Самые интересные русскоязычные дебаты за последние много лет
Несколько соображений по вчерашним дебатам. Во-первых, здорово, что они состоялись. Во-вторых, как по мне, это были самые интересные русскоязычные дебаты за последние много лет, впрочем, было их немного. В-третьих, те, кто говорит о неуместности на фоне событий в Израиле — морализаторствуют, поскольку в дебатах участвовали гражданин Израиля, семья которого живет в Израиле и сын гражданки Израиля, которая живет в Израиле. Если уж они считают уместным, не будем пытаться быть святее Папы.
Важно, что Максим Кац подтвердил и сам факт, и свою причастность к набегам его аудитории на оппонентов. Важно, что Максим Кац подтвердил, что его тактика — принуждение к объединению. Это прямо прозвучало.
Убежден, что объединение по принуждению невозможно само по себе. Это процесс сугубо добровольный. Более того, в перспективное и полезное объединение политические лидеры должны стремиться, а когда их упрашивают, а, тем более, принуждают, что-то в этом объединении не так.
Еще раз повторю: ФБК, в котором, в силу понятных обстоятельств, публичных политиков на свободе нет, пропустил запрос аудитории на в оппозиционном смысле конструктивную повестку не для активистов, а для масс. А Максим Кац умело этот запрос считал и в хорошем смысле, прибрал.
И я бы, при всем своем отношении, рукоплескал Кацу, если бы он просто увел всю аудиторию у других оппозиционеров. И показал бы всем, как надо. Ну, правда, если у него хорошая идея, а остальные лидеры — мнут писю, так вперед, веди людей в правильном направлении, факел тебе в руки.
Но Максим так не делает. Он настаивает на том, что лидеры должны объединиться, иначе ничего не получится. И обращается к аудитории с просьбой помочь заставить их это сделать. И не только их, но и разных других медийных людей оппозиционного сектора, вроде меня.
Тут у меня, извините, аналогия. Я видел много людей, которые ради того, чтобы побыстрее избавиться от своего заболевания или потеряв надежды на врачей, идут к целителям. Врачи — нудные и говорят неприятные вещи, бывает — противоречат друг другу, а бывает — вообще ничего вразумительного не говорят. Но целитель — всегда рад помочь подручными средствами. Но ладно бы он просто охмурял народ, это полбеды, так нет. В нашем случае целитель говорит: знаете, вам поможет, только если вы своих врачей соберете, чтобы они вместе со мной помолились. Будем стоять всю ночь, отмолим. А может и не отмолим, но, во-первых, что-то сделаем, а во-вторых — хуже точно не будет.
Понимаю страдающих людей — доктора-то толком ничего не говорят: результаты анализов еще не пришли, непонятно, какую стратегию лечения выбирать. А вылечиться хочется прямо в марте. А тут предлагают прямо план — собраться и помолиться. От одного «собраться», глядишь, полегчает, я уж молчу про силу молитвы. Ну хуже не будет, стопроц.
Но врачи, по непонятным для больного причинам, шарахаются от целителя. И нервно реагируют на вежливые (а иногда и нет), но очень частые просьбы пациента о совместной молитве.
Вот так примерно вижу ситуацию.
Ну и вижу, что Майкл оказался немного сложноват для аудитории. Это не к тому, что народ опять не тот попался, но сильно не все люди даже из лояльной аудитории в смысле культурных кодов на одной волне с тобой. Она хоть и вроде либеральная, но пипец какая консервативная. Речь даже не про бой в октагоне, боюсь, еще поколения три должны смениться, чтобы такие идеи нормально заходили. Людей удивило то, что Майкл уделил такое внимание личности Каца.
Так политика — это лидеры (сам Кац чего-то собирает лидеров, а не просто переманивает аудиторию), а лидеры — это личности. Любые американские дебаты — про это. А Майклу в ответ «Кац хоть что-то предлагает», «Хуже точно не будет», «А какие предложения от вас?» (будто бы Майкл претендовал на то чтобы куда-то вести людей. Кстати, если бы претендовал, было бы круто).
Короче, давайте все помолимся.