Оптимизм и пессимизм как политические стратегии
Обсуждающие настоящее и будущее России тяготеют к двум полюсам – оптимистическому и пессимистическому. Первые (включая меня), признавая мизерабельность сущего положения дел и неизбежность его драматического ухудшения, тем не менее полагают, что Россия выйдет из кризиса относительно благополучно, хотя и понеся существенные потери – репутационные, демографические и экономические. Но никакой трагической метаморфозы со страной не случится.
На противоположном полюсе интенсивно формируется и продвигается мнение о «проклятом месте» – исторической обреченности России. Мол, никогда ничего хорошего в этих хладных пустынях Северной Евразии не было и не будет. Потому лучше, коли «Рашка распадется», а то, не дай бог!, на ее месте возникнет гигантская не то Северная Корея, не то Иран.
Я не уверен, что при таком интеллектуальном антагонизме возможна синтезирующая или центристская позиция. По крайней мере, мне она не встречалась.
Сторонники полярных точек зрения наверняка скажут, что их позиция аналитически обоснована и приведут реестр аргументов в подтверждение. Однако они не заметят (не захотят заметить) или умолчат о том, что их интеллектуальным конструкциям предшествует дотеоретическая аксиоматика, которая предопределяет выбор наблюдательной позиции и отбор аргументов, предписывает куда именно и через какую аналитическую оптику смотреть.
Таких презумпций две – темперамент и идентичность. Человек с высоким жизненным тонусом с более высокой вероятностью будет оптимистично оценивать личную и общественную перспективу. Это вряд ли причинно-следственная связь, скорее, сильная корреляция.
С идентичностью интереснее. Согласно теоретическим подходам, человек может как поддерживать собственную идентификацию с той или иной группой, так и пытаться расстаться с этой группой и перейти в иную, отличающуюся более выигрышной, более выгодной идентичностью. В первом случае член группы дает ей позитивную оценку – это естественная потребность относиться к себе и собственной группе с уважением. Во втором случае оценка негативная, поскольку это оправдывает переход к иной идентичности.
История и культура общности в данном случае особого значения не имеют: они оцениваются позитивно или стигматизируются в зависимости от выбора идентичности. Точно так же предзадаются отбор аргументов и стиль изложения и доказательства.
В общем, в полном соответствии с русской поговоркой: не по хорошему мил, а по милу хорош.
В следующей части очерка я расскажу, как эти дотеоретические предпосылки проецируются в публичную дискуссию и политику.