Портрет дня: Ольга Комлева — уфимская политзаключённая

Что случилось?

Прокуратура запросила для Ольги Комлевой 13 лет колонии. Об этом сама обвиняемая в сотрудничестве с «экстремистской организацией» и «фейках» про армию сказала собравшимся у зала суда. Заседание проходит в закрытом режиме — на процесс не пускают даже близких родственников подсудимой. Обвинение считает «экстремистами» местное отделение ФБК. Что именно стало поводом для расследования о «фейках» — не сообщается. По версии издания «Idel.Реалии», в основе дела лежит неназванное сообщение в соцсети X, которое обвиняемая опубликовала вскоре после начала российского вторжения в Украину.

Риелтор

Комлева родилась в 1979 году в Усмани. Вскоре семья переехала в башкирский Ишимбай, на родину матери. После школы девушка поступила в Уфимский технологический институт сервиса. Уже во время учёбы она начала работать в сфере недвижимости. Затем начинающий специалист устроилась в агентство. Там Комлева продавала коммерческие и производственные объекты, а также занималась расселением квартир на первых этажах, чтобы там могли разместиться магазины. В 2003 году риелтор открыла ИП и начала работать самостоятельно.

Первое значимое столкновение с системой, как вспоминает сама Ольга, у неё произошло из-за порядка подачи документов в Росреестр.

«Люди занимали очередь за сутки, чуть ли не дрались там. Я создала прецедент — процедуру подачи по почте. Доказала это в суде в 2006 году. Апелляция, правда, это решение отменила, но тут уже Госдума своим законом изменила в 2008 году процедуру», — рассказывала Комлева изданию «Idel.Реалии».

В то время она ещё не принимала участия в политических событиях. Однако на фоне массовых протестов 2011–2012 годов против нечестных выборов Комлева стала задумываться о присоединении к несогласным.

Активистка

Из-за действий власти, которые представлялись Комлевой несправедливыми, она стала внимательно следить за теми, кто пытался противостоять произволу и коррупции, рассказывала она позднее. Муж показал ей блог, который вёл политик Алексей Навальный. Когда в 2017 году в Уфе открылся Штаб его соратников, Комлева предложила помощь.

С этого времени Ольга стала участвовать практически во всех мероприятиях, которые проводил Штаб. Она раздавала листовки, выходила на митинги и пикеты, выступала на просветительских акциях. Соратники вспоминают о её бесстрашии, настойчивости и юридической грамотности — последнее было особенно важно во время общения с силовиками. Впервые Комлеву задержали в январе 2018 года, когда она стала организатором уфимского митинга протеста против снятия кандидатуры Навального с выборов президента.

Ситуация резко ухудшилась в 2019 году, когда по всей стране стали появляться уголовные дела против ФБК и координаторов штабов Навального. Волна обысков прокатилась не только по руководителям, таким как глава Штаба в Уфе Лилия Чанышева. Силовики пришли и к Комлевой. Тем не менее, она не прекратила публичную деятельность. К примеру, после новостей об отравлении Навального «Новичком» активистка вышла на одиночный пикет с призывом арестовать виновных.

Ответом стали новые задержания и обыски, а также череда дел о штрафах и денежных взысканиях. Уфимские силовики потребовали у Комлевой, Чанышевой и сторонника Навального Ильгама Янбердина компенсировать свою «внеурочную» работу на акциях протеста. «Новая газета» подсчитала, что сумма, которую по решениям судов Комлева должна выплатить Росгвардии, МВД и их подразделениям, превысила 5,5 миллионов рублей. У неё арестовали счета и имущество, включая дом и машину.

В 2021 году Чанышеву арестовали, и это стало тревожным сигналом для многих сторонников Навального. Некоторые из них сократили публичную активность и даже уехали из страны, однако Комлева осталась и продолжила работу. Теперь она действовала как журналист. По её словам, свой арест она поначалу связала именно с этой деятельностью.

Политзаключённая

В январе 2024 года в Баймаке прошла стихийная акция протеста против приговора активисту Фаилю Алсынову. Предлогом для уголовного дела стала его речь на сходе в селе Ишмурзино против геологоразведочных работ. Суд назначил четыре года колонии по статье о разжигании розни. По оценкам прессы, выступления в Баймаке стали одними из самых массовых после начала войны в Украине. Комлева была там в качестве корреспондента издания RusNews. Когда в марте 2024 года за ней пришли, то сотрудница прессы подумала, что станет очередной арестованной по «баймакскому делу», вспоминала она позднее.

Уже на первом допросе выяснилось, что речь идёт об участии в «экстремистском сообществе», которым власти считают сторонников Навального. Закрытый от слушателей суд отправил Комлеву в следственный изолятор. Мужу не разрешили ни в суде, ни вскоре после него передать жене таблетки, которые необходимы ей для борьбы с диабетом.

«Такое развитие событий мы ожидали. Конечно, без неё трудно. Ощущение пустоты. Сын понял всё правильно. Тем более он пережил уже один обыск», рассказывал Вячеслав Комлев.

Защита не смогла добиться более мягкой меры пресечения — доводы о заболевании, несовершеннолетнем ребёнке и о том, что подозреваемая не скрывалась, а также много раз могла покинуть город и страну, но не делала этого, не подействовали. В суде Комлева отрицала вину. Адвокат подсудимой говорил, что её следует оправдать, поскольку сотрудничество со Штабом Навального та прекратила ещё до официального объявления организации «экстремистской».

В июле 2024 года к этой статье добавилась другая. Комлеву обвинили в распространении «фейков» про армию. Что стало поводом для нового дела — неизвестно. В изоляторе давление продолжилось — в марте 2025 года арестованная пожаловалась на домогательства со стороны сотрудницы ФСИН. После обращения в Генпрокуратуру приставания прекратились, рассказал проект «ОВД-Инфо».

Сегодня за закрытыми дверями зала заседаний должно прозвучать последнее слово Комлевой. «Мемориал» признал её политзаключённой.