Важнейшая веха — изменение Конституции 2020 года
Вчерашние «выборы» в РФ в очередной раз продемонстрировали: большинство критически настроенных россиян так и не поняли, какой важной вехой в истории путинской диктатуры стало изменение Конституции 2020 года. Общий подход — который я постоянно слышал и слышу, в т. ч. и от российских оппозиционных «ЛОМов» — звучит примерно как «да что изменилось-то? Мы и так знали, что у нас диктатура, и Путин никогда не собирается уходить со своего поста, поэтому продолжаем делать все то же самое, что и раньше, капля камень точит».
Меж тем, на мой взгляд, именно это изменение Конституции стало важнейшим символом перехода страны от авторитаризма к тоталитаризму (и кстати, именно тогда я понял, что из России пора уезжать, вследствие чего мы смогли переместиться за пределы страны еще до начала полномасштабного вторжения в Украину, в «спокойном» режиме, а дальше уже принимать остальных, бегущих в спешном порядке). Это проявляется во множестве самых разных аспектов жизни: до 2020 года в России могли существовать — пусть и под большим давлением — оппозиционные политики и активисты, независимые СМИ, НКО, фонды, общественные кампании и проч., а теперь их деятельность криминализована по дефолту. Однако наиболее наглядно это выражается именно в т. н. «выборах».
Разумеется, по-настоящему свободных и конкурентных выборов в России не было все годы путинского правления. Админресурс, карманные «суды», вбросы, фальсификации, постоянно изменяющееся в интересах власти выборное законодательство и т. д. и т. п. сопровождали «выборный» процесс в России как минимум с 2003 года, если не с 1996-го. Однако вплоть до конца 2020 года существовала теоретическая возможность, что в том или ином месте даже на таких «выборах» может победить какой-то независимый, несогласованный с исполнительной властью кандидат — и иногда такие победы, правда, случались (наиболее яркий пример — «выборы» в Мосгордуму 2019 года). Теперь же это абсолютно исключено!
Основой новой государственной идеологии в РФ стал ГЛЯЙХШАЛЬТУНГ — ровно как в Третьем Рейхе. Отныне все публичные лица в стране должны в едином порыве поддерживать все решения Владимира Путина, «традиционные ценности», «скрепы», войну, противостояние с Западом и т. д. Любая фронда в этих вопросах исключена — даже на уровне муниципального депутата в глухом сельсовете (см., например, трагическую историю депутата Горинова).
«Выборы» в этой модели окончательно превращены в символический ритуал, главная цель которого — в очередной раз подчеркнуть абсолютное единство нации. Их «результаты» рисуются и утверждаются заранее. Неожиданности исключены. «Опрокидывающее голосование» невозможно — эти бюллетени никто даже не будет считать. Если найдется какой-то наглый и не понимающий реальности наблюдатель, который начнет слишком активно «качать права» — отправится за решетку. Если таковым окажется сам кандидат — отправится за решетку надолго. Каждый мандат знает своего обладателя задолго до выборов и никому другому достаться не может (наиболее яркий пример на последних «выборах» — «результат» партии «Справедливая Россия», которая очевидно никакой барьер не прошла и близко, никто за неё не голосовал, и в принципе для Кремля не было бы никакого ущерба от ее отсутствия в Думе, но поскольку все мандаты были уже расписаны, а что-то менять в этом плане — неприятный форс-мажор, пришлось дорисовывать ей проценты и протаскивать в Думу бессмысленного Миронова и компанию).
Это не значит, что само по себе участие в таком ритуале или тем более в связанных с ними акциях, предлагавшихся критически настроенным россиянам, обязательно лишено смысла. Теоретически такие смыслы находить можно (например, забитые и зашуганные люди, придя в определенный момент времени на участок и увидев, что они не одни, таких много даже среди их соседей, возможно, в будущем могут стать посмелее). Но вот в чем смысла нет вообще — это в обсуждении «результатов голосования». Точнее — обсуждать эти «результаты» тоже можно, но только с точки зрения «кремлинологии»: чей аппаратный вес увеличился, чей уменьшился, чей остался таким же. А непосредственно с голосованием или общественным мнением они вообще никак уже не связаны. И не будут связаны больше ни на каких «выборах», пока в стране не изменится строй, и гляйхшальтунг не уйдет в прошлое.