Левые идеи и погромы во Франции
Дорогие друзья, меня никто не спрашивал, но я выскажусь. К огромному сожалению, мы опять увидели, что творится в Париже, в других городах. Погромы. Идея была, как обычно, хорошая, но закончилось уничтожением частной собственности, да и государственной тоже. Макрон, естественно, сказал в первую очередь про государственную собственность, потом про частную. Отсюда тоже нужно сделать правильные выводы.
Откуда это всё берется? Мы — в том числе все мы, потребляющие мировую и европейскую культуру, — так или иначе этому потакаем. Огромное количество очень известных музыкантов, артистов, политиков, opinion leaders — людей, которые на нас влияют, — так или иначе красиво подают левые идеи. Зачастую левые идеи под предлогом помощи обездоленным, обиженным, униженным. Когда мы с вами сидим и ревем на мюзикле «Отверженные», надо понимать, что то, что тогда творили те люди, приблизительно в 10 раз хуже того, что происходит сейчас. Когда мы чувствуем: наконец-то случился этот самый реванш, наконец-то святая месть, этот Джокер, которого все пинали, наконец пляшет на полицейской машине. Только они не пляшут на полицейской машине, потому что полицейские могут в ответ и стрельнуть. А на самом деле они грабят сумки и трусы из Decathlon. А также аксессуары к мобильным телефонам у бодипозитивного человека с длинными волосами. И у девушки-левачки, которая поддерживала Палестину, тоже выносят всё, чем она торговала.
Это глубоко в культуре: Дуа Липа и прочие. Огромное количество очень известных певцов нашего поколения, тех, на ком мы выросли. Какой-нибудь Ману Чао или The Clash, Dead Kennedys — они все левые, глубоко левые. Прости господи, Патти Смит с палестинским флагом — я просто от нее отписался, это же невозможно. И что, нам теперь это не слушать? А вот прекрасная пара сидит, не реагирует на взрывы и пьет кофе, а сзади догорают костры. Это так романтично — как в 68-м, играет Эдит Пиаф. Эдит Пиаф, которая: всех аристократов на фонарь, то есть «жри богатых». Вот это всё происходило.
Почему продаются футболки с Че Геварой? С просто насильником, бандитом, отмороженным террористом, под святым флагом левых идей. Почему? Почему ты можешь спокойно идти в футболке с Че Геварой? Прости господи, в «Евросети» мое лицо переделывали под Че Гевару и не понимали, почему мне это категорически не нравится. Я тогда еще мягко отвечал, что это как бы не мое. А надо было сжигать в печи. И что, нам теперь это всё не слушать, не смотреть? Это большая часть культуры. Мы даже не замечаем, как это… Этим занимаются очень симпатичные люди. То там, то тут палестинский флаг. Ну господи, System of a Down. А ведь это нация, которая подверглась геноциду, наверное, сравнимому с Холокостом.
Я понимаю, откуда это взялось. Можно проследить, откуда взялась эта пропалестинская линия: когда кто-то проигрывает большей силе, кажется, что раз он слабый, то он лучше. Но если в случае с Украиной и Россией понятно, кто на стороне света, а кого абсолютно накрывает лагерная тьма, то в случае с Палестиной понятно совершенно обратное.
Надо отдать должное. Я заезжал на территорию Палестины в 2016 году, был в Израиле, и, в общем, разница очевидна. Я всегда буду за цивилизацию, всегда буду за свободу. Там, где можно проводить гей-парады, там и свобода происходит.
Не надо путать право на самовыражение со вседозволенностью и залезанием на чужую собственность.
Макрон рассказал про здание мэрии, про все это, перечислил кучу государственных учреждений и вскользь упомянул, что частники тоже пострадали. Хотя основные налогоплательщики Французской Республики — это они. Это они пострадали. Я бы на месте Макрона изыскал деньги, чтобы в первую очередь и как можно быстрее поддержать всех частников. Изменил бы инструкции полиции, как это сделали в Великобритании в 2010 году. В 2010 году в Великобритании были погромы. После этого решили, что немножко переборщили с ограничением прав полиции, добавили ей немножко больше полномочий, и сейчас всё пришло плюс-минус в баланс. То есть все четко понимают свои права. И пропалестинские марши по 100 тысяч человек, которые проходили целый год каждую неделю — то есть их было 50, — в целом, кроме мелких потасовок, ни к чему страшному не привели. Мы не добавляли охраны, мы не закрывали двери ни магазинов, ни ресторанов. Все работало в обычном режиме, мимо шла статичная толпа. Это было безопасно. Но опять-таки — где Британия, а где Европа. Все-таки мы живем в относительной цивилизации.
Так вот: футболки с Че Геварой, очень романтичные звуки Эдит Пиаф и огромное количество — загуглите просто — музыкантов, артистов, важных людей, художников, актеров, которые поддерживают левые идеи, которые являются социалистами, поддерживают Газу и так далее. Всё это оттуда. Они не знают, где свое, где колхозное, где чужое. У них в базе нет этого чувства — они отрицают твое право на твою собственность. И из-за того, что идеи справедливости очень красивые, мы зачастую ловимся в эту… Не хочется произносить слово «ловушка», чтобы не было тавтологии. Ловимся в этот trap, в эту странную улиточку, из которой потом не выбраться. Понятно, что у каждого нормального человека в голове было бы: почему общество никак не отвечает? Если у тебя все 230 лет построено на формуле «жри богатых», то в какой-то момент не останется чужих денег, на которые существует социализм.
Я еще раз буду себе всерьез задавать вопрос — после того, как я отписался от Патти Смит: публичное прослушивание — это потакание социализму или нет? Социализм — абсолютное зло. Так же как правые идеи — именно правые в нынешнем понимании: все границы закрыть, запрещать, не пущать. Хотя правые идеи изначально — это про частную собственность, про твои права как частного собственника и так далее. Левые идеи — это одно зло, а это второе зло. Самое правильное — это идея свободы, это либертарианство и полное уважение к чужой собственности и ко всем гендерам, которыми ты себя хочешь назвать. Что такое либертарианство, пожалуйста, погуглите. Пусть боты придумывают более сложные формулы, почему меня нужно захейтить или отменить. Вообще, распространите это видео. Я просто накинул на вентилятор.
Я считаю, что Эдит Пиаф — это зло, Че Гевара — это зло. И это зло вплетено в нашу обычную жизнь. Почему, если ты набьешь на футболке Гитлера, который был национал-социалистом, это плохо, а если набьешь Че Гевару, то ты Диего Марадона? Вот почему? И ты герой, и никого это не разносит в клочья. Погуглите, что и как исполнял Че Гевара, чтобы было страшно, чтобы было понятно, к чему приводят мечты. Мечты привели к тому, что на Кубе до сих пор пашут на волах, на окруженном морем острове едят размороженную рыбу, живут в полной нищете. Те же машины 1959 года, на развалинах танцуют и пьют ром «Свобода». Куда приходят мечты — в Северной Корее, с теми же ровно идеями абсолютной справедливости и братства. Это вообще тюрьма. А куда они привели в Китае — культурная революция, а сейчас откат практически в цифровой ГУЛАГ. Вот куда приходят эти мечты. Эти люди во Франции, живущие в свободной стране, не понимают, куда приводят их мечты.
А у нас с вами… Я просто набрасываю идею. У нас такой синдром Энгельса. Энгельс был капиталистом, который спонсировал социалиста Маркса, выжимая из своих рабочих всё. Вот так же и мы: долго где-то работаем, а потом расслабленно включаем под коктейльчик какую-нибудь Билли Айлиш. А Билли Айлиш со своей миллиардной аудиторией воздействия топит за одну из самых омерзительных, отвратительных террористических группировок в мире. Вот такая хуйня, малята.