Точка, где у Европы был последний шанс не допустить страшной войны
9 мая 1936 года Муссолини вышел на балкон Палаццо Венеция в центре Рима. С этого же балкона он выступал в 1922 году после марша на Рим, оттуда же в 1940 году он объявит войну Франции и Британии, а в 1941 году — войну США.
На площади перед дворцом собралось около 400 тысяч человек. По всей стране одновременно зазвонили колокола церквей и заводские сирены — фашисты очень хотели, чтобы этот день вошел в историю, как день Победы.
Муссолини провозгласил возвращение империи: «У Италии наконец-то есть ее империя. Империя фашистская, ибо несет нерушимые знаки воли и мощи римской ликторской фасции». Муссолини провозгласил «возвращение империи на роковые холмы Рима». Король Виктор Эммануил III формально получил титул Императора Эфиопии. С возвращением в родную гавань, Эфиопия.
Это был пик популярности Муссолини. Даже те, кто относился к режиму скептически, 9 мая 1936 года решили, что впервые Италия чувствовала себя великой державой. По всей стране прошли народные собрания, парады и добровольные сборы золота на «нужды империи» — женщины массово сдавали свои обручальные кольца.
Собственно, Муссолини пришел в Эфиопию с желанием отомстить за историческую обиду: в 1896 году в битве при Адуа эфиопская армия Менелика II наголову разбила итальянский экспедиционный корпус. Это было первое в новейшей истории поражение европейской колониальной державы от африканского государства и в Италии оно воспринималось как национальное унижение.
3 октября 1935 года итальянские войска без объявления войны вторглись в Эфиопию. Лига Наций объявила Италию агрессором и ввела экономические санкции — но санкции были оскорбительно мягкими: они не включали нефть, уголь и сталь. Кроме того Суэцкий канал остался открытым для итальянских транспортов. То есть формально Италию осудили, а фактически дали довоевать.
Война была невероятно жестокой. У итальянцев были танки, авиация и отравляющие газы (запрещенные Женевской конвенцией 1925 года, которую Италия сама подписала). Итальянские самолеты распыляли иприт на пехоту, на гражданские деревни, на колонны Красного Креста. Маршал Пьетро Бадольо, командовавший итальянскими войсками, лично санкционировал применение газов. Эфиопы дрались отчаянно и смогли продержаться семь месяцев.
2 мая 1936 года император Эфиопии Хайле Селассие покинул столицу. Во время своей речи в Лиге Наций в Женеве он предупредил европейцев: «Сегодня мы, завтра вы». Для Лиги Наций это была политическая смерть. Санкции были тихо сняты в июле 1936 года. Стало очевидно, что коллективная безопасность не работает: великая держава может напасть на члена Лиги, травить его газами, аннексировать — и ей фактически все простили.
Гитлер из этого сделал свои выводы и уже через два месяца после итальянской победы Германия и Италия начали сближение, а в ноябре 1936 года Муссолини объявил о создании «оси Берлин — Рим». Аншлюс Австрии 1938 года, Мюнхен, Чехословакия, Польша — все это стало возможным потому, что Эфиопия показала: воевать против агрессора никто не будет.
Для Эфиопии началась пятилетняя итальянская оккупация. После покушения на вице-короля Родольфо Грациани в Аддис-Абебе в феврале 1937 года итальянцы устроили трехдневный погром (Yekatit 12), уничтоживший до 30 тысяч жителей города. Систематически истреблялась эфиопская интеллигенция, духовенство и дворянство. Эфиопское партизанское движение не прекращалось ни на день.
В мае 1941 года британские войска вместе с эфиопскими партизанами разгромили итальянцев. Хайле Селассие вернулся в Аддис-Абебу — ровно через пять лет после того 9 мая.
P.S. Самое печальное, что почти никто из итальянских военных преступников эфиопской войны не был осужден. Бадольо после переворота 1943 года стал главой нового правительства Италии, союзного антигитлеровской коалиции и спокойно дожил до 1956 года. Грациани, организатор массовой бойни, был приговорен в 1948 году к 19 годам, но отсидел всего четыре месяца.
Возможно, 9 мая 1936 года — та самая точка, где у Европы был последний шанс не допустить страшной войны. Если бы Лига Наций тогда ввела настоящие санкции, если бы Британия и Франция закрыли Суэц, если бы весь мир выступил против Италии, то, возможно, и Гитлер задумался бы о последствиях агрессии. А так через три года началась Вторая мировая.