Страх на высшем уровне
В – – – а — это совсем не вобла.
Страх на высшем уровне.
Скоро год, как слово «война» попало под частичный запрет.
Войну с Мамаем, с Карлом XII, с Наполеоном, с Гитлером и пр. по-прежнему можно так называть. В Википедии есть статья «Русско–польские войны», а в ней даже «Таблица войн», где перечислены два десятка таких «конфликтов». По-прежнему говорим и пишем «Первая Чеченская война», «Вторая Чеченская…»
Только конфликт с Украиной так называть запрещено, а за нарушение власть наказывает.
На сайте Госкомнадзора с 26 февраля 2022 висит официальная директива:
«В соответствии с требованием Генеральной прокуратуры РФ Роскомнадзор направил уведомления о необходимости ограничения доступа к недостоверной информации в адрес… (далее перечислена дюжина СМИ.) На указанных ресурсах под видом достоверных сообщений размещена общественно значимая не соответствующая действительности информация об обстрелах украинских городов и гибели мирных жителей Украины в результате действий Российской Армии, а также материалы, в которых проводимая операция называется нападением, вторжением, либо объявлением войны».
Запрет понятен. Запрещают называть то, чего жутко и суеверно боятся. Вместо медведя, детям велят говорить «топтыгин», вместо чёрта — лукавый, рогатый и пр.
Люди — не любят запреты, но и штрафы платить не хотят, и попасть не нары не хотят тоже.
Кто-то, избегая наказания, заявил в суде, что, написанное на плакате слово, «в – – – а», это «вобла»; и «долой в – – – у» означает «долой воблу».
Может, это и остроумно, но не слишком удачно. Вобла — совершенно безобидная рыба и даже вкусная. К нашей проблеме она не относится никаким боком, ни спинкой, ни икрой.
«В – – – а» — это врака. То есть ложь.
Убийственной воблы не бывает, а убийственной лжи — сколько угодно.