Отражение проблемы доступности жилья через наиболее резонансный случай
Люблю наблюдать, в каком виде новости из Испании доходят до русскоязычного медийного пространства.
В Испании 87-летнюю женщину (Марикармен) силой выселили из арендованной квартиры с участием полиции, ей дали час на сбор вещей!
Сейчас шла домой и видела несколько митингов в защиту Марикармен, но на деле это не вопрос одного выселения, а более глубинная проблема жилищного кризиса, высоких цен на аренду, и баланса прав собственника и арендатора.
На постсоветском пространстве мы привыкли, что государство не слишком регулирует этот вопрос, отчего в арендованной квартире ты чувствуешь себя бесправным гостем: в любой момент могут передумать и выселить, поднять аренду в два раза со следующего месяца, сменить замки.
В Испании же собственник может расторгнуть контракт, только если докажет, что он или близкий родственник собирается проживать в квартире, у них нет другого жилья, и не раньше чем через год после сдачи.
В других случаях собственник может расторгнуть договор по истечении срока контракта в 5 лет (для юрлиц — 7 лет) с уведомлением за 4 месяца. Цену не имеют права поднимать более, чем на 2,47% в год, и только если индексация прописана в договоре. Если человек находится в ситуации уязвимости, то выселение на практике становится еще труднее. Эти вопросы решаются в судебном порядке, и никакая полиция или сам собственник до решения суда не может трогать арендатора.
Вернемся к Марикармен. 87-летняя женщина арендовала квартиру в одном из самых дорогих районов Мадрида по контракту, заключенному 70 лет назад, еще при диктаторе Франко и по цене в пять раз ниже рынка — меньше, чем за 500 евро. Сегодня ее рыночная цена более 2500 евро. После восьми лет спора с собственником, судов и отсрочек выселения судебное решение исполнили.
Первоначальный договор заключил ее отец в 1956 году (замужние женщины при диктатуре Франко были ограничены в юридических действиях, поэтому договоры чаще подписывали мужчины). После его смерти права арендатора перешли к матери. После смерти матери в 2005 году Марикармен вступила в договор сама.
После Гражданской войны Испания испытывала серьезный дефицит жилья, и в законе времен Франко существовала принудительная пролонгация договора: если арендатор соблюдал условия, выселить его было нельзя даже по истечении контракта. Продажа квартиры тоже не позволяла избавиться от арендатора. Договор мог переходить членам семьи. В итоге цена таких переходящих по наследству контрактов все сильнее отрывалась от реального рынка.
В 1994 году, уже при демократии, такую бесконечную аренду урегулировали: после супругов при втором переходе для ребенка договор прекращался через два года. Пожизненная защита сохранялась, например, если инвалидность была не менее 65%. У Марикармен — 50%, и право на аренду по старому договору должно было закончиться в 2007 году.
Власти Мадрида предлагали Марикармен размещение, в том числе место в резиденции для пожилых, но она отказалась от места и планировала временно жить у родственника.
История не закончилась, и собственник предложил мэрии Мадрида включить квартиру в муниципальную программу, когда частный собственник передаёт жилье муниципальной системе, а город помогает обеспечить стабильную аренду, и квартира сдается по более доступной для арендатора цене.
Но в целом баланс права на жилье и права собственности, а также очень сложная ситуация на жилищном рынке в крупных городах — большой и болезненный вопрос для Испании, который государство пытается решить через муниципальное жилье с более низкой арендой, внесение первоначального взноса за ипотеку для молодых (в 2026 году в Мадриде границу молодежи подвинули до 50 лет:), но это не решает проблему глобально.
Поэтому Марикармен и протесты людей – скорее отражение всей проблемы доступности жилья через наиболее резонансный случай.