путина, даже несмотря на то, что они крайне идеологически заточены, я уже сказала, что я не принимаю идеи «Европа против нас», «Запад против нас», все против всех, но многие нарративы Путина оказываются гораздо ближе к действительности, чем то, что им объясняли люди, которые рассказывали, что вот-вот и сейчас Россия станет частью большой западной семьи.

И Путин ведет эту войну, конечно, не из-за того, что ему хочется движухи. Путин ведет эту войну, потому что с самого начала своего правления, вернее, как только он стал показывать когти, он всегда четко обозначал перед США и перед Европой свои устремления, которые заключались в том, что он претендует на некоторую виртуальную гегемонию над постсоветским пространством и в качестве такого виртуального гегемона он готов дружить с Европой, он готов дружить с Западом и очень бы хотел стать частью Запада.

А что ему ответили? «Ты рылом не вышел вместе со всей Россией. А вот, пожалуй, по периферии куски России, те, которые в свое время отсыпались от нее в ходе Брест-Литовского мира позорного, заключенного большевиками, и в ходе того, что сделал Ельцин, мы, пожалуй, возьмем. Да еще сделаем из них анти-Россию, из некоторых по крайней мере».

И при всех ошибках, которые допустил перед этой войной Путин… По той простой причине, что если вы начали войну и если вы ее не выиграли в три дня, то эта война является ошибкой. Точка. Потому что войны не любят длительность. Тем не менее, огромные ошибки, вернее, решения, которые были вовсе не безупречны, были допущены также и Соединенными Штатами Америки. Прежде всего Соединенными Штатами Америки, потому что, в общем, Европа всегда все равно так или иначе шла в фарватере.

Анфиса пишет мне: «Юлия, вот именно все против всех. И внутри Запада все тоже друг друга не любят и часто не признают. Может, просто надо уметь лавировать дипломатически».

Анфиса, я с вами полностью согласна. Вот еще раз повторяю, мне в этой части очень не нравится кремлевская картина мира, что если тебя все не любят… Какого-нибудь там школьника в классе все не любят. Если тебя не любит Вася, если тебя не любит Петя, то это, возможно, проблемы Васи и Пети. Но если тебя не любят все, это точно твои проблемы. Но обратите внимание, Анфиса, что Путин лавировал и вылавировал, потому что его теперь любят Индия, Китай, Малайзия и так далее по списку. То есть не все так глупо и не все так плохо.

И обращаю ваше внимание, что Путин с удовольствием продал бы Трампу за союз с Трампом, и Китай это прекрасно понимает, свои отношения с Китаем, если бы Трамп сумел ему предложить большую цену. А Трамп, к сожалению, не мог ему предложить большую цену не потому, что Трамп этого не понимал, а потому, что на Трампа как лидера демократических стран, которые еще крайне ограничены в возможностях стратегического планирования, чтобы их не закидали какашками и не прокатили на следующих выборах, Трамп не может предложить Путину то, что ему могут предложить авторитарные лидеры, прежде всего Си Цзиньпин.

Потому что де-факто Си Цзиньпин сказал Путину: «Хочешь воевать в Украине до своей победы – воюй. Мы не возражаем. Сколько откусишь, столько и откусишь. Не совсем получится – мы не виноваты».

Еще, конечно, важный вопрос – это вопрос про интервью Баданина. Я не могу не поговорить о нем. Напомню, что Роман Баданин, бывший редактор издания «Проект», сейчас, кажется, это называется «Агентство». После того, как «Проект» объявили то ли нежелательной, то ли какой-то вообще страшной организацией, чуть ли не экстремистской, террористической, это все переименовано в «Агентство».

Судя по всему, Роман Баданин и Юрий Дудь старые друзья, потому что у меня было ощущение, что это было такое интервью-софтбол. Дудь не задавал Баданину тех жестких вопросов, которые он задавал Леониду Волкову. И при всем моем уважении к Юрию Дудю, я думаю, что это интервью было достаточно скучным. Но, на мой взгляд, оно было очень показательно. И я его, хотя оно было скучное, специально выслушала до конца.

И у меня есть дисклеймер. Дисклеймер заключается в том, что у меня есть зуб на господина Баданина. Зуба на господина Баданина, более того, у меня целых три. Во-первых, я всегда обожала «Проект». Я считала, что это абсолютно классные расследования, их «Железные маски».

Они, кстати говоря, специализировались на том, что никто другой не делал. Они очень много специализировались на женах, дочерях, любовницах, каких-то племянницах путинской элиты и показывали какой-то фантастический мир каких-то девушек, которые продают с невероятными легендами духи и еще чего-то. Их было расследование о Светлане Кривоногих и ее дочери. И это было очень интересно, потому что, во-первых, это было одно из главных мест, которое является табу. Личную жизнь всегда табуировали. Очень не любили кремлевские, чтобы ее освещали.

А во-вторых, через эту личную жизнь, на самом деле, было видно очень много в российском обществе. Это было, бесспорно, и остается достаточно больное общество в каком смысле? Дело в том, что хотя я ни в коем случае не являюсь феминистской, я обращаю ваше внимание, что европейская цивилизация – это цивилизация, в которой очень высок был статус женщины, в которой женщины до того, как получить права, стали уникальным товаром. Они были хозяйками замков в феодальное время. С помощью женитьб, а не с помощью завоеваний, благодаря тому что были наследницы-женщины, образовывались целые династии, целые империи (например, империя Габсбургов). Это не было возможно на Востоке.

И вообще вот вся европейская цивилизация, которая заключается не в том, чтобы самому взобраться на гору и стать царем, и всех смешать в порошок, а ограничить власть самодержца путем союзов баронов, она возможна только в ситуации, когда у вас есть одна, один штука жена, которая является высокоценным товаром, с помощью которого вы вступаете в союз друг с другом или даже с монархом. И в ситуации, когда у вас много жен, такие союзы невозможны. Они превращаются в невозможные союзы равных. Если вы отдаете свою дочку в гарем, вы не можете быть единственным тестем, грубо говоря.

И заметьте, что, кстати говоря, в царской России и в Советском Союзе институт брака существовал и даже, как ни странно, вот этот институт союзов путем женщин немножко существовал. А вот во всех обществах, где ткань общества распалась, вместе с наукой, полицией и всем остальным, распадается, как ни странно, и моногамность. И самец возвращается к своему простому состоянию. Потому что когда все воюют против всех, у вас возникает самец на самом верху, у него есть гарем, вне зависимости от того, как этот гарем называется. Там куча любовниц, которым вы покупаете какие-то дорогие шале и так далее и так далее.

Конечно, в этом смысле гаремный характер российских 90-х годов, когда, во-первых, союзов практически за редкими исключениями, типа Дерипаски, не заключалось с помощью женщин, потому что просто еще у людей, которые стали новыми олигархами или новыми чиновниками, не подросло достаточного количества молодого поколения. Сейчас это меняется.

И вообще, ощущение, что вот ты все можешь, вот я себе заведу много любовниц, оно, кстати, было, как ни странно, характерно и для Китая в 90-х годах, потому что не было такого китайского чиновника, которому не казалось, скажем так, что наличие любовницы есть признак высокого социального статуса.

Но это очень характерная примета распада общественной и государственной ткани внутри России, которую «Проект» показывал один из немногих. Поэтому я, конечно, всегда их с удовольствием читала, всегда с удовольствием рассказывала об их расследованиях.

И тут я в начале войны, это к вопросу о моих зубах, читаю, я уже не помню, это был еще «Проект» или уже «Агентство», совершенно дикое «расследование», которое выглядит просто чудовищно, о кровавых российских бизнесменах, которые все как один отвечают за войну, потому что вот смотрите, вот в Буче пулемет установленный на таком-то бронетранспортере убил женщину, вот этот пулемет был сделан из такой-то стали, эта сталь разработана в таком-то НИИ, у этого НИИ акции принадлежат такому-то российскому бизнесмену (или Евтушенкову, или Вексельбергу, или Дерипаске, или Фридману и так далее) и значит… Расследование называлось «Псы войны».

Это было совершенно дикое надругательство над логикой, вводящее принцип коллективной ответственности. По нему получалось, что если ты занимаешься бизнесом в путинской России – значит, ты военный преступник.

И, к сожалению, я пришла в ужас, когда я обнаружила, что параллельно эту же идею двигал господин Макфол, член знаменитой комиссии Ермака-Макфола, которые в начале войны выкатили несколько разных предложений, все из которых были связаны с тем, что давайте на такое-то количество российских бизнесменов без суда и следствия наложим санкции. И было очень много бумаг на эту тему. Самой резкой из них было предложение аж 100 тысяч российских бизнесменов, самых богатых людей России, не обязательно бизнесменов, в том числе и чиновников, наложить на них санкции, но снять их, если они значительную часть своего состояния переведут в некий фонд восстановления Украины, который учрежден бескорыстными, честными украинскими чиновниками. Такой открытой оферты о взятке я просто в жизни не читала.

И мое изумление переросло в еще большее изумление, когда я увидела, что господин Макфол в этот момент возглавлял институт Шпрюнгли где-то в Калифорнии, если я не ошибаюсь, а Роман Баданин был феллоу этого института в этот момент. Мне показалось это явным конфликтом интересов. Люди пишут текст, который явно должен подвести идеологическую базу о том, что российское антивоенное движение само призывает к этому.

Конечно, второй зуб был в связи со статьей, которая была направлена против Владимира Осечкина. Владимир Осечкин – сложный человек. Я к нему очень сложно отношусь. Я думаю, что можно много претензий выдвинуть Владимиру Осечкину. Я сильно подозреваю, что те письма, которые он с начала войны публикует и которые сначала действительно выглядели как, возможно, аутентичные письма из недр российской ФСБ, скорее всего, создаются где-нибудь в украинских спецслужбах. И, соответственно, это вот такие интересные сливы украинских спецслужб, которые показывают, что они хотят сказать и так далее.

Но Осечкин – абсолютный герой. Осечкин – это человек, который совершенно бесстрашный. Понятно, что именно в связи с его бесстрашностью ему приходится очень тяжело, и он вынужден с кем-то блокироваться, с кем он, может быть, иначе не блокировался бы. И напоминаю, что это человек, который обнародовал историю о пытках в российских СИЗО. Осечкина, кстати говоря, охраняет сейчас французская, насколько я понимаю, служба безопасности в связи с возможностью на него покушения, которое, я убеждена, абсолютно реально.

И статья начиналась буквально с того, что Осечкин – мошенник и авантюрист и врет, что на него было покушение, а на самом деле никакого покушения на него не было, все он придумывает. Но помимо того, что об этом покушении или чем-то в этом роде предупреждал Осечкина непосредственно Христо Грозев, так, ребята, вы обратитесь во французскую полицию и спросите: «Вы Осечкина защищаете или нет? Или он мошенник и авантюрист?» Наверное, французской полиции яснее.

Там дальше было что-то совершенно невообразимое. То есть буквально каждое слово Осечкина, буквально каждое действие Осечкина… Это просто было в стиле ролика Гантварга про Алексея Венедиктова и опять же в стиле ролика НТВ. Там, например, говорилось, что Осечкин обнародовал эти пленки о пытках, которые вывез заключенный Сергей Савельев, и дальше приводились какие-то мнения экспертов, типа, это была операция ФСБ. Ну, конечно, ФСБ решила саму себя и всю российскую систему посадить в грязь.

То есть просто когда я вижу такого рода аргументы в устах людей, которые себя называют исследователями, то мне кажется, что это просто неприлично. Я избегаю произносить слово «заказуха», потому что понятно, что эту статью никто не заказывал «Проекту», в том смысле, что никто не платил за нее деньги. В этом я действительно тоже убеждена. Там, скорее всего, были какие-то другие соображения. Может быть, борьба за гранты, может быть, идея, что Осечкин не наш, его надо замочить.

Но, слушайте, это же можно предъявить любому расследованию. Вот про расследование Алексея Навального были люди, которые вставали и говорили: «Вот тут Алексей Навальный опубликовал расследование про дворец Путина. Это, наверное, чей-то слив. Это он, наверное, выполняет задачу спецслужб». Мне просто хотелось таких людей взять за уши и так их о стенку.

То же самое мне, конечно, хотелось, когда я прочла вот этот, с позволения сказать, логический ход в издании… Еще раз повторяю, я уже не помню, это был «Проект» или «Агентство».

Ну и третий зуб, третий дисклеймер я напомню. Естественно, он связан со мной любимой. Потому что я напоминаю, что когда в начале войны мы все были молодые, зеленые, инфантильные, жить было не на что, у меня тогда было все ужасно плохо, даже не буду рассказывать, но в основном это было связано со снятием монетизации с Ютуба и так далее. Еще раз повторяю, с начала войны все мои доходы – это монетизация от роликов, которые вы видите, и ваши донаты. Так что, если что, делайте. Никаких других доходов просто нету. Донаты людей. И, соответственно, все было очень плохо.

Мне сказали, что, оказывается, теперь есть гранты, гранты сосредоточены в руках госпожи Натальи Арно из Free Russia. Было совершенно еще непонятно, что такое Free Russia. Я в минуту малодушия, в минуту отчаяния, когда у меня совершенно были другие взгляды, написала жалобное письмо госпоже Арно: «Помогите. Что мне делать? Жрать нечего, погибаем». Не получила ответа, совершенно расслабилась. К этому моменту стало уже ясно, что все с грантовой системой глубоко нечисто и глубоко плохо.

И когда я стала интересоваться, а почему же российская оппозиция вдруг заразилась такими безумными идеями, почему она говорит о расчленении России, почему она там требует свободу Татарстану, что это вообще там за история про передачу Западу золотого запаса, про суд над всеми военными преступниками, границей 1991 года и так далее, тут я понимаю, что вся оппозиция теперь окормляется госпожой Арно.

И тут я захожу на ее Фейсбук и вижу, что дружественный у нее фонд – фонд «Свободная Бурятия», что она ставит лайки под видео, в которых рассказывается, что Санкт-Петербург – это столица свободной демократической Ингерманландии. Если вы не знали, конечно, была Ингерманландия, в ней была столица Санкт-Петербург, а потом пришла нехорошая Московия и завоевала это прекрасное государство.

Я понимаю, что просто у нас на глазах происходит операция мягкого влияния, потому что Наталья Арно – это фактически номенклатура Госдепа. И сами официальные американские чиновники ничего не говорят, допустим, о развале той же самой России, говорят: «Нет, мы за международно признанные границы, но, оказывается, тут есть российские активисты, которые сами бы хотели, чтобы Россия распалась, чтобы в ней было, как в Ираке или как в Югославии по крайней мере».

Я, естественно, прихожу в ужас. Я начинаю обо всем это писать. Тут мне прилетает ответка. И я вижу вот в этом самом же «Агентстве» статью о том, что, оказывается, Наталья Арно – жертва многих покушений, дважды ее пытались отравить, один раз у нее выхватили после встречи с Ходорковским телефон, передали привет от Невзлина, и вот Латынина ей когда-то писала статью, а теперь ее поносит, и значит, наверное, Латынина берет деньги от Невзлина. Там не было сказано, что прямо Латынина берет деньги от Невзлина, но там было сказано так: «Мы Латыниной послали запрос, получала ли она гранты от Невзлина, а она не ответила». Они запрос послали за 15 минут до публикации статьи. Не получала я гранты от Невзлина.

Получала ли я гранты от Невзлина с начала войны? Ответ. При всех моих прежних хороших отношениях с Леонидом Борисовичем, естественно, после того, как он начал про российских орков рассказывать, мы перестали общаться. И, соответственно, после того как вышла история об избиении молотками Волкова и так далее, понятное дело, что я, естественно, сказала: да, мне кажется, что это абсолютная правда. Из чего понятно, что человек, который это говорит, мягко говоря, не может находиться у Невзлина на содержании.

И, соответственно, с учетом такого анамнеза, с этих трех зубов мне было интересно, что же скажет Роман Баданин о своих журналистских принципах. Он, конечно, меня не подвел. Он начал с рассказа о том, что он только что прочел прекрасное расследование New York Times о том, как Нетаньяху отказался от перемирия с ХАМАСом, потому что боялся потерять рейтинг. Это, говорит Баданин, грандиозное расследование. У меня такие глаза стали квадратными, потому что, с моей точки зрения, то, что вышло в New York Times, это политическая заказуха, и что Нетаньяху отказался от перемирия с ХАМАСом, потому что Израиль не выживет, если не уничтожить ХАМАС. Вот и все.

Тут не до жиру, быть бы живым. Тут все очень просто. К вам пришли люди, перерезали тысячу с лишним человек и сказали, что будут это повторять до тех пор, пока Израиль не исчезнет с лица земли. Если вы в этой ситуации, как требует от вас Байден и как требует от вас ваша собственная оппозиция, точку зрения которых в данном случае выражает New York Times, скапитулируете перед ХАМАСом, то эти теракты будут повторяться снова и снова, пока Израиль не исчезнет с лица земли и пока последний еврей на его территории не будет вырезан. Что тут непонятного?

А что Нетаньяху, конечно, проиграл бы выборы, если бы он капитулировал перед ХАМАСом, ясен пень. Люди, которые живут в Израиле, не сумасшедшие. Естественно, они бы любого политика, который это сделал, погнали бы ссаной метлой. Вот и все.

Но это было очень интересное «ку», потому что Баданин тем самым сигнализировал, хотя его никто не просил, на какой тип журналистики и на какой тип партии он ориентируется как на свои нравственные идеалы.

Дальше, конечно, больше. Потому что дальше Баданин прямо сказал, что его проекты получают сейчас разные гранты (полугосударственные, квазигосударственные, гранты разных фондов). И Баданин стал рассказывать, что нет, получение этих грантов на прекрасном великом Западе никак не отражается на содержании его текстов.

Ну и с учетом тех трех примеров, которые я привела, простите, вы всерьез? А можно узнать, ваши панегирики в честь Натальи Арно, которая просто как чуть ли не Алексей Навальный… Алексея Навального отравили и Наталью Арно тоже отравили. Вы специализируетесь на расследованиях. Она говорит, что ее один раз отравили в гостинице в Литве, другой раз отравили в гостинице, если я не ошибаюсь, в Чехии.

Слушайте, Наталья Арно, как я уже сказала, де-факто номенклатура Госдепа. Это вне формальной иерархии человек очень высокопоставленный. По крайней мере, был, потому что сейчас весь этот USAID накрылся медным тазом. Как я понимаю, у всех этих людей до конца года будут деньги, а дальше нет. Так что это все plus quam perfectum, о них уже достаточно смешно рассуждать. Собственно, с чем и связано угасание моего к ним интереса.

Так вот, там она говорила, что у нее открыта дверь была в ее гостиничный номер, что она почувствовала себя плохо. Так там же в коридорах в отелях стоят камеры. Обратитесь к чешской полиции. Они же наверняка расследовали это страшное покушение. Сами расследуйте. У вас Христо Грозев есть. Чего нам из раза в раз пишете об этих страшных покушениях и никогда не говорите, до чего вы дорасследовали. Но это я так, к слову.

Так вот, человек, который публиковал эти расследования, мне рассказывает, что он следует безупречным западным репутационным журналистским стандартам и гранты – это безупречно.

Но это еще не все. Честно говоря, может быть, я что-нибудь забуду. Несмотря на то, что я честно сделала дисклеймер и сказала, что у меня три зуба есть, я бы не говорила об этом, если бы речь шла об одном Романе Баданине. Я не люблю переходить на персоналии. Мне кажется, это большой симптом. Это большой симптом жизненного краха вот той самой проевропейски, прозападно ориентированной части российской журналистики, оппозиции, называйте это как хотите, потому что, как я уже сказала, нету российской оппозиции, но есть российские леваки, которые были искренны.

Я убеждена, что Баданин – это человек, который не за гранты. Я убеждена, что у него есть вера. Я убеждена, что у него есть идея фикс. Эта идея фикс – Россия должна влиться в широкий сонм западных стран. И для этого я, Роман Баданин, буду играть по западным правилам, которые вот такие-то. И это самые прекрасные, самые замечательные и действительно честные правила в мире.

И это человек, который предпочитает не замечать, что, во-первых, опять цитирую Джона Гадиса, 1998 год, никогда Россия не станет частью западной цивилизации: «Мы так решили. Ты сюда ножку задери, ты туда ножку задери». Не берут тебя. Не расхлапывают перед тобой дверь. Единственное, что ты можешь сделать, это стать таким процветающим и сильным, что перед тобой эту дверь раскроют. Не обязательно выбивать эту дверь пинком ноги сейчас, как Путин с гранатометом на перевес в камуфляже. Вот Китай не выбивает эту дверь ногой. Китай просто подъезжает к этой двери в шестерке лошадей в золотой карете. Ему раскрывают все двери и говорят: «Чего изволите? Не, вы теперь белые, господа. Вы раньше были желтые, в 1945 году. Теперь вы белые. Чего изволите?»

Так вот, такие люди, как Баданин, они не допускают, чтобы у них произошло мирокрушение. Потому что они искренне верят, что если они будут делать все, как, условно говоря, при Ельцине, все, как просит фонд, то это будет для того, чтобы в будущем Россия была частью Запада. Они тут говорят: «Разделить Россию на части, деколонизовать. Запад лучше знает».

А во-вторых, они предпочитают не замечать, что тот Запад, с которым они имеют дело, это вовсе не тот Запад, который построил цивилизацию в XIX веке прогресса и технологий. Это не Запад Илона Маска, это, грубо говоря, Запад той мэрши города Шарлотт, которая очень сострадает психу, убившему ни за что ни про что белую девочку, потому что он же псих. «К психическим болезням, – говорит нам эта мэрша, – надо относиться с той же долей сострадания и уважения, как и к другим любым другим, например, раку».

И для того, чтобы соответствовать этим правилам, которые Баданин искренне считает самыми правильными и самыми честными, считает, что других нет, он готов делать самые удивительные вещи. Я совершенно убеждена, что когда появлялась эта статья «Псы войны» про российских бизнесменов, которые все соучастники режима Путина, там, конечно, не то чтобы Майкл Макфол подвалил к Баданину и сказал: «Слушай, у нас тут есть история, значит, 100 тысяч русских. Надо как-то идеологически обосновать». Да наверняка Баданин просто сам этим очень проникся, как в 1937 году пионеры и комсомольцы сами проникались прогрессивными идеями, никто им не советовал.

Там в одном месте Баданин говорит, что он против идеи коллективной ответственности русских. Ах ты, лапонька! А кто же эту идею де-факто в этой своей статье «Псы войны» продвигал? Я понимаю, что там была коллективная ответственность бизнесменов. Но так одно вытекает из другого. Потому что если вы начинаете рассказывать, что весь российский бизнес виноват уже тем, что платил налоги, или где-то там у него есть доля, то не удивляйтесь, когда потом к вам приходит украинский национал-деколонизатор и говорит не «все российские бизнесмены виноваты», а «все русские виноваты, что Путина не свергли». Это во-первых.

А во-вторых, конечно, меня тут специфически спрашивают, видела ли я, что Роман Баданин объяснил, почему они не заинтересовались материалом про Железняка. И он там очень странно объяснял, что, дескать, этот материал не представлял собой сейчас общественного интереса, а во-вторых, он, Баданин, просто позвонил Железняку, ну и тот все ему объяснил, что ничего там такого нету, и поскольку он имел доступ вот к этой информации, вот он сразу понял, что все нормально.

Слушайте, я не понимаю, конечно, говорит ли это человек, который является расследователем: «Я позвонил Железняку, и он мне сразу сказал, что это фигня». Представляете другие расследования Баданина? «Знаете, вот тут мы обвиняем какого-то российского чиновника, что он спер миллиард. Но, вы знаете, у нас есть его непосредственный прямой номер, мы ему позвонили. Он сказал, что все это фигня, заказуха непонятная, откуда-то взявшийся материал. Ничего интересного, расходимся».

Но! Почему я об этом упоминаю? Что меня удивило в этих словах Баданина? Дело в том, что издание «Проект» опубликовало, по крайней мере, два расследования не просто о господине Железняке, я бы сказала, слово господина Железняка в 2019 и в 2020 году. То есть тогда, когда уже Пробизнесбанк давно обанкротился. Баданин сказал, что это было в 2015 году интересно, тогда все об этом написали. Но в 2015 году «Проект» об этом не писал. А «Проект» начал это писать в 2019 и в 2020 году, как раз тогда, когда Железняк обратился к многим изданиям, в том числе к Financial Times.

И как я понимаю, идея была такая, что вот есть замечательный банк, который был за Навального, и поэтому его обобрала кровавая банда ФСБ и Набиуллиной. И, как мы знаем, эту идею не купила Financial Times. Она публиковала очень критическую статью о Железняке.

Эту идею не купил Андрей Заякин, к которому тогда тоже, соответственно, обращались акционеры Пробизнесбанка. Он свою статью написал, потом отложил в глубокий ящик. Я верю абсолютно объяснениям Заякина, что она действительно была отложена в глубокий ящик, потому что Заякин слишком нырнул в материал, написал неудобоваримую и трудно читаемую статью. Чтобы ее переделать, на это надо было потратить очень много времени. Как это очень часто бывает, в том числе у меня, действительно с крупными работами, у тебя до крупной работы не доходят руки. И вот несмотря на то, что она крупная и ты потратил на нее много месяцев, она лежит, и ты к ней не возвращаешься.

Когда вышло расследование Каца, Заякин к ней вернулся. Она была опубликована, если я не ошибаюсь, в «Инсайдере». Снимаю шляпу здесь перед «Инсайдером», потому что, конечно, это издание входит в эту же прогрессивную сетку. Но тут оно, что называется, не могло молчать.

Так что, соответственно, эту идею не продали тогда Заякину, который потрясающий расследователь, который стал спрашивать вопросы, не удовлетворился словами, что нет ничего интересного, расходимся.

Как ни странно, эту идею тогда не продали ФБК. Тогда не появилось, я напоминаю, расследование ФБК о том, что есть, оказывается, кровавая банда ФСБ и Набиуллиной, которая потрошит прекрасные банки, в том числе и Пробизнесбанк.

Судя по всему, «Проект» в 2019-2020 году опубликовал сразу две статьи, вот они передо мной раскрыты, приблизительно с этим сообщением. Там вот встреча с Черкалиным. Это, если вы помните, тот офицер ФСБ, который потрошил уже проблемные банки. Вернее, он обычно обещал им крышу: «Вы уже приговорены, потому что у вас дыра. Вас полгода не будут трогать. За это время все, что вы вытащите, мы как-то поделим».

И вот там прямо Железняк рассказывает, что Черкалин предлагал, что в Пробизнесбанк в статусе вице-президента командируют офицера ФСБ, Железняк назначит ему оклад 120 тысяч в год, выделит отдельный кабинет. Это было необходимым условием для более масштабной сделки. И уступит крупную долю в группе «Лайф» коммерческой структуре, которая будет делить доходы от бизнеса с высокопоставленными сотрудниками ФСБ и прокуратуры. И дальше Железняк-то Черкалина на работу взял. А, как я уже сказала, Черкалин был падальщик. Это уже красный флаг. Если Черкалин приходит в банк, значит, этот банк, простите, как там было сказано, выводил деньги во внешний контур.

Это я к чему? Вот эти две прекрасные статьи, из которых можно узнать, какие страшные люди у нас, оказывается, и в ЦБ, и в АСВ, ну, на АСВ, конечно, пробы негде ставить, и в ФСБ, и там действительно тоже пробы негде ставить. И вот эти вот банды потрошили честные, замечательные банки, в том числе вот этот банк, Пробизнесбанк, за то, что тот помогал Навальному. Это все черным по белому написано или подразумевается, или вытекает из этих статей, которые были опубликованы в «Проекте».

Естественно, у меня возникает вопрос. А почему в 2019 и 2020 году господин Баданин считал это общественно важной информацией, а когда дерьмо попало в вентилятор, он вдруг это перестал считать и сказал: «Мы вообще ничего не будем об этом писать»? Согласитесь, можно было бы продолжить писать то же самое, то есть опубликовать еще одну статью о том, как замечательного, чудесного банкира Железняка нехорошее путинское государство раздело. Или можно было, наоборот, сказать, что ты пересмотрел свою точку зрения.

Но это частность. Это частность, как я уже сказала, связанная с утверждением Романа Баданина о том, что люди, как его «Проект», работают по западным стандартам. И тут я совершенно с ним согласна. Господин Роман Баданин работает абсолютно по западным стандартам, вот ровно по таким, по которым работает газета New York Times, публикуя детальное расследование о том, что кровавый негодяй Нетаньяху не остановил войну и решил покончить с ХАМАСом, потому что иначе проиграл бы выборы. Абсолютно по западным стандартам, абсолютно по стандартам New York Times, конечно, сделаны многие расследования «Проекта», а теперь уже «Агентства».

Но еще раз я повторяю, это не история про «Проект». Точно так же, вот как то, что я сейчас говорила про Максима Каца, это не про Максима Каца, это не про Баданина. Это про целую уходящую эпоху. Это про людей, которые подошли к 2022 году, так же как, кстати, я, с полной уверенностью, что если вы, детки, будете мыть руки, чистить зубы, вести себя как хорошие западные политики, как хорошие западные бизнесмены, то вы попадете в Полдень, XXII век, перед вами раскроются все дороги, и надо делать в точности, как делает, допустим, сейчас Европа.

И моя проблема заключается в том, что, во-первых, как выясняется постфактум, статья господина Гадиса: «Россия никогда не была и не будет частью западной цивилизации. И мы даем это понять с помощью расширения НАТО». 1998 год. Путина нету даже в проекте. Это с одной стороны. А с другой стороны, многие процессы, которые происходят сейчас на Западе и которые, например, приводят к появлению таких статей, как статья в New York Times, не вызывают у меня большой симпатии.

В связи с чем, собственно, мы и видим новый триумф и возвращение автократий. Не в том виде, в котором они существовали в начале XX века или в середине XX века, потому что если не считать социалистического рая, то автократии – это в основном были Тонтон-макуты, Дювалье, Маркос. В общем, вор на воре сидит, вор вором погоняет, загоняет свою страну в абсолютную нищету.

Мы видим возвращение совершенно других автократий, которые гораздо больше похожи на время автократий, время просвещенного абсолютизма, время Европы XVIII века, когда автократ, в отличие от демократического политика, смотрит на свою страну как на частную собственность, а не как на коммунальную квартиру, из которой надо вытащить последний унитаз взамен на лайк, когда он способен к стратегическому планированию и когда оказывается, что он думает разные стратегические вещи, в то время как демократический политик в странах даже очень богатых, очень развитых  среднестатистически, особенно если он еще связан с местной бюрократией, думает о том, как увеличить количество людей, которые от него зависят.

А увеличивается это количество людей тем, что вы берете деньги у тех, кто их заработал, и отдаете их тем, кто их не заработал, и тем, кто их не заработал, объясняете, что они жертвы, что им все должны и так далее и так далее. Даже не буду об этом дальше говорить.

Мне пишут: «Опять разборки оппозиции. Как нам это нравится».

Это не разборки оппозиции. Еще раз повторяю, это крах целого мировоззрения, которым руководствовалась большая часть российской элиты, а вовсе не оппозиции, после 1991 года. И другое дело, что теперь это мировоззрение сохранилось только в изолированных, в реликтовых местах, которые поддерживаются с помощью различных методов искусственных систем жизнеобеспечения типа грантов. Потому что без грантов это просто не выживает, столкнувшись с реальностью. Сумма углов треугольника на шаре оказывается больше 180 градусов.

И, пожалуй, единственное последнее, что я хочу сказать. Я хочу поправиться об истории, которая мне кажется совершенно невероятной. Я рассказывала эту историю неделю назад. Я рассказывала про трех английских девочек. Одна из них стала иконой современных правых, когда она с топориком в одной руке и с мачете в другой показывала человеку, который сам себя именует цыганом-гангстером, чтобы он от нее отвалил.

И я тогда выразила изумление в связи с английской прессой, которая в упор не замечает характера этого человека, которая называет его болгарским законно послушным мигрантом и рассказывает, что он примерный семьянин, что у него восьмимесячный ребенок и что двенадцатилетняя девочка на него напала, и что не слушайте всяких негодяев и дезинформаторов типа Илона Маска и Томми Робинсона, который говорит, что девочка – жертва.

Я сказала, что вне зависимости от того, что там между ними двумя произошло, потому что понятно, что девочке тоже палец не клади и что для конфликта нужно двое, совершенно ясно, что девочка его боится, девочка от него защищается.

А кроме того, этот человек, как я уже сказала, сам себя называет цыганом-гангстером, сам постит в Инстаграме пачки денег, о которых он говорит, что «получены от английских кисок». То есть это не значит, что он является, но он себя позиционирует как сутенер и этим хвастается. Поет песенки приблизительно такого же содержания, как он будет трахать вот этих самых и как приглашает их садиться в свой суперкар и так далее и так далее. Ему действительно 21 год. Соответственно, возникает вопрос, на какие деньги живет этот человек, которого английская пресса представляет как «дигитальный криэйтор», и почему это не интересно шотландской системе правосудия, которая вместо этого предъявляет обвинение исключительно девочке за то, что та махала топориком и мачете?

И я выразила предположение, что сторона девочки тоже привирает, потому что люди, которые в интернете расспрашивали сторону девочки, они сказали, что девочек было три, что на них напали, что одну из девочек оттаскали за волосы, и она с сотрясением мозга попала в больницу.

Мне показалось это тоже невероятной версией, потому что в мою картину мира укладывалась ситуация, при которой столкнулись с одной стороны – самоназванный цыган-гангстер, с другой стороны – подростки из неблагополучных шотландских семей ровно в том самом городе, в котором недавно накрыли цыганскую банду сутенеров. И, допустим, этот молодой человек, который просто весь сочится мачо и либидо, допустим, что-то девочкам сказал, и они вместо того, чтобы свернуться, покраснеть, как маков цвет, сказали ему: «Вот где мы тебя вертели». После этого все и закрутилось, и обе стороны в конфликте, так или иначе, поучаствовали.

Я сказала, что вот это я могу себе вообразить, а вообразить, что девочку избили, и потом шотландская прокуратура называет людей, которые это сделали, жертвами, требует не верить дезинформации Илона Маска и начинает заниматься девочкой, это я себе представить не могу.

Так вот, выяснилось, что мои представления отстали от жизни, потому что, вы будете смеяться, девочку действительно избили. Там тоже отрывочные сведения, но, судя по всему, ее действительно избила спутница этого цыгана, похоже, его сестра. И сейчас ему и этой сестре предъявлены обвинения. То есть все-таки прокуратура, я уже забыла, это был crown prosecutor или кто еще, они все-таки предъявили этому человеку обвинение.

Таким образом, таймлайн у нас следующий. Сначала у нас есть вот этот самый гангстер-цыган. Потом происходит стычка между ними и дикими девочками, будем это называть так, в ходе которой девочки… Ну еще раз повторяю, там, конечно, вряд ли он ее куда-то тащил в кусты, тем более что там была сестра и всякое такое. Скорее всего, это была стычка самолюбия.

Но тем не менее в какой-то момент одну из девочек повалили на землю, и она потом попала действительно в госпиталь с сотрясением мозга, после этого наш мачо, который был шокирован тем, что ему дали отпор, выложил сцену, на которой испуганный звереныш защищается, и язык тела у этой девочки, понятно, что на нее нападают, она испугана, она как крысеныш бросается и машет, не нападает, заметим, именно машет со словами «отвали от меня». Там другая девочка говорит: «Отвали от моей сестры». Они защищаются.

В большом негодовании наш мачо все это выкладывает в интернет. Прокуратура английская и пресса становятся на его сторону, рассказывают про нехороших девочек, которые на него напали, называют его «дигитальным криэйтором». Параллельно прокуратура сначала сообщает: «У нас есть пленка инцидента. И на ней видно, что девочки напали». Потом говорит, что пленка инцидента утрачена. А потом все-таки выясняется, что пленка есть и на ней вот эта самая девочка на земле.

И после этого, после того как цыгану-гангстеру и его сестре предъявлены обвинения, статьи, которые выходят в мейнстримных медиа, вы будете смеяться, они написаны так: «Мужчине и его сестре предъявлены обвинения. Мы просим вас не поддаваться на дезинформацию Илона Маска». И дальше идет вся вот эта левая бодяга, что девочки сами виноваты. На мой взгляд, это что-то невероятное.

Я много раз говорила, что систему характеризует не ошибка, систему характеризует реакция на ошибку. И вот в случае этих английских девочек или в случае этой страшной ситуации, когда в Шарлотте без малейшей провокации чернокожий преступник, многократно, 14 раз ему предъявлялись обвинения, ни с того ни с сего просто зарезал девочку из Украины, украинскую беженку, которая за тысячи километров улетела от войны, чтобы погибнуть таким нелепым способом…

И этот человек не псих или не совсем псих. Он продукт, скорее всего, долгого взращивания системой. Он в школе, скорее всего, хамил учителям и поигрывал перед их глазами ножичком. А директор сказал ставить ему хорошие оценки, потому что иначе виноват учитель, который не нашел путь к сердцу мальчика. А потом он где-нибудь поймал учителя в туалете и пригрозил перерезать горло, если не получит хороших оценок. А когда учитель пожаловался, ему сказали: «Ну ты же не расист. Ты поставь ему хорошие оценки». Этого человека долго учили, что если его перемкнет, то виноваты все окружающие.

И вот его перемкнуло на камеру. Вы думаете, что он первый раз так профессионально наносит удар? Его перемкнуло на камеру. И что делает система дальше? Во-первых, система пытается уничтожить это видео. Это попытались сделать власти города Шарлотта. Во-вторых, власти города Шарлотта в лице мэрши выражают заботу о бездомных и психах и заявляют, что это болезнь, к которой надо относиться с тем вниманием, состраданием и приверженностью, как и к любым другим. Убийство называется инцидентом.

То есть, короче говоря, больной человек, к которому мы должны относиться с состраданием и которому мы должны всячески помогать, попал в инцидент. Это так теперь называется на языке левых, когда сумасшедший социопат, который совершал преступления безнаказанно, увидел, что перед ним села молодая белая женщина, и счел это достаточной причиной убить ее ножом. Систему характеризует не ошибка, систему характеризует реакция на ошибку.

Я напоминаю, что это не первая беженка из Украины, с которой подобное случилось. Потому что только что мигрант уже в Германии тоже убил беженку, девочку из Украины. Он столкнул ее под поезд. И власти категорически отказывались возбуждать дело, пока не вмешалась та самая AfD. А девочка просто была на телефоне со своими родителями. И она говорила, что ее преследуют. И родители слышали этот крик. И власти сказали: «Да нет, ничего интересного, расходимся». И только AfD настояла, только благодаря AfD все-таки выяснилось, что да, преступник столкнул девочку под поезд, украинскую беженку столкнул под поезд. И тоже не первое преступление. И у него давно был ордер на депортацию. Систему характеризует не ошибка, а реакция на ошибку.

Я приводила другой пример, как в Польше какой-то украинский беженец сказал: «Вы нас лишите пособия – мы сейчас давайте будем поджигать ваши дома». На следующий день его взяли и депортировали. Всё. Это инцидент, который никак не характеризует целую категорию людей, в данном случае украинских беженцев. Это инцидент, который характеризует одного придурка. Он это сказал, он получил по башке. Всё. А, и

И вот в такой ситуации, когда происходит то, что называет профессор Гад Саад, суицидальной эмпатией, самоубийственной эмпатией, когда вам навязывают чувство вины леваки перед просто реально преступниками, перспективы оказываются у западной цивилизации, которая создавалась на совсем других основаниях, мягко говоря, нехорошие. И вот то двойное крушение мира, которое было свойственно российской интеллигенции, российской элите с 1991 года, которое мы сейчас наблюдаем, для меня является действительно очень важной историей, которую я попыталась проиллюстрировать на частных примерах ролика Каца и большого интервью Баданина.

Мне пишут: «Юля, с уважением к вам. По истории с девочкой, погибшей от рук мерзавца, вы сказали, что это Америка Трампа».

Нет, конечно. Я сказала, это Америка Демократической партии, с которой борется Трамп. Вы совершенно правильно замечаете. Вопрос, сможет ли Трамп это побороть. По состоянию на сегодня, мне кажется, да. Потому что, во-первых, мы знаем, что у Демократической партии рейтинги низкие. И они становятся все ниже и ниже. Потому что та безумная картина мира, которую они пытались навязать избирателю с помощью механизмов социального осуждения, с помощью механизмов отмены, с помощью всего того, кстати, чем занимается российская левая оппозиция, она потерпела сокрушительное поражение на выборах.

Но я не могу не отметить двух вещей, что, во-первых, эта картина мира продолжает существовать в Европе. И я не знаю насчет того, сможет ли AfD высокие рейтинги транслировать в реальные показатели на выборах, потому что, знаете, бывают удивительные вещи в современном мире. Это бывает.

Второе. Я хочу обратить ваше внимание, что у Трампа на руках очень плохие карты, при моей абсолютной симпатии Трампу. Вот я только что сказала, что он пытался перекупить Путина, да и Путин был согласен перекупиться. Но в связи с тем, что Трамп – избранный президент демократической страны, в рамках существующей международной системы он не мог пообещать Путину: «Слушай, откуси столько Украины, сколько у тебя получится». А Си мог.

Трамп ввел тарифы против Индии, которые были той соломинкой, которая сломала спину быка и которая толкнула Индию в объятия Китая и России, в то время как предыдущая администрация очень сильно ставила на Индию как раз заменить ею Китай, с которым раньше был стратегический союз и который раньше превращали в мастерскую мира.

Но это не глупость Трампа, это его беда, потому что Трамп пытается возродить промышленность в Америке. И это совершенно правильная цель. Если бы вы видели, вот те из моих слушателей, которые живут в Америке, и те, которые видели ржавый пояс, это действительно страшно, когда ты приезжаешь куда-нибудь в штат Нью-Йорк, не город, а штат, и видишь километры и километры брошенных фабрик, потому что все производство, естественно, уехало туда, куда дешевле, то есть в тот же самый Китай.

А вместо этого корпорации получили гигантские прибыли, их акции стоят очень дорого, а правильные люди, американские Романы Баданины, какой-нибудь Томас Фридман, рассказывают, что это замечательно, что Китай получает от этого только унижение и трудится даром, а Америке достается все самое ценное, все самое вкусное, Америке достается постиндустриальная экономика.

И все эти рассказы работают до той поры, пока в Китае не выезжает на парад микроволновка, которая поджаривает дроны, и не выезжает на парад лазерная пушка, которая сбивает дроны. А это полный вынос мозга, господа. Потому что вот когда я пыталась понять, насколько эти лазерные пушки близки к реальности, то первое, что я поняла, что самый главный затык – это гигантское количество энергии. Потому что, на самом деле, у лазера не очень высокий КПД. И если вы собираетесь лазером сбивать дроны (все остальное довольно математически решается, в том числе фокусировка луча на достаточно большом расстоянии), то вы должны с собой возить небольшую электростанцию. Значит, эта проблема решена.

На китайских кораблях начинают ставиться рейлганы вот те самые. Конечно, там тоже своих очень много тараканов. И я не знаю, насколько рейлган будет хорошая штука. Но в любом случае, рейлган реально нельзя перехватить, потому что это болванка, которая несется с дикой скоростью. Хотя понятно, что она гораздо менее точная, чем ракета. А американцы там телепаются. Они уже поставили рейлган тоже экспериментальный на какой-то корабль. Кажется, это было 10 лет назад. А воз и ныне там. Потому что деньги огромные, бюджеты огромные, готовятся генералы к позапрошлой войне, в крайнем случае к прошлой. И тут оказывается, что китайцы могут это сделать на техническом уровне.

Те же самые микроволновки, которые поджаривают дроны, это тоже просто невероятно научно и технически сложно. Это высший класс. Это то, чем не обладает даже современная Америка.

И Трамп понимает, что для того, чтобы это все возродилось в Америке, должны сидеть не только головастые люди, которые там преподают гендерные науки, а должны вернуться инженеры. Они никуда особо из Америки не уходили, но они в большем количестве появились в Китае. Это говорю не я, это, если я не ошибаюсь, говорил как раз кто-то, по-моему, из Apple, что «инженерами такого уровня в Америке мы можем набить комнату, а в Китае мы ими можем набить целое здание».

Трамп пытается это сделать, но у него на руках нет карт. Потому что главная карта – это дешевизна труда. В Китае труд дешевле, потому что нету гигантского количества налогов, нету гигантского количества социальных нахлебников, нету гигантского количества гендерных штудий и всякого такого прочего, и заботы о перемене климата и так далее и тому подобное, и нету профсоюзов, которые, собственно, и загубили американскую промышленность, по большому счету.

И Трамп не может завтра распустить профсоюзы. Он еще там USAID может распустить, а профсоюзы он не может распустить. Он не может сказать американским рабочим: «Ребят, завтра вы будете получать по тысяче долларов». Соответственно, ему приходится делать что? Вводить тарифы. Тарифы – это кувалда, которой пытаются починить микроскоп. И Трамп не дурак, что он использует кувалду. Он пытается починить микроскоп. У него просто другого инструмента нет. И это еще, господа, только-только начало.

Последнее, что меня спрашивают: «Юля, что вы думаете по поводу смерти немецких политиков перед выборами?»

Я думаю, что это такая же абсолютная фигня, как история с Урсулой фон дер Ляйен, которая не могла посадить самолет из-за российских глушилок. Потому что это nothingburger. Если бы действительно, не дай бог, политики реально умирали перед выборами, а это речь идет о семи людях, которые в AfD умерли, если бы действительно было что-то подозрительное в этой смерти, то мы бы знали имена этих людей и мы бы знали обстоятельства, при которых они умерли. А вместо этого мы просто видим, в интернете из новости в новость кочуют семь политиков, мы не знаем из скольких, из тысячи кандидатов, из двух тысяч кандидатов, из трех, умерли перед выборами. Что значит перед выборами? Вчера, в течение месяца, в течение года? И так далее.

То есть еще раз повторяю, если бы там было что-то серьезное, мы знали бы имена этих политиков и знали бы обстоятельства того, что с ними случилось, и от чего они хотя бы предположительно умерли. А так, это nothingburger и, скорее всего, просто гримаса статистики.

Юлия Латынина. «Код доступа». Приходите к нам, наверное, послезавтра. Делитесь ссылками, ставьте лайки. А кошка Бабочка выжила кот Галстука. Подписывайтесь на нас. Всего лучшего!