Непростая межкультурная коммуникация
Стала свидетелем непростой межкультурной коммуникации.
Последний день берлинской выставки книг на русском. И вот, для тех, кто встал пораньше, Иван Толстой, внук Алексея Толстого, травит колоритно байки о родительской домашней библиотеке, эмигрантских парижских тяготах и многолетней работе на RL. Рядом на диванчике Виктор Шендерович местами вставляет свои пять копеек (он выступает в этом же зале следующим). Публика в целом на одной волне и в теме.
Тут из зала тянется рука, и с сильными фонетическими допущениями можно понять монолог то ли на русском, то ли на немецком или испанском о том, как человек лет шестидесяти в чёрной оправе много лет читал книжки и учил непростой русский язык, великий и могучий. И вот, говорит, особенно мне помогла «Анна Каренина», так поэтому и спешил с вами познакомиться.
В зале тишина.
Иван Толстой:
— Понимаю. Действительно, за границей меня часто принимают за автора этого произведения. Но это не я, увы, не нужно меня благодарить.
Хохот в зале. Публицисты в восторге (анекдот только что сам себя рассказал…).
Интереса ради я шепотом спрашиваю соседа:
— Простите, а вы правда считаете, что этот человек написал «Анну Каренину»?
Он, очень серьезно (по смыслу):
— Ну что вы, он для этого слишком молод. Но это же его родственник!
Я пытаюсь объяснить соседу разницу между Львом и Алексеем Толстым и что дед публициста Ивана Толстого — вовсе не Лев, а Алексей Толстой, и к «Анне Карениной» он не имеет ровно никакого отношения.
И вот тут вдруг — решающий аргумент:
— Спасибо-де за разъяснения, но ведь Лев и Алексей Толстой — это дед и внук!
Интернета в зале не было, поэтому убедить в обратном я собеседника не смогла. Но он успел рассказать мне пол своей биографии, о школе Песталоцци в Буэнос-Айресе, где он, рождённый испанец, выучил родной отцовский немецкий, о своей сильной любви к русскому языку и женщине, которая читала с ним романы Толстого (да-да, Льва, не Алексея)…
И только в одном сосед оказался не прав. Не дед Лев Алексею, точно не дед — но ведь и не совсем чужой! Троюродный или даже четвероюродный кто-то, и уж совсем далёкий от него идеологически…
Ну и путаница с этими Толстыми…
Бедные иностранцы.
Пожалуйста, не отчаивайтесь.
Мы и сами уже запутались.