«Ввести сокрушительные санкции»: сенаторы США недовольны переговорами. 100 дней Трампа
Нам бы никогда не пришло в голову делать ролик к какой-то годовщине какого-то зарубежного лидера. Но первые 100 дней Трампа — случай особый. Потому что, во-первых, Трамп сильно вложился в организацию мирного процесса между Украиной и Россией, а во-вторых – в этом процессе огромный дефицит внятных дедлайнов. Нет ничего более поганого с точки зрения любых попыток анализа, чем находиться в режиме «вот-вот». Когда нас старательно убеждают каждую новую неделю – мол, уже на следующей неделе результат точно будет. И вроде бы что-то даже и происходит, какие-то разговоры идут. И даже если мы понимаем, что это ерунда какая-то, что в реальности ничего не происходит – всё равно как-то кажется неправильным забегать вперёд и говорить, что ничего не вышло.
Надо отдать должное новой американской администрации. Интригу она умеет и создать, и поддерживать. Причём, видимо, не только для публики, но и для себя. У нас есть все основания думать: когда президент Трамп и его чиновники хвастались, что Путин вот-вот им всё подпишет – они действительно в свои слова верили.
Сто дней — удобная отметка для подведения итогов. Во-первых, это реально дофига времени. Да, война тянется уже двенадцатую сотню дней. Но вообще-то за сто дней некоторые полномасштабные войны в истории человечества умудрялись пройти путь от начала и до финала. Этого времени достаточно, чтобы обсудить любые условия и прийти к компромиссу, если стороны в принципе склонны этот компромисс искать, а не ведут переговоры ради переговоров.
Во-вторых, 100 дней – важная отметка для самого Дональда Трампа. Явно все усилия украинского дивизиона его администрации были направлены на то, чтобы получить какой угодно худой мир как раз до нынешнего момента. До того, как и противники, и соратники возьмутся подводить итоги и спросят: мил человек, а нет ли ощущения, что Путин тебе по ушам ездит?
Для Трампа нет ничего более унизительного и раздражающего. Его, автора книги «Искусство сделки», мерзкие либеральные журналисты из ABC задалбывают вопросами, предполагающими, что Путин его водит за нос как последнего лоха. Но не только из ABC. Даже соратники, даже ультраконсерваторы и преданные трамписты на лояльном Fox News рассуждают ровно в том же духе.
Для Трампа тема Украины — вторая с конца в приоритетах. Но она выглядит самым ярким и бесспорным провалом. Либералы с консерваторами могут не сходиться ни в одной букве ни по одному вопросу. Но ни тем, ни другим не нравится, что администрация президента Соединенных Штатов ведет себя как филиал российского МИДа. Из чего мы можем сделать простейший вывод: Трамп явно не собирался попадать в ситуацию, когда даже трамписты его аккуратно, но критикуют. А значит – он сделал всё, что планировал и что предполагал в отношении российско-украинской войны. И вряд ли у такого человека, как Дональд Трамп, хоть когда-то в жизни был заготовлен план на случай провала.
Итак, что же мы имеем по результатам 100 дней активности американского президента? У нас наконец-то пришел к завершению главный побочный сюжет переговоров об окончании войны. Природу возникновения которого мы до сих пор не понимаем. Подписано соглашение об инвестициях в разработку украинских недр и по созданию на этой базе Фонда восстановления Украины. Такое соглашение, опираясь на всё, что пишут люди, в теме сведущие, нельзя назвать иначе, кроме как победой украинской дипломатии. Подписанный в итоге документ не имеет ничего общего с тем проектом, который обсуждался изначально. Согласно тому проекту, Украина должна была принять на себя долги в размере двух своих ВВП и отдать Штатам всю свою инфраструктуру по добыче, транспортировке и экспорту ресурсов. В общем, Украина должна была отдать Штатам очень многое, а не получить взамен ничего. В итоге подписан инвестиционный договор двух равных союзников с вполне понятными обязательствами обеих сторон. Долги Украины за поставленную военную помощь вообще исчезли из повестки дня. Зато в соглашении прописаны поставки американских систем ПВО, в которых Украина остро нуждается. В целом то, что получилось в результате, действительно похоже на нормальное соглашение, в котором Украина получает инвестиции, а Соединенные Штаты — эксклюзивные условия сотрудничества. Остается только похвалить обе администрации, которые в процессе переговоров смогли превратить очень странный и ультимативный документ в реальный договор.
Сейчас поговорим о том, как изменилось положение российской стороны. Но сначала небольшая реклама. Посмотрите, пожалуйста.
***
Продолжаем.
Российская сторона, выглядевшая последние пару месяцев абсолютным хозяином ситуации, на излёте 100 дней отыгрывает сцену из «Бриллиантовой руки»:
Шеф, всё пропало, всё пропало! Гипс снимают, клиент уезжает!
Чем яснее Трамп понимает, что ему компостируют мозги – тем больше создаётся инфоповодов с целью демонстрации прогресса в переговорах. Тем больше заявляется каких-то символических уступок. Нет сомнений: Путину очень важно не обрушить переговорный процесс. Важно держать администрацию Трампа в режиме постоянной надежды. Путин объявляет перемирие к 80-летию Победы. Тут же выходит Лавров и заявляет, что перемирие это – первый шаг Путина к прямым переговорам без предварительных условий. Как связано одно с другим? Где эти переговоры, от которых раньше прямым текстом отказывались? Почему бы не начать их прямо сейчас, раз нет никаких предварительных условий? Всё это загадка.
Однако цели и задачи таких заявлений вполне прозрачны. Убедить Трампа, что выходить из переговоров ни в коем случае не нужно. Вот только получается это всё хуже и хуже. Дональд Трамп не в вакууме живёт. Его референтная группа не ограничивается Стивом Уиткоффом, плотно подсевшим на путинские нарративы. Даже внутри ближнего круга Трампа есть люди вроде Кита Келлога и Марко Рубио, которые прекрасно осознают, к чему дело клонится, и не особо склонны играть с Путиным в игры, которым нет конца.
Мы видим, как буквально за пару недель поменялся настрой и в Республиканской партии. Недавно главные её представители утверждали, что мирный процесс идёт как никогда успешно, и готовы были инициировать самые широкие уступки, в том числе признание Крыма. Сегодня те же персоны ведут себя совершенно иначе. Например, сенатор Линдси Грэм, когда-то классический консерватор, а ныне главный трампист Верхней палаты американского парламента. Линдси Грэму в следующем году переизбираться, поэтому он нуждается в поддержке Трампа и явно шагу без его одобрения сейчас не ступит. Так вот, этот человек возглавил группу из 72 сенаторов. Напоминаю, всего в американском сенате – 100 человек. И эти 72 сенатора поддержали законопроект о, как их называют, сокрушительных санкциях против России, предполагающих введение 500% пошлин против стран, покупающих российское сырье. И не только нефть, но и уран. Сенатор Кеннеди, еще один ультра-мага-трампист, в эфире Fox News, главного республиканского СМИ, вообще позволяет себе такие высказывания, которых и во времена администрации Байдена мы никогда не слышали. Кеннеди предлагает напомнить Путину, что США могут отправить его на корм для рыб.
Что приводит нас к неприятному, но очевидному выводу. В последние три месяца Владимир Путин разговаривал с трамповской администрацией, которая была в высшей степени к нему доброжелательна. С администрацией, которая действительно хотела мира любой ценой и готова была сделать 10 шагов навстречу Путину в ответ на его обещание сделать хотя бы шаг. Администрация эта с готовностью пересказывала краткое содержание вечернего выпуска Владимира Соловьева. Повторяла за Путиным истории о зловредном НАТО, которое вынудило его напасть на Украину. Обвиняла в развязывании войны не Путина, а Джо Байдена, который того спровоцировал. В последние три месяца Путин находился не просто в комфортной, а в уникальной, беспрецедентно сказочной позиции для заключения мира на самых выгодных для себя условиях. Трампу нужен был мир любой ценой. У Трампа была широкая политическая поддержка, которая могла санкционировать любые уступки, лишь бы прекратилась стрельба. Американцам было без разницы, как будет выглядеть соглашение, лишь бы привело к результату.
В этих расчудесных условиях полной лояльности, какой в отношениях США с Россией никогда не было, Путин сделал выбор — саботировать переговоры.
Лучших условий, чем были в эти три месяца, у Путина не будет уже никогда. Возможности выскочить из войны с меньшими потерями и большими приобретениями, как физическими, так и репутационными. Путин был в уникальной ситуации. Когда на него не давили, вместо этого лебезили и заискивали, он мог запросто объявить себя победителем. Таким шансом можно не воспользоваться только в одном случае – если никакой шанс тебе не нужен. Если ты не планируешь ни с кем всерьез договариваться ни о чем.
По результатам ста дней Трампа можно смело сказать: версии, будто Путин ищет наилучшую конфигурацию для выхода из войны, будто хочет сохранить лицо и объявить себя победителем, не подтвердились. Надо было очень постараться, чтобы Трамп, который органически не способен признавать свои ошибки, начал рассуждать в духе «Путин водит меня за нос и не хочет заканчивать войну». Но Путин тут преуспел.
Мы без понятия, что будет дальше. Но точно можно сказать одно — переговорная позиция Путина, его отношения с действующей американской администрацией точно не станут лучше. Он точно не получит больше уступок, чем мог бы получить месяц назад. Его символические акции вроде суточного перемирия будут иметь меньший эффект, чем раньше.
Судя по тому, как меняется поведение и самого Трампа, и его группы поддержки в Республиканской партии, дальше ситуация может развиваться по двум трекам. Первый путь – его многие аналитики, в том числе и мы, предсказывали еще до вступления Трампа в должность – такой. Поняв, что над ним публично издеваются, Трамп отстранится от любых переговоров, передав дальнейшую по этой теме активность верхушке Республиканской партии. Каковая партия устами ключевых своих деятелей, вроде Линдси Грэма, уже явно копытом бьет в своем желании освободить президента от такой неприятной и проигрышной темы. Переговорами займутся люди, чьи избирательные фонды пополняют такие миролюбивые компании, как Lockheed Martin, которые совершенно не хотят терять большие госконтракты на помощь Украине.
Второй трек. Дональд Трамп может сильно обидеться. Всё, что мы знаем о Трампе – у него всё и всегда личное. Наверное, это самый искренний человек, который когда-либо занимал столь высокий политический пост. Мы с вами привыкли к классическим политикам и всегда пытаемся понять, что же они имеют в виду, найти второе дно в их реакциях и высказываниях. А у Трампа нет второго дна. Он говорит ровно то, что имеет в виду. Он искренне любит и самозабвенно ненавидит. Мы знаем из многочисленных интервью приближенных Трампа, что Путин ему искренне был симпатичен. Трамп действительно думал, будто Путин если не считает его другом, то как минимум уважает и восхищается. Будто он его не кинет. Ведь Путин свой.
Реакция Трампа сейчас — это не реакция должностного лица на поведение другого должностного лица. Это не уловки бизнесмена, но глубоко личная обида на человека, которого он считал своим, а тот его обманывает и публично унижает. Трамп говорит об успехах в мирных переговорах. Трамп отвешивает Путину комплимент. И тут же по центру Киева, по Кривому Рогу, по Сумам прилетают ракеты. Тут же разные недружественные СМИ начинают глумиться над наивным Трампом. Ну разве нормальные пацаны так себя ведут?
Мы знаем, как Трамп умеет ненавидеть. Если он вцепится в какую-то тему, то не будет себя ограничивать формальными правилами и приличиями, которыми руководствовалась предыдущая администрация, когда давила на Путина.
Очень плохо то, что по результатам этих 100 дней мы можем смело констатировать: по какому бы пути ситуация ни развивалась дальше, никакого мира пока не проглядывается. С точки зрения динамики войны, этих 100 дней просто не было вовсе.
До завтра.