Борис Надеждин: о призывах к митингам 29 марта
Мы люди тертые. В каждом городе из этих мы предложили администрации на выбор несколько площадок. То есть мы уже не говорим, что вот в это время. Нет. Вот можно там, можно там, можно там, можно там. То есть логика, что «ой, а вы знаете, у нас в этом месте ремонт», она не проходит. Потому что, если вы предлагаете, скажем, в условном Королеве пять разных площадей около пяти разных дворцов культуры, стадионов и так далее, окей, разрешайте. Посмотрим…
Подписаться на The Breakfast Show
Поддержать канал The Breakfast Show
А. ПЛЮЩЕВ: Давайте продолжим наше обсуждение. И накануне продолжились выяснения, кто же стоит за митингами, точнее, организацией митингов, точнее, роликами, которые разошлись в сети и рекламируют митинги в различных российских городах 29-го числа, связанных с ограничением интернета. Ничего абсолютно непонятно. Мы уже говорили об этом. В свою очередь, есть и те, кто пытаются организовать официально подачу заявок на проведение этих митингов. Мы говорили уже с лидером партии «Рассвет» Екатериной Дунцовой. Ну вот еще и Борис Надеждин тоже хорошо известный вам пытается организовать, подать заявки в разных городах. Я накануне вечером об этом с ним и поговорил.
Борис Борисович, расскажите, пожалуйста, о своей деятельности по сбору заявок на митинги 29 марта.
Б. НАДЕЖДИН: Это не сбор заявок, это подача уведомлений. Это так называется. По российским законам, если мы хотим провести митинг, мы должны не позднее, чем за 10 дней, подать заявки, соответственно, в администрации городов, если мы говорим про Московскую область.
29 марта – это такая символическая дата. Во-первых, это воскресенье. Людям удобно в воскресенье, конечно, ходить на митинги днем. Во-вторых, 29-я статья Конституции, которая говорит про свободу слова, информации и так далее. Ну и, наконец, у нас же глушат все на свете. Вотсап уже убили практически, а Телеграм уже сильно глушат, работает только с VPN, и грозят совсем его убить к 1 апреля. Соответственно, 29 марта – это вот накануне вот этой зловещей даты, которая будет.
Что я могу сказать? Ситуация в России довольно сильно меняется и довольно динамично, потому что люди, собственно говоря, очень устали. То есть сейчас я же баллотируюсь в Государственную Думу (выборы 20 сентября), соответственно, в рамках подготовки к этим выборам мы проводим фокус-группы, опросы, готовимся, анализируем ситуацию в округе. А мой округ – это города Подмосковья. Я тут уже, страшно сказать, с 1990 года избираюсь депутатом.
И что мы видим? Мы видим, что в обществе сильно, я бы так сказал, зреет усталость, раздражение. И у людей, в отличие от предыдущих выборов, которые были не так давно, вот выборы президента, где баллотировался, у людей… Я говорю не про своих сторонников. Мои сторонники всё прекрасно понимают и про Путина, и про специальную военную операцию. Это понятно. Я говорю про тех людей, вот то самое молчаливое большинство, которое поддерживало, собственно, на протяжении 25 лет Путина.
Так вот, в этом молчаливом большинстве – это обычные люди, наши соседи, грубо говоря, – зреет раздражение, накапливается усталость, и возникает такое, я бы сказал, смутное ощущение, что страна идет куда-то не туда. И значительная часть этого раздражения… Оно, кстати, много с чем связано. Когда людей спрашивают: «Что вас больше всего раздражает?», или они сами на фокус-группах начинают говорить, их раздражает рост цен в первую очередь очень сильно, раздражает их, конечно, и качество услуг и дороговизна здравоохранения, образования и так далее, но все больше и больше их бесит то, что они не могут пользоваться привычными сервисами.
Слушайте, у нас в больших городах не работает навигация. Знаете, вот вы не можете по навигатору ездить ни в Москве, ни в Воронеже, нигде практически.
Дальше. Соответственно, людей раздражает все, что связано со специальной военной операцией. Это похоронки, это прилеты. Я уж не говорю про то, что в Белгороде происходит. И в Подмосковье мое тоже каждый день прилетают беспилотники украинские.
И очень сильно людей раздражает вот эта вот история – отключение интернета, блокировки мессенджеров, навязывание Макса пресловутого. И это все сильно раздражает. Это раздражение растет. Соответственно, растет готовность людей участвовать в акциях протеста. Подчеркну, я участвую в мирных и законных акциях. Ничего такого противозаконного. Никакие призывы к насилию, мятежу. Это не ко мне. Я подаю заявочки, их рассматривают администрации городов. И, надеюсь, они их согласуют. Мы уже люди тертые, грамотные. Мы знаем, как правильно писать, чтобы трудно было отказать. Ну, посмотрим. Собственно, в ближайшие дни все выяснится.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, я вот как раз хотел спросить, сколько городов всего будет подано, и в скольких вы прогнозируете, что согласуют, и в скольких это дойдет до проведения митинга?
Б. НАДЕЖДИН: Есть один город, где я прогнозирую, что не согласуют. Он называется Москва. Туда мы тоже подали заявку. Это вечная история. У меня уже суды находятся в кассационных высших судах. Я же в прошлом году там пикетировал Государственную Думу, был такой редкий случай, когда Дмитрия Кисиева и других там задержали. Мне тоже в итоге штраф выписали. Вот мы до сих пор судимся. Это было летом прошлого года, мы до сих пор судимся. В Москве, я считаю, откажут.
В подмосковных городах есть шанс, что не откажут. Мы подали заявку в пяти крупных городах Московской области, которые вокруг Москвы так расположены. Если идти по МКАДу, то это Красногорск, Химки, Долгопрудный, Мытищи, Королев. Это огромные города, кстати. Вообще, в этих городах живет больше миллиона человек, вот то, что я назвал. Это большие города. Соответственно, мы подали заявки на десятки тысяч участников. На десятки тысяч, да. Потому что я логически рассуждаю, что, если в Москве не разрешат, а, скажем, в условном Долгопрудном или Химках разрешат, туда все придут, конечно.
А. ПЛЮЩЕВ: Скажите, вы серьезно рассчитываете, что хоть в одном городе разрешат и дойдет до этого? Потому что в Перми, например, сначала вроде бы согласовали, а потом запретили.
Б. НАДЕЖДИН: Я могу сказать, что было в Перми.
А. ПЛЮЩЕВ: Краснодар, там где-то 10 километров от центра. Я боюсь, тоже не дойдет до…
Б. НАДЕЖДИН: Мы люди тертые. В каждом городе из этих мы предложили администрации на выбор несколько площадок. То есть мы уже не говорим, что вот в это время. Нет. Вот можно там, можно там, можно там, можно там. То есть логика, что «ой, а вы знаете, у нас в этом месте ремонт», она не проходит. Потому что, если вы предлагаете, скажем, в условном Королеве пять разных площадей около пяти разных дворцов культуры, стадионов и так далее, окей, разрешайте. Посмотрим.
Я в конце всех этих заявок… А заявитель я и местные активисты в каждом городе. Кстати, подписывайтесь на мой телеграм-канал. Он называется просто – @Надеждин. Вот. И вы там увидите все детали объявлений, куда приходить, как доехать и так далее, до митингов этих. И там я, собственно, эти заявки опубликовал, можете посмотреть сами, про места там и так далее.
А. ПЛЮЩЕВ: Скажите, пожалуйста, вот в интернете распространяется очень много призывов про 29-е число: выйти погулять, какую-то собачку искать, еще чего-то там в этом духе.
Б. НАДЕЖДИН: Это не мой стиль.
А. ПЛЮЩЕВ: Да, да. Вы имеете к этому какое-нибудь отношение?
Б. НАДЕЖДИН: Никакого. Я даже про это толком не очень понимаю, о чем идет речь, честно говоря.
А. ПЛЮЩЕВ: У меня такое впечатление, что в сети много об этом знают. И вообще вот такое совпадение по дате, что поневоле на месте властей, может быть, даже на месте публики я бы подумал: о, это просто одной рукой они подают запросы, подают эти уведомления, а другой рукой агитируют. И на этом основании вообще объявить всех экстремистами и запретить.
Б. НАДЕЖДИН: Послушайте, вот у меня, видите, две руки, вот эти две руки. Я этими двумя руками подаю заявки в администрации городов, в частности подмосковных, не только, кстати, там Подмосковье охвачено, еще ряд других городов, областных центров. Я подаю заявки в полном соответствии с законом в администрации городов с указанием мест. Это все соответствует закону российскому и так далее. Я никаких там тайных призывов куда-то там с собачками или с кошечками выходить. Это не ко мне. Это я не знаю.
Другое дело, что дата 29 марта, она носится в воздухе, она очевидна абсолютно. Я же объяснил, 29-я статья Конституции, последнее воскресенье перед 1 апреля, когда грозятся совсем убить Телеграм в России. Хотя в схватке Дурова с Шадаевым я бы поставил на Дурова все-таки.
А. ПЛЮЩЕВ: Хороший вопрос поднимает Борис Надеждин: на кого бы вы поставили в схватке Дурова и Шадаева? Интересно. Можем провести как-нибудь голосование.