Миф о «неправильных россиянах»
У меня много золотого терпения и обычно не теряю его до тех пор, пока на горизонте не всплывают люди, считающие себя интеллектуалами, с рассказом об «особой природе россиян», «их склонности к рабству и тоталитаризму», «безнадежности нации», «ничего кроме беспросветности и как минимум столетней самовоспроизводящейся системы» и т.п.
Репрессивных режимов много. Богатейшим трагическим опытом могут «похвастаться» Португалия и Германия, Китай и Румыния, Турция, Иран, Испания, Афганистан и др. Дело не в том, что люди там «уродились неправильными». Суть репрессивных режимов в том, что это структурный механизм управления. Самый эффективный результат репрессий не тогда, когда всех посадили, а тогда, когда большинство само поняло, что лучше молчать. Если убрать репрессии полностью, такие режимы начинают терять свою природу и должны перейти к другим основаниям власти: свободной конкуренции, подотчётности, независимому суду, свободе слова, реальному представительству. А это уже движение в противоположную сторону.
При этом в любом обществе всегда относительно небольшой процент идейно поддерживающих подобные режимы и приблизительно такой же идейно не поддерживающих, плюс к ним основная масса, состоящая из тех, кто приспосабливается и выживает, чьи взгляды изменятся с изменением информационного фона и политического климата. Значительная часть этой основной массы после краха режима может стать источником энергии для новой жизни. Других людей нет и их не завезут.
Это случится потому, что жить в страхе, приспосабливаться, постоянно контролировать речь и пр., невероятно энергозатратно. Когда необходимость мимикрировать исчезает, высвобождается огромный человеческий потенциал: для солидарности, творчества, гражданского участия, восстановления нормальности.
Нет никакого особого теста, из которого лепили бы россиян.
Нет никаких гарантий, что какая-нибудь из европейских стран или задававшая долгие годы тон в вопросах демократии Америка не свернут в сторону подавления свобод. И это будет не про свободный выбор большинства.
Репрессивные режимы не приходят в виде честного объявления: «с завтрашнего дня у вас диктатура». Чаще они приходят под видом заботы о безопасности, защиты традиционных ценностей, борьбы с внешними и внутренними врагами, необходимости порядка, эффективности и стабильности. А потом постепенно выясняется, что за стабильность заплачено свободой, за порядок — человеческим достоинством, за безопасность — правом быть индивидуальностью, а не управляемой единицей.
Миф о «неправильных россиянах» удобен: он позволяет не сопереживать жертвам и тешить своё эго. Но правда в том, что хрупкость свободы – величина универсальная. И признание этого факта – единственный способ не только сохранить человечность в отношении других, но и вовремя заметить тени подобного режима у собственного порога, поскольку в реальности репрессивные режимы редко существуют в «чистом виде». Так что всегда важно обращать внимание на степень репрессивности, уровень идеологизации, масштаб вмешательств в личную жизнь людей, на способы воспроизводства власти.