«У этих людей нет никаких моральных тормозов». Как силовики Казахстана калечат, пытают и убивают
«Прага. Национальный музей. Камера фиксирует мужчину в бежевой куртке. Это не турист. Это — хвост. Он следит за семьёй убитого журналиста. А когда его замечают — бежит. Это не просто слежка — это продолжение спецоперации, после убийства журналиста взялись за его семью. Он приехал не гулять по Вацлавской площади. Он приехал за нами», — Наталья Садыкова, вдова убитого казахстанского оппозиционера Айдоса Садыкова, об агенте КНБ, следившем за её семьёй спустя год после убийства.
Прочитал как гэбня пытается кошмарить Наталью Садыкову. Потом прочитал пост Айжан Хамит, где она обращается к сотрудникам силовых структур и пытается достучаться до их чести и совести. Вспомнил, как после покушения на меня в 2012 году, уже после того, как осудили исполнителей и организатора покушения, ко мне неожиданно пришла супруга одного из осуждённых. Она рассказала, что судебные исполнители хотят конфисковать ее дом и машину в рамках приговора, чтобы взыскать с нее ту часть ущерба, которую определил судья. Мы пошли к нотариусу, и я там написал бумагу, что претензии к семье осуждённого не имею, и якобы ущерб возмещен (хотя этого не было). Меньше всего я хотел бы, чтобы моими руками без дома оставляли женщину и ее детей.
Помню, тогда я очень удивился, когда спустя несколько месяцев, в торговом центре в Уральске, встретил сотрудника прокуратуры Уральска, и он на полном серьёзе стал меня упрекать, что надо было давить семью осуждённого «доканца».
Тогда я впервые понял, что в системе силовых структур реально у людей другие понятия.
Потом, спустя несколько лет, мы снимали фильм о расстреле демонстрации в Жанаозене в декабре 2011 года. Я и Рауль Упоров тогда были в шоке от рассказов выживших, которые пережили пытки в полиции. Мы смотрели архивное видео, в котором молодая девушка Асемгуль рассказывала, как в полиции Жанаозена ее пинали берцами омоновцы. Это были обычные парни — такие же казахи, из Актау и Жанаозена. Наверняка до этого, с некоторыми из них, Асемгуль стояла в очереди в кассе супермаркета, ездила в маршрутках и может даже сидела за одним дастарханом.
И вот эти парни пинали со всей силы ее по ягодицам и голове — так, что она не могла поверить в то, что люди могут быть настолько жестоки. И вот когда ее тело уже перестало реагировать на боль, ее подняли и повели по коридору. В этом коридоре ей на встречу попался какой-то офицер полиции, мужчина лет 45-50. Он схватил руками груди Асемгуль и стал их со всей силы трясти и орать на нее матом. Он тоже был из Жанаозена. Чей-то сын, муж, отец. Асемгуль скончается спустя несколько лет от тяжёлой болезни.
А за несколько месяцев до жанаозенского расстрела одного из лидеров забастовки забьют до смерти неизвестные люди на его рабочем месте. И примерно тогда же дочь одного из участников протеста неизвестные люди вывезут в степь, изнасилуют и тоже забьют до смерти. Преступления эти так и не раскроют.
А потом был Кантар. Мы снова снимали фильм спустя полгода и снова разговаривали с людьми, которые пережили пытки. И я помню рассказ одного из них, молодого парня из Талдыкоргана. Он рассказывал, как полицейские на его глазах накаляли на огне горелки шило длинной 7-10 см, и когда шило было ярко оранжевым от огня, они медленно загоняли это раскалённое шило ему под ногти. Это тоже делали наши полицейские, казахстанские.
Пацану этому было в тот момент 17 лет. И он рассказывая это несколько раз задыхался от плача. Он вспоминал это и не мог сдержать рыданий.
Ещё был рассказ молодой вдовы, мужа которой застрелили в январе 2022 года, когда он ехал на своей машине забрать свою маму. Вдова несколько месяцев добивалась, чтобы с ее мертвого мужа сняли статус террориста. Добилась. Ей даже обещали выдать жилье. Но в какой-то момент с ней встретился некий сотрудник одного из правоохранительных органов. Про таких говорят «человек в штатском». Он ей показал видео и фото, которые раскрывали интимную жизнь этой женщины. И сказал ей, что либо она заткнется и больше не просит у государства никакого жилья, либо эти фото и видео завтра будут в сети. Эта молодая женщина ныне покойная. Погибла в автокатастрофе.
Так что не стройте иллюзий. У этих людей нет никаких моральных тормозов. И да, они одни из нас.