Вероятность того, что Москва примет документ, остаётся мизерной
Наверняка вы уже читали про 28 пунктов нового плана завершения войны, который США предложили Украине, России и европейским союзникам. Разумеется, по обе стороны баррикад отдельные пункты этого документа уже вызывают возмущение, но плану трудно отказать в одном — он действительно охватывает все спорные вопросы, пусть и не решает их к удовольствию обеих сторон.
Среди пунктов можно найти ответы на проблему территорий, замороженных российских активов, гарантий безопасности Украины и даже вопрос пресловутой защиты русского языка. Кажется, американцы постарались, чтобы в тексте не было ни одного слепого пятна. В Белом доме говорят, что над этим планом госсекретарь Рубио и спецпосланник Уиткофф работали весь последний месяц, но как бы их усилия в очередной раз не пошли прахом.
Для Путина эта война, очевидно, имеет глубокий экзистенциальный смысл, а американский план — он очень «американский». Слишком конкретный, слишком понятный, слишком практичный. Как будто в нем не просматривается достаточного, если хотите, катарсиса, для разрешения этого экзистенциального путинского конфликта.
Вашингтон все время пытается договориться при помощи логики, а проблема то лежит совершенно в другой плоскости.
Тем, кто давно наблюдает за этой линией, очевидно, что мысль «об историческом единстве русских и украинцев» не дает Путину покоя уже десятилетиями. Еще в 2008 году на саммите НАТО в Бухаресте он доказывал американской делегации, что Украина «даже не государство», а в 2021 выпустил огромную псевдоисторическую статью, важную для понимания его личной одержимости.
И вот теперь этому человеку предлагают решить «украинский вопрос» пунктом о нейтралитете и вкладом в фонд восстановления. Как будто к кровопролитной войне действительно привели глубокие экономические и дипломатические предпосылки, а не вот эта личная фиксация.
Что с этим делать, кажется, не знает никто, но именно поэтому вероятность того, что Москва примет документ, остается мизерной.