Спорт не имеет отношения к политике, говорите?
У многих матчей чемпионата мира по футболу есть политический или исторический контекст, придающий им особое напряжение.
Даже без игры команд США и Ирана, сам факт, что Иран играл на американской территории, имел сильный политический и даже скандальный фон: визы для игроков, запреты на въезд чиновников, только что прерванная война…
После победы над Австралией и выхода сборной Египта в 1/8 тренер команды Хусам Хасан вышел на поле с палестинским флагом. Это вызвало шквал комментариев в сети – от поддержки его символического жеста до язвительной иронии над представителем страны, выстроившей стену на границе с Газой, вдвое более высокую, чем израильская, и не предоставившую убежище ни одному жителю Газы во время войны.
А вчера после невероятного по напряжению матча сборных Египта и Аргентины, известной своей поддержкой Израиля, фанаты на трибунах показали уходящему со стадиона Хусаму Хасану израильский флаг. Разозлившись, он выбрал объектом своего раздражения случайного фотографа.
Когда на поле выходят команды Японии и Кореи или Германии и Франции или Турции и Греции, то для болельщиков этих стран подобные игры становятся чем-то большим, чем футбол.
Несомненный исторический контекст был вокруг матча соседей с непростой историей отношений – Португалии и Испании. Иберийское дерби – сошлись две бывшие империи, претендовавшие на мировое господство и неоднократно сталкивавшиеся на поле боя.
В субботу будет матч Англии и Норвегии. Симпатичные перформансы норвежских болельщиков и игроков, изображающих викингов и имитирующих греблю их судов, напоминают англичанам давние разрушительные набеги, терроризировавшие их остров на протяжении нескольких веков – с конца VIII века и до завоевания Англии норманнами в 1066 году. И несмотря на давность тех событий, кипят нешуточные страсти.
Еще более напряженным будет матч Франции с Марокко. Контекст очевиден: французский протекторат в Марокко, большая марокканская диаспора во Франции, множество столкновений на сегодняшних улицах. Это будет не просто матч «Европы против Африки», а поединок с постколониальным и миграционным подтекстом.
Спорт не имеет отношения к политике, говорите?