Северная Корея — новый союзник Путина. Страна, с которой никто не хочет дружить
Встреча Владимира Путина с Ким Чен Ыном прошла в тёплой и дружеской обстановке. Бойцы возносили друг другу хвалы и вспоминали, как громили Японию. По следам этой встречи время поговорить о новом любимом союзнике воюющей стороны, о Северной Корее. КНДР в некотором смысле страна уникальная, потому что самые людоедские режимы нашей планеты поддерживать отношения хотя бы промеж собой, организовывать альянсы и наводить торговлю. Но не Северная Корея. Северная Корея – настоящий изгой, к ней никто и близко не подходит. Давайте разберёмся, почему же так вышло. Почему же такой близкий и такой красный Китай соседа избегает и через раз закрывает границы и поддерживает санкции? Прежде, чем начнём, хочу только напомнить, что у меня есть книга вот такая, «История новой России» – там наша история с 1985 по 2011 год, книга с картинками такими красивыми и с интересными текстами. Можно купить в России на моём сайте или на Амазоне, если вы за границей. Ну всё, начинаем.
Как минимум, последние 30 лет, с тех пор, как главный донор северокорейской республики, СССР, немножко помер, смысл жизни этого государства свёлся к одной простой задаче: добыче валюты любой ценой. Задаче этой препятствует два обстоятельства. Во-первых, КНДР сидит под всеми санкциями, какие только есть на свете, причём санкции эти поддерживают даже Россия и Китай. Сотрудничать с северокорейским режимом готовы только самые пропащие банки и компании, которым нечего терять. Во-вторых, то, что КНДР может предложить на экспорт, никому особо не нужно. Экономика Северной Кореи заморожена на уровне 50-60х годов. Это довольно отсталое колхозное сельское хозяйство, которое с трудом покрывает потребности собственных граждан, и построенная с помощью СССР тяжёлая промышленность. В лучшем для Северной Кореи 2014 году объём экспорта составил 4 миллиарда долларов, в 2022 всего 304 миллиона, то есть, по 10 долларов на душу населения экспортного дохода за год. Как видно из этой цифры, КНДР не имеет легальных путей добычи валюты, поэтому ищет обходные. И в этом деле она идёт до конца. Северная Корея – главная преступная группировка мира.
Большинство зрителей моего канала этого уже не застали, но на излёте советской власти в восьмидесятые годы советский рубль в гражданском обороте почти полностью утратил свою ценность, особенно в малых городах и сельской местности, где со снабжением был полный швах. В то время получка в кассе была только началом приключений, потому что деньги ещё надо как-то отоварить. А товаров-то нет! По-настоящему конвертируемой валютой стала водка. И дело было не в том, потребляете вы лично алкоголь или нет, просто от того, что за починку унитаза слесарь-сантехник получит три рубля, ему ни тепло, ни холодно. Бумажек, за которые ничего не купишь, у него самого хватает. А вот за бутылку можно у строителей мешок цемента для дачи выменять. А за две знакомый токарь кардан расточит или грузчики шкаф на пятый этаж без лифта поднимут. Были профессии, взаимодействие с которыми без алкоголя не подразумевалось вообще в принципе. Связка между словами «хирург» и «коньяк» оказалась настолько прочной, что не вымерла полностью даже сегодня, когда алкоголя в магазинах – хоть ноги мой. С конца девяностых такую же роль, как в СССР играл алкоголь, в КНДР играет метамфетамин. Его употребляют массово, им расплачиваются за услуги в теневой экономике, им дают взятки. По некоторым данным, распространённость мета в КНДР такова, что его употребление сродни курению сигарет: вредно для здоровья, конечно, но социально приемлемо.
Такая ситуация возникла не на пустом месте. Массовое гражданское потребление – последствие индустриального производства наркотиков на экспорт, причём производился далеко не только мет. В стране, где волны голода – привычное явление, целые колхозы были заняты выращиванием опиумного мака. Мы не знаем, и никто сейчас не знает, какова сейчас обстановка в Северной Корее, но на конец нулевых и начало десятых годов экспорт широкого ассортимента наркотиков и контрафактных рецептурных препаратов был если не главным, то одним из основных источников валюты для КНДР. И, в отличие от прочих центров наркотрафика, где власти хотя бы делают вид, что с этим явлением борются, в КНДР это просто государственный бизнес. Производство наркотиков поставлено на промышленные рельсы, а экспорт идёт в том числе под дипломатическим прикрытием. Идёт он по всему миру, где только не задерживали северокорейских наркодилеров с дипломатическими паспортами. Но, понятное дело, в первую очередь наркота попадает в соседнюю страну с гигантским населением и развитой экономикой – в Китай. Ясно, что Китаю государство-наркокартель под боком совсем не по вкусу. Всё-таки, одно дело, когда наркомафия коррумпирует политиков и полицию, использует бедственное положение государства в своих интересах, когда отдельные чиновники крышуют нелегальный бизнес, как это происходит, например, в некоторых странах Латинской Америки – и совсем другое дело, когда наркопроизводство – это отрасль государственной экономики просто. Такое положение делает его совершенно неуязвимым. Наркотрафик из КНДР можно зафиксировать только тогда, когда товар покинул территорию Северной Кореи. А значит, это проблема всех соседей КНДР, в том числе Китая.
Но на наркотиках дело не заканчивается. Чтобы добыть валюту, Северная Корея занимается всеми видами криминального бизнеса, какие только могут прийти в голову. Торговля людьми, в том числе собственными гражданами, контрабанда редких товаров, таких, как слоновая кость, производство контрафактных сигарет, кроме того, взлом компьютерных сетей с последующим вымогательством и кража криптокошельков. Согласно отчёту ООН 2019 года, на киберпреступлениях КНДР заработала не менее 2 миллиардов долларов. Отдельно стоит поговорить о развитой отрасли северокорейской экономики, унаследованном от советских товарищей военно-промышленном комплексе. КНДР производит очень много оружия. До 2006 года, когда страна провела ракетные испытания, повлекшие санкции ООН, она даже могла это оружие легально экспортировать. В восьмидесятые годы, во время ирано-иракской войны, КНДР заработала на экспорте оружия в Иран не менее 4 миллиардов долларов всего за 9 лет. По масштабам северокорейской экономики и по тогдашней ценности доллара сумма просто космическая.
Сегодняшняя роль Северной Кореи на оружейном рынке очень проста. Если вы форменный такой засранец, какой-нибудь форменный африканский диктатор или террористическая организация, которой никто не продаст даже перочинный нож, режим Кимов поставит вам любое оружие из своих арсеналов. Единственная загвоздка – доставить это добро, чтобы его где-нибудь не арестовали. А арестовывают регулярно, и речь не только о банальном стрелковом оружии, на кораблях, шедших из КНДР, находили и гранатомёты, и компоненты для производства ракет. Этот факт тоже не нравится другим государствам. К тому же Китаю может быть наплевать на то, что КНДР продаёт снаряды Путину для войны с Украиной, но Ким готов вооружить хоть чёрта лысого, если у того есть валюта, а бесконтрольное расползание оружия по миру нормальные страны обычно не ценят. Поставка вооружения из КНДР Хезболле и Хамасу – проблема Израиля, однако тут есть повод напрячься и Китаю, мало ли, сегодня Хезболла, а завтра уйгуры…
Впрочем, нелегальной добычей валюты режим Кимов не ограничивается. Он сам её производит. В начале нулевых доходы Северной Кореи от производства супер-долларов, то есть, подделок высочайшего качества, оценивались минимум в 15 миллионов настоящих долларов в год. Вот такая удивительная страна построенного коммунизма и развитого социализма!
На свете много ужасных режимов. Туркменистан и Эритрея недалеко ушли от Северной Кореи в том, что касается прав человека, свободы прессы, уровня репрессий и государственного безумия в целом. Но никто кроме Северной Кореи не собрал себе такого бинго из всевозможных санкций, никто не достиг такого уровня международной изоляции. Не так уж много мировых лидеров, которые за 12 лет у власти совершили только 9 международных визитов и только в 5 стран. Не так уж много в мире стран, чей главный торговый партнёр поддерживает санкции ООН, как Китай в отношении Северной Кореи. Не так уж много в мире стран, у которых вообще нет союзников, у которых со всеми в лучшем случае натянутые отношения.
Причины такого положения вещей я только что вам описал. КНДР использует свой статус суверенного признанного государства для безнаказанного совершения преступлений, и использует не только статус, но и государственную инфраструктуру. Судя по масштабу тех же киберпреступлений, хакер в КНДР – это не какой-то неряшливый программист-неудачник в свитере, сидящий в собственной квартире. Нет, это аккуратный госслужащий, который надевает пиджак со значком Ким Ир Сена на лацкане и идёт в своё НИИ угонять чужие биткоины. КНДР будет использовать любые послабления и лазейки, любое сближение с миром только для одного: для экспорта преступности. Уже сейчас Северная Корея использует свои государственные привилегии, начиная с права выдавать легальные документы и заканчивая дипломатическим иммунитетом, для прикрытия криминальной деятельности. Доходы же от этой деятельности идут не на то, чтобы граждане перестали с голоду помирать, а на вооружение. Если глава картеля Синалоа на вырученные деньги купит себе ещё одну кричаще-пошлую виллу, то корейские вожди вложат прибыль от наркотиков в ядерную ракету. Долетит ли она до США или нет, вопрос открытый – но до соседей её уж как-нибудь добросят. Уже поэтому страны, которые согласны дружить с кем угодно против США, с Северной Кореей дружить не очень-то хотят.
Изоляция слабоадекватного государства – дело объяснимое, но главный строитель железного занавеса для Северной Кореи – это сама Северная Корея. Режим Кимов последний на нашей планете пример настоящего тоталитаризма, со всеми характерными признаками. С обязательной государственной идеологией, пронизывающей всё общество, со всеобъемлющим государственным регулированием, которое начинается с устройства семьи, обстановки в доме и воспитания детей, со всеобщей трудовой повинностью.
Северная Корея в пять раз меньше России по населению, всего 26 миллионов человек. При этом её армия по численности равна российской, более миллиона военнослужащих. Срок службы в армии варьируется от 5 до 13 лет. По данным ЦРУ, в КНДР каждый пятый мужчина в возрасте от 16 до 54 лет – военный. А есть ещё и женщины, срок службы у них меньше, но тоже обязательный. Из КНДР не существует не то что свободного выезда, нельзя даже свободно перемещаться внутри страны. Все люди приписаны к месту жительства, своему колхозу или заводу. При этом в стране существует развесистый чёрный рынок, который позволяет элитам вести почти западный образ жизни. Валютные рестораны, бары, любые удовольствия к услугам прикормленных преступников и партийной номенклатуры. По особым каналам в Северною Корею проникают компьютеры и смартфоны, а вместе с ними – и культура и информация. Тем, кто застал СССР, не нужно это подробно это объяснять. Примерно так это было у нас. Мяса в природе нет, но в «Берёзке» есть всё.
Однако большинство северокорейцев удручающе бедны, они живут в жёстко централизованной системе, чья идеология целиком состоит из культа личности вождя. Такая система может работать только в изоляции. Любые экономические послабления, любое сближение с соседями, хотя бы частичное открытие границ, привлечение инвестиций, рост экономики и благосостояния – всё это напрямую угрожает власти Кимов. Ведь система власти в Северной Корее подходит только для управления людьми, которые вынуждены пахать от рассвета до заката, постоянно балансируя на грани голода.
Нехитрую истину о том, что сталинизм может выжить только в стране, похожей на сталинскую, Кимы усвоили очень хорошо и обеими руками держатся за свой статус-кво. За последние 30 лет были разные периоды: сближение с Китаем, с Южной Кореей. Были даже волны экономической либерализации, похожие на раннюю Перестройку. Но всякий раз, и это написано в любой статье о Северной Корее, едва эти послабления начинали давать плоды – их тут же сворачивали. Известная истина о Северной Корее звучит так: отсутствие перемен для Северной Кореи – ожидание конца. Перемены же этот конец приближают. Приближать конец Кимам не с руки, поэтому любые эпизоды потепления с внешним миром быстро переходили к ещё большей конфронтации, а любые слабенькие реформы – к лютым контрреформам.
Осаждённая крепость должна быть осаждена. Она должна быть одна на белом свете, и чтобы со всех сторон – враги. Если на каком-то фланге появляются друзья – то тогда, может быть, уже и не надо терпеть все тяготы и лишения? Может быть, надо выйти подышать свежим воздухом и перестать ходить строем? Но такие мысли для режима Кимов губительны, всегда надо ходить строем. Каждый день должна продолжаться война. Не надо думать, что Ким Чен Ын приехал на бронепоезде во Владивосток, чтобы стать вторым Башаром Асадом, что собрался записываться к Путину в вассалы, что воспринимает его как старшего брата и начальника. Ничего похожего! В северокорейской идеологии отношение к России не такое враждебное, как к США, но до предела скептическое.
В мультсериале «Бурундук и ёжик», на котором выросло уже несколько поколений северокорейцев, Россия, а раньше СССР – это никчёмный медведь-алкаш. Он вроде как обещает помощь и защиту благородным зверятам, но едва приходят злые крысы – у них там это южные корейцы, с волками, у них это американцы, то медведь тут же напивается и засыпает.
Ким очень нужен Путину. Только у Кима склады набиты вооружениями советского образца, и только Ким готов их Путину продать. Путин в безвыходном положении, его промышленность войну не тянет, и Ким это прекрасно понимает, а значит, Путин даст Киму всё, что он хочет. Сколько угодно валюты, само собой. Но Киму ещё нужны военные технологии, нужны пути для контрабанды. Нужны услуги по перемещению, хранению и легализации капиталов. Не очень понятно, где тут пространство для торга, в чём Путин может не уступить – ведь даже Иран не готов с ним сотрудничать в полной мере. Вон про ракеты говорили-говорили, но как-то замолчали. Поэтому, если на космодроме Восточный встречались старший с младшим, начальник с подчинённым, то начальником уж точно был не Путин. Вот это и называется «доруководиться до ручки». Если кто переживал, что Путиным как хочет будет вертеть Китай, то точно стоит снизить ожидания.
До завтра!