Сам сделал максимум для того, чтобы его личная история завершилась именно так
Эту мысль приходится из раза в раз повторять. Война поднимает на поверхность все самое черное и мерзкое, что есть в обществе. Палачи, экстремисты, радикалы вдруг обретают огромные аудитории, становятся лидерами мнений и едва ли не формируют государственную политику.
Допустимым становится, когда граждане казнят друг друга с помощью кувалды, когда кто-то расхаживает по сцене с черепом, как это делал теперь уже тоже покойный Игорь Мангушев, когда в Георгиевском зале Кремля бывший уголовник сообщает на камеру: “Мы всех убьем, мы всех ограбим”.
Когда люди забывают о том, что человеческая жизнь – бесценна, что убийство – недопустимо, и начинают войны, нормой становятся и взрывы, которые уносят жизни пропагандистов этой войны, раз уж они своими руками превращают себя в легитимные военные цели.
Ничьей смерти нельзя радоваться, а теракты в принципе не допустимы, но стоит признать, что Максим Фомин с этим его “мы всех убьем” сам сделал максимум для того, чтобы его личная история завершилась именно так.