Война на море. Новый этап противостояния
Прямо сейчас на Чёрном море и полуострове Крым раскручивается целая череда событий, которая показывает: война на море перешла в совершенно новую фазу. 22 сентября Украина ударила ракетой по штабу Черноморского флота России. Ещё год назад туда через российское ПВО мог пробиться разве что небольшой дрон, чтобы в итоге упасть на крышу или выбить пару окон. А 18 сентября в сети появились фотографии последствий украинской атаки по судоремонтному предприятию «Севастопольский морской завод» – Севморзавод. Удар был нанесён 13 сентября и пришёлся по сухому доку, где на ремонте или техническом обслуживании стояли подлодка «Ростов-на-Дону» и небольшой десантный корабль «Минск». В результате удара оба получили такие повреждения, что их дальнейшее использование – под большим вопросом, хотя российское минобороны, конечно же, отчиталось, что ничего страшного, и оба корабля скоро поплывут.
Тут стоит оговориться, что и подлодка, и корабль, вообще-то, важные объекты. Если верить открытым источникам, без «Ростова-на-Дону» у России в Чёрном море осталось всего 5 подлодок, которые могут доставать до отдалённых территорий Украины крылатыми ракетами «Калибр», а большой десантный корабль «Минск» – один из немногих кораблей, который может перевозить крупные военные грузы. Особенно велика их роль сейчас, когда крымский мост регулярно подвергается атакам. Снабжение российских подразделений, которые сдерживают наступление ВСУ по линии Суровикина, идёт по морю с помощью этих кораблей. Но важно во всём этом даже не то, что Черноморский флот России, возможно, навсегда лишился значимой военной техники. Важно, что черноморский флот очутился чуть ли не в положении лягушки, которую медленно варят в закипающей воде. Удар по Севморзаводу показал: Украина нащупала возможность бить, попадать и разрушать стратегические объекты флота – главного оружия России в Чёрном море и Крыму. А это гораздо серьёзнее, чем погоня морских дронов за кораблями. Можно сказать, что прямо сейчас разворачивается новый этап противостояния на море в целом и в Крыму в частности. Давайте во всём этом сегодня попробуем разобраться.
Начнём с фундаментальных изменений, которые мы могли заметить на прошлой неделе. Так, дала трещину система ПВО над полуостровом. Она сначала довольно успешно справлялась с налётами украинских дронов, но состоялась первая массированная ракетная атака на Севморзавод, главную ремонтную базу Черноморского флота, и этот удар, видимо, надолго остановил её работу. Севастопольский морской завод располагает всего двумя морскими доками, а остатки корабля и подлодки фактически заблокировали камеры обоих доков. Чтобы получить возможность обслуживать другие суда, нужно освободить доки от «Минска» и «Ростова-на-Дону». Для этого нужно сперва обеспечить плавучесть обоих кораблей, а затем либо переместить их в плавучие доки, либо признать, что игра не стоит свеч, и вытолкать их куда-то на воду и без лишней помпы притопить у берега. Если же пытаться отремонтировать сильно пострадавшие корабли на месте, то доки ещё долго не смогут принять никакой другой корабль, и принимать решение придётся в условиях, когда совершенно не ясно, можно ли вообще спасти повреждённый корабль и субмарину. У вас может возникнуть закономерный вопрос: как это на судоремонтном заводе не могут обозначить степень ущерба и сроки его устранения? Но дело в том, что Севморзаводу уже больше 0 лет не приходилось оценивать подобные работы, и это мы ещё не задались вопросом, откуда взять двигатели для БДК «Минск», а ещё завод, вероятно, не располагает оборудованием для сварки прочного корпуса подводной лодки, поэтому вопрос, а можно ли вообще починить лодку на неспециализированной верфи, остаётся открытым. А строят их в Петербурге.
Если результативные атаки по Севморзаводу продолжатся, ремонт российских кораблей будет всё более долгим и сложно выполнимым – это в ситуации, когда Турция закрыла Босфор. С военной точки зрения это означает следующее: Россия худо-бедно сможет отправлять малые ракетные катера на ремонт речным путём, но большие корабли окажутся наглухо заперты в Чёрном море. Получается, украинские военные вынуждают Россию перебросить чуть ли не весь свой флот из Крыма в Новороссийск, туда, куда не достают ракеты ВСУ. Собственно, уже 20 сентября наблюдатели отметили, что из Севастополя ушли все российские подлодки. Собственно говоря, нужно отметить, что российскому флоту будет не так уж спокойно и в Новороссийске, ведь корабли окажутся под прицелом уже морских дронов. Происходящее с большими оговорками можно назвать демилитаризацией Крыма.
Оценивая полную картину, мы видим, как Украина, государство без собственного флота, постепенно выдавливает из моря флот российский. И это при том, что у России, на минуточку, второй флот в Чёрном море, и это, в отличие от «второй армии мира» – не дутый эпитет для пиара, а факт. Черноморский флот – это, вообще-то, огромная махина, это больше сотни боевых и транспортных кораблей. Они могут вести бои и разведку в море, под водой и над водой. Прикрывать другие корабли, собственно ПВО, морской авиации, более того, флот может высаживать десанты с тысячами бойцов морской пехоты и бронетехники. Своими ракетами флот может простреливать любую страну региона на всю его глубину. Перед началом полномасштабного вторжения именно российский флот наряду с авиацией были двумя родами войск, где преимущество России над Украиной было не просто доминирующим, но тотальным. Сейчас же на Черноморский флот идёт самая настоящая охота, и ракетные удары по Севморзаводу – это только одно звено в большой цепи военных действий.
Чтобы продолжить разговор более предметно, вспомним, как развивались события в акватории Чёрного моря в последний месяц. 23 августа Украина уничтожила самый современный российский комплекс ПВО С-400 в самой западной точке Крыма, на мысе Тарканхут. Такие огромные комплексы, как С-400, рассчитаны на то, чтобы сбивать какие-то серьёзные цели типа самолёта или большой ракеты, но из-за своих габаритов они становятся лёгкой мишенью для дронов-наводчиков или дронов-камикадзе. Поэтому С-400 приходится прикрывать зенитными комплексами поменьше, такими как Бук. Оказалось, что дрон без проблем навёл ракету на С-400. Это был первый сигнал, что российское ПВО отрабатывает подлёты к Крыму не идеально. Вторым сигналом стало уничтожение российского катера Байрактаром 3 сентября, и это при том, что Байрактары больше года вообще не показывались на фронте из-за мощной российской ПВО. Неделей раньше, 24 августа, в день независимости Украины разведка и вовсе преодолела весь путь до Крыма на лодках и высадилась у мыса Тарканхут. Дело в том, что заметить с воздуха лёгкий десант на надувной лодке значительно сложнее, чем заприметить след на воде от катера. К тому же на такую лодку можно взять переносной зенитный комплекс, чтобы не просто сидеть под ударами авиации, но и отстреливаться самим.
11 сентября ВСУ вернули под свой контроль объект, захваченный Россией ещё в 2014 году. Эти газовые вышки в Чёрном море российские солдаты аннексировали вместе с Крымом. Сейчас они чуть ли не ближайшая к Крыму позиция ВСУ. Тут, правда, стоит отметить, что на вышках нет постоянных пунктов ВСУ, и в ближайшее время эти объекты не станут базой для десанта в Крым, у Украины просто нет такой возможности. Но зато есть возможность сделать вышки своего рода биноклем, направленным на Крым. На них вполне можно установить средства разведки, которые будут сканировать небо над полуостровом и искать крупные цели на суше. То есть, у ВСУ появится дополнительный инструмент, чтобы вскрыть оборону Крыма. Сначала ослабить ПВО полуострова, а затем наносить ракетные удары типа того, что был по Севморзаводу и штабу Черноморского флота. Поскольку бои у вышек происходили в зоне досягаемости украинских противокорабельных ракет, российский флот наблюдал за ними с берега. В итоге морские бои и десанты в море между Одессой и Крымом стали такими, на надувных лодках.
А вот в отдалённые зоны акватории, куда Украина не может дотянуться своими ракетами, ВСУ охотится на российские военные корабли с помощью морских дронов, и 14 сентября у них был особо плодотворный день. Сначала прямо с утра российское минобороны в своём обычном стиле заявило, что ВСУ атаковали катер «Василий Котов», но экипаж нападение отбил. Спустя несколько часов военное ведомство отчиталось, что отразило атаку и на ракетный катер «Самум». Потом, правда, оказалось, что «Василий Котов» всё же поражён, а ещё через некоторое время стало известно, что катер «Самум» по какой-то причине заходил на стоянку не своим ходом, а на буксире. Кстати, в тот же день 14 сентября ВСУ уничтожили ещё один комплекс С-400, уже под Евпаторией. А за день до этого, как мы уже говорили, ударили по Севморзаводу. Поэтому справедливо говорить, что недавний удар по штабу Черноморского флота, во-первых, был ожидаемым, а во-вторых, что это был явно удар не последнего рода. Все эти атаки свидетельствуют, что противостояние на море вышло на новый уровень.
В общем, складывается совершенно парадоксальная ситуация, когда страна без флота, большая часть побережья которой оккупирована врагом, оттесняет флот противника из моря, старается его изолировать и медленно подбирает ключи, чтобы разбить его главные военно-морские базы в Крыму. Положение на море даже немного смахивает на противостояние в небе, когда российская авиация, которая в разы превосходит украинскую, не смогла завоевать небо над Украиной. В небе Украина смогла закрыть своё пространство для противника и сохранить ресурсы для продолжения борьбы – а на море Украина перехватывает инициативу. Во многом этот успех возможен из-за географических особенностей. Между Одессой и Крымом по меркам мирового океана очень небольшое расстояние, и большая часть этой акватории покрывается украинскими же противокорабельными ракетами.
Британский адмирал Бен Ки считает, что своими действиями в Чёрном море Украина вообще может переписать военно-морские доктрины. Ки даже сравнивает происходящее сегодня с появлением дредноутов, нового класса артиллерийских кораблей. Изначально их сконструировали в Британии, позже их начала производить Германская империя. Дредноуты произвели революцию в военно-морском деле. Во-первых, они получили противоснарядную броню, которая выдерживала много попаданий. Во-вторых, могли стрелять намного дальше, чем все остальные корабли, и при этом имели высокую скорость хода. Дредноут мог уничтожить броненосцы противника ещё до того, как те замечали его присутствие. Но когда пришло время воевать дредноутом против дредноута, ни Британия, ни Германия долго на это не шли по довольно прозаичной причине. И Лондон, и Берлин боялись потерять эти супердорогие плавающие крепости. В итоге состоялось всего одно сражение с участием дредноутов, Ютландский бой. Тогда каждая из сторон чудом не потеряла большую часть этих кораблей, а после боя Британия и Германия решили и вовсе воздержаться от генеральных сражений друг с другом на море. Стало очевидно, что, какими бы совершенными и мощными не были вооружения, толк от них сводится к минимуму при отсутствии преимущества в средствах защиты.
Принцип этот актуален и в наши дни: победа в войне на море подразумевает наличие такой силы, которая способна контролировать и уничтожать противника в акватории, не становясь лёгкой мишенью. Казалось бы, вот напрашивается очевидный вывод, чтобы иметь большой успех или больший успех в акватории Чёрного моря, Украине нужен большой флот. Большие корабли должны выходить в море, сбивать самолёты в небе, обнаруживать цели, стрелять по ним – только так страна может обезопасить свои морские пути, а значит, получить доступ к мировой торговле. Но всё не так просто. Как только Украина начнёт строить такой флот, его постигнет та же участь, что и российский. Он будет уязвим для российских ракет и в море, и, тем более, на стоянке. В итоге, как пишет украинский эксперт Николай Бережков, стратегия Украины в море состоит в том, чтобы освободить Крым. Вернув полуостров, Украина будет иметь возможность контролировать и держать в безопасности свои морские торговые пути.
Значит, в обозримой военной перспективе мы увидим, как ВСУ ведут разведку, истощают флот противника, выявляют и уничтожают средства ПВО и командные пункты, узлы обороны, крупные склады с боеприпасами и горючим. Да, в этом сценарии нет захватывающих поворотов, уникальных сценариев и прорывных технологий, способных мгновенно переломить ход войны. Но в ней есть решения, которые вынуждают если не переписывать, то пересматривать военные доктрины, как минимум, доктрины обороны. Ведь нынешняя война демонстрирует в очередной раз очевидный, но сложно усваиваемый принцип. Чтобы воевать успешнее противника – надо успешнее противника защищаться.
До завтра!