Меня пугает американская ситуация
Покойный Чарли Кирк был не только экстремистским автором. Он был деятельным экстремистом и составлял, к примеру, списки неправильных профессоров, которым его сторонники потом звонили, угрожали расправой, называли n-word и другими нехорошими словами. Что касается риторики Кирка, то вот один из ее блестящих образцов, опубликованный за сутки до его убийства: «Ислам — это меч, которым леваки режут горло Америке». Вы не понимаете, это свобода слова.
Когда 82-летнему Полу Пелоси, мужу главной демократки в Конгрессе Нэнси Пелоси, проломили череп молотком прямо у него дома, Кирк с улыбкой предложил какому-нибудь «классному патриоту» оплатить залог нападавшему, чтобы его выпустили из тюрьмы. Кстати, Трамп об этом тоже с удовольствием шутил. Ну не умер же товарищ, только в больнице полежал, в чем проблема?
Думаю, ближайший аналог Кирка — Владислав Поздняков. Ну вот убили бы Позднякова. Было бы, безусловно, грустно с точки зрения прецедента: политические убийства — это в любом случае путь в никуда. Но, думаю, особого резонанса это бы не вызвало. Однако США — гиперполязированное общество и по американскому позднякову плачут (в прямом смысле — американцы вообще любят плакать публично) представители многомиллионного фашистского движения во главе с президентом страны. Уже пошел кэнселинг и увольнения людей, посмевших сказать, что покойный был не чужд hate speech, — разве ж можно говорить правду в такой трагический для всей нации момент?
Меня пугает американская ситуация — не только потому, что США влияют на весь мир, но и потому, что политика везде развивается по похожему сценарию. Провал мэйнстрима, поляризация, подъем фашистских движений и политического насилия. Европейцы пытаются аккуратно купировать проблему, массово преследуя за hate speech и ограничивая свои крайне правые партии, — но насколько это продуктивно? Можно ли удержать ситуацию под контролем, вводя ограничительные меры против АдГ и Ле Пен, если это самые популярные политические силы в своих странах?
Трудно сделать из происходящего какие-либо выводы, кроме пессимистических. Политическая дисфункция, поляризация и фашизм, олигархическая концентрация власти в руках богатых, тотальный провал международной законности в Газе, неопределенность, создаваемая ИИ и изменением климата, — может ли в такой ситуации выжить демократия? Останется ли она вообще в мире? Или везде будем как в России жить?