Наши мальчики на такое не способны!
Это либо американская, либо украинская провокация. Ясно ведь, что наши мальчики на такое не способны!
BAZA:
«Сергею стало плохо на станции «Красногвардейская». Он вышел из вагона и упал на скамейку. Полицейские, заметившие мужчину, задержали его и отвели в отделение. Позже туда вызвали медиков. Мужчина вяло говорил и очень плохо соображал — поэтому ему быстро поставили диагноз «алкогольное опьянение».
Несколько часов Сергей провёл в полиции, а затем его просто вывели на улицу, оставив в почти беспомощном состоянии. Всё это время мужчину искали его родные — но телефон не отвечал. Когда Сергей всё же ответил, то не смог объяснить, где находится. Мужчину смогли найти только на следующий день — адрес подсказал прохожий, взявший трубку. Оказалось, что у Сергея было кровоизлияние в мозг, а совсем не опьянение.
Теперь родные требуют провести проверку в отделении полиции. Во-первых, врачи диагностировали у мужчины гематомы по всему телу — где он мог их получить, непонятно. Правоохранители объясняют это тем, что мужчина постоянно падал, однако врачи сказали родным, что гематомы похожи на удары от дубинок. Во-вторых, у мужчины пропали дорогие кольца. Где он мог их оставить, также непонятно — на пальцах остались следы, будто драгоценности сорвали. В-третьих, родные мужчины недоумевают, почему полицейские не взяли трубку и не помогли Сергею. Всё это время, пока он был в полиции, ему названивала дочка, внук и другие родственники. Но правоохранители этого не замечали.
После всех злоключений Сергею диагностировали закрытую черепно-мозговую травму, перелом свода черепа, отёк головного мозга. Что с ним происходило в этот день, Сергей не помнит».
Это происшествие напомнило мне об одной штуке, о которой я давно собирался написать.
В каком-то виде в один из своих давнишних текстов я эту мысль уже вставлял, но она крайне важна для понимания механизмов воздействия отечественной пропаганды, поэтому достойна отдельного упоминания.
Дело в том, что в российском политическом дискурсе существуют две практически взаимоисключающие парадигмы: внешне- и внутриполитическая. В рамках первой власть воспринимается позитивно. Она сильна, патриотична и мужественно противостоит врагам Отечества. Оппозиционеры, наоборот, предстают в негативном свете. Они являются, по сути, предателями, подыгрывающими врагу.
В рамках внутриполитической парадигмы всё обстоит совсем иначе: власть выглядит лживой, коррумпированной, равнодушной к нуждам простых людей и заботящейся исключительно о собственном благополучии. Оппозиция здесь – никакие не «предатели», а просто недовольные властями граждане.
Именно в силу наличия двух этих несвязанных между собой матриц один и тот же человек может совершенно по разному реагировать на совершенно однотипные истории. Когда он слышит про Бучу, он возмущён: «Неправда! Наши мальчики на это не способны!» Когда он узнаёт об очередном скандале, связанном с насилием отечественных силовиков в отношении своих сограждан, то никаких сомнений в правдивости у него не возникает. Хотя, конечно, совершенно непонятно, почему люди, способные насадить человека на бутылку в ОВД «Дальнем» или превратить рядового Сычёва в инвалида, не могут проделать того же самого в отношении какого-нибудь украинца?
В общем, главный механизм российской политики – это борьба за повестку. От того, какая будет доминировать – внешне- или внутриполитическая – зависит, кто в конце концов выиграет. Нападение на Украину – это крайняя форма указанной борьбы. Попытка Кремля закрыть вопрос на долгие годы.