Вот она, рыба нашей мечты… Ну почти
Посёлок Красное — настоящая окраина мира, там в тундре Ненецкого автономного округа заканчиваются все дороги. Я вообще удивлен, что там был какой-то бар.
Представьте картину в этом баре: полумрак, местные оленеводы, дешёвый алкоголь и встает библиотекарь Владислав Ледков и кричит что-то против войны. И в этом баре нашелся же кто-то, кто написал донос на Ледкова.
Суд. Приговор. 5 с половиной лет колонии. Обычное политическое дело — таких сейчас десятки, сотни, просто тут из Заполярья. И я бы просто добавил судью Юрия Эрдле, который отправил Ледкова в колонию, в наш «чёрный блокнот». Но это дело на самом деле больше и важнее.
Дело происходит в Ненецком округе. Не просто красивом регионе, а в единственном регионе страны, который в 2020 году сказал Путину: нет.
Против поправок в Конституцию. Против обнуления. Единственные, кто не подделал результат. Настоящие. Смелые. Маленький округ, который испортил Кремлю картинку всенародной любви.
С тех пор в Кремле таят особую злобу. В НАО стали присылать чужаков, как ставленников, как гауляйтеров. Местных задвинули. Исполняющая обязанности губернатора — Ирина Гехт. Из Челябинска, её отправляли гаулятером в Запорожье. В сентябре её поставят уже официально. Назначенка от «Единой России». Без корней, без совести.
Судья Юрий Эрдле — новый зам главы Нарьян-Марского районного суда, главного суда в округе, большая часть дел проходит через него. Судья с биографией плотника и мента, прибыл с Алтая. Назначен, чтобы «понимал задачу». Чтобы не сомневался, кого сажать, а кого награждать.
Приговор Ледкову показательный. Демонстративный. Именно так шаг за шагом ломают свободу даже на самой окраине. Даже в тундре.
Если вы читаете это в Ненецком округе (а я знаю, что читаете) — в сентябре не голосуйте за Гехт. Она здесь только затем, чтобы подчинять.
А по судье Эрдле для чёрного блокнота мы постарались побольше! Перейдите по ссылке и насладитесь! Как думаете, ему понравится?
Пусть подлец знает, не спрячется. Мы видим всё.
Семье Владислава Ледкова — сил. Его отец тоже человек борец за свободу. За 300 рублей пожертвования в ФБК — домашний арест.
Но тундра помнит. Ночь тут долгая, но память — ещё дольше.