Уже к концу 2022 года русскоязычные сторонники Украины резко сбавили уровень поддержки
«Волковгейт» продолжает полыхать среди эмиграции из России и превысил градус, увы, обычной склоки вокруг слов или действий ФБК в целом или его отдельных деятелей. Меня лично порадовало заявление не известного мне своими действиями, но активно упоминаемого в прессе «Фри Раша Фаундейшен», который объявил, что ещё год назад в своём докладе предупреждал об антиукраинском тренде в российской оппозиции и что надо, несмотря ни на что, поддерживать Украину и ни в коем случае, не будучи российскими гражданами, её критиковать.
Тут вопрос простой — а можно ли, будучи израильскими, или немецкими, или американскими гражданами, критиковать Украину и власти её страны, обладая или не обладая российским паспортом? И сколько лет назад надо было отказаться от паспорта РФ, чтобы стало возможно её критиковать? Или можно ли называть себя «российской оппозицией», обладая при этом паспортами других государств, а иногда и вовсе не обладая российским?
Но по сути проблема в следующем. Есть некий «российско-оппозиционный истеблишмент», который (не будем о распределении грантов) каким-то образом напрямую зависит от западного политического истеблишмента, который, в свою очередь, ориентируется прежде всего на позицию Украины.
Одна часть этого истеблишмента (условно леволиберального — американские демократы, немецкие зелёные, нынешнее руководство Великобритании, Канады и всей Скандинавии с Балтией, часть Европарламента) при этом считает, что «Украина — жертва, критика её неуместна в принципе, а всю скорбную информацию мы будем замалчивать», а потому та часть «российско-оппозиционного истеблишмента», что с ней близка, играет в ту же игру. Более того, некоторые в этой среде видят, что чем безапелляционнее будет поддержка и призывы к россиянам идти на войну за Украину, тем ласковее им будут улыбаться их западные контрагенты.
Другая часть западного политического истеблишмента (условно срединная линия правительств Германии и Франции, а также Израиля) считает, что критика Украины в целом возможна, но не надо «перегибать палку» и систематически играть в пользу Путина. Ориентирующихся на них фигур в российском оппозиционном истеблишменте куда меньше, поскольку эта позиция не подразумевает активного вовлечения и тем более субсидирования российской оппозиции — ни за правильные слова, ни за неправильные.
И третья часть оппозиции, возможно, хотела бы открыто встроиться в украиноскептический тренд Трампа и его «прокси» в Европе, но те оппозицию в упор не видят и хотят дружить из россиян с Путиным и его присными.
Однако такой формат существования — обмен позиции на общение, влияние и финансирование — значим именно для «топов» российской оппозиции. Между тем «в низах» оппозиционеров с самого начала войны накапливался потенциал всё более жёстко-критической по отношению к Украине, но при этом не «пропутинской» и не «пророссийской» позиции.
Это началось примерно тогда, когда украинские организаторы проукраинских европейских митингов после начала успешных оборонительных действий в апреле 2022 года (а также после Бучи) стали отказывать российским и белорусским оппозиционерам в возможности выступать. С того момента, когда украинской сетевой армии комментаторов была дана отмашка «мочить» россиян на всех площадках, когда их тон в разговоре о войне, или о прошлом, или о будущем будет хоть на йоту отличаться от «проукраинской позиции», и потоком полилась расистская риторика про «мокшей» и «болота», подхваченная в Киеве с высоких трибун и, как по команде, выключенная только в 2024 году.
Так что не надо было быть «Фри Раша Фаундейшн», чтобы заметить, что уже к концу 2022 года большинство российских или построссийских, а также многие русскоязычные сторонники Украины резко сбавили уровень поддержки, вовсе исключили эту тематику из своих постов или перешли к украиноскептической, а то и вовсе антиукраинской риторике.
То же самое происходило на всех уровнях. Я вот в январе 2024 года, присутствуя на каспаровском форуме «Свободной России», с удивлением смотрел, как третьесортный украинский политик из числа бывших мелких пиарщиков Днепропетровской областной администрации «регионала» Вилкула, а ныне типа депутат Верховной рады, глумился по видеосвязи над всем этим российско-оппозиционным истеблишментом, приглашая его «в окопы», а иначе, мол, зачем они нужны. И никто, кроме, надо отдать должное в данном случае, Каспарова, даже не пытался ему возразить — утёрлись, а некоторые и в самом деле восприняли этот глум (человека, разумеется, ни в каких окопах не сидящего) за инструкцию.
Поскольку подобное происходило на всех уровнях, то есть со стороны украинского политикума и политически ангажированных украинских граждан слышалось, по сути, только одно пожелание к оппозиционным россиянам — сдохнуть под Покровском «с нашей стороны», пока основная масса потенциальных украинских призывников остаётся дома, — ответ накапливался, и вот теперь он оформляется через легальную риторику.
Да, многие оппозиционно настроенные россияне не считают возможным не замечать «неонацистских взглядов», особенно у россиян, которых им со стороны Украины ставят в образец как «будущее России».
Да, многие оппозиционно настроенные россияне не считают, что молчание о коррупции или «пиаре на крови» как-то поможет победе Украины.
Да, многие оппозиционно настроенные россияне заплатили ту или иную цену за свободу слова в своей стране и считают, что на Западе эта свобода есть, и критикуют правительства, которые её ограничивают, или расистов различного рода, использующих свободу слова для ксенофобии в их адрес.
Да, уже появляются фигуры, которые будут накапливать потенциал подобных настроений вокруг себя, но не для использования внутри ЕС, а внутри РФ. А вот каким будет это использование — интересный вопрос.