Непал: «революция Z»
События в Непале уже назвали «революцией Z». «Зумерами» называют людей, родившихся в интернет-эпоху – с середины 1990-х годов до 2010-2012-го. Они «живут» в Интернете, причем воспринимая его как инструмент не только коммуникаций, но и заработка. Отсюда непонимание со стороны старших поколений, считающих, что подростки и молодежь, монетизируя свою присутствие в соцсетях, получают незаслуженный доход.
В Непале «зумеров» много – страна молодая. В 2011 году в ней жило 26,5 млн, в 2021-м, когда была последняя перепись – 29 млн. Сейчас в Непале, по оценкам, живет свыше 31 млн человек. Процент молодежи крайне велик – и с каждым годом растет число тех, кто зарабатывает в Интернете.
Политическая система Непала после упразднения в 2008 году монархии основана на трех партиях – Непальском конгрессе, коммунистах-маоистах и коммунистах (марксистах-ленинцах). Все они неоднократно участвовали в разноформатных правительственных коалициях – сейчас у власти были марксисты-ленинцы и конгрессмены, а маоисты находились в оппозиции. Но для «зумеров» они все едины – молодежь обвиняет трехпартийную элиту в неэффективности, закулисных сделках и коррумпированности. Уличное насилие, вспыхнувшее 9 сентября, обращено против политиков, принадлежащих ко всем трем партиям.
Протестные настроения проявились еще на выборах 2022 года. Внешне перемены в парламенте выглядели не слишком большими – три партии получили в сумме 199 мест из 275. Но до этого они контролировали 237 мест. В парламент с 10,7% голосов вошла созданная незадолго до этого партия «Растрия Сватантра» (Национальная партия независимости) во главе с популярным телеведущим Раби Ламичхане. Несколько подросла и популярность роялистов из партии «Растрия Праджатантра» (Национально-демократическая партия), набравших 5,5% вместо 2%.
Но главным симптомом недовольства были выборы мэра непальской столицы Катманду. На них победил родившийся в 1990 году рэпер Балендра Шах, более известный как Бален (но при этом он инженер-строитель с магистерской степенью). Его кампания была сосредоточена на повседневных городских проблемах: вывозе мусора, транспортных пробках, несанкционированном строительстве и неэффективном управлении застройкой.
С момента вступления в должность Бален стал проводить прямые трансляции городских собраний, сносил незаконные постройки и привлекал муниципальных чиновников к ответственности за халатность. В отличие от партийных лидеров, привыкших к закулисным торгам и политической инерции, он создал имидж решительного лидера, пусть часть действий которого и была спорной. Например, борьба с уличными торговцами – но как только традиционные партии попытались использовать эту тему против мэра, Бален заявил, что лишь строго выполняет законы, принятые парламентариями.
Небольшие протестные выступления роялистов в нынешнем году не были опасны для правящей элиты, но настроения молодежи волновали правящую элиту куда сильнее. В условиях роста недовольства премьер Шарма Оли запретил 5 сентября основные зарубежные соцсети, создав кумулятивный негативный эффект – когда «зумеры» оказались недовольны утратой привычного средства как коммуникации, так и заработка. Во время начавшихся 8 сентября волнений погибли около 20 человек, что стремительно радикализировало протестующих, которые начали поджигать государственные здания и избивать попавшихся им политиков. Заодно стали жечь судебные дела (что напомнило Февральскую революцию в России, когда к революционерам присоединились уголовники).
Бален встал на сторону «зумеров», а армия отказалась поддерживать правительство; ее командующий настоял на отставке премьера. Заодно «зумеры» освободили из тюрьмы Раби Ламичхане, попавшего туда в апреле по обвинению в хищении кооперативных средств. Теперь «зумеры» требуют прихода к власти Балена и проведения досрочных выборов. Развитие событий дает основания полагать, что вскоре может быть востребован порядок – и вопрос, кто его обеспечит. Вряд ли это будет инерционная элита – зато может усилиться запрос на «сильную руку».