Совесть ученого, или Горе от ума
Когда я стал в 1987 году начальником отдела противодействия иностранным техническим разведкам ГОСНИИОХТ и заимел ряд уникальных приборов, то в первую очередь занялся проблемой утечки отравляющих веществ на Волгоградском химическом заводе, где был цех по производству зомана и зарина. Его готовили к посещению иностранных специалистов – вот, мол, какие мы молодцы, здесь всё чисто и безопасно.
Однако мои исследования стен корпуса цеха и высокой кирпичной трубы для отходящего воздуха показали, что они до сих пор «газят», т.е. выделяют зарин и зоман.
Затем взяли пробы из близлежащего озера, по берегам которого расположены жилые дома. В Москве их проанализировали и нашли, что в них стократное превышение концентрации зомана.
С результатами направился к директору института тов. В.А. Петрунину. Он послушал меня и сказал: вы с вашей настойчивостью такие же проблемы найдете на Новочебоксарском комбинате, где производили продукт 33, аналог ВХ-газа. И чего вы добьетесь? — спросил он меня и ответил сам: — Замминистра Листов, бывший начальник цеха по производству зомана и зарина, он теперь наш начальник и снимет меня и вас с работы за ваши открытия.
Я понял, больше у меня не будет мира с директором и он сделает всё, чтобы меня уволить. Все равно продолжил свою линию ученого, и тут как тут пришло сообщение, что я должен выступить с докладом о состоянии моих дел на совещании в министерстве химпромышленности, на котором председателем сам тов. замминистра Листов.
Я, естественно, изложил свои результаты исследований, что, кажется, произвело впечатление на слушателей, но сразу же на трибуну поднялся замдиректора ГОСНИИОХТ К.А. Гуськов и заявил, что доклад представляет собой личные исследования Мирзаянова, и дирекция института не одобряет его.
Затем пошло-поехало. Я продержался до конца и не стал спорить. Понял, совещание созвано специально для того, чтобы поставить меня на место.
В конце совещания ко мне подошел мой начальник, начальник отдела противодействия иностранным техническим разведкам министерства химпрома Ткаченко, бывший начальник атомного полигона в Семипалатинске, и сказал: «Благодари Бога, что сегодня тебя свободно отпустили, а в иные времена ты был бы там, где надо».
Долго писать, но скажу, что всё это меня не остановило, и в результате отдел расформировали и меня выгнали с работы. Там впереди торговля штанами и сникерсами на диких уличных рынках, две тюрьмы и 3,5 года следствия со стороны ФСБ.
Не сломан по сей день.