Почему государство мешает Путину. Или наоборот
Нельзя не заметить характерную для нашего времени деталь. Абсолютно любые рассуждения Путина, неважно причем на какую тему, в конечном итоге выруливаются на войну с Украиной и противостояние с Западом. Причем даже близко нет и намека, что это всё ненормальное состояние, которое надо бы заканчивать. Наоборот, в каждом выступлении Путина видна его явная жажда дальнейшей эскалации. Вот буквально вчера Путин разразился тирадой про иностранные компании, которые «не доушли» с российского рынка. То есть официально покинули российский рынок, но продолжают фактически работать. И Путин считает, что их нужно душить.
Надо их душить. Согласен полностью. Говорю без всякого стеснения. Потому что они нас пытаются душить, надо отвечать им взаимностью. Вот и всё.
Особенно Путин заострил внимание на иностранных маркетплейсах, которые поставляют в Россию что угодно и в любом количестве. И тем самым создают лазейки, позволяющие использовать иностранное оборудование вместо российского. Площадки, мол, непременно нужно закрыть, иначе у нас ни фига своего не будет. Это очень интересное заявление в том смысле, что они, как и многие прочие публичные перформансы Путина, идут совершенно поперек тому, что российское государство реально делает.
Мы уже говорили с вами – с самого начала войны российское государство самоотверженно внушает гражданам идею о том, что ничего не случилось. В Москве по-прежнему открыты все рестораны, по-прежнему катаются круглосуточные доставки. Несмотря на все санкции, никакого дефицита ни по какому направлению не видно даже и рядом. Немедленно была принята правовая база под параллельный импорт, немедленно кинотеатрам разрешили показывать западные фильмы без лицензии. Никто не пытался блокировать или препятствовать работе множества ресурсов, помогающих вернуть доступ к аккаунтам западных сервисов. Наоборот, сразу же возникла целая индустрия по перепродаже подарочных карт, турецких учеток и всего прочего богатства, чтобы «икс-боксы» не превратились в тыкву. И ни у кого ничего в тыкву не превратилось.
Государство сделало всё от себя зависящее, чтобы у российских заводов внутри страны проблем не возникало, когда тем нужно будет в обход санкций купить станок или запчасть.
И всё это было предметом вполне определенной гордости для людей внутри системы. Россия обложена санкциями по самое не хочу, а новые макбуки и айфоны появляются на прилавках раньше и стоят дешевле, чем в Европе. И новенький Мерседес, стоящий в московском салоне, до конца жизни будет думать, что катается по Гамбургу. Потому что всю его хитроумную систему отслеживания мы лихо обошли.
Тот факт, что российская промышленность не загнулась от санкций, тот факт, что с нуля зародилась индустрия дроностроения, что не случилось краха целых отраслей — всё это обязано простому обстоятельству. Российское государство, подо все убаюкивающие сказки об импортозамещении и изоляции, как минимум не препятствовало экономике выстраивать произвольные пути для импорта, а скорее вообще открыло на низовом уровне сезон полного либертарианства. И в этом главный парадокс.
Российское государство, если воспринимать его как аппарат управления, ведет себя на удивление рационально. Государство прекрасно отдает себе отчет — война эта нахрен никому не нужна. Нехилым приложением ресурсов делается всё возможное, чтобы войну в жизнь общества не пускать. Государство в лице своего финансово-экономического блока совершенно не считает, что войну можно продолжать сколько угодно. Стоит напомнить, что проект федерального бюджета за авторством Минфина на этот год предполагал не рост военных расходов на четверть, а наоборот – их падение почти на четверть же. Это явный намек. Фантазировать вы можете сколько угодно, но нам надо быстро возвращаться в нормальность, чтобы деньги остались.
Путину же, очевидно, вся эта нормальность абсолютно чужда. Он выходит и говорит: Вы что тут устроили себе за нормальную жизнь-то? Адаптировались? Приспособились? Научились завозить технику оттуда, запчасти отсюда? Вернули себе доступ к западным сервисам, чтобы ваши ведомства и предприятия могли нормально работать? Вы не препятствуете, а где-то даже и способствуете тому, чтобы граждане свободно пользовались западным программным обеспечением? Позволяете им вести прежний образ жизни и оставаться в той самой «нормальности»? Нет-нет, это всё глубоко ошибочно. Это вредные привычки.
Для государства война — это издержка и стресс. Нужно обходить санкции, раздавать миллионы местночтимым алкоголикам вместо того, чтобы заниматься тем, в чем смысл жизни этого режима — добывать нефть и покупать на эти деньги дома в Лондоне. А вот для Путина смысл жизни явно не в этом. Судя по тому, что и как он говорит, вся жизнь до войны ему кажется одной большой и вредной привычкой. А попытки приблизиться к тому времени – чем-то близким к измене, уж впору Следственному комитету заняться или ФСБ. Путин кайфует от происходящего. Война доставляет ему огромное удовольствие.
Как мы уже говорили, те полтора часа среди ночи, когда весь мир ждал, что же такого судьбоносного он скажет – с его точки зрения они бесценны.
Но удовольствие-то это – лично для Путина. Кому от этого легче живется-то? Разве правительству легче работается от того, что весь внешний мир начинает сомневаться в адекватности их начальника? Олигархам разве лучше, когда выстроенный ими схематоз по обходу существующих санкций может накрыться новыми?
Попробуем понять, кто кроме самого Путина мог быть бы доволен той ночью? Это удовольствие для одного человека, но очевидно, что для всех остальных это нервотрепка и потенциальные проблемы. Сейчас обсудим подробнее.
Сперва некоммерческое объявление о Центре насилия нет. Посмотрите, пожалуйста.
***
Продолжим. Очевидно, что перформансы Путина для всех остальных — это нервотрепка и потенциальные проблемы. Отдельный сюжет — это издевательство над Дональдом Трампом, граничащее уже с глумлением. Путин всякий раз стремится выставить Трампа идиотом, явно получая большое удовольствие. Когда происходит какой-то звонок, публичное заявление, когда Трамп пишет о том, насколько Путин его уважает, как он вот-вот обо всем договорится с ним, как Путин стремится к миру, какие они с Путиным братаны и как всё разрулят – он дает Путину пас. Дескать, сделай хоть что-то номинальное, чтобы подтвердить мои слова. Но на следующую же ночь обязательно следует максимально варварская и бессмысленная с военной точки зрения атака по украинской территории.
Можно, конечно, предположить, что Путин не пытается с Трампа какую-то выгоду получить, а просто тянет время, чтобы из-под санкций выйти. Но, возможно, Путин просто Трамп буллит, что ему просто нравится устраивать посмешище из американского президента. Ведь если ты хочешь кого-то развести, то ты не ставишь разводимого в без конца унизительные ситуации. Смысл обмана в том, чтобы обманутый не чувствовал себя обманутым. Чтобы обманутый не был вынужден отбрехиваться от журналистов, которые тычут ему в лицо фотографиями разрушенных домов и окровавленных детей. Не был вынужден отвечать на вопросы из разряда «Что ж такое твой друг Владимир Путин, который так хочет мира, творит-то там?» Санкционировать новую варварскую атаку в ту же ночь после телефонного разговора с Трампом, где тот в очередной раз рассыпается комплиментами, может иметь только один смысл — унизить его просто унижения ради. Кому хорошо от того, что единственного в истории президента США, который искренне стремится дружить, без конца унижают? Который готов забыть всё, что было в прошлом. Предлагает торговлю, может отменить американские санкции, может продавить Европу на отмену их санкций, может продавить Украину на перемирие на самых лучших из возможных условиях в текущей ситуации.
Трамп весь февраль, всю весну предлагал Путину победу. Единственно возможную в 21 веке — выскочить из войны без издержек и так, чтобы это можно было по телевидению представить как победу.
Российское государство кучу ресурсов вложило в то, чтобы всех убедить, что вот наконец-то в США пришел наш мужик Трамп. Сейчас-то мы с ним обо всем договоримся и всё поделим. Нам бы, мол, только избавиться от старой и негодной администрации Штатов с Байденом. Потом заживем. Невозможно задним числом объяснить, зачем надо было всех убеждать, что главный виновник войны — подлая клика Байдена, что с ее уходом всё станет замечательно. Зачем настолько перегревать ожидания у внутренней аудитории, если с самого начала никто не собирался ни о чем договариваться?
Это всё звучит жутко нелогично, если считать, будто Путин и российское государство находятся в одной лодке. Ведь явно вся пропаганда, всё планирование, все ожидания строились вокруг того, что с 20 января этот трехлетний мрак начнет сходить на нет, и всё вернется в норму. Но всё выглядит очень логично, если представить, что никакой одной лодки там нет. Что российское государство совершенно всерьез рассчитывало на Трампа как на избавителя. Такая концепция, что на место администрации, которую Путина убийцей называет, придет администрация, которая с Путиным будет договариваться, открывает понятный сценарий для выхода из сложившейся ситуации. Но сам-то Путин ничего похожего явно не планировал. Ему просто нравится ситуация, когда президент США, который в логике любого советского человека не иначе как заведующий планетой Земля, бегает за Путиным, как школьник за девочкой и раз за разом садится на канцелярскую кнопку.
Но нельзя себе представить ни единого чиновника, олигарха, высокопоставленного силовика с коллекцией зарубежной недвижимости, который от этого выигрывает. Который заинтересован в том, чтобы постоянным демонстративным хамством дружественного Трампа удалось-таки довести до психоза. Не существует в России людей, которых можно причислить к элите, желающих выморозить Трампа до такой степени, что тот, разозлившись, махнет рукой и даст карт-бланш сенатским республиканцам на их проект с 500% пошлинами к покупателям российского сырья.
Мы не считаем такое развитие событий чрезмерно вероятным. Но если проект Линдси Грэма станет законом, это будет худший вариант санкций с начала войны. 27-триллионная экономика при таком варианте буквально скажет всему миру: вы либо покупаете нефть у России, либо работаете с нами.
Но даже если оставить за скобками этот действительно очень брутальный законопроект, всё равно ясно же: демонстративное хамство Трампу будет иметь последствия. Как минимум, о снятии американских санкций и давлении на Европу можно забыть.
Очевидно, что на рубеже четверти века путинского правления мы должны исходить из предположения, что Путин и его государство — это две разных сущности, которые пребывают друг к другу в оппозиции. Действия российского государства предсказуемы и рациональны. Для него Путин — как стихийное бедствие, просто набор последствий, с которыми нужно что-то делать. Началась война – надо что-то предпринимать, чтобы предотвратить экономический крах, потребительский дефицит и попытаться вытащить свое имущество и активы, попавшие под санкции. Ведь никого Путин не потрудился предупредить, чтобы хотя бы яхты свои вывели. Ушли западные сервисы и компании, закрылась часть импорта – значит нужно сделать всё возможное, чтобы ими продолжали пользоваться. Плевать, через какие третьи страны и подпольные тропы, но запчасти для самолетов должны приезжать. Потому что разговоры о тысяче новых лайнеров до 2030 года — это, конечно, прекрасно. Кто-то на этом отлично наживется. Но надо же и летать как-то же. Разговоры по телевизору — это замечательно. Но производствам нужны реальные станки, полям — реальные трактора, корпорациям — системы управления, коммуникации и планирования. А пользователям при всех разговорах об отечественных аналогах, которые, мол, ничем не хуже, нужны привычные сервисы.
Для российского государства очевидно, что победа на выборах Дональда Трампа — это шанс выпрыгнуть из войны, сохранив лицо и стабильность системы. И даже продав результат как победу. Если мы посмотрим на высшую российскую бюрократию, не на Дмитрия Медведева, а на тех, у кого реально есть бюджеты и полномочия, на Мишустина, Собянина и иже с ними, для них явно очевидно, что не нужно лишний раз заикаться о войне. Они понимают — тема эта как минимум всех достала.
Путину же интересны другие вещи. Ему явно интересно, как далеко можно зайти в глумлении над целым президентом настоящей Америки. Если в конечном итоге Трампа получится довести до ручки и превратить друга во врага, Путин-то ничего не потеряет. Он-то изолирован от последствий своих поступков. Это правительству и корпорациям придется думать, как им выкручиваться при новом пакете санкций, как нефть в апельсины закачивать, какими кружными путями деньги вводить. Путину же никто не предъявит: у тебя, дурака, был шанс. Суперлояльный Трамп, буквально бог тебе бороду протянул. Так только хватай. А ты что устроил? Какой-то идиотский цирк с Мединским. Война, которая могла закончиться на твоих условиях, теперь окончательно увязла.
Никто не может Путину сказать: помалкивал бы ты о западных сервисах, о маркетплейсах, о сером импорте. Экономика работает, и социальная стабильность сохраняется только потому, что всё это есть. Люди хотят жить в довоенной реальности, и мы им в этом помогаем. Не доушли западные компании, чиновники закрывают глаза на серый бизнес в России – и слава богу! Не надо об этом громко кричать и напоминать всем, чьи чипы стоят в наших ракетах, как обслуживаются наши гражданские самолеты спустя три года санкций, чьи сервера стоят на наших заводах, какими CRM они управляются. Зачем давать публичный повод западным правительствам, особенно тем самым американцам, проверить, кто доушел, а кто не доушел. Почему ушедший Apple тут у нас послушно по письмам Роскомнадзора VPN выпиливает.
В этом главная беда четверти века единоличного правления. Разрыв происходит уже не между государством и гражданами, а между государством, то есть его высшей номенклатурой, и его начальником. Начальник, не чувствуя последствий своих поступков, начинает жить в мире чистых абстракций. Его действия обусловлены не выгодами, а эмоциями. Ему нравится чувствовать себя строителем великой России, которая не просто избавилась от западных товаров и сервисов, но целого президента США водит за нос. Роль же прочего аппарата управления сведена к сервисной функции. Они придумывают, как разгрести проблемы, созданные начальником. Ведь какой бы хитрый и дорогостоящий схематоз вы бы ни строили, как бы ни подбивали клинья к этой трамповской администрации – в какой-то момент выйдет Путин и все усилия пойдут прахом.
И в этом заключается хорошая новость. Диктатор для собственной системы выступает главным агентом хаоса. Система стремится к стабильности, в то время как главному начальнику в стабильности скучно. Главному начальнику нужны перманентные революция, движуха, война и хаос. И чем дольше так будет продолжаться, тем в большей степени система будет осознавать: ее единственная проблема — это Путин. Без Путина, без его капризов, без его потребностей в вечном дестрое они тут же со всеми договорятся, помирятся, снимут все санкции и решат все проблемы. Без издержек для себя, ведь пути очевидны, и для них есть только одна преграда.
Государство для Путина сейчас — это часть его развлечений. А для всех, кто работу этого государства и его власть обеспечивает — это работа, жизнь, очень большие деньги, судьба семей и планы на будущее.
Поведение Путина сейчас, как бы дико это ни звучало, намного более иррационально и ненормально с точки зрения элит, чем в начале войны. Начало войны можно списать на ошибку. Планировал как в Крыму, а получилось не как в Крыму. Где-то его обманули, где-то он сам обманулся, переоценил силы. Туда-сюда нормально. И даже объяснимо, что всё затянулось на годы. Ну просто эффект Винни-Пуха. Залезть смог, а вылезти не смог.
Но не сейчас. Не когда тебе предлагают лучшую сделку на свете. Не когда президент США предлагает тебе дружбу, а ты натурально идиотничаешь. Тебе покрасоваться, повеселиться, тревожные заголовки о себе почитать, нервы всем потрепать важнее, чем реальные судьбы тех, без кого ты не президент, а просто заигравшийся дед.
Когда кто-то один становится проблемой для большой и могущественной системы, когда чьи-то капризы и амбиции мешают всем остальным стабильно жить и зарабатывать большие деньги, это очень опасное и неустойчивое положение для этого кого-то. Для того, кто стал оппозицией собственному режиму.
До завтра.